ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ: ИСТОРИЗМ И ВОПРОСЫ МЕТОДОЛОГИИ (Вместо введения)

Совершенствование духовной сферы социалистического общества в настоящее время все в большей степени зависит от разработки научных представлений о культуре. Идет ли речь о человеке и человеческом факторе, об углублении цивилизованности общества, о накоплении идейно-нравственных сокровищ, об обогащении ценностей, все эти стороны духовного бытия требуют интенсивною и обостренного внимания.

Соотнесение теории культуры с практикой культурной деятельности помогает решать ряд важных задач формирования нового человека, улучшения разносторонней деятельности социальных институтов культуры, совершенствования системы нравственного и эстетического воспитания трудящихся. Осмысление культуры во всем богатстве ее проявлений обеспечивает широкое поприще интеграции знаний, полученных отдельными науками гуманитарного профиля. Теоретические и эмпирические данные социологии, истории, этнографии, психологии, лингвистики, социальной психологии, педагогики, юридических наук могут приобрести новое звучание, если будут обобщены и переосмыслены теорией культуры.

Марксистско-ленинская теория культуры как самостоятельное научное направление внутри философии стала активно развиваться в нашей стране за последние 15— 20 лет. На ее становление как науки оказала огромное влияние систематизация богатейшего теоретическою наследия К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, творческая культуросозидающая деятельность КПСС и других марксистско-ленинских партий. Позитивное значение имели

результаты, полученные при изучении различных аспектов духовной культуры в ряде областей нашего обществоведения, таких, как исторический материализм, теория научного коммунизма, социология, эстетика, некоторые разделы исторической науки, и др.

Духовная культура традиционно изучается многими научными дисциплинами: философией, социологией, историей, искусствознанием, литературоведением и др. Но теоретические вопросы культуры рассматриваются в этих науках лишь в специфическом ракурсе. Философ, например, обращается к общим мировоззренческим проблемам, к содержанию культурно-исторического процесса в целом, к раскрытию роли культуры в социальной динамике. Социолог исследует проявления культуры как социального феномена в общественной жизни, рассматривает ее как фрагмент социального бытия. Историка интересуют факты культуры в ее хронологической последовательности, в живом процессе становления и развития. Эстетик обращается к рассмотрению художественных процессов и содержанию эстетического сознания. Все эти аспекты важны, но они зачастую лишены интегративной направленности. Вот почему оформление теории культуры как целостной концепции духовных процессов воспринимается как насущная задача философии.

Теория культуры рассматривает духовную культуру как самостоятельный объект изучения, исследуя его в комплексе, интегрально. Это различие в подходе к пониманию культурных процессов подчеркивал Ф. Энгельс, который, характеризуя ограниченность домарксистской философии, отмечал, что в ней производство и все экономические отношения фигурировали лишь как «„второстепенные элементы „истории культуры”»1. Тезис об определяющей роли социально-экономических отношений является методологическим принципам осмысления культуры как исторической реальности и дает ее систематизированное истолкование.

В настоящее время все в большей степени ощущается потребность в изучении культуры в ее многомерных связях с совокупным духовным опытом, с общественной практикой и учетом сущности культурно-исторического процесса. Более актуальным становится познание ее сущности, внутренней структуры, способов и форм функционирования, зависимости темпов и направления ее развития от других сфер социальной жизни и различных общественных институтов, а также обратного воздействия на них культурных факторов.

Развитие культуры специфично. Поэтому предстоит осмыслить особенности ускоренного развития в этой сфере, выявить уникальные, своеобычные черты этого процесса. Особенно важно для практики социалистического строительства в новых условиях фундаментальное теоретическое исследование закономерностей функционирования и развития культуры. В новой редакции Программы КПСС отмечается: «Создание подлинно народной многонациональной советской культуры, завоевавшей международное признание,— историческое достижение нашего строя. Истоки ее могучего влияния — в верности правде жизни, идеалам социализма и коммунизма, глубоком гуманизме и оптимизме, тесной связи с народом»2*

Особенности современного этапа изучения духовной культуры состоят в комплексном подходе, в стремлении исследовать ее связи со всеми сторонами и процессами жизнедеятельности общества. Такая позиция позволяет наиболее полно выявить как положительный опыт социалистического культурного строительства, так и факторы, отрицательно влияющие на формирование новой культуры, а интегративный подход помогает вскрыть механизмы воздействия культурных норм и ценностей на динамику общественного бытия.

Разумеется, создание теории культуры не сводится к простому суммированию результатов исследований конкретных наук. В ходе исследования важно добиться теоретического синтеза, в котором духовная культура выступит как сложный социальный процесс развития потенций человека, процесс, реализующийся в конкретно-исторических формах материального и духовного производства* История марксистско-ленинского обществоведения свидетельствует о том, что процесс «отпочкования» отдельных его отраслей носит объективный характер и, как правило, дает положительные результаты.

Вычленение теории культуры как самостоятельного научного направления имеет не только большое теоретико-познавательное, методологическое, но и серьезное практическое и политическое значение для научного решения актуальных проблем коммунистического культурного строительства, для усиления идеологической борьбы с различными буржуазными и мелкобуржуазными концепциями культурно-исторического процесса. Вопросы теории культуры в марксистско-ленинской науке до последнего времени были разработаны в меньшей степени, чем ряд других проблем нашего обществоведения, и буржуазные концепции культуры особенно активно используются нашими противниками в идеологической борьбе против научного коммунизма. Немалое значение имеет и то обстоятельство, что классовый характер многих элементов духовной культуры не проявляется в открытой и очевидной форме, что служит основой для различных буржуазных теорий «глобализации» и «планетаризации» культурных процессов. В условиях, когда происходит налаживание международного общения в области науки и культуры, осмысление содержания и обусловленности культурных явлений в теории культуры может помочь международному культурному сотрудничеству.

Для марксистско-ленинской теории культуры характерны три основные содержательные функции:

— научно-познавательная, призванная вырабатывать знания об объективных закономерностях развития культуры и движения культурно-исторического процесса в целом, а также о культурных процессах в данный исторический период;

— идеологическая, направленная на распространение передовых мировоззренческих представлений среди широких слоев общества, чтобы помочь им ориентироваться в сложных современных социальных, политических и идеологических условиях, способствовать их коммунистическому воспитанию;

— практическая, цель которой — выработка научно обоснованной государственной и партийной политики, создание научной базы для планирования и прогнозирования исторического развития различных сфер духовной культуры.

Теория культуры, таким образом, изучает общие законы и движущие силы развития духовной жизни общества, место человека в социокультурных процессах общества и в культуре, духовную культуру как сложный процесс освоения членами общества своей социокультурной реальности. Она исследует содержание культуры, присущие ей социальные функции, ее структуру и ее место в системе общественных отношений. К компетенции теории культуры относится весь комплекс изучения общих закономерностей становления и развития духовной жизни, специфических закономерностей и важнейших этапов ее развития в условиях коммунистической формации. Теория культуры должна давать прогностиче^ ские представления о характере тех изменений в духовном бытии людей, которые соответствуют переходу человечества от классового общества к бесклассовому- Она также исследует формы деятельности людей, направленной на преобразование духовной практики общества.

Резюмируя эти положения, следует отметить, что теории культуры присущи социальная значимость, проявляющаяся в тесной связи с общественными запросами, аналитический подход, позволяющий адекватно познавать и исследовать закономерности духовной культуры, и методологическая значимость, обеспечивающая многосторонность отражения и решения новых общественных и организационных проблем духовной жизни.

В последнее время в исследованиях культуры обнаружились различные тенденции, специфику которых определило разнообразие культурных процессов и явлений. Так, наметилось широкое включение в русло теории культуры историко-философских воззрений, описание и анализ мировой культуры в целом, установление связи культурных феноменов разных эпох, выявление зависимости характера культуры от смены общественно-экономических формаций. Особо можно отметить растущее изучение культурного содержания конкретной эпохи, позволяющее наиболее адекватно отличить один исторический период от другого или выделить его специфику в общем историческом процессе. Философы, историки, искусствоведы и социологи исследуют специфические культурные явления античности, Возрождения, Реформации, локализуя свои научные интересы внутри каждой конкретной эпохи.

В арсенале познавательных средств философской теории культуры следует считать и структурные исследования, в которых осмысливаются устойчивые и универсальные принципы возникновения и «строения» культурных феноменов, а также общесистемный подход. В рамках последнего культура в широком, категориальном значении этого слова рассматривается как определенная целостность. Философы и социологи, работающие в этом русле, ставят перед собой задачу выявить соотношение природного, социального и культурного в человеческой жизнедеятельности.

Явления культуры, в которых опредметились те или иные человеческие ценности и значения, представляют собой «мир оживших предметов» и требуют ценностно-нормативного подхода к их изучению. В этом случае аналитическое описание ценностей и норм дает возможность разрабатывать конкретные модели культуры.

Марксистско-ленинская философская теория культуры располагает сложным и разветвленным аппаратом. Заимствуя у других наук некоторые понятия, она в то же время наполняет их специфическим содержанием. Вместе с тем она вводит собственные базовые понятия, такие, как «культура», «культурные ценности», «культурно-исторический процесс», «структура духовного производства», «культурный прогресс», «субъект культуры», «уровень культуры», «культурные слои», «культурная среда», «культурная дифференциация», «культурный

факт», «феномен культуры», «культурное наследие», и др. Подобная разработка категориального аппарата диктуется логикой научного познания* стремлением закрепить и осмыслитъ опыт культурно-исторического процесса и социалистического культурного строительства.

Категории и понятия философской теории культуры отражают такие черты человеческой деятельности, которые связаны с созданием, распределением, обменом и потреблением продуктов культурной деятельности. Они позволяют выявить качественные особенности разных исторических типов этой деятельности, а также то новое, что характеризует ее при социализме. На их основе распознаются механизмы формирования личности социалистического типа, развития ее гражданских качеств и творческих способностей. Стало быть, разработка системы логико-методологических принципов комплексного исследования культуры, а также выявление специфических методов изучения культуры для фундаментальных исследований и прикладных разработок, связанных с развитием социалистической культуры, весьма актуальны.

Прежде всего следует остановиться на самом понятии «культура». Естественно, что марксистско-ленинская теория культуры, выявляя и осмысливая закономерности духовного развития общества, не может обойтись без научного понятия культуры, без определения ее общеисторического смысла и содержания, без осмысления специфического места данного понятия в ряду других культурологических категорий.

В последние годы в советской литературе вошло в широкий обиход двоякое толкование категории духовной культуры. В одном случае речь идет о широком философском толковании, согласно которому «культура» понимается как сложный общественный феномен, охватывающий различные стороны духовной жизнедеятельности общества и творческой самореализации человека. Но рядом существует и стойко уже укоренилось, условно говоря, «рабочее», узкопрофессиональное определение духовной культуры как одной из многих сфер духовной жизни наряду с наукой, образованием, искусством. На наш взгляд, в качестве научного понятия оно неточно и не отражает современного уровня знаний, всей сложности и богатства содержания духовной культуры.

Проблема определения культуры имеет и многолетнюю историю и многотомную литературу. К сожалению, в рамках марксистской общественной мысли пока не выработано единое научное определение данного феномена, нет единства по этому вопросу и среди западных философов-культурологов.

На данном этапе развития научного знания с этим приходится мириться: ведь марксистской теории культуры еще предстоит решить многочисленные концептуальные и терминологические проблемы. К тому же к исследованию культуры все еще обращаются представители самых различных, порой достаточно далеких друг от друга, общественных наук. Естественно, что в каждом случае исследователи рассматривают сходные, а порой — одни и те же факты и явления под разным углом зрения. При этом они по-разному представляют себе исходную модель, применяя в своем анализе привычную для них систему категорий, понятий, а также допущений, способов аргументации, присущих именно данной конкретной дисциплине. Это ведет к различиям, порой весьма существенным, в трактовке самого исследуемого феномена.

Многие исследователи убеждены в том, что многозначность термина «культура» не дает возможности для четкого, содержательного и однозначного определения границ обозначаемого им понятия. Между тем известная доля конвенциональности в данной ситуации представляется ныне как нельзя более необходимой, хотя бы в качестве определенного шага на пути к выработке общепринятого определения, фокусирующего в себе различные оттенки и «смыслы» самого явления.

Проблема в целом продолжает оставаться дискуссионной. Однако усилия многих исследователей приблизили нас к пониманию культуры как сложного социального феномена, имеющего отношение буквально ко всем сторонам общественной и индивидуальной жизни, как живого, единого организма, открытой, целостной, многозначной и полифункциоінальной системы.

В последние годы в нашей литературе наметились два сравнительно четких подхода к пониманию культуры: один (условно говоря, «философский») делает упор на таких аспектах, как производство', распределение, потребление культуры, и в качестве главной ее черты выдвигает создание ценностей, подчеркивая динамичный характер культуры как процесса развития сущностных человеческих сил и способностей в ходе сознательной деятельности личности. Другой подход (назовем его «социологическим») рассматривает культуру как систему ценностей, норм, институтов, т. е. с точки зрения ее предметной структуры. Целесообразно синтезировать эти подходы, детальный анализ ценностной структуры общества дополнить анализом социальных и антропологических предпосылок культуры. Разумеется, процессы дифференциации, растущей специализации науки и дальше будут вносить пестроту в осмысление феномена культуры. Но этому сопутствует другой, диалектически связанный с ним процесс интеграции научного знания, углубления взаимодействия между различивши дисциплинами. При изучении культуры это в полной мере проявляется в росте междисциплинарных исследований, все более частом сотрудничестве в рамках определенного исследовательского проекта различных специалистов — например, историков, этнографов и социолингвистов, социологов, философов, психологов и т. д.

Поскольку духовная культура неразрывно связана с общественной жизнью, то в ее содержании естественно отражаются многообразные социальные процессы и кол- лизни, отношения внутри общества. Культура служит специфическим способом организации и развития человеческой жизнедеятельности, включает в себя различные с тор о ны ч е л ов еческо го существ ов ания, мн огооб р аз ны е связи и отношения человека с окружающим миром и другими людьми. Некоторые определения культуры, встречающиеся в литературе, содержат в себе абсолютизацию одной из ее сторон. При этом целостный характер ее утрачивается* Так, например, нередко культура сводится лишь к предметным результатам человеческой деятельности, т. е. к объективной форме существования культуры, и тогда ее личностная (субъективная) форма остается вне поля зрения; в других же определениях, напротив, подчеркивается роль традиции, преемственности и тем самым упускается аспект творчества, созидания нового и т. д.

При разработке категории «культура» важно постоянно иметь в виду исторический контекст этого социального явления. Историзм позволяет сочетать в понимании культуры моменты особенного с признанием той связи между ними, которая объединяет их в общий процесс культурного развития человечества.

В марксизме проблема культуры раскрывается и анализируется как проблема изменения, развития самого человека, т. е. «очеловечения» человека, утверждения в нем гуманистического начала. Объективным критерием развития культуры является степень той универсальности, с какой человек относится к природе, к другим людям, к самому себе.

Таким образом, культура — это исторически развивающаяся система созданных человеком материальных и духовных ценностей, социокультурных норм, способов организации поведения и общения, а также обусловленный способом материального производства процесс развития сущностных сил человека, его самореализации, процесс его творческой деятельности, социально значимой по своей сущности и направленной на освоение и изменение мира, в котором живет человек. Кроме того, в теоретическом понимании культуры учитываются и всеобщие, универсальные, общечеловеческие характеристики, и этим определяется та часть проблематики теории культуры, которая связана с изучением культурно-исторических универсалий. В этом случае понятие «культура» используется в абстрагированном (или генерализованном) смысле. При такой трактовке понятия речь, как правило, идет о совокупности всех артефактов, доступных ИЗучеНИЮ И СГруППИрОВаННЫХ ВОКРУГ ДВУХ ПОЛЮСОВ* отражающих наиболее общее разделение форм человеческой деятельности на материальное и духовное производство. Соответственно выделяются сферы материальной и духовной культуры.

Относительная самостоятельность материального и духовного аспектов культуры позволяют сделать объектом изучения структуру связей между ними, пути и способы их влияния друг на друга, что существенно расширяет и углубляет область знания о человеке и его окружении. С другой стороны, очевидная взаимодополнительность этих двух аспектов культуры позволяет при анализе рассматривать каждый из них (в зависимости от уровня исследования) как совокупность объективных условий, определяющих динамику функционирования другого.

В сферу материальной культуры обычно включаются все имеющиеся орудия и средства труда, относящиеся к материальному производству, навыки обращения с ними, способы производственной деятельности, а также результаты труда. Сюда же в настоящее время можно отнести совокупность знаний, непосредственно связанных со сферой производства. Наконец, это также нормативноценностные аспекты распределения материальных благ и регуляции элементов социальной структуры, обусловленных непосредственно материальной стороной общественного бытия.

Последний аспект представляет собой в аналитическом смысле промежуточную область между сферами материальной и духовной культуры.

К сфере духовной культуры можно отнести знания* навыки и продукты деятельности, связанные с порождением, поддержанием и изменением образцов и механизмов, регулирующих отношения людей с окружающим природным миром, миром артефактов (вещей «второй природы» и идей) и друг с другом.

Что касается динамического аспекта культуры, понимаемой в генерализованном смысле, то он определяется следующими теоретическими положениями.

а) Развитие человечеоких культур носит поступательный характер. Направленность развития определяется, с одной стороны, возможностями, содержащимися в совокупности условий, задающих границы культуры, а с другой — степенью и способами реализации этих воз- можиостей представителями различных социальных групп носителей этой культуры.

б) Объективный характер поступательного развития культуры не означает, что оно происходит автоматически. Изменения в социокультурной жизни совершаются людьми, зависят от их знаний, энергии, воли.

в) Поступательное развитие рассматривается как общая тенденция историко-культурного движения человечества. В рамках локальных культур возможны спады и застои как в отдельных культурных сферах, так и в культуре в целом. Интенсивное развитие одних областей культуры может сопровождаться более медленными изменениями в других. Таково, например, в настоящее время соотношение науки и искусства в рамках западной цивилизации.

Для исследования динамики культурно-исторического процесса понимание культуры в генерализованном смысле становится недостаточным. Необходимым оказывается иной угол зрения на культуру, позволяющий увидеть в ней не только инвариантные, универсальные характеристики. Для этого понятие «культура» используется в кЪнкретно-историческом смысле и относится к процессу реализации накопленного человечеством культурного потенциала (описываемого понятием «культура» в генерализованном смысле) в рамках данных конкретно-исторических условий. В этом случае в понятии «культура» также целесообразно выделять аспекты, относящиеся к сфере как материального, так и духовного производства.

Важнейший аспект культурной динамики, определяющий воздействие тех или иных фактов и явлений культуры на более широкий культурный контекст, связан с наделением их смыслом, в частности с перераспределением ценностных приоритетов в рамках культуры. На конкретно-историческом уровне анализа определяется ключ к интерпретации социокультурных фактов, их сочетаний и их последствий благодаря изучению механизмов смыслообразования.

При конкретно-историческом направлении анализа термина «культура» акцент перемещается с явлений всеобщего характера на единичные и особенные. Границы охватываемых исследованием явлений определяются понятием «исторический тип культуры», устанавливающим конкретную определенность культуры через набор ее общественно-исторических (формационных), национальных и классовых характеристик. В этом случае закономерности развития культуры определяются через изучение наблюдаеімых событий социокультурной жизни с точки зрения их соединения в процессы, формы и структуры которых обусловливаются общей совокупностью условий материального и духовного порядка, с одной стороны, и их конкретно-историческим смыслом — с другой. Совершенно очевидно, что последнее подразумевает необходимость включать в аналитическую схему человеческую деятельность. В рамках марксистской философии такое включение предусмотрено основополагающим представлением о человеке как о единственном носителе активной силы, действие которой направлено на освоение и создание материальных и духовных ценностей.

Конкретно-исторический уровень анализа культурного аспекта человеческого бытия требует концентрации внимания на непосредственных процессах социокультурной жизнедеятельности человека, протекающих в изучаемых социально-исторических обстоятельствах, на исследовании конкретных механизмов осмысления окружающих условий, используемых людьми в данных исторических условиях, на анализе используемых ими способов поддержания или изменения ценностной иерархии этих условий по отношению к изменениям, происходящим в экономической, социальной, политической и других сферах, на изучении процессов порождения новых (или возрождения казавшихся архаическими) культурных ценностей, образцов, институтов.

Совершенно очевидно, что каждая из этих двух совокупностей проблем теории культуры предполагает использование для изучения культуры различных временных параметров. Так, в первом случае в сферу внимания исследователя попадают долговременные процессы, измеряющиеся временем жизни многих поколений людей. Во втором же случае временные параметры изучаемых процессов соизмеримы с жизненным циклом одного поколения. Говоря о временном аспекте изучения культуры, следует напомнить, что в рамках марксистской культурологии человек рассматривается как единственный субъект духовной деятельности, творец и носитель культурных ценностей и в то же время как объект культуры. С точки зрения этой теории жизнедеятельность личности рассматривается как единичное по отношению к особенному — ценностно-нормативному содержанию личности, которое типично для социальной группы индивида, и всеобщему — .культурному потенциалу общества и рассматриваемый исторический период времени. Такое рассмотрение позволяет систематически проследить связи и взаимовлияния названных уровней в синхронном и диахронном аспектах. Исследователь, фиксируя в этом случае устойчивые и повторяющиеся во времени, абстрагированные от человека аспекты культуры, имеет также в виду, что социокультурной жизни присущи подвижные, преходящие черты, связанные с поведением и деятельностью людей в обществе.

Живя в культуре, люди осуществляют действия, которые по отношению к динамике социокультурного бытия можно разделить на две категории: а) действия, протекающие в рамках установленных и нормализованных отношений людей с окружающей средой и друг с другом; б) действия, связанные с генезисом, нециклическими изменениями или же распадом этих отношений.

Это означает, что поступательное развитие культуры обусловлено возможностью связи времен, диалектической прееМСТВеННіОСТИ идей И способов деятельности ПЮг- колений, с одной стороны, и внесением в жизнь людей культурных инноваций — с другой. Поэтому адекватный анализ культуры связан как с выявлением исторических корней ее фундаментальных оснований, так и с рассмотрением генезиса новых культурных образований и определением тенденций их развития.

Принцип историзма является существенной составной частью марксистской теории культуры, выполняя в ее рамках важные методологические функции. Во-первых,, им обусловлено требование рассматривать культурные явления и процессы как направленные, а их направленность определяется как движение во времени от прошлого к будущему. Во-вторых, он позволяет на оси времени зафиксировать позицию наблюдателя, с которой оказывается возможным следить за динамикой не только отдельных явлений и процессов определенной культуры в ее конкретно-историческом понимании, но и рассматривать развитие макроисторических процессов. Наконец, принцип историзма позволяет выделять и сравнивать друг с другом различные временные состояния одной и той же культурной целостности с целью выявления происходящих в ее рамках структурных и содержательных изменений, т. е. определения различных ступеней ее развития. При этом следует отметить, что процесс развития культуры, хотя и обладает определенной самостоятельностью (в развитии сферы общественного сознания, идей, символических систем), тем не менее находится под воздействием ограничений и динамики производительных сил общества и его социально-экономической структуры, в силу того что определенный тип духовного производства связан с определенным типом материального производства. Производительные силы общества в каждый исторический период обусловливают совокупность требований к людям в отношении объема знаний и навыков деятельности, а следовательно, влияют на структуру и содержание определенных культурных процессов (например, образование, нормы профессиональной деятельности и т. п.).

Принцип историзма в теории культуры выполняет не только важную познавательную функцию, но и имеет существенное мировоззренческое значение. Руководствуясь этим принципом, исследователь культуры оказывается перед необходимостью решать ряд теоретических проблем, имеющих фундаментальное значение для понимания культурной жизнедеятельности людей как динамического процесса. Первый круг проблем связан с необходимостью следить за меняющимся в истории положением человека по отношению к природному и ценностному окружению. Иными словами, изучение каждого историко-культурного периода следует начинать с постановки вопроса: какое место занимает и какую роль выполняет человек по отношению к природе и выработанным практикой культурной деятельности духовным ценностям. Второй круг проблем определяется задачей выявления культурных универсалий.

Особую мировоззренческую функцию принцип историзма выполняет при изучении культурной жизнедеятельности людей в период переломов и революций. Переломные, кризисные периоды в культурной жизни общества или цивилизации обычно свіязаіны с переходом их из одного исторического состояния в другое. Эти периоды характеризуются неопределенностью ориентаций движения культуры, размытостью, нечеткостью культурных норм и ценностей. Существенные изменения в процесс развития культуры вносят также социальные революции. В эти периоды совершается быстрая и полная замена одного типа общественных отношений — устаревшего — другим, новым, более соответствующим ■изменившимся условиям.

Мировоззренческая значимость принципа историзма* особенно велика в периоды революционных бурь и переломных эпох, ибо в это время он заставляет людей обращаться к более четкому осознанию своего места и роли в истории, к определению направления дальнейшего' общественного развития. Своеобразие и различие сфер- культуры, их относительная независимость друг от друга, различие в скорости внутреннего движения делают- наблюдение за культурной динамикой сложным аналитическим процессом. С другой стороны, тот факт, что*' соотношение универсального и конкретно-исторического,, о бщече лов еческого и национал ьно-сп ецифического И каждой культуре обусловлено объективными факторами,,, дает возможность реалистически и с научных позиций подойти к решению проблем, возникающих в духовной: жизни людей в связи с этим соотношением.

Поскольку трактовка понятия «культура» в марксистско-ленинской философии подразумевает отражение в нем и объективной и субъективной сторон жизнедеятельности человека, адекватная философская оценка культурного аспекта человеческого бытия означает необходимость иметь дело не только с описанием культурной реальности «как она есть», но и с ее нормативным идеальным образом, системой представлений о том, что должно быть при определенных исторических условиях.

Применение принципа историзма в марксистской культурологии имеет существенное значение при построении системы идеально^тіорма тивных теоретических представлений о культуре, об образе жизни людей. Историзм является необходимым прежде всего для определения содержания общественных идеалов с точки зрения возможности их осуществления в настоящем или в будущем.

Идеалы, понимаемые как квинтэссенция системы духовных ценностей общества, с одной стороны, и источники целеполагания — с другой, являются значимой хар актори етико й развития духовной стороны культуры и образа жизни. Представляя собой динамичное по структуре и содержанию духовное образование, идеалы одновременно суть и продукт имеющихся историко-культурных условий и обстоятельств, и нормативные представления, устремленные в будущее.

Нормативный (или аксиологический) аспект осмысления понятия «культура» обусловлен гуманистическими ценностями, составляющими основу марксистско-ленинской философии и подчеркивающими существенную зна- чимостъ развития духовного потенциала человека, являющегося мерилом оценки достижений общества.

Историческая цель развития культуры, согласно идеально-ценно стной концепции в рамках марксистско-ленинской философии,— построение и сохранение такой культуры, которая активизировала бы социальное творчество людей, побуждала бы членов общества к самодеятельности во всех областях общественной жизни, способствовала бы их становлению как активного и сознательного субъекта культурно-исторического процесса на различных стадиях его развития.

В конкретно-историческом смысле понятие «культура» характеризует процесс реализации людьми в данных конкретно-исторических условиях накопленного человечеством культурного потенциала, относящегося как к материальному, так и духовному производству. Причем главное в этом процессе — духовное воспитание человека, его «возделывание». Личность рассматривается как субъект культурно-исторического процесса, развитие которого определяется активным участием в деятельности, направленной на достижение высоких общественных целей. Суть культуры, следовательно, в обеспечении таких условий для человеческой деятельности, которые помогают раскрывать творческий потенциал, интеллектуальные и нравственные возможности личности.

Всестороннее развитие личности как проблема теории культуры выдвигает перед исследователями целый комплекс вопросов. Важно уточнить само понятие субъекта культуры. Очевидно, не всякое поведение человека в культурно-историческом процессе позволяет говорить о нем как о субъекте культуры. Характеризовать индивида в этом качестве можно лишь тогда, когда он включается в культурно-исторический процесс как личность, как активная творческая духовная сила.

В этапах развития культуры прослеживается и становление личности. Оно охватывает подготовку человека к общественно полезной* творческой деятельности и сферу его непосредственного участия в этой деятельности. Культура выступает одновременно и как процесс развития человеком своих творческих сил и способностей, и как процесс реализации этих способностей в социально значимых результатах деятельности.

Нетрудно заметить, что в таком понимании культуры главный упор делается на развитие человека, на формирование личности, способной взять на себя решение сложных и трудных задач, стоящих перед обществом. Общественная ценность культуры в том, что она служит необходимым условием практической деятельности масс, направленной на преобразование окружающего мира и самих себя. Иными словами, она выражает не пассивное,, созерцательное, потребительское отношение человека к миру, а его активно-творческое поведение, непосредственно совпадает с его существованием в качестве активного субъекта истории. А субъект культурно-исторического процесса связывает свою деятельность в настоящем на основе прошлого с будущим. В результате и культурное наследие, и современная культура оцениваются, субординируются не только в историческом и современном аспектах, но и на базе научного прогнозирования.

В своем социальном бытии, в процессе материального и духовного производства люди создают предметы и идеи, продиктованные их потребностями и способностями. Но социокультурная практика не ограничивается только этим. Из этих предметов и идеи люди выстраивают упорядоченные совокупности, например, Производственное! оборудование, определенные наборы вещей быта, а вг духовной сфере — философские- системы, эстетические воззрения, которые выступают как компоненты культурной среды. Их многообразие и подвижность, хотя они и являются продуктами человеческой деятельности, ставят перед людьми проблему упорядочения своей культурной среды, выбора наиболее значимых ее элементов, как существующих, так и еще находящихся в процессе созидания. Основой такого упорядочения служит отношение людей к своему социальному бытию. В условиях социокультурной жизни постоянно реализуется человеческое действие1, связанное с оценкой, с ценностными ориентациями.

Оценивающая деятельность фиксирует социокультурные предпочтения людей в мире предметов, идей, видов деятельности. Подобного рода предпочтения, как известно, определяют индивидуальный жизненный путь и направленность групповых действий людей. В процессе сопоставления предпочтений в ходе межличностного общения или развития отношений между социальными классами и группами складываются фиксированные и разделяемые большинством людей данного класса или группы представления о некоторых «ведущих» явлениях культуры. С помощью такого сопоставления люди располагают, упорядочивают, ранжируют и перераспределяют значения уже существующих и вновь создаваемых предметов и представлений. Те из них, которые в данный период времени принимаются как наиболее значимые для жизни в обществе и культуре и в то же время положительно оцениваемые, можно назвать культурными ценностями, т. е. теми феноменами, которые аккумулируют духовню-нравственные и технологические приобретения. Культурные ценности, детерминированные социально-политическим и экономическим факторами, выражают общественное отношение социального субъекта (класс, коллектив, личность) к различным явленням* факторам и процессам духовной жизни. Эти ценности образуют особые совокупности или системы в каждой из сфер социокультурной жизни людей. Так, сфера политики располагает своими) ценностями — политическими; искусство порождает художественные ценности; наука — интеллектуальные. В обыденной жизни бытуют моральные, нравственные ценности. Каждая система ценностей представляет собой своего рода шкалу, в которой объекты упорядочены соответствующим образом. Естественно, что эта шкала предпочтений неодинакова у различных членов общества. Одри и те же предметы и идеи могут занимать высокое положение в системе ценностей одних людей, среднее — у других и совсем не входить в эту систему у третьих. В подобных случаях, видимо, следует говорить не о «негативных ценностях», а о негативных оценках определенных явлений культуры. Такой подход, признающий как позитивные, так и негативные- оценки, очень важен при решении вопросов, связанных с совершенствованием культурной политики, ибо НИ ОДИН тип оценок не может быть возведен в абсолют и нуждается в исследовании причин и путей его влияния на живые процессы культуры.

Культурные ценности разнообразны и отнюдь не распространены равномерно среди всех членов общества. В современном развитом обществе, неоднородном: по своему культурному составу, можно выделить, по крайней мере, четыре уровня таких ценностей: общесоциальные (общезначимые), классовые, локально-групповые и индивидуальню-личнюстные.

Общесоциальные ценности нередко по своему содержанию совпадают с общечеловеческими. Например* ценность рождения ребенка (продолжение рода), ценность жизни, любви. Но они могут и отличаться от общечеловеческих — (например, в одном обществе или социальной группе ценностью может быть индивидуальное самоутверждение личности, тогда как в другом — следование традиционно «безличностным» обычаям и нормам; в одном обществе ценностным актам является рождение любого ребенка, в другом — только мальчика. Об- щесоциалъные ценности, несмотря на их универсальный характер, могут не восприниматься как общечеловеческие. Так, христианские этические ценности (любовь к ближнему, милосердие, смирение) вступают в противоречие с революционной преобразующей деятельностью. Социалистические ценности (социальное равенство, творческая деятельность, активная жизненная позиция) еще не восприняты всем человечеством.

Классовые ценности, как правило, непосредственно связаны с интересами отдельных классов в обществе и входят в состав их идеологии. Предметы и идеи, отвечав ющие классовым интересам, наделяются позитивной оценкой и в качестве ценностных представлений и суждений составляют содержание классовой идеологии. Для идеологии, отражающей интересы трудящихся (рабочего класса, крестьянства, интеллигенции), ценностями являются все идеи социалистического гуманизма, социального и национального равенства, всестороннего развития личности.

Локально-групповые ценности создаются людьми в их повседневном общении и взаимодействии. Они отражают, некоторые социально типичные предпочтения в сфере культуры. Так, можно говорить о специфично молодежных ценностях (сегодня это. раскованность поведения, определенные предпочтения в искусстве, в манере одеваться, стремление к молодежной идентичности).

Индивидуальночтіичностные ценности включают в себя предметы и идеи, соответствующие вкусам и склонностям каждого отдельного члена общества, отобранные* им из тех, что уже имеются в окружающей его социокультурной среде, или же созданные в результате индивидуального творчества. В нашем обществе доступ к культурным ценностям имеет широкий всенародный характер. Однако наряду с людьми, активно участвующими в освоении культурных ценностей, некоторая часть населения глуха и равнодушна к ним, не приучена к интеллектуальной работе, бедна эмоционально. Культурные ценности кажутся ей малозначительными.

Можно говорить и о другой крайности, когда некоторые люди стремятся окв-ашть «самое новое» в культуре, ориентируются на количественное потребление ценностей: успеть в течение дня посетить модную выставку, побывіатъ в музее, попасть на премьеру новогЬ фильма... А что касается художественной литературы^ то здесь одна цель — стремительно «проглотитъ» новинку, чтобы быть «на уровне века». Неудивительно, что такая позиция порождает дилетантизм, поверхностное и легкомысленное отношение к ценностям культуры. Ценности в этом случае не проникают в глубинный душевный мир человека, не (развивают и не обогащают* его. Для такого рода людей ценности приобретают чисто внешний характер, служат трафаретами суждений. Таким образом вырабатываются стандарты и стереотипы восприятия культуры, модой становятся определенные книги и спектакли, фильмы и песни, причем не самого лучшего качества. Естественно, что все это чрезвычайно усложняет систему распределения культурных ценностей в обществе.

Поскольку меняются условия социокультурной жизни (создаются новые предметы и идеи, меняются социальные отношения и т. п.), людям приходится переопределять изменяющиеся элементы своего окружения, перераспределять их места в своей картине мира,, т. е. «переоценивать ценности». Это относится ко всем уровням ценностей. Так, каждая братская национальная культура стала в нашей стране общесоциалыюй ценностью, чего не было; до революции, в царской России, а индивидуальная человеческая жизнь приобрела общечеловеческую ценность. На региональном уровне это изменение легко продемонстрировать в искусстве. Известно, например, что признанные сейчас художественной ценностью работы импрессионистов в период становления этого стиля многими не удостаивались ранга живописи. То же и в музыке: так, еще в 40-х годах критике подвергались произведения С. Прокофьева и Д. Шостаковича, а сегодня эти величайшие композиторы признаны классиками не только в нашей стране, но> и во всем мире.

Не остаются неподвижными и локально-групповые ценности. Вспомним, как менялось отношение молодых людей к модной одежде в разные периоды истории Советской страны: нарочитое пренебрежение к моде в 20-е годы; респектабельность, желание подражать стар- тему поколению ъ 40—50-е; возникновение специфично молодежных стилей поведения и мюды в 50—60-е (поклонников такой моды тогда называли «стилягами»); специфично молодежная 'мода с ее динамикой, обличающей юность от зрелости,— сегодня. Меняются и индивидуально-личностные ценности: скажем, агрессивная нетерпимость, свойственная юности, может в более старшем возрасте уступить место снисходительности, тонкому пониманию сложности жизни; художественная литература как ведущая эстетическая ценность может уступить место у той или иной личности увлечению живописью или музыкой.

Из сказочного видно, что люди используют ценности в качестве устойчивых культурных ориентиров, с которыми они соотносят свою обычную жизнь и профессиональную деятельность. В антагонистическом обществе индивидуальное бытие человека в «макромире» культуры противоречиво уже в силу того обстоятельства, что в условиях буржуазной действительности «чем больше ценностей он создает, тем больше сам он обесценивается и лишается достоинства»3. В социалистическом же обществе вся культурная политика, опирающаяся на вечные и высшие ценности Равенства, Справедливости, Добра и Красоты, направлена на постепенное высвобождение людей из-под гнета практицизма и власти утилитарных ценностей (ибо при всей значимости их функции жизнеобеспечения они не способны стать идеально-духовными критериями человеческого бытия), их «встречное» движение к культурным ценностям.

Если же говорить о функциях ценностей в культуре, то их специфика хорошо видна в соотнесении с культурными нормами и правилами, с одной стороны, и непосредственным опытом людей — с другой. Ценности как регулятор социокультурной жизни носят значительно менее строгий характер по сравнению с правилами и нормами. С этой точки зрения они более связаны с субъективным аспектом социокультурной жизни — предпочтениями, тогда как нормы имеют предписывающую, «объективную» силу. Ценности занимают своего рода промежуточное положение между неоднородным многообразием индивидуальных суждений, поведения, представлений и социально обязательными действиями, соответствующими нормативным предписаниям.

Субъективный аспект ценностей характерен тем, что сами они определяются личностью, существуют в ней, будучи закреплещшши экономическими, нраветв е иными, эстетическими отношениями данного «я» к объективным жизненным обстоятельствам, являются органической частью внутреннего мира человека. Поэтому ценность выступает как субъективно переживаемое и закрепленное общественным развитием отношение к объективному миру. Но, будучи всегда субъективно воспринимаемой и переживаемой, ценность объективна по своему содержанию, так как порождена определенными свойствами независимой от личности объективной природы и законами общественного развития. Такова реальная диалектика восприятия ценностей человеком.

Деятельность человека зависит от уровня духовног нравственных ценностей. Она органично связана с воспитанием индивидуальной, личной культуры человека. Качественный уровень индивидуальной культуры человека должен соответствовать уровню духовного развития общества. Необходимой чертой ее является чувство нового, умение, способность видеть это новое, стремиться к нему, бороться за него. Чувство нового играет важную роль и в формировании социального облика личности, ее творческого характера и интеллектуализации, ее отношения к труду и человеку. Причем оно находится в постоянном развитии и движении, обогащая человека на всем его жизненном пути.

Отмечая значение социальной сущности личности, основоположники марксизма отнюдь не отрицали значения индивидуальных особенностей людей, не нивелировали этих особенностей. Человек, писал Маркс, есть «индивидуальное общественное существо», «человек — не абстрактное, где-то вне мира ютящееся существо»4. «Вечные мечты» человечества — познание и изменение мира и совершенствование человека. Достоянію открывая мир, человек проникает в его тайны. Но самое важное открытие, значительнее которого нет на Земле,— это открытие и познание человеком себя как личности.

Реальный социализм, характеризующийся многообразием материальных и духовных ценностей, дает человеку, как писал В. И. Ленин, возможность «на деле пользоваться благами культуры, цивилизации и демократии»5. Но реализация этой возможности зависит от того, насколько люди обладают навыками и ощущают необходимость использовать эти ценности в своей повседневной жизни. В этой связи весьма примечательна мысль К. Маркса: «Богатый человек —это в то же время человек, нуоюдающийся во всей полноте человеческих проявлений жизни, человек, ів котором его собственное осуществление выступает как внутренняя необходимость, как нужда»6.

Чтобы свободно И непринужденно ЖИТЬ в современной культуре, человеку следует' с малых лет ориентироваться в ней, избирать для себя ценности, соответствующие личным склонностям и не противоречащие правилам социалистического общения. И хотя способность воспринимать культурные ценности является универсальным свойством человеческой жизни, ее нужно специально развивать.

Жизненный путь человека зависит не только от влияния внешней среды, но и в значительной мере от индивидуальных способностей и желаний его самого, обусловлен его личностными качествами и возможностями, его пластичностью в сфере самореализации. В письме П. Анненкову Маркс писал, что «общественная история людей есть всегда лишь история их индивидуального развития, сознают ли они это, или нет»7.

Несмотря на сохранение своей личностной целостности, человек постоянно изменяется, сегодня он уже отличается от своего вчерашнего «я». И в этих переменах определяется и проявляется его характер, поиск себя, его возросшие требования и способность находить в себе новые резервы в сфере социокультурной деятельности. Вот почему к ценностям социалистической культуры относятся духовное самосовершенствование, поиск смысла жизни, стремление человека постичь свое предназначение в обществе. ‘Самореализация чел (река в социально приемлемых формах, следование высоким нравственным принципам не только по отношению к внешнему миру, но и к своему внутреннеіму миру, к самому себе — эти ценности становятся не только ориентирами в социокультурной деятельности личности, но И способствуют развитию ее гражданского самосознания. Проблема типологии ценностей и ценностных ориентаций имеет важную методологическую значимость, позволяя выявить ценностную природу культуры и анализировать разные вопросы теории культуры.

1 Маркс К.у Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20. С. 25.

2 Материалы XXVII съезда КПСС. М., 1986. С. 169.

3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 42. С. 89.

4 Там же. Т. 1. С. 414.

5 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 38. С. 94.

Маркс К.у Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 42. С. 125.

7 Там же. Т. 27. С. 402—403.