СЕЛЬСКИЕ СУДЫ

До введения Общего положения о крестьянах от 19 февраля 1861 г. российское сельское население формально не имело общего сословного суда. На практике основным органом для разрешения конфликтных си­туаций в деревне по-прежнему выступали общинные суды.

С.В. Пахмана, народные суды существовали исстари, без каких-либо ука­заний закона.

В пореформенный период в русской деревне продолжала функцио­нировать система неформального сельского суда. Она была представлена сельским сходом, судом стариков, семейным судом, судом сельского ста­росты, судом соседей и самосудом. Их решения основывались исключи­тельно на обычном праве.

Весь быт крестьянского населения, установившийся, сложившийся исторически, объяснял стремление отдельных крестьян подчиниться суду своих односельчан, часто не имеющему ничего общего с формальным судом, писаным законом, но вполне удовлетворяющим совести и эконо­мическим понятиям сельского обывателя. Зарудный М. И. в своём иссле­довании отмечал, что «крестьянин во всех своих сомнениях и спорах об­ращался к миру, оберегающему хозяйственные интересы каждого общин­ника для собственной пользы. «Как мир решит, - говорил крестьянин, - я миру не противник». По информации из Елатомского уезда Тамбовской губернии, в конце XIX в. «оскорбление, потравы, лесные порубки и т. п. мелкие споры об имуществе на сельских сходах разбирают сплошь и ря­дом. Не подчиняются этому суду только самые упорные и при исключи­тельных обстоятельствах».

Традиции патриархальной семьи наряду с родственными связями, которые объединяли иной раз до половины деревни, обусловили сущест­вование семейных судов или судов родственников.

По мере развития крестьянского индивидуализма происходило всё более заметное отторжение старых обычных норм в сфере семейных от­ношений. В начале ХХ в. отчётливо обозначилось недовольство прежни­ми патриархальными порядками и стремление к их законодательному пе­ресмотру. Так, в одном из крестьянских ходатайств предлагалось «поста­новить статью в законе, чтобы отец не обижал родных детей своевольно и своебылинно по его усмотрению, кому дать больше, а кому меньше. Прежний закон опирался на родителей - как отец хочет, так и творит!».

Одной из форм общинного суда в селах Центрального Черноземья был суд стариков. По данным К. Чепурного, он был распространён в рус­ской деревне практически повсеместно, из 82 волостей его деятельность не была зафиксирована лишь в 3. Общественный суд выбирали тогда, когда всем сходом сразу нельзя решить дело, нередко он предшествовал сходу. Суд состоял их четырёх крестьян с хорошей репутацией, не моло­же 45 - 50 лет и старосты. Задача суда состояла в том, чтобы не допустить по возможности односельчан с жалобой друг на друга к начальству, рас­судить спор своими силами, внутри общины. Суд стариков решал спор­ные случаи семейных разделов, драки, потравы, оскорбления, нарушение запрета работы в праздничные дни. При необходимости суд выносил и наказания. Так, в Тамбовской губернии суд стариков в Кулеватовской волости приговаривал виновных крестьян к аресту на короткий срок, в Перкинской, Отъясовской, Питерской волостях - к небольшому штрафу. Наиболее часто к суду стариков прибегали для разбора дел об обидах и оскорблениях.

Приверженность крестьян неформальному сельскому суду, и в част­ности, суду стариков, Н.В. Калачов объяснял их близостью крестьянским интересам: «Стоит послушать, особенно на сельских сходах, в которых подчас и доныне решаются стариками тяжебные дела, хозяйственные споры и общественные распорядки, их полные практического смысла до­воды ... Это ясное понимание своих и общественных нужд, эти трезвые суждения, не поддающиеся ни житейской неприязни к подсудимым, ни страху перед сильными людьми, ни презрению к беспомощным и сла­бым, - всё это невольно располагает в пользу этих неграмотных, но край­не рассудительных стариков».

Таким образом, суд патриархов в русской деревне основывался на обычаях, носителями которых выступали сельские старожилы. Богатый жизненный опыт в сочетании со знанием сути рассматриваемых дел по­зволял суду стариков успешно разрешать конфликтные ситуации, возни­кавшие в сельской повседневности.

Одной из простых форм общинного суда являлся суд старосты. В обыденных спорах, а порой, и ссорах крестьяне в целях установления правоты охотно обращались к старосте, чтобы тот их «урезонил и прими­рил». Обыкновенно сельские старосты разбирали и решали маловажные дела: брань, драки, побои и пр. Староста не судил единолично, а для раз­бора дел приглашал стариков или добросовестных односельчан. Обраще­ние местных жителей к суду старосты было обусловлено и тем, что тот мог действовать по закону, применяя к виновным наказание. Так, к ста­росте деревни Саловка Валуйского уезда Воронежской губернии 15 марта 1881 г. обратился Иван Малов, который просил разобраться с его братом Федором. Они с братом разделили имущество, а надел остался общим.

Сельский сход как традиционная форма крестьянского самоуправле­ния обладал и судебными функциями. Суд сельского схода по закону яв­лялся судом для рассмотрения дел о семейных разделах, земельных спо­рах и разделе наследства. Наряду с этим он осуществлял и неофициаль­ную функцию, выступая для однообщественников последней инстанцией для решения большинства незначительных дел. К сельскому сходу обра­щались также, если решения суда стариков, сельского старосты не удов­летворяли тяжущиеся стороны, т.е. он неформально выполнял функции апелляционного органа. Приговор сельского схода носил для крестьян характер окончательного решения, которое, как правило, не обжалова­лось. Обращение крестьян к суду своих односельчан для разрешения воз­никающих жизненных коллизий - яркое свидетельство доверия коллек­тивному разуму схода. Вверяя решение тяжбы общинному суду, селяне, прежде всего, надеялись на справедливое (основанное на обычае) и бы­строе (без излишних формальностей) решение вопроса.

При решении вопросов, касающихся взаимоотношений жителей села, сход стремился привести дело к тому, чтобы конфликт разрешился ми­ром. По сведениям из Валуйского уезда Воронежской губернии, если сход разбирал случай мелкой кражи, побоев или какой-либо другой обиды и виновный был уличён, то он должен был просить прощение у стариков и особенно у обиженного. После этого на виновного накладывался штраф.

При определении меры ответственности за содеянное «мир» учиты­вал не только тяжесть проступка, но и личность виновного. Сельский сход обращал внимание на хозяйственную состоятельность, семейное положе­ние, репутацию преступника, одним словом, «судили по человеку». Юрист дореволюционного периода И.Г. Оршанский замечал, что «для народного суда личность обвиняемого имеет первенствующее значение как члена мира, как соседа, домохозяина и плательщика налогов. Всё это имеет значение в выносимом решении. О личности выносят суждение на основе всестороннего знакомства «мира» с каждым членом, что возможно только в условиях крестьянского быта». Такая «прозрачность» сельских отношений позволяла не только выяснить мотивы совершённого преступ­ления и определить степень его социальной опасности, но и вынести справедливый приговор с учётом всех смягчающих вину обстоятельств.

6.1.