НЕМУСУЛЬМАНЕ В ИСЛАМСКОМ ОБЩЕСТВЕ

Бенджамин Броуд, Ирфан Хабиб, Камаль Садиби и Ахмад Тафаццоли, при координации Мунира Шапуто-Ремади и РадхиДагфу

Хотя ислам как религия не признает и даже борется с расовой нетерпимостью и этнической сегрегацией, в то же время он узаконивает религиозные различия.

Начиная с IX в. между сторонниками различных религиозных убеждений развернулась полемика главным образом из-за опасения, что их прихожане могут отречься от своей веры, ию-за заинтересованности в удержании паствы в лоне соответствующей веры. Но в любом случае эта полемика не могла предотвратить существенного взаимопроникновения разных верований в ближневосточном обществе по крайней мере до начала XI в. Разумеется, многие немусульмане уже приняли к этому времени ислам и перестали платить джизию. Но такие новообращенные в эпоху Омейядов составляли только низшую категорию общества, известную ѵахмавали, или «вассалы». На раннем этапе исламской эры им не позволялось иметь равный статус с арабами-мусульманами. В то же время им запрещалось возвращаться к своей изначальной вере под страхом наказания обвинения в отступничестве (ридда) и, соответственно, вынесения смертного приговора.

При этом между мусульманами и немусульманами существовало значительное финансовое неравенство, которое ложилось тяжким бременем в основном на беднейшие слои тех, кто «находился под защитой». Кроме того, практиковалась и правовая дискриминация, которая делала почти невозможным противостояние дхимми мусульманам в судебных разбирательствах.

ИУДЕИ

Бенджамин Броуд

Жизнь иудеев в средневековом исламском обществе - период величайших культурных достижений в их истории иудаизма (Braude & Lewis, eds., 1982). На столетия после возникновения ислама арабский язык, который, как правило, при письме излагался буквами иврита (иудейско-арабскими), стал одним из основных инструментов для самовыражения иудейского народа в области религии, литературы, науки и философии. В Андалусии, Египте и Ираке иудейские мыслители, таким образом, внесли вклад не только в культуру своего сообщества, но и в культуру исламского мира и остальной мировой цивилизации. Результатом явилось создание того, что позднее получило название иудейско- исламской традиции, которая имеет существенно большую историческую реальность, чем иудейско-христианская традиция, с которой она может быть сравнена.

Влияния этой традиции не ограничивались рамками высокой культуры, поскольку она преобразовывала и повседневный жизненный опыт иудеев. Наиболее заметным элементом явился переход ближневосточного еврейства в целом с арамейского языка на смешанный язык (лингва франка), т.е. на арабский язык Ключевым показателем степени и быстроты арабизации можно считать перевод Библии на арабский, выполненный одним из крупнейших мыслителей своего времени Саадия Гаоном (892-942 гг.). Принятие смешанного языка - сравнительно необычный феномен в практике евреев в период до Нового времени и является явным свидетельством успеха их интеграции в арабское общество в целом, а также взаимной открытости еврейского и исламского сообществ.

Моисей Маймонид (Моше бен Маймон, 1135-1204 гт.), философ, юрист, врач и видный общественный деятель, является наиболее яркой фигурой той эпохи.

Муваххидуны захватили все земли Северной Африки и заняли Андалусию ('Іпап, 1965). Они не допускали трактовки ислама, отличной от их собственной (поэтому против мусульман, которые не принимали их взгляд, проводилась «чистка»), и кроме того, они отвергали терпимость к «людям Писания», устанавливаемую шариатом'. Муваххидуны пытались проводить насильственное обращение евреев и христиан в ислам. Вероятно, именно в это время христианство исчезло в Северной Африке. Евреи испытывали большие страдания, но сопротивлялись (Hirshberg 1974), и позднее уже правители из династии Альмохадов разрешили дхимми отправлять свои религиозные культы в соответствии с законом.

Семья Маймонидов бежала из Андалусии и после двух десятилетий дальнейших опасностей и скитаний поселились в Каире. Благодаря своему таланту врачей Маймонид добился славы и уважения, став придворным врачом Са- лах-ад-дина, основателя династии Айюбидов в Египте, где мирно дожил до конца своих дней.

В Египте евреи играли важную роль не только в медицине, но и в управлении, особенно во времена Фатимидов, когда Якуб ибн Киллис в 977 г. стал визирем. Многие другие евреи занимали важные посты в египетской и сирийской администрациях.

В дополнение к той интеллектуальной роли, которую евреи играли в культурной жизни стран ислама той эпохи, они внесли и иной вклад, который засвидетельствован в бесценных древних записях. Евреи помогли создать процветающее международное хозяйство, которое объединяло и поддерживало весь мусульманский мир от Индии до Испании. Эти записи хранятся в Дженизе, хранилище, примыкающем к синагоге в средневековом квартале Каира, где верующие, чтобы не допустить гибели такой ценной святыни, когда-то захоронили свитки с первыми записями на иврите.

ХРИСТИАНЕ

Камаль Салиби

В мусульманском мире исторические сообщества корен- ныхжителей-христиан существовали главным образом на землях Плодородного Полумесяца (Ирак, историческая Сирия, включающая современную Сирию, Ливан, Иорданию и Палестину с Израилем), а также в Египте и Северной Африке.

Когда арабы завоевали эти земли, они не заставляли и не поощряли городских и сельских христиан принимать ислам. Вместо этого они гарантировали им право исповедовать свою религию при условии, что христиане выплачивают джизию. Постепенное принятие ислама этими христианами в VIII и IX вв. вызвало первое существенное сокращение числа христиан в Сирии и более заметное сокращение - в Ираке (Bulliet, 1979\Levitzion, 1979).

В ранние века ислама арабы-христиане в Сирии и Ираке внесли свой вклад в обогащение исламской цивилизации в научной, медицинской и философской сферах, выполнив переводы на арабский язык многих трудов из греческого наследства.

В Египте христиане-копты (Little & Northrupp, 1990), вероятно, продолжали составлять большинство населения до времен крестовых походов. Также, возможно, обстояло дело с христианами (мельхиты, яковиты и марониты) и в Сирии. До периода мамлюков они играли очень важную роль в управлении этих стран, особенно служа киттабами, или секретарями: они, практически монополизировали финансовые ведомства {диваны). Однако в обеих этих странах число мусульман постепенно росло, приводя к тому, что христиане со временем превращались в меньшинства.

Защищенные, как правило, мусульманскими государственными властями, христиане в арабских странах редко подвергались гонениям, а если таковые и имели место, то никогда не были систематическими или продолжительными.

ЗОРОАСТРИЙЦЫ

Ахмад Тафаццали

Зороастризм - религия Зороастра (Заратуштры), древнего пророка Ирана, являлся официальным верованием этой страны до конца правления династии Сасанидов (226- 635 гг.). Среди мусульманских правителей существовали некоторые колебания по поводу того, должны ли зороастрий- цы пользоваться теми же правами меньшинств, что иудеи и христиане. Но ввиду большого числа приверженцев этой религии и их значительного опыта в управлении государством, было все-таки принято решение рассматривать зоро- астрийцевкак «людей Писания»1. Таким образом, у них был выбор - принять ислам или платить подушный налог {джизию). Подавляющее большинство, особенно в городах, приняли ислам, однако многие оставались приверженцами зороастрийской веры довольно длительное время.

В эпоху четырех «праведных» халифов (632-661 гг.) права зороастрийцев иметь свои храмы огня, свободно отправлять обряды и праздновать собственные праздники в основном уважались. Однако при правлении Омейядов (661-750 гг.) стала проводиться более жесткая политика. Приход к власти Аббасидов при поддержке иранских мусульман не предвещал изменения ситуации к лучшему. При халифе аль-Мамуне (813-833 гг.), однако, стал преобладать дух терпимости: большинство дошедших до наших дней зо- роастрийских книг на среднеперсидском языке (пехлеви) написаны в IX в., а в исламских источниках на зороастрий- ских ученых ссылаются как на признанные авторитеты в сфере истории, культуры и религии Древнего Ирана.

В Хорасане и Восточном Иране жизнь зороастрийцев была куда тяжелее, поскольку мусульманские правители стремились обратить их в ислам силой, как, например, в конце X в. Наиболее упорные в своей вере перебрались морем в Гуджарат на северо-западе Индии, где со временем сформировали процветающее сообщество. О зоро- астрийцах в Иране периода ХІІІ-ХѴ вв. известно мало. Двумя главными центрами зороастризма в этой стране оставались Йезд и Керман. Но во время правления Са- фавидов их положение ухудшилось, а в XVIII в. султан Хусейн (1694-1722 гг.) приказал обратить последователей зороастризма в ислам и разрушить их храмы.

ИНДУИСТЫ

Ирфан Хабиб

Впервые арабы столкнулись с индийским населением, когда военачальник династии Омейядов Мухаммед ибн Касим в 710-714 гг. захватил Синд и Южный Пенджаб. Естественно, завоеватели присвоили индийцам статус дхимми, аналогично тому, как это было сделано в отношении зороастрийцев в Иране. Индийцы должны были платить земельный налог {харадж) и подушный налог {джизию) - первый, очевидно, собирался в сельской местности, а второй - в городах по трем стандартным ставкам. Сбор налогов был оставлен за брахманами-жрецами, а также сборщиками налогов, которые работали при прежнем правлении. Брахманам было разрешено поклоняться своим идолам и принимать дары, как это делалось и ранее. Более того, ограничения и запреты, налагаемые на «отверженных» при кастовой системе, были однозначно подтверждены и продолжали существовать2. Поскольку эта территория оставалась под арабским контролем, пока не перешла под правление Газневидов в XI в., эти положения, по-видимому, послужили образцами для последующих режимов.

При делийских султанах (1206-1526 гг.) подушный налог в сельской местности не взимался. Земельный налог независимо от того, назывался он харадж или джизия, или же харадж-джтия, налагался как на индуистских, так и на мусульманских крестьян. Представляется, что джизия как подушный налог по-прежнему взимался с индийцев в городах, и только брахманы как жрецы были освобождены от его уплаты. Во время правления Фируза Туг лука (1351- 1386 гг.) этот налог, по крайней мере на бумаге, был введен и для индийцев-крестьян, но просуществовал он очень непродолжительное время - столь же короткое, что и время, когда он был в городах распространен на брахманов (Rayachaudhuri & Habib, 1982). В XV в. упоминания о подушном налоге практически исчезают, и трудно понять, какой вид налога или налогов император Великих Моголов Джелаль-ад-дин Акбар действительно упразднил, когда он в 1564 г. официально отменил джизию для индийцев.

Как можно заметить, периоды толерантности в истории сменялись периодами гонений (АН, 1991). Индуистские храмы, безусловно, разрушались во времена войн и походов. Но в 857 г. арабский правитель Северо-Западной Пограничной провинции Пакистана при двуязычном письме мог использовать написание слова «Бог» на языке хинди (Сіи). Победитель Горидов Муизуддин ибн Сам (ум. в 1206 г.) на некоторых своих золотых монетах мог изобразить индуистскую богиню Лакшми - особенность, которой специалисты по нумизматике не находят аналогий в мусульманской истории.

Терпимость распространялась также на религиозные моления, хотя гонения на еретиков и отдельных индуистских святых иногда происходили. Возможность получения высоких постов для индийской знати и чиновников была важной особенностью Делийского султаната. Аналогичным образом у кашмирского султана Зайнул Абидина (1420-1470 гг.) было много брахманов среди министров и чиновников. В Бенгалии один из знатных индийцев, Ганеш, стал правителем (1415-1418 гг), не обращаясь в ислам, хотя его сыну и преемнику уже пришлось принять эту жру (Habib & Nizami, eds., 1970/1982).

Все эти факты напоминают нам, что несмотря на приверженность правителей в крупных частях Индии исламу, начиная с XIII в. и позднее мусульманские сообщества приспособились к сосуществованию со сравнительно устойчивым индуистским большинством, так что говорить о каком-то едином «мусульманском обществе» в Индии весьма сложно. Индийцы формировали основную часть сельской аристократии и преобладали в сферах торговли и финансов. В повседневной жизни они в значительной мере подчинялись собственным обычаям и законам. Таким образом, индийский субконтинент с трудом можно вписать в концепциюДйр алъ-Ислам мусульманских богословов, поскольку закон и богословие неизбежно шли на большие уступки ради обеспечения государственного управления, да и просто ради удобства.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Выдающееся исследование Гойтейна (Goitein) по иудаизму той эпохи основано на документах го Дженизы в Каире и, вне сомнения, остается наиболее важной работой не только по данной проблеме, но и об обществе и экономике средневекового исламского и арабского мира в целом. (См. Goitein, 1967-1988).

2 Эта информация приводится по книге «Шахнаме» («Книга о царях») замечательного арабского сборника рассказов и документов того периода, сохранившегося в дословном персидском переводе XIII в. (См. Duadpota, 1939, РР- 207-216).

БИБЛИОГРАФИЯ

('ABD ALLAH) ‘INAN MUHAMMAD. 1965. ‘Asr al-Murabitln wa al- Muwahhidln fi alMaghrib wa al-Andalus (The Age of the Almoravids and Almohads in North Africa and Spain), 2 vols. Cairo.

ATHAR ALI, M. 1991. Encounter and Efflorescence: The Genesis of Medieval (Indian) Civilization. Proceedings of the Indian History Congress, 50th Session (Gorakhpur), Delhi, pp. 2-9.

BOYCE, M. A 1977. Persian Stronghold of Zoroastrianiasm. Oxford.

— 1979. Zoroastrians. London, Boston, Henley.

— 1992. Zoroastrianism. Costa Mesa, California and New York. BRAUDE, B.; LEWIS, B. (eds) 1982. Christians and Jews in the Ottoman

Empire. The Functioning of a Plural Society, Vol. I: The Central Lands, ix, 449, Vol. II: The Arabic speaking Lands, ix, 248, Holmes and Meier Publishers, New York.

BULLIET, R. W. 1979- Conversion to Islam in the Medieval Period: An Essay in Quantitative History, Cambridge, Mass.

CERETTI, C. G. 1991. An 18th-Century Account of Parsi History, the Qesse-ye Zardoshtan-e-Hendustan (The Story of the Zoroastrians in India). Napoli.

COHEN, M. 1994. Under Crescent and Cross. The Jews in the Middle Ages. Princeton University Press, Princeton.

CUOQ, J. 1984. L’figlise d’Afrique du Nord du Пё au ХПё sidcle. Paris. DAUDPOTA, M. (ed.) 1939. Chachnama. Delhi.

DENNET, D. C. 1951. Conversion and the Poll-Tax in Early Islam. Cambridge, Mass.

EDULJI, H. E. 1991. Kisseh-i Sanjan. Bombay.

FATTAL, A 1958. Le Statut legal des non-musulmans en pays d’Islam. Beirut.

GERVERS, M.; BIKHAZI, R. J. (eds) 1990. Indigenous Christian Communities in Islamic Lands, Eighth to Eighteenth Centuries. Pontifical Institute of Medieval Studies, Toronto.

GOITEIN, S. D. 1967-1988. In: A Mediterranean Society: The Jewish Communities of the Arab World as Portrayed in the Documents of the Cairo Geniza. Berkeley.

HABIB, M.; AND NIZAMI, K. A (eds) 1970/1982. Comprehensive History of India, V. New Delhi, pp. 754,1151-1152.

HALKIN, A 1956. The Judaeo-Islamic Age. In SCHAWARTZ, L W. (ed.) Great Ages and Ideas of the Jewish People. Random House, New York. XXVII, pp. 215-263.

HIRSCHBERG, H. Z 1974. A History of the Jews in North Africa. Leiden, I. KARAKA, D. F. 1884. History of the Parsis, 2 vols. London.

LEVITZION, N. (ed.) 1979. Conversion to Islam New York.

LEWIS, В. 1984. The Jews of Islam Princeton University Press, Princeton, XU. LITTLE, D. P; NORTHRUPP, L1990. In Indigenous Christian Communities. Tbronto, pp. 253-262; 263-288.

LOKKEGAARD, F. 1951. Islamic Taxation in the Classic Period. Copenhagen.

MODI, J. J. 1934. Qisseh-i Zardushtian-i Hindustan (The Story of the Zoroastrians in India). Bombay.

QURESHI, I. H. 1942. The Administration of the Sultanate of Delhi. Lahore.

RAYCHAUDHURI, T; HABIB, I. (eds) 1982. Cambridge Economic History of India, I. Cambridge, pp. 60-67.

SADIQI, G. 1993. Jonbeshha-ye Dlni-ye Irani dar Qamha-ye dowom-o sewom-e Hejrl (The Iranian Religious Movements in the Second and Third Centuries AH). Tfehran.

SPULER, B. 1952. Iran in Frtih-islamischer Zeit, pp. 183-204. STILLMANN, N. 1967. The Jews of Arab Lands: A History and Source Book. Philadelphia, the Jewish Publication Society of America. TALBI, M. 1990. In: Indigenous Christian Communities. Toronto, pp. 313-351.

TRITTON, A S. 1970. The Caliphs and their Non-Muslim Subjects: A Critical Study of the Covenant of ‘Umar. London, A S. Cass.

19