Гносеологические различия

были менее разнообразны: в основном просветители придерживались эмпиризма локковского толка с подчеркнуто сенсуалистским толкованием происхождения знаний. Онтология интересовала просветителей в меньшей степени: они предоставляли решение этих проблем конкретным наукам (в этом отношении философия П.

В программных статьях "Энциклопедии" - своего рода эмблематическом деянии просветителей - перед "добротной" философией была поставлена задача "объять единым взглядом объекты умозрений и операции, которые можно выполнить над этими объектами" и строить заключения "исходя из фактов или общепринятых истин".

Кризис европейского Просвещения и вместе с ним изменение религиозно-психологической атмосферы становятся заметны в таких предромантических явлениях как апология эмоциональной стихии у позднего Руссо, немецкое литературно-философское течение "Буря и Натиск" с его экспансивным волюнтаризмом, интуиционизм зрелого Гете, антипросвещенческие выпады Гамана и Якоби, визионерская мистика Сведенборга. Трансцендентальный метод Канта оказался в этой среде осью кристаллизации: в XIX в. расцвела "немецкая классическая философия", которая предложила свою многовариантную философию религии , и может быть не будет преувеличением сказать, что здесь впервые после Августина философия попыталась не только найти формулу гармонии с религией, но и построить изнутри свой философский мир, опираясь на аксиомы христианства. Как бы мы ни оценивали результаты этой попытки, сама ее историческая наличность говорит о том, что многовековому процессу секуляризации европейской культуры была противопоставлена мощная альтернатива, причем основанная не на реставрации старых моделей христианской философии, а на соединении новейших систем с евангельскими истинами.

Если можно говорить о каких-то реликтах влияния немецкой классики в "провинциальных" регионах тогдашней Европы (испанское краузианство, итальянское гегельянство, русское шеллингианство и гегельянство), то в "столичных" центрах XIX в. - в Германии, Англии, Франции - религиозный пафос немецкой трансцендентальной философии изживается без остатка; господствуют инертный консерватизм, либеральное богословие и разного рода оккультизм.

Последний период, который можно выделить как некое сюжетное целое, начинается в 70-е годы, когда в единый антипозитивистский поток сливаются самые разные культурные силы: символизм и импрессионизм, вагнерианство и ницшеанство, неокантианство и неотомизм. Религиозное сознание (сознание узкого, но влиятельного слоя интеллектуалов) на этот раз действует в унисон с философским движением. Первой на кризис позитивизма отреагировала католическая мысль: если обозначить хронологические рамки энцикликами, специально посвященными философии, то можно сказать, что от Aeterni Patris (1879) и вплоть до Fides et Ratio (1998) Ватикан пристально следит за развитием европейской философии и не упускает возможности оценить степень совместимости с католической доктриной того или иного заметное явление. Не менее примечательно движение "снизу" , - заметная к концу XIX века попытка интеллектуалов неофитов внести свой вклад в обновление религиозного стиля мысли. Затем обнаружили себя мощные религиозные импульсы российского "серебряного века": сближение интеллигенции с православием (нетолько с доктриной, но и с церковью) начинается в 1901 и быстро перерастает рамки догматически сомнительного "нового религиозного сознания", превращаясь в один из основных элементов философского возрождения России. Наконец, публикацией работы Барта о Послании ап. Павла к римлянам (1918) можно датировать начало обновления и выхода протестантской мысли из тупика либеральной теологии и ее сближения (особенно в "диалектической теологии") с проблематикой и методами новейшей философии. Дальнейшие исторические приключения нашей темы суть - "современность" и потому выходят из рамок заявленной предметности.