В каждом таком случае он обязан воспользоваться своим правом.

Аксиома 17.

Права и обязанности субъекта политической власти должны совпадать.

Таким образом, формулируя права и обязанности субъектов политической власти, мы должны избегать по возможности слова "право", а всегда, когда только возможно, использовать слово "обязанность". И обязательно каждую такую обязанность сопровождать санкцией за ее неисполнение.

Вышесказанное можно подкрепить ещё и чисто этимологическим аргументом. Согласно Аксиоме 15, государство состоит из органов и должностных лиц. Органы, в свою очередь, согласно Определению 31 также состоят из должностных лиц. Таким образом, государство как инструмент состоит только из элементов - должностных лиц, часть из которых сгруппирована в органы. Все должностные лица занимают должности, т. е. занимаются тем, чем заниматься должны. Не "хотят", не "могут", не "имеют право", а должны! Наполеон это прекрасно понимал (см. эпиграф), а ведь он сам был одним из них. Язык как логическая структура совершенно правильно отразил главную сущностную характеристику этих элементов государства: в отличие от всех других людей, которые могут делать то, что хотят, при условии, что они этим не мешают другим людям, должностные лица могут и должны делать только то, что должны. Народ - творец языка - не хотел, чтобы было как-то иначе. Вот он - чистый референдум, на результаты которого нельзя было повлиять хитрым формулированием вопроса, длившийся столетия референдум с совершенно однозначным результатом.

Зафиксировав принципы укрепления границ внешней свободы субъектов политической власти, нельзя упустить и не менее важный вопрос их структуры.

Крайнее проявление порочностиструктуры, позволяющее человеку, облеченному властью, в полной мере проявить свои худшие наклонности, вытекающие из Аксиомы 8 - сосредоточение всей или очень значительной части политической власти (т.