22.6. Социальный прогресси концепции будущего человечества

Нынешний этап общественного развития, характеризующийся стремительными темпами социального и научно-технического прогресса, со всей остротой ставит вопрос о будущем человеческой цивилизации.

На протяжении всей истории человечества лучшие его представители так или иначе пытались обосновать идеалы и принципы общественного прогресса. Одни из них указывали на невозможность справедливого и разумного устройства жизни, другие, напротив, видели в будущем царство свободы и справедливости.

Исторический пессимизм прослеживается в различных философских учениях древних, так или иначе связанных с религиозным миропониманием о конце мира (эсхатология). Жизнь человечества представлялась здесь как движение от безвозвратно потерянного рая до Страшного суда. В «Откровении св. Иоанна Богослова» этот мотив выражен вполне отчетливо: «Ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?».

Вера в исторический прогресс связана с эпохой Возрождения, давшей образцы достижений науки, искусства, ремесел и ознаменовавшей идеал восходящего торжества разума. Обоснованию этой идеи посвятили свои работы Дж. Пристли, М. Кондорсе, И.Г. Гердер и другие мыслители, хотя особое место она заняла в творчестве Гегеля. Согласно Гегелю, история есть закономерный процесс, в котором каждая эпоха, будучи уникальной, представляет собой необходимую ступень в развитии человечества. Для Гегеля человеческая история заключена в предшествующем состоянии сознания, которое воплощается в материальном мире и даже творит его по своему образу и подобию.

В XX веке широкое распространение получили концепции цикличности человеческой истории, в которых всемирная история выступает лишь как совокупность историй отдельных своеобразных и относительно замкну- тых цивилизаций, развитие которых проходит стадии возникновения, роста, надлома и разложения (А. ТойНби). Спасением от гибели цивилизации может послужить, согласно А. Тойнби, духовное совершенствование чело-вечества на пути создания единой синкретической религии будущего.

Многие современные философы просматривают перспективы будущего человечества сквозь призму концепций информационного общества. В качестве его характерных черт выделяют: возможность любого субъекта получить на основе автоматизированного доступа и современной технологии необходимую информацию; развитие инфраструктуры обеспечения информационными ресурсами социальных действий в различных сферах общественной жизни; процессы ускоренной компьютеризации и электронизации общества, автоматизации и роботиза-ции всех сфер и отраслей производства и управления; радикальные преобразования не только в производстве и технологии, но и в социокультурных структурах. Тот же Белл не без оснований полагает, что в XXI столетии решающее значение для экономической и социальной жиз-ни, для культуры вообще, приобретает становление нового социального уклада, зиждущегося на телекоммуникациях. Революция в организации и обработке информации и знаний с помощью компьютерной техники развертывается одновременно со становлением постиндустриального общества. Три аспекта постиндустриального общества особенно важны для понимания телекоммуникационной революции: 1) переход от индустриального к сервисному обществу; 2) решающее значение кодифи-цированного теоретического знания для осуществления технологических инноваций; 3) превращение новой «интеллектуальной технологии» в ключевой инструмент системного анализа и теории принятия решений.

Вместе с тем переход к информационному обществу связан с переосмыслением традиционного критерия социального прогресса, соизмеряемого количеством накопленных материальных благ, определяемых ростом валового национального продукта.

Такого рода идеологическая установка игнорирует возможности биосферы, ее способность восстановления нарушенных процессов. И пока валовой национальный продукт будет считаться мерилом человеческого благосостояния, считает американский эколог Г. Дейли, препятствия на пути к переменам останутся непреодолимыми, ибо рыночная экономика признает только эффективность — у нее нет органов чувств, способных распознать справедливость или устойчивость.

Поэтому полагать критерием социального прогресса рост валового национального продукта, приводящий к деградации биосферы, — достояние вчерашнего дня. Со-циальный прогресс должен соизмеряться не только уровнем потребления материальных благ, но и сохранением пригодной для обитания окружающей среды и биосферы в целом. Данное обстоятельство положено в основу принципиально нового видения перспектив человечества, оп-ределяемого индексом человеческого развития.

Индекс развития человеческого потенциала включает в себя следующие основные показатели:

количество здоровья, показателем которого служит сте-пень долголетия, т.е. ожидаемая продолжительность жизни;

достигнутый уровень образования, измеряемый как совокупный индекс грамотности взрослого населения,, включая количество лет обучения;

уровень жизни, измеряемый на базе реального внутреннего валового продукта на душу населения.

Следовательно, и социальный прогресс, как необходимое условие продолжения человеческой истории, пред-полагает переориентацию с сугубо потребительского пути развития на путь, определяемый мерой достаточного и разумного удовлетворения потребностей с доминирующей установкой на сохранение и поддержание пригодной для обитания окружающей среды. Сохранение и развитие возможностей гуманистического обогащения человеческого потенциала есть главное содержание общественного прогресса.

Осмыслению возможных путей развития человечества особое внимание уделяется в связи с обострением экологической ситуации.

В других докладах Римскому клубу (Г. Кана, Я. Тинбергена, М Гернье, В. Леонтьева, Э. Ласло, Б. Гаврилишина, А. Печ- чеи- й др.) также содержатся Пессимистические идеи о наступлении глобальной экологической катастрофы.

Подобный вывод разделяют и другие авторы. По сви-детельству генерального директора Программы ООН по окружающей среде, разрушение окружающей среды ныне достигло таких масштабов, что скоро мы столкнемся с экологической катастрофой, сравнимой пб своим последствиям с ядерной.

Сложность и острота современной экологической ситуации не может не тревожить современное общество. В качестве альтернативы сугубо потребительскому вектору развития в 1987 году была разработана.концепция устойчивого развития, в которой четко обозначены основные цели и задачи ближайшего будущего человечества. Главная цель новой стратегии — обеспечить выживание человечества путем преодоления внутрисоциальной напряженности и конфликтности и сбалансированного социопри- родного взаимодействия. Основной задачей устойчивого развития является достижение согласования социально- экономического развития и сохранения окружающей сре-^ ды и природных ресурсов для удовлетворения жизненных потребностей нынешнего и будущих поколений с учетом демографического роста. Исходя из этого, устойчивое развитие предполагает такую социально-экономическую модель завершения XX века и вхождения в XXI век, которая способна удовлетворить потребности ныне живущих поколений и заложить благоприятные перспективы для будущих поколений.

В принятом мировым сообществом документе «Повестка дня на XXI век» обозначена программа действий для решения проблем устойчивого развития.

в центре внимания экономической и социальной политики должны находиться люди, чье право на здоровую, плодотворную жизнь в гармонии с природой имеет приоритетное значение;

задачи сохранения окружающей среды и экономического развития должны решаться неразрывно;

все народы имеют право на развитие при сохранении качества окружающей среды как в настоящем, так и в будущем;

государства должны нести; ответственность за свою деятельность, наносящую ущерб окружающей среде других стран;

государства должны заменить модели производства и потребления, не способствующие устойчивому развитию.

Сложившаяся экономическая ситуация на планете требует переосмысления социально-экономического развития в целом, что порождает необходимость введения ограничений на характер человеческой деятельности. Становится очевидным, что существуют пределы эксплуатации природных экосистем, переход за которые ведет к их разрушению и деградации. В соответствии с этим формирование нового отношения к природе, основанного на сохра-нении характеристик биосферы, — условие устойчивого человеческого развития. Экологический императив сегодня — сохранение основных параметров окружающей среды, жизненно важных для существования человека. Это требует переориентации ценностных установок людей и развития самой науки, осознания непреходящей ценности биосферы и сохранения любой формы жизни вообще как условия поддержания биологического разнообразия. На смену антропоцентризму приходит новая парадигма мышления — биоцентризм как'важнейший элемент со-временной культуры и социального прогресса.

Острота современной экологической ситуации, сложность и противоречивость явлений общественной жизни, социальная напряженность, национальное противоборство и региональные конфликты и многое другое свиде-тельствуют о том, что во всемирной истории происходят фундаментальные изменения, затрагивающие судьбы человеческой цивилизации. Как следствие этого, в последнее время появилось множество концепций, предрекающих конец человеческой истории.

В этой связи вообще возникает вопрос о том, какими целями определяется современное общество в своих ближних и дальних перспективах? Проблема социальных целей особенно важна для суверенных государств, возникших в условиях распада бывшего Советского Союза. Если пренебречь нюансами, то в наши дни сложились следующие вйде- ния перспективных целей человеческих действий.

Прежде всего обозначилось мнение, что у общества нет и не может быть никаких целей, что у человечества нет будущего. Подобные настроения пессимизма и нигилизма весьма распространены. Они подпитывакггся ныне многими печальными реалиями — тень возможного ядерного апокалипсиса, Чернобыль, обостряющиеся глобальные проблемы, бездуховность, резкое падение жизненного уровня и т.д. В такой ситуации социальные цели истолковываются как миф, А У: каждого человека признается только своя узкая цель — выжить или по возможности жить в свое удовольствие,

Крах тоталитарной системы в СССР и странах Восточной Европы, очевидные достижения и преимущества западной технологии, высокий уровень жизни в условиях рыночной экономики, — все это способствует в последние годы утверждению в общественном сознании ориентации на капитализм (постиндустриальное, технотронное, информационное и т.п. общество на основе современной технологии и принципов частной собственности) как единственно возможной социальной перспективы человечества. Вместе с тем, при всех несомненных достоинствах современной западной цивилизации, было бы опрометчиво ее слишком идеализировать. Как отмечает немецкий политолог Ирвйн Фёчер в книге «От государства благосостояния к новому качеству жизни», при существующем общественном строе и капиталистической ориентации промышленного производства невозможно удовлетворительно решить проблемы социальной справедливости, сохранения природы, занятости, бедности, ин-дивидуальной свободы и гуманизма.

Естественно, что многие социальные философы не считают нужным в характеристике будущего отказываться от термина «социализм». Известный западный футуролог О. Флехтхейм настаивает на том, что будущее человечества — это «глобальный социализм», «гуманный социализм» и «экосоциализм». Цивилизованность, демократия, культура — таковы наиболее характерные особенности идеи социализма в ее современном видении.

В этой связи нужно коснуться ставшего чрезвычайно популярным ныне вопроса о рыночной экономике. Изложим его трактовку словами Чарльза Хэнди, известного английского профессора. Он в 1997 г. издал книгу с ха-рактерным названием «Алчущий дух. За гранью капитализма: поиск цели в современном мире.» Ч.Хэнди пишет: «Я не отрицаю важной роли товарных отношений в любом развитом обществе. Возведение принципов городского рынка до уровня ключевой экономической концепции — одно из самых продуктивных достижений в истории цивилизации. Однако мы не должны быть идолопоклонниками. У рынка есть свои пределы, свои непредвиденные последствия. Он представляет собой лишь механизм, а не философию. Рыночные законы срабатывают не везде. В частности, они не действуют там, где предложение ограничено или действует распределительная система...

Трудность состоит в том, что необходимо определиться, где можно дать свободу действий рыночным отношениям, а где они могут понести ущерб. Здесь требуется трезвый ана-лиз, а не слепое поклонение ...» (35, С. 170—171).

Таким образом, по признанию западного теоретика, рынок — лишь «механизм», а не философия современного мироустройства. Наше будущее, судьбы планеты зависят от того, насколько мы поймем, что:

— насыщенность мира оружием ставит человечество перед угрозой самоуничтожения, поэтому альтернативы сотрудничеству нет;

в современной войне не может быть победителей, равно как и побежденных; идеи достижения военного превосходства антицивилизационны;

и космос физический, и космос культуры принадлежат всему человечеству,

проблемы, разногласия и конфликты можно и должно решать на пути диалога, обращения к извечным гуманистическим ценностям;

различия в социальном строе, идеологии, культуре не являются препятствием; различия могут быть источником взаимообогащения;

во взаимосвязанном и взаимозависимом мире безопасность должна быть всеобъемлющей, взаимной и неделимой;

священной ценностью должна быть признана человеческая жизнь.

Только его — человека — творческим гением обеспечивается прогресс цивилизации в условиях мира, который принадлежит поколениям нынешним и грядущим.

Что же касается ценностно-духовных ориентации индивидуальных и массовых социальных действий, то, в согласии с Кантом, ими могут быть лишь цели, достойные человека в его самом высоком понимании как свободной творческой личности.