§ 25. Расширение синтаксической способности наречия примыкать к имени существительному

В современном русском языке у наречий расширяется способность при­мыкать к имени существительному, особенно в именных словосочетаниях. На­речие все чаще выступает в роли несогласуемого именного определения, образуя конструкции, синонимичные сочетаниям имени прилагательного и существительного.

* Значения цели и следствия расчленяются очень поздно. «Цель есть предполагаемое впе­реди следствие; первоначально они тождественны, как видно из одинаковости способов их выражения»44.

313

ционное понимание наречия как «признака признака», т. е. как части речи, обозначающей признак глагольного действия или качества имени прилага­тельного.

Легко понять и объяснить широкую возможность сочетания наречия с от­глагольными именами существительными (например: бег взапуски, разговор по-немецки, переписка набело и т. п. ). Но разнообразные случаи соединения имен существительных не-отглагольного типа с наречными определениями представляют, несомненно, новый этап в эволюции грамматической системы русского литературного языка XIX —XX вв. Это явление находит себе частич­ную параллель в широком развитии определительных грамматических отно­шений между существительными, выражаемых предлогами (ср. : боксер в лег­ком, тяжелом весе; дети до двенадцати лет; деньги на ремонт; машина на свободном ходу и т. п. ). Приименные наречия являются грамматическими си­нонимами одновременно и прилагательных, и предложных конструкций с именем существительным. Ср. , например, у Достоевского в «Записках из Мертвого дома»: «Были здесь убийцы невзначай и убийцы по ремеслу, раз­бойники и атаманы разбойников». Ср. семантические оттенки выражений: цветы весной и весенние цветы. Широкое употребление наречий в роли опреде­лений имени существительного, несомненно, содействует функциональному сближению наречий с прилагательными.

Сочетания наречий с существительными более аналитичны, более богаты оттенками обстоятельственных отношений, чем сочетания существительных с прилагательными (ср. : губки бантиком; душа нараспашку, ср. : открытая ду­ша; город ночью и ночной город и т. д. )**.

Итак, происходит двусторонний, диалектический процесс: наречия синте­зируют в своем морфологическом составе некоторые виды предложно-анали-тических отношений или беспредложных именных связей и в то же время со­действуют ограничению синтетической системы прилагательных (ср. видимую

* О. Jespersen доказывал, что вследствие вымирания согласования имен прилагательных и вообще согласования (ср. лат. opera virorum omnium bonorum veterum рядом с англ. all good old men's works) язык приобретает более абстрактный характер, облегчающий выражение мыслей 5°.

*• Проф. А. В. Добиаш подчеркивал способность наречий примыкать не только к глаголам, но и к именам существительным и прилагательным, а также и к наречиям или ко всему предло­жению в целом. Поэтому он предлагал, устранив термин наречие, делить несклоняемые слова (axcita) на: а) именные несклоняемые места, времени, способа и степени; б) наклони­те ль ные, т. е. модальные («Синтаксис Аполлония Дискола», с. 170; Известия историко-фило­логического института в Нежине, 1883, т. 8).

314

однородность с наречными конструкциями сочетаний, вроде цвета хаки, цве­та электрик, цвета «сомо», лотерея-аллегри и т. п. ; ср. общность формы сравнительной степени у прилагательных и наречий).