ГОЛОС, ГОЛОСОВЫЕ ПРИЗНАКИ И ОЦЕНКА РЕЧИ*

Производство речи не может осуществляться иначе как с помощью голоса, а потому голосовые характеристики и разнообразные способы их языкового выражения по праву относятся к основным факторам, обуслов­ливающим и организующим речевую коммуникацию.

Указания на те или иные свойства голоса содержатся в семантике мно­гих единиц языка, и прежде всего в глаголах речи (ср. русские глаголы рокотать, бурчать, орать, кричать, сипеть, шептать, бормотать, ворковать, чеканить, (проскрежетать, нудить и десятки других), наре­чиях (сипло, хрипло, шепеляво, скороговоркой, жестко, с расстановкой, несвязно и др.), в разного рода синтаксических единицах, более крупных, чем слово (ср.

Особенно велика семантическая значимость голоса в неконтактных, или разобщенных, диалогах, участники которых не находятся в едином зрительном пространстве. Таков, например, разговор по телефону, диалог людей, находящихся в разных комнатах одного помещения и не видящих один другого, и т.п. В подобных ситуациях голос служит единственным 142 средством идентификации собеседника (по голосу мы узнаем, различаем, определяем, тот это человек или не тот; голос является знакомым или незнакомым и т.п.), а слово голос выступает в переносном, метонимичес­ком, значении, обозначая говорящего. Так, мужчины иногда говорят высо­ким женским голосом, но предложения Женский голос произнес: "Слушаю" или В трубке раздался незнакомый женский голос однозначно указывают на пол говорящего. Если же в ситуации неконтактного диалога идентифи­кация говорящего лица уже произошла, то, например, женский голос зна­комого мужчины сам по себе едва ли помешает нормальному общению. Точно так же слово Голос, написанное с прописной буквы, обозначает ‘голос Божий’ или, метонимически, ‘голос свыше’. Общение с Богом в молитве, в свою очередь, всегда происходит тихим голосом.

Тихий голос — это голос веры и тайны, голос почтения и обожания, дружеского совета и увещевания; им произносятся слова смирения и уважения, прощения и покаяния. Но громкий голос тоже характерен для определенного вида текстов и для определенного типа речевых актов, таких, как воинские команды, плачи и причитания. Громкий голос в диалоге, если оставить в стороне физиологические особенности, — это голос резко обозначенной иерархии, голос начальства и власти, недоволь­ства и призыва. И хотя, как писал Ф. Искандер, "в мире нет ничего тако­го, из-за чего стоило бы громко разговаривать", мы часто сталкиваемся и в жизни, и в текстах с громкими, зычными, кричащими, визгливыми, властными, командными, приказными голосами, голосами на повышенных тонах, гремящими, громыхающими и орущими.

Аналогично несимметричными являются выражения повысить голос и понизить голос. Повышение голоса передает отдаление от собеседника, стремление занять в диалоге командную позицию, что обычно вызывает ответную негативную реакцию, ср.: Мужчина, который повышает голос, во-первых, не мужчина. А во-вторых, мужчина, который повышает голос, явно не на своем месте (В. Маканин). Повышение голоса может быть связано с целым рядом эмоциональных факторов: гневом, раздраже­нием, возмущением и прочими сильными чувствами. Голос на пониженных тонах — это голос потухший, упавший, извиняющийся, просительный, заискивающий, это говорение вполголоса.

Соотнесенность силы голоса с эмоциональным состоянием говорящего отражается и в выборе союза. Допустимы фразы Он кипятился, но гово­рил тихо и Он кипятился и говорил громко, но плохо *0н кипятился, но говорил громко.

Таким образом, хотя громкий голос хорошо слышен, этическая его оценка в условиях нормального диалога нередко отрицательная. Поэтому не случайно такие слова, как громогласный, громкоголосый, громовой, громозвучный да и само громкий, имеют переносное значение ‘чрезмерно торжественный, высокопарный’, ср.: И напыщенными стихами, Набором громозвучных слов Я петь пустого не умею (Пушкин). Столь же отрица­тельно оцениваются громогласные утверждения, громкоголосые завере­ния, громкие слова и фразы.

Нанесенное собеседнику оскорбление, сделанное обидное замечание меняют тон и общий характер диалога. В процессе общения люди вообще крайне чутки к малейшим колебаниям в голосе собеседника. Они ловят неожиданные интонации, реагируют на изменившуюся силу, высоту или тембр голоса, фиксируют всевозможные нюансы в голосовой игре. Комментируя речь персонажей, автор текста часто отмечает те или иные свойства голосов и легко создает — по Бахтину — "эффект непосредст­венного присутствия" читателя при диалоге: — Слушай, хватит там в прятки играть, а? — сказал он вдруг изменившимся голосом.

Громкий голос может срываться как по физиологическим, так и по психологическим причинам. Когда же срывается обычный голос, мотивы для срыва, как правило, чисто психологические. Фразы Он сорвал голос и Не кричи так, сорвешь себе голос могут быть вызваны происшедшими или вероятными резкими сменами физических параметров голоса в отсутствии каких бы то ни было психических коррелятов. Между тем срывающийся голос маркирует внезапный переход в диалоге от одного тона к другому, переход, обусловленный новыми чувствами, возникающими эмоциями. Срывающийся голос нередко сопровождается криком, плачем, изменения- 144 ми мимики, неожиданными телодвижениями: Бабушка кричала: — Корми­лец ты наш, на кого ты нас оставляешь! Как странно звучит ее жалкий, срывающийся голос (В. Андреева); Вдруг голос ее задрожал, глаза заблес­тели, она быстро приблизилась ко мне и сказала: "Как ты смеешь так разговаривать с матерью!" И, глядя на меня заслезившимися глазами, крикнула срывающимся голосом: "Уходи, немедленно уходи!" (С. Левина); Севка сбросил с себя руку Шворца и резко повернулся к нам. Лицо его бы­ло искажено, руки дрожали: — Ну и что? Что вы мне здесь доказали? — крикнул он срывающимся голосом так громко, что перекрыл крик толпы. — Что всем здесь заправляет Шворц, так, что ли? (Вл. Матлин).

Ни то обстоятельство, что речь возникает исключительно благодаря голосу, ни сам факт обладания голосом не нуждаются в специальном языковом обозначении: У него есть голос означает ‘хороший голос’, а предложение *Он сказал это голосом вообще неправильное. Акцентного или рематического выделения требуют именно голосовые признаки, поэтому при существительном голос в функции инструмента лексические распространители обязательны. Прилагательные при слове голос опреде­ляют его не только по силе, но и до высоте {высокий, низкий, грудной, тонкий...

Не все производные от этих существительных могут описывать речь. Следует, видимо, различать виды голоса как источника речевых звуков и виды голоса как источника музыкальных звуков. Музыкальные голоса — это постоянные характеристики человека; их языковые обозначения допускают метонимический перенос по модели "голос — носитель голоса", ср.: У Евсея оказался альт, учитель взял его в церковный хор (Горький); Из-за ученических столов выползают дисканты и альты (Чехов). Рече­вые голоса непостоянны, они меняются не только как музыкальные, в зависимости от пола и возраста, ио также от характера и содержания сообщаемой информации, от физического или психического состояния

10. Логический анализ языка

145

говорящего, его отношения к адресату и к высказываниям адресата в ходе диалога. Так, речевым, а не только музыкальным голосом является бас (- бас 2), обозначающий ‘результат мутации голоса как проявление (= внешнее свидетельство) взрослости человека*, ср.: Петя уже говорит басом; Смотри, у него уже бас. Бас как языковое обозначение очень низкого речевого голоса свойствен мужчинам;¹ лишь окказионально — для указания на подобие женского голоса мужскому — он приписывается в речевом контексте женщинам: Она произнесла эти слова дрогнувшим голосом, а затем низким голосом, почти басом спросила: "Ты в Москве?' (В. Попов). Речевые голоса, как правило, низкие; из высоких, пожалуй, лишь фальцет ‘высокий женский голос’ способен характеризовать речь. Вполне допустимо сказать: Малыш присел на левую пятку и сочным баритоном произнес: "Сверчок на печи" (Стругацкие); можно пробасить какие-то слова, но не *протенорить или *просопранить. Уместно замеча­ние: Попутчик говорит скоро, тонким фальцетом, вздыхает (В. Слеп­цов), но имена, называющие женские музыкальные голоса, речь не харак­теризуют. Плохо не только "Лена уже говорит сопрано (или альтом, меццо-сопрано), но и *Она сказала это сопрано (при правильном Она сказала это своим обычным сопрано). Баритон — это ‘певческий муж ­ской голос’, однако, желая подчеркнуть певучесть или напевный характер речи, автор передает словом баритоном саму особенность мелодики: Говорил он баритоном, медленно растягивая слова (Ю. Крелин).

Мы уже отмечали различия в концептуализации мужских и женских голосов (в дополнение укажем, что грудной голос свойствен женщинам, но не мужчинам, а отеческий тон — мужчинам), детских и взрослых. Как недопустимо *