Внутриморфемные двойные согласные как объект графического правила
Анализ помет в Орфоэпическом словаре (М., 1983) дает возможность достаточно полно определить круг слов с двойными согласными — реально долгими звуками.
Вкорневых морфемах:
[бб]: лобби, лоббизм ('способ тайного влияния на законодательные органы в США');
[гг]: леггорн ('порода кур');
[дд]: буддизм ('религ.
учение', по имени основателя — Будды), буддист (буддистский);[кк]: мокко ('сорт кофе', по названию порта Мокка), сирокко ('знойный южный ветер'), юкка ('южное растение');
[лл]: аллах, аллоним ('чужое имя, взятое для псевдонима7), аллюзия ('стилистическая фигура, содержащая намек на нечто всем известное'), булла ('папское распоряжение'), вилла, галлы, галломания, галломан, коллаж ('прием в изобразит, искусстве', букв. — наклеивание: коллажный), колли ('порода собак'), мулла, сивилла ('прорицательница'), феллах ('крестьянин в арабских странах'), хлорелла ('одноклеточные микроскопические водоросли'), шиншилла ('ценный пушной зверек');
[мм]: гамма, гамма-глобулин, гамма-лучи, гемма ('резной камень'), гумма, гуммозный ('заболевание тканей'), дилемма, имманентный ('внутренне присущий'), иммортель (раст. 'бессмертник'), клемма ('зажим для крепления'), лемма ('вспомогательное доказательство'), сумма[49];
рр]: мйрра ('ароматическая смола'), мйрровый; сс]: бессемеровский процесс ('способ получения стали из чугуна', по имени англ, изобретателя Бессемера), вассал, вассальный, глоссарий ('толковый словарь устаревшей лексики'), инкассо ('вид банковской операции'), касса, кассовый, лассо, масса, массовый (культмассовый), массовик, массовка, месса ('католич, служба' и 'хоровое музык. произвел.'), пассив, эссе ('литерат. жанр'), эссеист;
[тт]: аттическая соль ('тонкая, изящная острота', от собств. Аттика), виттова пляска ('пляска святого Витта', 'хорея'), брутто,, гетто, миттельшпиль ('часть шахматной партии — середина игры'), нетто, тутти ('исполнение музыки всем составом оркестра');
фф]: диффамация ('публикация порочащих сведений о ком-л.'); цц]: меццо-сопрано ('женский голос'), интермеццо ('небольшое музык.
произвел, свободной формы');[ч'ч']: каприччио и каприччо ('виртуозная музык. пьеса').
В суффиксальных морфах:
[сс]: в суффиксе -иссимо- (брависсимо, пианиссимо, фортиссимо); [тт]: в суффиксе -етт(а) существительного новелетта (в остальных существ, с этим суффиксом отмечается вариантность согласного— см. в п. 2.2.1); в нескольких существ, аллегретто, групетто. Так же — в исконно русских морфах;
........................................................ — — П---П- I
[нн]: -єнн-, -они-, -Янн-, если согласному [н] предшествует ударный гласный (священный, здоровенный, операционный, деревянный, см. в гл. 5);
[цц]:—дцать имен числительных (двенадцать, двадцать и т. п.)
2.1.1. Интерпретация языкового материала
A. Всего выявлено 68 слов (без учета слов с [нн] и русскими суффиксальными морфами). Группируются они вокруг четырех двойных согласных — [лл], [мм], [сс], [тт] (52 слова, более 80%). Слова с двойными согласными [бб], [гг], [дд], [кк], [рр£ [фф], [цц], К ч'] единичны и воспринимаются как случайные вкрапления. Вообще не встречены слова с [вв], [зз], [пп], (хх], [шш].
Б. Во всех словах двойные согласные интервокальны. Такую позицию следует признать благоприятствующей их реализации.
В 41 слове (около 64%) двойной согласный следует непосредственно за ударным гласным. Такую позицию часто оценивают как сильную, поскольку противопоставленность согласных по степени продленности здесь наиболее объективирована. Ср.: кассы и косы, колли — коли, гамма и гахма, мокко и мака (Обзор предложений..., 1965, с. 167; Иванова, 1982, с. 50). Интервокальное заударное положение двойного согласного оценим как первую акцентную модель слова. В 19 словах (около 26%) двойной согласный тоже контактирует с ударным гласным, но предшествует ему (вторая акцентная модель). Причем три слова из 19—это дериваты слов с 1-й акцентной моделью: гумма—гуммозный, лобби—лоббизм, масса—массовка (передвижка ударения—морфоно- логическое явление). В 8 словах (чуть больше 10%) двойные согласные вообще не вступают в прямой контакт с ударным гласным (третья акцентная модель).
Однако три слова из 8 — дериваты лексем с 1-й акцентной моделью (галломания, галломан, массовик), а остальные имеют дополнительные условия, поддерживающие продленность согласного (см. ниже в п. Г.).B. Слова с двойными согласными преимущественно входят в малочастотные и узкоспециальные лексические разряды (более 87%). И это следует признать отражением значимой языковой закономерности: чем обособленнее слово в заимствующем языке, тем упорнее противостоит оно фонетическим перестройкам, и, наоборот, чем активнее оно используется, тем быстрее приспосабливается к требованиям языка. В этой связи особый интерес представляет как раз та группа достаточно употребительных слов, в которых тем не менее прочно удерживается двойной согласный. Это двусложные слова с первой акцентной моделью: касса, масса, сумма. К ним примыкают менее употребительные, но все-таки достаточно известные слова: брутто, гамма, гетто, колли,
клемма, лемма, нетто. Для многих из них реальная долгота со гласного выступает как различительный признак, а ее утрата со здает омоформию разных по значению слов. Ср.: суммы и Сумы гамма и гама (гам), колли и коли ( = если). Остальные слова утрачивая долготу согласного, не создают омонимических сближе ний, но и как реальные лексемы не осознаются (нетто, касса и т. п.).
Трехсложные слова с той же акцентной моделью единичны: дилемма. Малочисленны также двусложные слова со второй акцентной моделью: аллах, вассал (вассальный), лассо, мулла, пассив.
Среди малочастотных слов тоже преобладают двусложные слова с первой акцентной моделью: булла, галлы, гумма, лобби, месса, меццо (-сопрано), мирра, мокко, тутти, юкка. Та же акцентная модель и у четырех многосложных слов: инкассо, интермеццо, каприччо и капрйччио, сирокко. Такую акцентную модель следует признать одним из факторов, укрепляющих долготу согласных звуков.
Г. К дополнительным факторам отнесем влияние генетических связей, которые хотя и недостаточно осознаются, но какой-то след в слове непременно оставляют.
В данном случае это сохраняющееся воздействие собственного имени, которое легко прослеживается в словах аттический, бессемеровский, буддизм, виттова, мокко (см. толкование выше). Таково же влияние утраченного на русской почве морфемного стыка в словах, где приставка уже не выделяется: аллюзия, диффамация, имманентный, иммортель. Именно в этих слозах двойной согласный возможен и при отсутствии непосредственного контакта с ударным гласным, что в остальных случаях полностью исключено.Во всех суффиксальных морфах, русских и заимствованных, обнаруживается та же 1-я акцентная модель: бравйссимо, новелётта, •стеклянный, тридцать. Только двойной [цц] в числительных вовлечен в процесс упрощения, но орфоэпическая норма этому противится (Аванесов, 1972, с. 142).
Итак, интервокальность, контакт с ударным гласным, заударная позиция, влияние имени собственного и бывшего морфемного стыка — вот факторы, способствующие упрочению в слове двойных согласных. Все буквосочетания для них используются безальтернативно, по графическому правилу. Преимущественно создаются они дублированием той же буквы, которая приобретает функцию графического сигнала (см. в гл. 1). Буквосочетания гетерографического типа здесь внесистемны, но свое назначение оправдывают вполне, обозначая именно двойные согласные: Ср.: пакгауз—[гг], эвфемизм—[фф], эвфонический — [фф]. Так же: буквосочетание дц в числительных (см. выше).
2.1.2. Обозначение реально продленных согласных звуков при всей кажущейся простоте наиболее остро связано с решением вопроса об удвоении — неудвоении букв. Само наличие в нашем языке слов с такими согласными для многих лингвистов вполне достаточное основание для сохранения в них удвоенных букв. «Писать ана, вана, деревяный значит не считаться с живым языком»,— настаивает Н. Н. Дурново (1930, с. 115). «В соответствии с реальным произношением,— убежден А. Б. Шапиро,— вполне обоснованны две буквы в словах ванна, касса, вилла, сумма, масса, гамма, дилемма и др., а также в собственных именах (Анна, Васса, Алла, Эмма, Миллер, Мекка, Тисса и др.)» (1958, с.
95). По его же мнению, «в очень многих словах связь между написанием и произношением очень устойчива, и отмена в них двойных согласных, несомненно, привела бы к изменению в произношении: ванна, масса, вилла...; Анна, Аттика, Мекка... Равно как повлияло бы на произношение отмена двойных согласных в таких русских словах, как ссора, вожжи, дрожжи...» (там же). Таково же мнение В. Г. Ветвицкого (1964, с. 169) и М. В. Панова (1964, с. 156). Совсем не случайно в подготовленном к началу 60-х гг. проекте реформы русского правописания, в составлении которого активное участие принял М. В. Панов, было рекомендовано: «В заимствованных словах не писать удвоенных согласных, если они не передают двойных фонем в составе слова» (Предложения Института русского языка, 1964). Такое решение представляется нам оптимальным. Однако строго и объективно учесть все слова «с двойными фонемами в составе» весьма не легко.Некоторые ученые предпочитают поэтому экспериментальный подход, подготавливая и проводя широкое обследование речи говорящих. Однако и здесь разброс результатов оказывается очень значительным в зависимости от возраста, социального положения, местожительства информантов. По данным М. Я. Гловинской, обследование произношения студентов-филологов помогло выявить 15 слов с долгими согласными (атолловый, булла, брутто, ванна, гетто, депрессия, зуммер, мадонна, масса, месса, нетто, осанна, панна, сумма, тонна), однако студенты-нефилологи явно продляли согласные только в словах ванна и месса. На этом основании исследователь склонен признать факультативность долгих согласных и рекомендует отказаться от удвоения букв для всех согласных в корнях слов: «Произношение не дает достаточных оснований для сохранения правописания двойных согласных в заимствованных словах... Произношение долгих согласных... не соблюдается статистическим большинством прослушанных информантов. В русской же орфографии не отражается все факультативное, стилистическое— то, что допускает выбор» (1964, с. 106; так же: Суперан- ская, 1964, с.
83). Устранение сдвоенных букв предстает при такомподходе естественным следствием недостаточной дифференциации двойных согласных в самом языке.
Авторы предложений 1930 г. (проект Главнауки) аналогичное решение обосновывают иначе. Они не подвергают сомнению объективность двойных согласных в отдельных словах, однако считают, что «отсутствие удвоенной буквы на письме не помешает читающему произносить, где это нужно, двойной звук», точно так же как не мешают написания слов сердце и вода произносить [с'эрцъ] и [вада] (Русский язык в советской школе, 1930, № 1, с. 153). Но природа расхождения между произношением и написанием здесь весьма различна, поэтому нельзя признать корректными предлагаемые аналогии. Произношение слова вода с гласной [о] противоречит нашим произносительным возможностям, и поэтому буква о не мешает правильному произношению слова, точно так же как не мешает удвоение букв для согласного произносить его без какого-либо продления. А вот одна буква для согласного звука будет активно провоцировать произношение его как обычного звука, поэтому письмо может повлиять на язык. Допускать этого нельзя.
Настаивая на сохранении буквосочетания для реально долгих согласных, мы исходим из приоритета орфоэпических норм, которые только и могут служить здесь ориентиром для пишущих.
как объект
2.2.