ХРИСТИАНИЗАЦИЯ СЛАВЯН И ДРУГИХ ЭТНИЧЕСКИХ ГРУПП (В ОСОБЕННОСТИ ПРИЧЕРНОМОРСКИХ)

Васшіка Тапкова-Заимова

В качестве официальной религии христианство стало утверждаться в Юго-Восточной Европе в IX в. Это был процесс, продолжавшийся более столетия, на который повсеместно оказывало влияние длительное соперничество между римской и константинопольской Церквами.

ЕПАРХИАЛЬНЫЕ ЦЕНТРЫ В БАЛКАНСКИХ

ПРОВИНЦИЯХ

В течение столетий нашествий и сильнейших политических потрясений, и особенно в ѴІІ-ѴІІІ вв., деятельность старых епархиальных центров Иллирии, Верхней и Нижней Мизий на Дунае, Македонии и других постепенно затухала, а в некоторых местах прекратилась совсем. Достижения времен Юстиниана I, когда строительные и фортификационные работы распространились не только на общественные здания в больших городских центрах, но и на церкви, постепенно потускнели (см. карту 9 и илл. 145). Так произошло, например, с городами Сирмий в Паннонии, Юстиниана Прима (близ Ниша), Маркианополь на Черном море итд. (Mirkovic, 1981). Но епархии продолжали работупо созданию церковной организации - по крайней мере на черноморском и Эгейском побережьях, не говоря уже о территории собственно Греции, где этот процесс прерывался редко или не прерывался вовсе.

С конца IV в. предпринимались попытки обращения в христианство оседлого населения и кочевых племен. Так было с «бессами» (т.е. фракийцами, обитавшими южнее Балканских гор), которых обратили в христианство в V в., и с готами, осевшими в окрестностях городов Никополь и Иструм, расположенных южнее Дуная. Эти готы приняли арианство, которое исповедовал император Валент (правил в 364-378 гг.), а их епископ Ульфила даже перевел на готский язык большую часть Библии (Tapkova-Zaimova, 1979). В конце IV в. произошла также христианизация крымских готов. Этот регион в Северном Причерноморье на протяжении долгого времени непрерывно оставался под византийским управлением, так что константинопольская Церковь сохраняла здесь свои епархии несмотря на сложные отношения, возникшие в VII-VIII вв.

Начиная с 840-х гг., когда в Византии прекратился иконоборческий кризис, имперские власти стали одерживать верх над сепаратистскими тенденциями анатолийской аристократии. Вследствие этого особенно интенсивной сделалась религиозная деятельность в славянском мире, и не только в юго-восточной его части, но также в Паннонии и Моравии, причем соперничество между Римом и Константинополем в организации здесь миссий продолжалось до середины IX в. С политической точки зрения отношения Рима и Константинополя чрезвычайно осложнялись из-за существования империи Карла Великого. Франкская империя вскоре распалась, это так, но правители, которые унаследовали ее земли, оспаривали права Византии на Иллирию и западные части Балканского полуострова. Между тем болгарские земли, и особенно Сербия и Хорватия, были частью старой епархии Иллирии, которая почти на два столетия была выведена из-под юрисдикции Рима (Реп, 1983).

КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ - АПОСТОЛЫ СЛАВЯН

Таковы были отношения между Востоком и Западом, когда в Константинополе задумывалась миссия Кирилла и Мефодия. Она стала прежде всего результатом гибкой и дальновидной политики византийского патриарха Фотия.

Славяне Моравии, Чехии, Паннонии и Карантании (раннефеодальное государство словенцев), обращенные в христианство между VII и серединой IX в., уже имели прелатов, находившихся под западным контролем, когда в 863 г. в Моравии началась апостольская деятельность Кирилла и Мефодия. В сопровождении группы обученных ими миссионеров два брата, бывшие уроженцами Солуни (Салоники, Фессалоники), прибыли туда по соглашению между императором Михаилом и моравским князем Ростиславом. Их миссии предшествовал подготовительный период, в течение которого они перевели часть Священного Писания на славянский диалект, которому предстояло со временем превратиться в язык, известный как староболгарский.

Миссия Кирилла и Мефодия действовала в благоприятных условиях в Моравии, а затем в Паннонии. Обучение местного духовенства и гибкая адаптация к нуждам славянского населения, которое могло получать христианское воспитание на понятном ему языке, в скором времени дали хорошие результаты. Однако некоторое время спустя проявилось недовольство баварского клира. Братьям пришлось отправиться в Рим, чтобы дать объяснения относительно введения славянского языка в литургию, и получили одобрение своих трудов: папа Адриан II

Карта 9- Основные города на Балканах в раннем средневековье (по Fine, 1983, The Early Medieval Balkans, Michigan)

освятил славянские книги, ученики Кирилла и Мефодия стали священниками и дьяконами. Но покинуть Рим Кириллу было не суждено: там он тяжело заболел и умер в 869 г. Мефодий продолжил свою апостольскую деятельность в Паннонии и Моравии, где, после новых несчастий, в том числе заключения в темницу, куда его бросили представители баварского духовенства, он в 885 г. окончил свои дни.

Миссия Кирилла и Мефодия оставила свой след в религиозной и культурной жизни славян Центральной Европы (Vavrmek, 1963). Тем не менее она завершилась неудачей: ученики двух братьев вскоре были изгнаны из Моравии. Однако их с радостью встретили к югу от Дуная, в Болгарии, где князь Борис закладывал в это время основы религиозной жизни своей страны. Двумя десятилетиями ранее христианство было введено в Болгарии в качестве государственной религии (864 или 865 г).

ОФИЦИАЛЬНОЕ ХРИСТИАНСТВО В БОЛГАРИИ: РАЗВИТИЕ СЛАВЯНО-БОЛГАРСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Обращение Болгарии происходило непросто. Дохристианские болгарские ханы ревниво оберегали «закон предков». У болгар, которые подобно иным тюркским народам поклонялись в первую очередь небесному божеству (богу Тангра, или Тенгри), существовал подлинный культ личности главы общины (если это был глава государства, то считалось, что он «венчан Богом»),

Но, как представляется, христианизация, проводившаяся византийскими миссионерами, все же имела определенные успехи среди некоторых славян, включенных в болгарское государство, большая часть которых, впрочем, в это время еще практиковала одну из форм язычества, тесно связанную с силами природы (Перун был богом молнии) и соответствовавшую образу жизни земледельческого населения.

Общая политическая ситуация и некоторые военные неудачи, особенно в борьбе против сербов и хорватов, привели Бориса к обращению в христианство в драматических обстоятельствах: часть болгарской аристократии подняла мятеж. В глазах знати верность древним обычаям означала независимость от Византийской империи.

Актом своего обращения Борис как бы признавал за Болгарией положение политического вассала по отношению к империи, что было неизбежным для правителя, только что принятого в христианское сообщество (Giuzelev; 1981; Vojnov, 1962). Но при этом он избрал такую линию поведения, которая в конечном счете привела к созданию автокефальной церкви. Делая первоначально ставку на Рим вместо Константинополя (он предпринял попытку установить контакты с папой Николаем I), Борис завершил ее тем, что получил из Византии архиепископа, который возглавил болгарскую Церковь (илл. 153). Позднее, в правление его сына Симеона болгарская Церковь получила статус патриархата (Bakalov, 1985).

Между тем, благодаря хорошему приему, оказанному представителям миссии Кирилла и Мефодия, Борис весьма преуспел в организации культурной жизни: двумя главными культурными центрами, где трудились Наум и Климент, бывшие учениками Кирилла и Мефодия и имевшие своих собственных учеников, являлись г. Преслав, столица христианского Первого Болгарского и Западно-Болгарского царств и г. Охрид в Македонии. За несколько десятилетий здесь получила развитие болгаро-славянская литература, которая не только выполняла посредническую функцию, но и сама создавала культурные образцы для европейского православия (Obolensky, 1963; Tapkova-Zaimova & Simeonova, 1987).

МЕЖДУ КОНСТАНТИНОПОЛЕМ И РИМОМ:

РЕЛИГИОЗНАЯ ЖИЗНЬ В ЗАПАДНЫХ ЧАСТЯХ

ПОЛУОСТРОВА

Христианизация западных областей Балканского п-ова и поселившихся там южных славян началась, как и у остальных балканских славян, в VII в. - если вершъ более или менее легендарным оценкам, сделанным императором Константином VII Багрянородным в его сочинениях.

Политический партикуляризм, бывший характерной чертой отношений между западными областями Балканского полуострова, оказывал решающее воздействие на церковную организацию территорий на адриатическом побережье вплоть до начала XI в., когда Византия основала епархию в Диррахии (г. Дуррес в современной Албании), деятельность которой должна была создавать препятствия подчиненной Риму епархии в г. Сплит (Спалато) в хорватской Далмации. В то же время сербская Церковь объединилась вокруг епархии в Рашке (Наумов, 1988).

ОБРАЩЕНИЕ В ХРИСТИАНСТВО

ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН

Обращение восточных славян было частью великого начинания Византии, направленного на христианизацию славянского мира. Однако, несмотря на успех константинопольских миссий на южном берегу Крыма, направленных к поселившимся там готам, и на контакты этого населения с восточными славянами, населявшими южнорусские степи (черняховская культура, в которой обнаруживаются также иранские черты), данных о существовании здесь в VII и VIII вв.

Водный маршрут, называемый русскими летописцами путем «из варяг в греки», был в первую очередь торговым путем, но он был также тем путем, которым следовало войско киевских князей во время походов на византийскую столицу. В 860-х гг. русский флот почти подошел к стенам Константинополя. Столетием позже, в 957 г., княгиня Ольга приняла в Константинополе крещение, однако не смогла утвердить новую религию при дворе и среди знати в Киеве; не принесло плодов и ее обращение к германскому королю и императору Священной Римской империи Оттону I. Лишь в 989 г. (общепринятая дата - 988 г. - Прим. ред.) князь Владимир после женитьбы на сестре императора Василия II Анне официально принял христианство. Русская Церковь была организована под руководством присланных из Константинополя миссионеров. В переводе Писания приняли участие представители болгарского духовенства (Рогов, 1988) (илл. 157-160).

РЕЛИГИОЗНЫЕ ТЕЧЕНИЯ ВНЕ ПРАВОСЛАВИЯ

Приверженность православию было сильной стороной Юго-Восточной и Восточной Европы в средние века. Но данное обстоятельство вовсе не означает, что эта сильная сторона не подвергалась испытаниям на прочность со стороны нонконформистских религиозных течений. Религиозные диспуты, причиной которых были в основном богословские разногласия, приводили порой к социальным волнениям, главным образом среди людей, живших изолированной жизнью вдали от городов и епархиальных центров.

Одним из еретических движений было богомильство в Болгарии в X в. Богомилы отвергали церковную иерархию и почитание икон, упростили таинства и исповедовали крайний дуализм в своем понимании христианства (Angelov, 1979). Репрессивные кампании против богомилов, иногда проводившиеся византийским и болгарским правителями совместно, имели целью сдержать рост, который это движение переживало во второй половине X в. Но в ХІ-ХІІ вв., в период возобновления византийской экспансии на Балканах, богомилы вместе с другими недовольными не раз поднимались против византийской власти. К концу этого периода богомильское религиозно-философское учение вышло и за пределы Болгарии. С некоторыми местными вариациями следы богомилов обнаруживаются в Боснии, где «национальная» боснийская Церковь (EcclesiaScUwoniae) просуществовала вплоть до османского периода (Dragojlovtc, 1987; Cirkovic, 1987). Влияние богомильства ощущалось в конце XII в. и в XIII в. в Западной Европе - в дуалистических общинах патариев, катаров и альбигойцев. Наименование «болгары» (по-старофранцузски «Bougres•>, «Bougarans•>, «Bougres») даже стало широко использоваться в качестве названия еретиков вообще (Ргітоѵ; I960).

Другие еретики - павликиане (от имени апостола Павла. - Прим. ред.), которые действовали в византийских провинциях Малой Азии, были известны в VII-ѴІІІ вв. и особенно в IX в. (Loos, 1974). Массовые депортации павликиан во Фракию и другие области привели к знакомству с их учением, близким к доктрине болгарских богомилов, широких масс в других частях Балканского п-ова. Авторы тех времен, посвящавшие свои сочинения опровержению данныхучений, часто смешивали все эти ереси, создававшие серьезные административные и церковные проблемы для Византийской империи.

Помимо всего этого, постоянно продолжалась конфронтация римской и константинопольской Церквей, что также неизбежно сказывалось на интеллектуальной и политической жизни формирующейся Европы.

БИБЛИОГРАФИЯ

ЗУБАРЬ В. М. 1991. Проникновение и утверждение христианства в Херсонесе Таврическом. - Киев.

НАУМОВ Е. П. 1988. Церковная организация в политической структуре сербских и хорватских земель (конец IX - начало XII в.). В: Принятие христианства народами Центральной и Юго-Восточной Европы и крещение Руси. - М., с. 85-103.

РОГОВ А И. 1988. Культурные связи Киевской Руси с другими славянскими странами в период ее христианизации. В: Принятие христианства. - М., с. 207-234.

ANGELOV, D. 1979- И Bogomilismo - un eresia bulgara. Bulzoni, Rome. BAKALOV, G. 1985. Srednovekovnijat bdlgarski vladetal: titulatura і insignii [The Medieval Bulgarian Ruler: Titles and Insignia] (in Bulgarian). Sofia, pp. 96-113.

ClRKOVTC, S. 1981. Istorija srpskog naroda [History of the Serb People] (in Serbian), I. Belgrade, pp. 150-153.

— 1987. Bosanska crkva u bosanskoj drzavi [The Bosnian Church in

the Bosnian State], In: Priiozi za istoriju Bosni і Herzegovini [Materials for the History of Bosnia and Herzegovina] (in Serbian), Vol. I, Sarajevo, pp. 191-254.

DRAGOJLOVlC, D. 1987. Krstjani і jereticka crkva bosanska [The Christians and the Bosnian Heretic Church] (in Serbian). Belgrade.

DUjCEV, I.; KIRMAGOVA, A; PAUNOVA, A. 1983. Kirilometodievska bibliografia 1940-1980 [Cyril and Methodius'Bibliography], Sofia.

GIUZELEV, V. 1981. Istoria na Bulgaria, [History of Bulgaria] (in Bulgarian), 2. Sofia, pp. 213-234.

LOOS, M. 1974. Dualist Heresy in the Middle Ages. Prague.

MAKSIMOVlC, L. 1992. The Christianization of the Serbs and the Croats. In: The Legacy of Saints Cyril and Methodius to Kiev and Moscow, Thessaloniki, pp. 167-184.

MIRKOVlC, M. 1981. Istorija srpskog naroda [His tory of the Serb People] (in Serbian), I. Belgrade, pp. 99-105.

OBOLENSKY, D. 1963. St. Cyril and Methodius, Apostles of the Slavs. St Vladimiros Seminary Quarterly, New York, pp. 9 et seq.

PERI, V. 1983. Gli ‘jura antiqua’ sulla patria dei Bulgari - un ‘topos’ carionico per un risveglio missionario, In: Atti dell’8° Congresso internazionale di studi sull’alto medioevo. Split, pp. 226-268.

PRIMOV, В. 196О. Medieval Bulgaria and the dualistic heresies in Western Europe. Etudes Historiques. Vol. I, Sofia, pp. 89-103.

TAPKOVA-ZAIMOVA, V. 1979 Istoria na Bulgaria [History of Bulgaria] (in Bulgarian), I. Sofia, I, pp. 405-413.

TAPKOVA-ZAIMOVA, V; SIMEONOVA L 1987. Aspects of the Byzantine cultural policy towards bulgaria in the epoch of Photius. In: Byzantine and Europe: First International Byzantine Conference, Athens, pp. 153-163.

VAVRlNEK, V. 196З. Die Christianisation und Kirchenorganisation Grossmahrens, Historia, Prague, pp. 5-56.

VODOFF, V. 1989- Naissance de la chretiente russe: la conversion du prince russe Vladimir de Kiev en 988 et ses consequences. Paris, pp. 48-61.

VOJNOV, M. 1962. Njakoi vhprosi vttv vriizka s obrzsuvaneto na bfflgarskata dhr2ava і pokrOstvaneto na bfllgarite [Some Problems Relating to the Formation of the Bulgarian State and the Evangelization of the Bulgars], Bulletin de l’lnstitut d’histoire, 10 (in Bulgarian), Sofia, pp. 287-307.

12.3