КЛАССОВОЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО

B близком родстве с системой сословного представительства стоит принцип так называемого «представительства интересов» или классового разделения избирателей. Он вводится во многие из огла­шенных в печати или циркулирующих в обществе проекты органи­зации народного представительства в России, но обыкновенно не в виде исключительной основы представительства, а в известном со­четании с сословной организацией или с системой, опирающейся на земские и городские учреждения.

Идея представительства интересов заключается в требовании, чтобы состав представительного собрания отражал более или менее равномерно все те важнейшие экономические интересы, различие которых обусловливает собой разделение населения государства на социальные классы. Этого думают достигнуть путем разделения из­бирателей каждой провинции или округа на группы соответственно их имущественному положению или занятиям; каждая такая группа выбирает представителей отдельно от других и обыкновенно лишь из своей среды. Такой порядок представительства от общественных классов имеет многочисленных сторонников и применяется на прак­тике в некоторых европейских государствах, как, например, в Австрии и Пруссии. B Австрии при выборах в имперский сейм (рейхсрат) из­биратели делятся на 4 классовые группы или курии: 1) крупные земле­владельцы; 2) сельские общины (мелкие землевладельцы); 3) города; 4) торговые палаты, представляющие торгово-промышленный класс.

B последнее время к этим четырем куриям бьша присоединена пя­тая — курия всеобщего голосования, в которой численное преоблада­ние принадлежит не входящим в первые четыре курии неимущим или малодостаточным слоям населения. Число представителей от каждой курии определяется особым расписанием, установленным законом. B Пруссии система представительства интересов осуществлена в упрощенном и, можно сказать, более грубом виде; здесь не принима­ется в расчет род имущества, а исключительно размер его, или, точ­нее, сумма платимых каждым избирателем прямых налогов.

Прусская трехклассная система хорошо известна и нашему отече­ству. B главных своих основаниях она бьша введена в наше городское самоуправление Городовым Положением 1870 г., ныне замененным новым Положением 1892 г.141 B Положении в общественном управ­лении гор. Петербурга 1903 г. она восстановлена в несколько изме­ненном виде (с соединением двух последних разрядов избирателей в один, избирающий две трети гласных). Классовое же представитель­ство, но в несколько иной форм, считающейся, подобно австрийской системе, не только с количеством, HO и с родом имущества, легло B основу Земского Положения 1864 г.142 Как известно, по этому По­ложению, гласные уездного земского собрания избирались от трех групп избирателей: 1) от частных собственников недвижимых иму- ществ в уезде, 2) от владельцев городских имуществ, при этом первая и третья группы делились в свою очередь на крупных владельцев, из­биравших гласных непосредственно, и мелких владельцев, участво­вавших в выборах чрез поверенных, к крестьянам же, владеющим на­дельной землей, была применена система трехстепенных выборов.

Когда два года тому назад бьш возбужден вопрос о реформе зем­ского представительства, большинство земских собраний, обсуж­давших этот вопрос, отвергнув сословное начало, признавало жела­тельным восстановить главные основания классовой системы 1864 г. с некоторыми видоизменениями и дополнениями. Так, например, проект, принятый Московским губернским земским собранием, кладя в основу земского представительства заимствованный из По­ложения 1864 года принцип «различия имуществ и соединенных с ним интересов», развивал этот принцип далее, а именно, выделял в особую группу владельцев торгово-промышленных заведений, а для некоторых местностей также домо- и дачевладельцев.

Te из существующих проектов организации народного представи­тельства в России, которые строят общегосударственное представи­тельство на земском, полагая в то же время в основу последнего груп­пировку избирателей по роду и количеству имущества, тем самым вводят в систему общенародного представительства, хотя и в смяг­ченном виде, принцип классового разделения. Принцип классового разделения и в применении его к органам местного самоуправления встречает существенные возражения, которые между прочим бьши высказаны некоторыми общественными и государственными дея­телями, участвовавшими в разработке Земского Положения 1864 г. Ho еще более сильные и справедливые возражения вызывает он в применении к общегосударственному представительству.

Прежде всего при системе представительства интересов нет воз­можности установить сколько-нибудь справедливые объективные основания для распределения общего количества представителей (или уполномоченных для выборов) между различными группами избирателей. Сообразоваться с численностью групп здесь, очевидно, нельзя, ибо при этом некоторые классы получили бы столь подав­ляющее большинство, что не была бы достигнута главная цель всей системы — ограждение интересов всех классов. Менее всего возмож­но бьшо бы сделать это в России, где один из крупных социальных классов, именно крестьянский, во много раз превышает своей чис­ленностью все остальные классы, взятые вместе.

Ho такое распределение всегда будет произвольно и искусствен­но, всегда станет вызывать ожесточенные споры и справедливое не­удовольствие.

Ho не только распределение представительства между классами, самое разделение населения на классы неизбежно носит на себе пе­чать произвола и искусственности. Определения законодательства по этому предмету, как бы совершенны они ни бьши, никогда не могут совпасть с действительно существующим различием интересов, хотя бы даже только экономических. Лицо, отнесенное по внешним при­знакам к разряду землевладельцев, может в действительности при­мыкать к другому классу и, может быть, не только по своим личным связям и симпатиям, но и по своему имущественному положению, если, например, большая часть его состояния заключается не в земле, а в акциях промышленных предприятий. B среде классов, по-види­мому, связанных общностью имущественного положения, могут су­ществовать резкие различия экономических интересов и соответ­ственно этому различное отношение ко многим важным политиче­ским вопросам. Яркий пример этого дает современная Англия, где стоящий в настоящее время на первой очереди вопрос о таможенных пошлинах делит класс крупных промышленников на два враждебные лагеря: представители железоделательной промышленности являют­ся сторонниками протекционистических планов Чемберлена143, тог­да как принцип свободной торговли находит себе опору в интересах хлопчатобумажного производства.

Этот факт приобретает еще большее значение, если мы примем во внимание, что в общественной и государственной жизни играют важную роль не только экономические интересы, от которых всегда исходит классовая группировка избирателей, но и интересы ино­го порядка, национальные, религиозные и политические в тесном смысле этого слова. Если и допустить, что в общем экономические потребности оказывают преобладающее влияние на общественную и государственную жизнь, то во всяком случае едва ли задача законода­теля заключается в том, чтобы искусственно усиливать это преоблада­ние, подчеркивать классовые различия и классовую обособленность, приучать граждан выдвигать на первый план чисто-экономическую точку зрения на политические вопросы.

Да и независимо от таких отдельных случаев во всем государстве в тот или иной момент его жизни могут выступить на первый план ин­тересы совершенно не экономического свойства и разделить страну на партии, совершенно не совпадающие с классовой группировкой. He видим ли мы как раз такого явления в современной нашей жизни? B политической борьбе, совершающейся в настоящее время в Рос­сии, наши социальные классы не выступили в качестве сплоченных и единодушных групп, но сами раскололись на враждебные партии. B числе сторонников коренной политической реформы мы встре­чаем и землевладельцев, и фабрикантов, и купцов, и лиц свободных профессий; такое же пестрое разнообразие общественных элементов представляет собой с точки зрения классовой группировки и про­тивоположный лагерь. Это доказывает, что разделение избирателей по системе представительства интересов вдвинуло бы живые обще­ственные силы в искусственные рамки и могло бы повести к тому, что при выборах по такой системе во многих местностях остались бы в меньшинстве и не получили бы представительства такие элементы, которые при свободной группировке населения по партиям, соеди­нившись со своими единомышленниками из других классов, имели бы возможность составить большинство.

Мы подходим здесь к основному недостатку классовой системы представительства, коренящемуся не в трудностях ее практическо­го осуществления, а в самой идее ее. Этот недостаток бьш ясно ука­зан у нас в России при разработке Земского Положения 1864 года. Тогда против классовой и сословной группировки избирателей и за территориальную высказалось, между прочим, петербургское дво­рянское собрание. Ty же мысль поддерживали в государственном со­вете петербургский губернский предводитель дворянства, М.Корф, Н.Бахметев, кн. Суворов, гр. Милютин и Тимовский. Против системы, принятой большинством, бьшо при этом высказано, что «избранные отдельными избирательными кружками лица будут считать себя де­легатами избравших их классов общества и будут действовать не как представители общих всему земству интересов, а как защитники осо­бых выгод каждого отдельного класса. При этом не достигается то единодушие, которое должно составлять главный характер действий земских учреждений, в заведование коих поступают не отдельные, часто противоположные друг другу сословные интересы, остаю­щиеся по-прежнему на попечении самих сословий, а земские дела, представляющие собой интересы, общие для всего населения мест­ности».

Эта глубоко верная мысль, высказанная по вопросу о местном представительстве, применима еще в гораздо большей мере к поли­тическим выборам. Система представительства интересов не только искусственна и несправедлива, она в корне противоречит самой идее современного государства. Несомненно, что в каждой стране населе­ние делится на общественные классы, интересы которых различны и часто противоположны; несомненно также, что классовая борьба оказывает огромное влияние на государственную жизнь. Ho несо­мненно, с другой стороны, что одна из главных задач государствен­ного устройства заключается в том, чтобы ослабить по возможности это влияние, чтобы приучить классы сдерживать свои эгоистические стремления и подчинять их принципу общего блага, чтобы создать в лице государственной власти силу, стоящую над классами и их вза­имной борьбой, способную оценивать особые интересы классов с общегосударственной точки зрения и с этой же точки зрения прими­рять и согласовать их. И на этой почве должна стоять не только вер­ховная правительственная власть, но и народное представительство, ибо и оно входит в состав государственной власти, является одним из органов ее. Члены представительного собрания — не уполномо­ченные избравших их лиц, а представители всего народа в целом; они должны обсуждать законы и правительственные меры с общего­сударственной точки зрения, а не с точки зрения интересов отдель­ных групп населения. Между тем, классовая организация представи­тельства преследует как раз обратную цель. Избранники отдельных социальных групп неизбежно явятся представителями этих групп, а не всего народа, они будут склонны и даже нравственно обязаны выдвигать на первый план классовые интересы, а не общегосудар­ственные соображения, тогда как при другой системе выборов те же самые лица могут оказаться способными стать на почву общена­родного блага. Система представительства интересов искусственно поддерживает и обостряет социальную рознь; она переносит клас­совую борьбу, над которой должно стоять государство, в самые недра государственной власти, в один из высших ее органов. Поэтому она должна быть решительно осуждена, и следует категорически выска­заться против введения ее в России, тем более, что как раз в настоя­щий момент у нас выступил в более резкой форме, чем прежде, клас­совый антагонизм, и что антагонизм этот искусственно раздувается противниками представительного образа правления. Нормальная политическая жизнь государства должна быть основана не на борьбе классов, а на борьбе политических партий. Эти последние хотя не­редко опираются на классы, но не совпадают с ними, а представляют собой нечто отличное по самой своей природе. Классы преследуют свои эгоистические, различные и часто несовместимые интересы, партии преследуют одну и ту же цель — благо всего государства и расходятся лишь в воззрениях на способы осуществления. Человек принадлежит к определенному классу в силу внешнего своего поло­жения, к определенной партии — в силу своих убеждений. Поэтому соотношение классов населения в общем неподвижно, оно может значительно измениться лишь вследствие экономического перево­рота. Напротив, численное соотношение партий может постоянно меняться. Ta из них, которая сегодня осталась в меньшинстве, завтра может получить преобладание. И в этой подвижности и смене лежит одно из важнейших условий здорового государственного развития.

Наряду с проектами сословного и классового представительства, а иногда также в известной комбинации с ними мы встречаем весьма распространенную мысль о том, что главной основой представитель­ных учреждений в России должно быть представительство органов местного самоуправления: губернских земств и крупных городов.