Колодец и пирамида: введение в семиологию Гегеля0

«Поскольку реальное различие (der reale Unterschied) при-надлежит крайним точкам, эта среда является лишь абстрактной нейтральностью, их реальной возможностью, — в каком-то смысле теоретической стихией существования химических объектов, их процесса и их результата; в телесном порядке эта функция посредника принадлежит воде; в духовном порядке, насколько вообще аналог такого отношения может быть в нем найден, она должна принадлежать знаку в целом и более точно (naher) языку (Sprache)».

Что здесь следует понимать под средой? Под семиологиче- ским посредником? И более узко (naher) — под лингвистическим посредником, независимо от того, понимается ли под Sprache язык или речь? Здесь мы будем заниматься различием этого сужения, несомненно, открывая в нем по ходу дела лишь сужение различия — другое имя среды духа.

В «Энциклопедии » (§284) Гегель высказывает сожаление о том, что обычно вводят «знак и язык в психологию или же в логику как приложение, не думая об их необходимости и их связи с системой интеллектуальной деятельности ».

Итак, вопреки поверхностному впечатлению, место семиологии должно быть в центре, а не на краю или в дополнении «Логики» Гегеля; а это позволяет нам вписать это введение в гегелевскую теорию знака в семинар, посвященный «Логике» Гегеля. Такое оправдание предварительно затребовано тем фактом, что, вместо того чтобы ограничиться «Логикой», т. е. книгами, которые носят это название, мы главным образом действуем через обходные пути, через тексты, наиболее подходящие для доказательства архитектонической необходимости этих отношений между логикой и семиологией. Поскольку некоторые из этих текстов уже были исследованы Жаном Ипполитом в «Логике и существовании », мы будем неявно и постоянно отсылать к этой книге, особенно к ее главе «Смысл и чувственное».

0 В первой версии этого эссе был воспроизведен доклад, прочитанный на семинаре Жана Ипполита в «Коллеж де Франс» (16 января 1968 г.).

Определяя бытие как присутствие (присутствие в форме объекта или же присутствие для себя в виде сознания), метафизика могла рассматривать знак только в качестве перехода. Она и смешивала себя с таким рассмотрением. И последнее не просто нало- 5 жилось на понятие знака, оно его образовало.

Место перехода, мостик между двумя моментами полного присутствия, знак, следовательно, функционирует только как врёменная отсылка от одного присутствия другому. Мостик может быть снят. Процесс знака имеет определенную историю, ю значение является даже замкнутой историей — замкнутой между исходным присутствием и его круговым повторным присвоением в конечном присутствии. Присутствие для себя абсолютного знания, сознания бытия-при-себе в логосе, в абсолютном понятии будет отвлечено от самих себя лишь на время обходного is маневра или же время знака. Тогда время знака — это время отсылки. Оно означает присутствие для себя, отсылает присутствие к нему самому, организует кругооборот его доставки . И уже всегда движение потерянного присутствия запустило процесс своего конечного присвоения и восстановления.

Жак Деррида ЛВ Поля философии

20 В границах этого континуума производятся разрывы, трещинами проходят разломы, постоянно реорганизуя теорию знака. Они заново вписывают ее понятия в необычные конфигурации, особый характер которых нельзя не замечать. Понятия, будучи захваченными другими системами, конечно, не остаются теми же 25 самыми; было бы по меньшей мере глупо стирать различия этих реструктураций, оставляя лишь гладкую, однородную, неисторическую ткань совокупности инвариантных черт, представляемых почему-то «исходными ». Но и наоборот — разве не столь же глупо не принимать во внимание не начало, но длинные последова- зо тельности и мощные системы, пропускать (чтобы видеть со слиш-ком близкого, т. е. одновременно слишком далекого расстояния) цепочки предикатов, которые, не являясь постоянными, хотя и являются весьма обширными, не поддаются легкому смещению или прерыванию за счет многочисленных событий разрыва, сколь 35 бы соблазнительными или красочными они ни были для первого, т.

В ЭТОЙ конечной, НО относительной ДЛИННОЙ последователь- 15 ности, которую называют метафизикой, знак, следовательно, мог стать предметом некоторой теории, он мог трактоваться, рассматриваться в качестве некой вещи или исходя из некой вещи, исходя из того, что дается для видения в созерцании, т. е. исходя из сущего-присутствующего — теория знака исходит из сущего- 20 присутствующего, но в том же самом движении она находится в виду сущего-присутствующего, в виду присутствия, где бытие- в-виду отмечает как определенную теоретическую власть взгляда, так и инстанцию конечной направленности, telos повторного присвоения, подчинение теории знака свету парусии. Также под- 25 чинение, вполне логичное, невидимой идеальности определенного логоса, который слышит свою речь в непо-средственной близи от самого себя, в единстве понятия и сознания.

Колодец и пирамида..

Здесь мы предлагаем проанализировать эту систему соподчи- зо нения. Ее принудительность характеризуется как весьма мощное общее правило. Такая принудительность конститутивным образом выполняется на всей истории метафизики, и вообще на всем том, что считали возможным подчинить при помощи метафизического ПОНЯТИЯ истории. Часто говорят, ЧТО гегельянство Пред- 35 ставляет завершение метафизики, ее конец и ее выполнение. Поэтому стоит ожидать, что этому ограничению оно даст наиболее систематичную и наиболее сильную форму, в силу этого факта доведенную до ее собственного предела.

40