§ 1. Понятие «товар» в обыденном и научном смысле

Само собой понятно, что разделение труда в пределах изолированного хозяйства остается весьма ограниченным. Необходимое для семьи количество какого-нибудь блага по большей части слишком незначительно, чтобы индивид, занимающийся только производством последнего или, что еще более немыслимо, исключительно одной стадией производст-венного процесса, мог найти достаточную сферу применения для своих сил, да и имеющихся в распоряжении средств обыкновенно слишком мало для прокормления многих работников. Во всех обществах с слабо раз- витой культурой более сложное разделение труда мы находим только в хозяйствах единичных магнатов, остальные же хозяйствующие субъекты не идут дальше простого разделения труда и строго ограниченных потребностей.

Можно считать первым шагом на пути хозяйственного развития народа то, что лица, усвоившие себе техническую сноровку, предлагают свои услуги обществу и за известное вознаграждение перерабатывают доставляемый им сырой материал. Феты греков были, по-видимому, такого рода ремесленниками в древнейшие времена. Во многих местностях Восточной Европы и теперь еще нет ремесленников иного рода.

Новым шагом на пути хозяйственного развития и вместе с тем при-знаком растущего благосостояния следует считать то, что ремесленники начинают употреблять для своих продуктов собственный сырой материал, хотя приготовляют продукты только по заказу потребителей. Такое положение вещей можно за незначительными исключениями наблюдать в маленьких городах и отчасти в больших в некоторых ремеслах. Ремес-ленник не производит еще продукта на неизвестного покупателя, но он уже в состоянии удовлетворять по мере своей рабочей силы потребностям своих заказчиков, освобождая их от экономически для них невыгодной закупки и переработки сырого материала .

Этот способ обеспечения общества благами знаменует важный успех для потребителя и производителя в смысле большей хозяйственности и удобства, но он все же еще связан с значительными невыгодами для обоих. Потребитель должен все еще ожидать некоторое время продукта и с самого начала не совсем уверен в его качестве, производитель же иногда вовсе не имеет работы, иногда же завален заказами, так что он то ничего не делает, то не может вполне удовлетворить появляющимся требованиям. Эти неудобства повели к производству благ на неопределенного покупателя, благ, которые производитель всегда держит на складе, чтобы иметь возможность немедленно же удовлетворить оказавшуюся потребность. Этот способ обеспечения общества приводит по мере развития народного хозяйства, с одной стороны, к фабричному производству (массовому), асдру- гой — к покупке потребителем готовых (конфексион) товаров; он, следова- тельно, соединен с высшей степенью хозяйственности для производителя ввиду возможности совершенного применения принципа разделения труда и употребления машин и, с другой стороны, для потребителя является наиболее надежным (он видит товар перед самой покупкой) и удобным.

Такие продукты, которые производитель или торговец-посредник держит наготове для обмена, называются в обыденной речи товарами, причем это понятие ограничивается только движимыми вещами, с исключением из них денег73.

Так как для третьего лица не всегда ясно видно, что известные части имущества предназначаются владельцем их для обмена, то понятие товара в обыденной жизни сузилось еще более, и на разговорном языке название «товара» придают только таким благам, относительно которых намерение владельца отчудить их легко распознаваемо и для третьих лиц.

Но в научном изложении ощущалась потребность в названии, покры-вающем все экономические блага, предназначенные для обмена, независимо от их материальности, способности к передвижению, их характера, как продуктов труда, независимо от лиц, предлагающих их для продажи; таким образом, многие, в особенности из немецких экономистов, понимают под товарами предназначенные для обмена (экономические) блага всякого рода.

Понятие «товар» в обыденном смысле важно для нас не только потому, что его употребляют законодательства74 и многие экономисты, но и потому, что часть тех, которые принимают понятие «товар» в широком научном смысле слова, вводят в определение его тот или другой элемент понятия в узком, обыденном смысле75.

Немецкий торговый кодекс употребляет то же слово «товар» не в техническом, а в

обыденном смысле слова.

Учение о товаре не нашло себе вообще, за некоторыми исключениями, само

стоятельной обработки у англичан, французов и итальянцев. Выражения «goods», «merchandises», «тегсі» и т.д. употребляются почти всюду в обыденном смысле «предметов торговли», «объектов купли», да и то не технически, а в очень неопределенном значении. Товары противопоставляются часто услугам и деньгам (Necker, Legislations et commerce des grains, I. Chap. 12; Genovesi, Lezioni, II, 2, § 4), обыкновенно — недвижимым благам (Guillaumain et Cocquelin, Dictionnaire, П, 131, статья «marchendise» Ног.Бау'я), иногда в

Из только что изложенного понятия товара в научном смысле слова видно в то же время, что характер товара не есть нечто присущее бла-гу, не — свойство последнего, а только особое отношение его к лицу, обладающему им, отношение, с исчезновением которого должен отпасть у блага также и характер товара.

смысле продуктов обрабатывающей промышленности — сырому материалу (Quesnay, Maximes generates, XVII), или съестным припасам: denrees (Dutot, Sur le commerce etc. Chap. I, 10), тогда как Montesquieu (Esprit des lois, XXII, 7) употребляет слово «merchandises» именно в смысле «denrees». Roberts, современ-ник Mun'a, дает такое определение (Merchant's map. 4. ed. С. 6 и сл.): the things wherewith the merchants negotiate and traffick are termend «merchandises»1 и подразделяет последние на изделия («wares») и деньги («moneys»). Dictionnaire de l'Academie francaise называет товарами: «Се qui se vend, se debite dans les boutiques, magasins, foires, marches»2. Где приходится специально обозначить товары в широком, научном смысле слова, там употребляют описательные выражения, например, «Quantite a vendre»3 (Necker); «Superflu autant qu'il peut etre echange»4 (Forbonnais); «Things who have not reaches the hands of those, who are finally to use them»5 {A.Smith); «Сіо che sopprabonda in alcuni per sussistere essi stessi, e ch'essi passano ad altri»6 (Ortes). Но уже Condillac (Le commerce et le gouvemement. Part. I, 5) говорит о «marchandises»: «Ces choses, qu'on offer a echanger»7, становясь, таким образом, предшественником (пишущего по- французски) Storch'a., который (Cours 1. С. 82, 1815) дает такое определение: «Les choses destinees a Гechange se nomment merchandises»8. Среди немцев Justi, Busch, Sonnenfels, Jacob употребляют еще слово «товар» в обыденном смысле. Soden (Nationalokonomie, I. С. 285, 1815) называет товарами все про-дукты, под которыми он понимает как сырые, так и продукты промышленности (там же. С. 54); Hufeland (N. Grundleg, II, § 96) тоже слишком широко определяет: «Товар — это все то, что может быть отдано, в особенности в обмен на что-либо другое».

шелковыми материями для продажи в своих лавках, — товары, но они тотчас же перестают быть таковыми, как только первый предназначает шляпу для собственного употребления, а последний, скажем, для подарка своей жене; голова сахара или апельсины в руках бакалейного торговца — товары, но они теряют характер последних, перейдя в руки потребителя. И чеканенный металл перестает быть «товаром», если его владелец не предназначает его для дальнейшего обмена, а для каких-нибудь целей потребления, например, когда дают ювелиру серебряный талер, чтобы последний приготовил из него какое-нибудь украшение.

(Cameral-Encyklopadie. С. 449, 1835) снова ограничивает его движимыми иму- ществами и кроме того требует еще известного значения в торговле. Этим он приближается к обыденному воззрению, господствующему в сочинениях Fulda, Lotz'a, Schan'a и Herrmann'a. Riedel (Nationalokon, I. C. 336, 1838) и Roscher (System, I, 95) восстанавливают научное понятие товара. Первый определяет его. как «благо, лежащее наготове для обмена или продажи», последний — как «всякое благо, предназначенное для обмена», причем разумеются блага эко-номические (там же, I, § 2). За ними следуют Mangoldt (Grundriss. С. 27); Knies (Tubinger Zeitschrift, 1856. С. 266 — «Блага, оставшиеся для оборота»); Rentsch (Handworterbuch d. V. Art. «Waare»: «Меновые ценности и блага, предназначен-ные для обмена»); по существу также Hasner (System, I. С. 288 и 302: абстрактная меновая ценность с двумя главными формами ее, запасом товаров и наличным фондом). Характер продукта считают необходимым для понятия товара из новых писателей: Oraser (Allgem. Wirthschaftsl- С. 115, 1858), который называет товаром «всякий продукт, поступающий в торговлю»; Rosier (Volkswirtsch. С. 217, 1864), определяющий его как «продукты, предназначенные для оборота или в нем находящиеся»; Scheel (Hildebrandt's Jabrbucher VI. С. 15), разумеющий под ним «единичные продукты, предназначенные для обмена». Stein (Lehrbuch d. Volksw. С. 152, 1858) тоже обозначает товар как «единичный, самостоятельный продукт предприятия». В новейшее время некоторые известные ученые снова вернулись к употреблению слова «товар» в обыденном смысле. Так, Hildebrandt в своих Jahrbucher (II. С. 14), Schaffle в своем «Gesellschaftliches System d. m. W.». С. 456 и 465 противопоставляют товары услугам. Но при этом не упускается из внимания и научное понятие товара. Schaffle даже очень строго отграничивает товары в обыкновенном от товаров в научном смысле слова (там же. С. 50, 51 и сл.) и последние называет «меновыми благами» (Tauschgiiter). В высшей степени своеобразен, как в других учениях, Schmalz (Staatsw in Briefen, 1818,1. С. 63), который смешивает, ввиду ошибочного понимания отношения между деньгами и товаром, понятие последнего с понятием потребительных благ в узком смысле слова, т.е. приходит к результату, как раз противоположному вышевыведен- ному научному определению товара.

Характер товара, поэтому, не только не составляет свойства благ, но является обыкновенно даже преходящим отношением их к хозяйствующим субъектам. Известные блага предназначаются их владельцами для обмена на блага других хозяйствующих субъектов. В промежуточное время многократного перехода их из рук в руки, от первых владельцев к последним, мы называем их «товарами»; но когда блага достигли своей экономической цели, т. е. очутились в руках потребителя, они, само собой, перестают быть товарами и становятся «потребительными благами» в узком смысле этого слова, противоположном понятию «товар». Где этого не бывает, как, например, очень часто с золотом, серебром и т.д., в осо-бенности в отчеканенном виде, там блага естественно остаются только до тех пор «товарами», пока находятся в отношениях, обусловливающих их товарный характер .