РАЗВИТИЕ НАУКИ КАК ДВИЖЕНИЕ К НООСФЕРЕ

Учение Вернадского о биосфере и ее преобразовании в ноосферу, в сферу, со-творенную производственной и научной деятельностью человечества, послужило важным истоком возникновения нового понимания сущности и функций науки.

Уже в начале XX в. Вернадский приходит к выводу о том, что производственная деятельность человека может рассматриваться как могучий химический фактор. Человечество к началу XX в. сознательно утилизирует и добывает продукты из 61 химического элемента. История человеческой цивилизации связана с увеличением числа используемых химических элементов. Если в древности человечество утилизировало из 81 химического элемента лишь 19, до XVIII в.— 25, в XIX в.

Последние годы жизни Вернадский посвящает исследованию процесса преобразования биосферы в ноосферу. В 1944 г. выходит его последняя напечатанная при жизни статья — «Несколько слов о ноосфере». В это же время он подготавливает рукопись «Научная мысль как планетное явление», где наука рассматривается как геологическая сила в биосфере, как одно из проявлений культурной биогеохимической энергии человечества, обеспечивающей переход биосферы в ноосферу. Это существенно новый взгляд на науку и научную работу, подчеркивающий ее тесную связь с практическим освоением человеком природы, ее значение в биогеохимической эволюции биосферы. В этой рукописи, опубликованной (с большими купюрами) в 1977 г., Вернадский подробно останавливается на различных сторонах процесса преобразования биосферы в ноосферу. Открытие огня, сделав человека хозяином одной из сил природы, резко изменило всю поверхность нашей планеты. Открытие земледелия и скотоводства создали для человека новые условия его местопребывания в биосфере, явились огромной геологической силой, менявшей биосферу, формировавшей мыслью и трудом человека новые виды культурных растений и животных. Биогеохимическая энергия человека изменяла окружающую природу. Этот процесс интенсифицировался в течение последнего тысячелетия, особенно с XV по XX в., когда, по словам Вернадского, «совершился охват единой культурой всей поверхности планеты» , когда «научной мыслью и государственно организованной, ею направляемой техникой, своей жизнью человек создает в биосфере новую биогенную силу» , «новую, не бывшую никогда на планете, живую природу» . В XX в. можно говорить о том, что человек стал сознательным творцом, преобразующим лик Земли, что биогеохимическая энергия культурной работы человечества — Homo sapiens faber — стала мощным фактором в эволюции биосферы, в ее переходе в ноосферу.

Этот новый взгляд на геологическую деятельность человечества нашел свое конкретное, специально-научное воплощение в геохимических и биогеохимических исследованиях Вернадского.

Анализ Вернадским многообразных геохимических процессов, связанных с мыслью и волей, тех изменений, которые вносятся человечеством в окружающую среду, уже сам по себе значителен для изучения процессов развития науки. Тем более значимо то, что Вернадский исходит из понимания биосферы как единого целого, как сложной взаимосвязанной системы, подсистемы которой находятся в стационарном динамическом равновесии. Устойчивость этого равновесия нарушается человеческой деятельностью. Поэтому перед человечеством встает задача охраны природных экосистем, совершенствования своей производственной деятельности, развития научного познания биосферы.

Вместе с тем в его учении о ноосфере нельзя видеть сциентистское превознесение мощи разума и воли человечества. Дело в том, что для Вернадского ноосфера есть продолжение биосферы, закономерная фаза в ее эволюции, необратимый этап в эволюционном процессе. Именно забвение этого, характерное для гуманитарного и социологического мышления, согласно Вернадскому, приводит к искажению действительного положения человека в биосфере, к разрыву и противопоставлению исторических форм жизни человечества природе, к умалению роли биосферы в жизни человечества. «В гуще и интенсивности и в сложности современной жизни человек практически забывает, что он сам и все человечество, от которого он не может быть отделен, неразрывно связаны с биосферой — с определенной частью планеты, на которой они живут. Они геологически закономерно связаны с ее материально-энергетической структурой. <...> До сих пор историки, вообще ученые гуманитарных наук, а в известной мере и биологи сознательно не считаются с законами природы биосферы — той земной оболочки, где может только существовать жизнь. Стихийно человек от нее неотрывен. И эта неразрывность только теперь начинает перед нами выясняться» .

Не отрыв человечества от окружающей природы, от биосферы, а подчеркивание неразрывной материально-энергетической связи между биосферой и ноосферой, между природой и человечеством — таков итог учения Вернадского. Именно такой подход позволяет ему преодолеть односторонние установки как исторического сознания, разрывающего природу и человека, превозносящего свободу и преднамеренность «конструирования» человеком своей собственной истории, так и натуралистического сознания, не подымающегося до постижения биогеохимической мощи научной и производственной деятельности человечества. Вернадский, отнюдь не умаляя, а, наоборот, всемерно подчеркивая биогеохими-ческое значение деятельности человека, связывая с ней новый этап в развитии эволюции биосферы, вместе с тем решительно проводит точку зрения неразрывности биосферы и ноосферы, неотделимости исторического бытия человечества от окружающей его природной среды. В этом заключается вся тонкость теоретических позиций выдающегося русского мыслителя, далекого и от возвышения человечества в некую автономную силу, и от умаления его реальной мощи и его воздействия на геохимические и биогеохимические процессы в биосфере. Можно сказать, что в своих естественнонаучных исканиях, обращая внимание на социокультурные аспекты деятельности человечества, на роль его социального труда в естественных процессах биосферы, Вернадский был гуманитарием. И одновременно он противопоставлял одностороннему гуманитарному мышлению ясное понимание роли естественных процессов в жизни человечества, показывая возможности и перспективы натуралистической мысли в постижении значимости исторической жизни человека.