2. ИСПОЛНИТЕЛЬ

В соответствии с ч. Зет. 17 УК <исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление^ Выборочные исследования показывают, что в общем числе совместно действующих лиц исполнители составляют 83,3%.

С объективной стороны исполнение преступления заключается в осуществлении деяния, очерченного в

статье Особенной части Уголовного кодекса. В судебной

практике и в теории права имеются расхождения в понимании объема функций исполнителя, в связи с чем

допускаются неточности двоякого характера - их чрезмерно узкое или слишком широкое толкование.

Нетрезвые М. и И. из хулиганских побуждений напали на А. и нанесли ему семь ножевых ранений. Одно ранение, как проникающее в брюшную полость, было отнесено к категории тяжких телесных повреждений. Обоим нападающим вменялось лишь злостное хулиганство.

Обвинение в причинении тяжкого телесного повреждения не предъявлялось, поскольку не удалось установить,

кто из подсудимых поранил брюшную полость. Военная

коллегия Верховного Суда СССР, отмечая ошибки в ква-

лификации данного преступления, указала, что М. и И.

т)

следовало признать соисполнителями тяжкого телесного

повреждения, так как они оба непосредственно наносили

ножевые удары, повлекшие общий преступный результат - тяжкий вред здоровью потерпевшего*.

Пленум Верховного Суда СССР на примере дел об

убийстве дал разъяснение, которое правомерно учитывать во всех случаях определения характера действий

исполнителя. Исполнителем убийства предложено считать не только лицо, нанесшее смертельное повреждение,

но и тех, кто своими действиями участвовал в самом

процессе исполнения преступления, т. е. непосредственно воздействовал на организм потерпевшего с умыслом

причинения смерти^.

По смыслу приведенного разъяснения, для признания

лица исполнителем достаточно, чтобы он выполнил часть

деяний, входящих в объективную сторону преступления.

Процесс исполнения преступления имеет определенные объективные границы, устанавливаемые законодательной характеристикой внешней стороны преступного

события.

законом объект и осуществляет это посредством деяний,

указанных в статье Особенной части Уголовного кодекса^Недостаточное сопоставление анализируемых действий с нормативной характеристикой объективной стороны преступления порождает слишком широкое толкование функций исполнителя, чаще проявляющееся в том,

что к ним относятся действия всех лиц, находящихся на

месте происшествия и чем-либо содействующих исполнителю, безотносительно к тому, осуществляют ли

они непосредственно объективную сторону посягательства. з'с-;"^А

Т. ночью ^^тдл на своей усадьбе неизвестного, пытавшегося з<Й^Дбй> его теленком. С помощью соседей

У. и А. он задержал неизвестного и начал избивать его.

Вмешательством односельчан побои были прекращены,

пойманного решили доставить в милицию. Как только

' См. <Бюллетень Верховного Суда СССР> 1964 г. № 3, стр. 46.

" См. <Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР,

1924-1970>, стр. 445.

У. и А. вывели задержанного на улицу, Т. вновь набросился на него, схватил за горло и задушил. Сопровождающие задержанного не вмешивались в эти действия Т.

Тем не менее псе трое были осуждены как соисполнители убийства. Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда СССР изменила приговор, указав, что

попытку У. и А. помочь Т. доставить задержанного в милицию нельзя расценивать как соисполнение убийства,

поскольку в процессе лишения жизни потерпевшего они

участия не принимали'.

На чрезмерно широкое понимание функций исполнителя ориентируют судебную практику и отдельные теоретические исследования. В монографии А. Н. Трайнина

утверждается, например, что исполнение преступления

охватывает не только узкий круг деяний, непосредственно причиняющих преступный результат, <но и все те

действия, которые связаны с этим причинением>^. В подобных рекомендациях процесс исполнения преступления расширяется за счет деяний, способствующих исполнению.

роли исполнителя соответствует не всякая доля совместно совершенного деяния, а лишь та, которая выражается в осуществлении хотя бы части объективной стороны преступления. С учетом изложенного должен отрицательно решаться возникающий иногда в практике вопрос

о правомерности признания исполнителем соучастника,

стоящего в мойент совершения преступления на стражей

Таким образом, для ответа на вопрос, является ли соучастник исполнителем, необходимо обратиться к законодательной характеристике объективной стороны преступления. Лицо, полностью либо частично выполнившее

ее, должно признаваться исполнителем.

' См. <Бюллетень Верховного Суда СССР> 1968 г. № 2, стр.

26-28.

' <Учение о соучастии>, стр. 104.

^ В теории советского уголовного права подобное пребывание

на страже единодушно расценивается как пособничество. Уместно

заметить, что по уголовному праву отдельных государств, в частности по японскому законодательству, оно считается соисполнением

преступления (см. <Современное зарубежное уголовное право>, М.,

1961, т.111,стр.371- 372).

"4

^Особенность функций исполнителя., _как подчеркивается в сг.Т^УК, заключается в_непосредственном совершении^ п^е^^пления_ Термин <непосредственное совершение> являегся в данном случае не совсем удачным.

Возможны случаи, когда лицо, непосредственно не выполняя объективной стороны преступления, выступает в

роли исполнителя.

Братья Н. и малолетний М. бродили с ружьем по лесу.

Нз попавшегося им на глаза трактора они изъяли продукты и другие предметы. Работники тракторной бригады попытались задержать похитителей.

Стремясь уйти от погони, один из братьев Н. передал

ружье малолетнему М. и заставил его стрелять. М. выстрелил в сторону бежавших к ним двух человек и

смертельно ранил одного из них. Исполнителем убийства был признан Н" вынудивший малолетнего стрелять.

В кассационной жалобе он просил пересмотреть дело,

так как не ему принадлежала роль убийцы.

коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР

оставила приговор без изменения, поскольку Н" хотя непосредственно не стрелял в потерпевшего, но использовал для осуществления своего замысла малолетнего М.,

не являющегося по возрасту субъектом преступления'.

Фактически-имело место посредственное исполнение

убийства - выполнение объективной стороны деяния руками другого невиновного лица.

, . П^ср?Д?Iвен^^.о?-^IСдал^Н?йИ?..аа?^аз.ает^умышленное '^'

; пользование для выполнения объективной стороны пре

ступления другого невиновного лица либо лица, действующего по неосторожности.

В процессе такого рода исполнения в качестве орудия

преступления используются: а) малолетний; б) невменяемый; в) лицо, действующее под влиянием физического

насилия, угроз либо приказа, если воля принуждаемого

полностью подавляется и он в связи с этим освобождается от уголовной ответственности; г) лицо, действующее в условиях ошибки, исключающей его ответственность либо допускающей наказуемость лишь за неосторожное деяние.

' См. <Бюллетень Верховного Суда РСФСР> 1968 г. № 7,

стр. 10-II.

Посредственное исполнение в виде использования

для выполнения объективной стороны преступления малолетнего нуждается в специальном рассмотрении в связи с включением в Уголовные кодексы союзных республик статьи об ответственности за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность (ст. 210 У К).

р3 специальной литературе есть два различных предложения по юридической оценке этой разновидности посредственного исполнения. М. И. Ковалев, исходя из того, что при квалификации анализируемых случаев возникает конкуренция правовых норм, предлагает применять более строгую из конкурирующих статей Уголовного

кодекса-ст. 210 или статью, предусматривающую преступление, исполненное с привлечением несовершеннолетнего. Квалификацию по совокупности он находит

ошибочной'.

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от

3 июля 1963 г. <О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних> и от 12 сентября 1969 г.

<О судебной практике по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную

деятельность> такое посредственное исполнение предлагается квалифицировать по совокупности ст.

участием несовершеннолетнего^

Теоретически более обоснованным представляется

второе решени^О конкуренции норм может идти речь,

если одно и то же преступление подпадает под две (либо более) статьи Уголовного кодекса, одна из которых

полно и более точно отражает его юридические признаки.

По своему содержанию конкурирующие нормы находятся в отношениях логического подчинения, одна из

них шире другой (например, ст.ст. 170 и 175). Задача

квалификации в подобных случаях к тому и сводится,

чтобы избрать более узкую статью, конкретнее, точнее

отражающую признаки совершенного преступления*.

Иное положение складывается при посредственном исполнении с привлечением несовершеннолетнего, например при использовании малолетнего для тайного изъятия государственного имущества. Здесь совершается два

различных преступления. В приведенном примере - кража и вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность. Ни ст. 89, ни ст. 210 У К, взятые в отдельности,

полностью не охватывают содеянного. Возникает идеальная совокупность преступлений. Квалификация ее, по

сложившимся в теории уголовного права правилам, требует применения не менее двух статей Особенной части

Уголовного кодекса - ст. 210 и статьи, устанавливающей ответственность за преступление, исполненное с привлечением несовершеннолетнего.

При любой разновидности посредственного исполнения действительный исполнитель непосредственно не

выполняет объективной стороны преступления. Строго

придерживаясь буквы закона (ч. Зет. 17 УК), его не

полагается считать исполнителем. В законе прямо сказано, что исполнитель это-соучастниц, непосредственно совершивший преступление./Понятие непосредственного совершения .может означаТь~Тблько выполнение объективной стороны преступления собственными ~деяниямЯ,"Лйчно."Посредственное исполнение выходит з'а его пределы_рбнаруживается частичное несоответствие между формой закона и реальным содержанием регламентируемых отношений. Суть его в том, что

понятие непосредственного совершения преступления неполно отражает встречающиеся в практике способы выполнения объективной стороны посягательства.

(Йеполнота эта не может быть восполнена толкованием закона^Из.вестные способы научно обоснованного

толкования норм права не позволяют представить посредственное исполнение преступления в качестве непосредственного деяния.

законодательное' определение роли исполнителя, дополнив его указанием на посредственное исполнение прес

' См. указ. работа, ч. И, стр. 20.

' См. <Бюллетень Верховного Суда СССР> 1963 г. № 4, стр. 9;

1969 г. № 5, стр. 16. Эта рекомендация поддержана позднее авторами изданных учебников (см. <Уголовное право. Часть Особенная>,

М" 1969, стр. 400; .<Советское уголовное право Особенная часть>,

изд. МГУ, 1971, стр. 377).

"^

* Аргументированные рекомендации по разрешению случаев

конкуренции уголовно-правовых ьорм даны В. Н. Кудрявцевым

(см. <Общая теория квалификации преступлений>, стр. 251-269).

тупления. Предлагается следующая редакция^. 3 ст. 17

У^кИсполнителем признается лицо, которое полностью

либо частично, непосредственно либо путем умышленного использования другого невиновного или неосторожно

действующего лица выполнило деяние, предусмотренное

статьей Особенной части Уголовного кодекса^)

Редакция данной нормы может быть и несколько

иной. Существует возможность оставить неприкосновенным действующий текст ч. Зет. 17 УК, что важно в интересах сохранения стабильности закона. С дополнением

сна могла бы читаться следующим образом: <Исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее

преступление, а равно умышленно использовавшее для

непосредственного выполнения^ общественно опасного

деяния другое невиновное, ли^о неосторожно действующее лицо>.

Первая формулировка несколько полнее. В ней указывается на возможность исполнения преступления путем полного либо частичного выполнения объективной

стороны деяния. Но она недостаточно лаконична и ле

сохраняет действующего текста закона. Вторая формулировка в какой-то мере отражает практическую значимость рассматриваемых способов исполнения- деяния.

В общем количестве случаев исполнения преступления

посредственному исполнению принадлежит небольшая

доля. Это подчеркивается в предлагаемой формулировке, где на первом плане указывается непосредственное

совершение преступления, а редко встречающееся посредственное исполнение лишь приравнивается к нему по

распределению функций в институте соучастия. Некоторая неполнота ее, заключающаяся в том, что не указывается на возможность выполнения исполнителем части объективной стороны преступления, может быть восполнена толкованием закона.

Применительно к соучастию посредственное исполнение имеет двоякое значение. Оно либо создает видимость соучастия, фактически лишенную признаков совместной преступной деятельности, либо служит замаскированным средством исполнения замыслов соучастников.

Если виновный осуществляет свои единоличные преступные намерения посредством усилий невиновного или

неосторожно действующего лица, то возникает лишь

внешнее подобие соучастия: взаимосвязанными становятся поступки двух лиц, последствия их кажутся общими. Фактически же такое сочетание деяний в корне отличается от соучастия. Действия лица, используемого

в качестве_о^-диял^ждх_^амы?ДО?<-Дй?о довС?..йё выражают его воли, либо отражают его не опасные для общества стремления, порождающие вредные^лосдедствия по

недостаточно^ осмот]эи1ел_ьности (при неосторожной ви- '

не на стороне заблуждающегося" лица).,По внутреннему

содержанию они "не."ма?.у1^ра.с.смат^.ивать?Я... в^качестве

слагаеЯбга_соаме?IШй.-^.ресгупной_деяIельности. Лицо,

оказавшееся слепым орудием преступления, не сознает

общественной опасности .своего поведения, не желает и

не допускает наступления преступных последствий и, Следовательно, - по психическому отношению к происходящему должно исключаться из числа соучастников. Единоличным исполнителем должен признаваться виновный,

осуществляющий свое преступное намерение чужими руками. Лицо, замешанное в преступлении помимо его

воли, освобождается от уголовной ответственности либо_

отвечает за неосторожное деяние'.

В теории уголовного права посредственное исполнение издавна рассматривается как взаимодействие двух

лиц, одно из которых реализует свой умысел невиновными или неосторожными действиями другого^ Между тем возможны случаи, когда двое и более соучастников по сговору между собой используют в качестве

орудия преступления третье лицо либо один из них выпавшее на его долю исполнение преступления осуществляет руками невиновного или неосторожно действующего лица. Определение ролей виновных при таком стечении лиц требует учета особенностей института соучастия. Исполнителями должны признаваться соучастники,

непосредственно направляющие невиновные или неосто

' Классический пример сочетания посредственного исполнения

умышленного преступления с неосторожной виной другого лица: врач

в целях убийства предлагает медицинской сестре ввести больному

смертельную дозу морфия, та по неосторожности выполняет назначение.

^ В теории советского уголовного права посредственное исполнение наиболее обстоятельно рассмотрел М. И. Ковалев (см. указ.

работа, ч. II, сгр. 13-31). Однако и в его работе квалификация

посредственного исполнения при соучастии не рассматривается.

X

рожные поступки другого лица. Если, например, двое

взрослых вместе уговорили малолетнего изъять чужое

имущество, то их обоих следует признавать соисполнителями хищения. Если один из соучастников подстрекнул другого к убийству, а тот единолично привлек к осуществлению преступного замысла третье невиновное лицо, то исполнителем окажется лишь второй соучастник.

Круг исполнителей ряда преступлений ограничивается. За исполнение должностных, воинских и некоторых

других преступлений отвечает лишь специальный субъект. Особенность его в том, что помимо общих, свойственных всем субъектам признаков (вменяемость и минимальный возраст-ст. ст. 10, II УК) он обладает другими специальными качествами, указанными в нормах

Особенной части Уголовного кодекса. Из 232 статей

Особенной части 80 (34,5%) характеризуют преступления со специальным субъектом. Это само по себе говорит о важности правильного толкования роли исполнителя таких деяний.

В судебной практике встречаются затруднения в разграничении ролей лиц, совместно совершающих рассматриваемые преступления. Не всегда правильно понимается роль их исполнителя. Частные лица Р., М. и Н. по

сговору с материально ответственными работниками

плавзавода участвовали в хищении 567,5 кг зернистой

икры. Роль их заключалась в том, что на своей лодке

они неоднократно встречали катер, куда поступали похищенные с плавзавода банки икры, принимали эти банки, продавали икру и делили деньги между участниками хищения. Областной суд квалифицировал их действия

по ст. 17и ч. Зет. 92 УК как пособничество. В другом

случае начальник материально-технического бюро завода, используя свои. служебные полномочия, присвоил

большое количество полученных для завода автобусных

.билетов. По предварительному сговору с ним сбывали

эти билеты гражданки Т. и А., действия которых краевой

суд расценил как участие в ишолнеиии преступления

и квалифицировал по ч. 2 ст. 92 УК. Одинаковые (по

существу деяния в одном случае признаны, в другом

не признаны исполнением преступления со специальным субъектом'. Перечень таких противоречивых реше

' См. <Бюллетень Верховного Суда РСФСР> 1971 г. № 7, стр.

7-8; № 8, стр. 5-6.

ний мож'но продолжиты.1Цз них вытекает оди'н и тот

же вопрос о том, кого из соучастников рассматриваемых преступлений правомерно считать исполнителем.

Объективная сторона этих деяний своеобразна в

том отношении, что выполнить ее полностью либо частично может только специальный субъект. Исполнителями их, по смыслу ч.З ст. 17 УК, следует признавать лиц, наделенных особыми качествами, указанными в статье Особенной части Уголовного кодекса. По

такому пути издавна идет судебная практика в квалификации должностных и других преступлений оо специальным субъектом. При любой активности частного

лица в получении взятки его не признают соисполнителем взяточничества. Теоретически это обосновывается тем, что посягнуть на нормальную деятельность

государственного аппарата способом, указанным в

ст. 173 УК, может только должностное лицо. Из данной теоретической предпосьигки логично исходить при

определении роли исполнителя других преступлений

со специальным субъектом'.

Наконец, и это весьма существенно, в ст. 237 УК

в законодательном порядке разъяснено, что за исполнение воинских преступлений отвечают военнослужащие^ По своему значению приведенное разъяснение

выходит за рамки гл. XII УК. Оно намечает правомерный путь определения круга исполнителей должностных, транспортных и других преступлений со специальным субъектом. По существу оно представляет

собой норму Общей части уголовного права, которую

логично было бы включить в ст. 17 УК. К ч. 3 ее предлагается такое дополнение: <Если норма Особенной

части уголовного законодательства предусматривает

деяние специального указанного в ней лица, то исполнителем признается только это лицо>, ^дц

Действия исполнителя проходят через его сознан^Г^

и волю, накладывая своеобразный отпечаток на содержание умысла. Умысел Исполнителя включает: а) сознание того, что преступление он совершает при содей

' Кроме составов преступлений, повышающих ответственность

специального субъекта в связи с его прошлой преступной деятельностью.

" А также приравненные к ним лица.

6 Заказ 2073 \ , 81

ствии других лиц и что его усилиями реализуется замысел в'сех соучастников; б) предвидение общего преступного результата; в) желание или сознательное

допущение наступления данного результата.

^ Таким образом, исполиитестем признается лицо,

полностью либо частично выполнившее объективную

сторону преступления непосредственно либо деяниями

другого невиновного или неосторожно действующего

^ица. В случаях, когда нормы Особенной части Уголов'ного кодекса предусматривают деяния специально

указанных в них лиц, исполнителями следует признавать толь'ко этих лиц. Субъективную сторону деяний

исполнителя составляет прямой, а иногда и косвенный

умысел.