Спенсер Герберт

тажении всей исследовательской работы ученого и является одной из главных причин большой популярности его социологии в США.

Ранний интерес Спенсера к геологии привел его в область биоло­гии, а оттуда — к эволюционным теориям Ламарка.

В очерке “Прогресс: его законы и причины” (1857) Спенсер ут­верждает, что эволюционный принцип был законом универсаль­ной применимости, определяющим развитие в физической, орга­нической и социальной сферах. Эволюционная теория, следователь­но, давала основу для объединения наук. Какая бы траектория раз­вития ни изучалась, движение всегда было направленным к возра­стающей дифференциации и интеграции структуры. Системы, будь то солнечная, биологическая или социальная, всегда проявляли тенденцию переходить из состояния, где их составные части были гомогенными и свободно связанными, в состояние, где они стано­вились все более гетерогенными и интегрированными.

Более поздние работы Спенсера, широко читаемые и весьма вли­ятельные в то время, были посвящены прежде всего подкреплению этой позиции. Одним из результатов стала “Синтетическая филосо­фия” — многотомный проект, охватывавший социологию, психоло­гию, биологию и этику. Поэтому социологию Спенсера (например, его “Принципы социологии”, 1876—1896) следует рассматривать как один из подразделов, в котором он преследовал более широкую цель признания универсальности эволюционного процесса.

Некоторые из его понятий — “дифференциация” и “интеграция” — сохранили ценность в качестве социологических инструментов, осо­бенно в рамках перспективы социальной системы и неоэволюционной работы Толкотга Парсонса. Но социология Спенсера глубоко скомп­рометирована его стремлением объединить ее с биологией и его порой некритическим утверждением о том, что биологическая наука могла бы дать подходящие понятия для изучения общества. Если “борьба” вызывала органическую эволюцию, то война имела