§ 3. ИСПОЛНЕНИЕ ДОГОВОРА И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЕГО НЕИСПОЛНЕНИЕ

Исполнение договора. Договор заключается для того, что­бы он был исполнен. При этом закон допускает не любое, а лишь надлежащее исполнение договора. Понятие надлежа­щего исполнения распространяется на субъектов, а также на место и время, предмет и способ исполнения.

Субъекты исполнения определяются сравнительно просто, когда в договоре участвуют лишь два лица, ибо тот из них, кто выступает в качестве кредитора, и может требовать испол­нения от того, на кого возложены функции должника. Имеют­ся, однако, договоры, субъектный состав которых более мно­гочислен. Тогда говорят о множественности лиц в договоре, разнообразные случаи которой сводятся к трем основным ти­пам: а) договоры с активной множественностью, в которых участвуют несколько кредиторов и один должник (например,

ззз

относительно имущества, продаваемого по единому договору одним продавцом нескольким покупателям); б) договоры с пассивной множественностью, в которых участвует один кре­дитор и несколько должников (например, относительно по­купной цены при приобретении имущества по единому догово­ру несколькими покупателями от одного продавца); в) дого­воры cfo смешанной множественностью, в которых участвует одновременно несколько кредиторов и несколько должников (например, при выступлении в договоре купли-продажи не­скольких лиц на стороне как продавца, так и покупателя).

Договоры с множественностью лиц подчинены общим пра­вилам о договорах. Ho в связи с ними возникает один специ­фический вопрос:вкаком объемевправетребоватьисполнения каждый из нескольких кредиторов от каждого из нескольких должников? Этот вопрос решается по-разному в зависимости от того, применяется ли к данному конкретному договору пра­вило о долевом или солидарном требовании и исполнении (ответственности).

Долевой принцип означает, что в договорах с активной множественностью каждый кредитор вправе требовать от должника исполнения лишь для себя и только в определенной доле; в договорах с пассивной множественностью каждый должник производит исполнение только за себя и лишь в па­дающей на него доле; в договорах со смешанной множествен­ностью каждый должник производит исполнение в строго оп­ределенной доле каждому из кредиторов.

B отличие от сказанного при солидарном принципе в до­говорах с активной множественностью каждый кредитор вправе требовать от должника исполнения в полном объеме; в договорах с пассивной множественностью требование об исполнении в полном объеме может быть предъявлено кре­дитором к любому из должников или ко всем к ним одновре­менно; в договорах со смешанной множественностью исполне­ния в полном объеме вправе требовать от каждого должника любой из кредиторов. Как только хотя бы один из должников вручит целиком исполнение хотя бы одному из кредиторов, действие договора прекращается и для них и для всех других его участников. Ho затем должны быть произведены расчеты между получившим исполнение кредитором и его сокредито­рами, а также между исполнившим обязательство должником и его содолжниками. Предполагается, что такие расчеты исхо­дят из равенства долей, поскольку иное не вытекает из зако­на, договора или самого существа дела. Если же обратиться к такому случаю применения солидарного принципа, как от­ветственность перед кредитором должника и того, кто за него ручался (поручителя), то поручитель, уплативший кредитору долг, вправе целиком переложить его на должника, а произ­ведший аналогичное исполнение должник вообще не может предъявить никаких требований к поручителю.

Ввиду неодинакового действия долевого и солидарного принципов важно знать, в каких случаях подлежит примене­нию каждый из них. ГК решает этот вопрос в том смысле, что, по общему правилу, нужно ориентироваться на долевой, и только в случаях, указанных в законе или договоре, вступа­ет в силу солидарный принцип.

Характер и качество исполнения некоторых договоров за­висят от личных особенностей должника (при заключении, например, договора о выступлении известного артиста с соль­ным концертом) или кредитора (при выполнении, например, работы для заказчика в порядке индивидуального пошива). B таких случаях требование о надлежащем исполнении озна­чает, что оно должно быть произведено лично должником лич­но кредитору. Ho, за этими сравнительно редкими исключе­ниями, должнику безразлично, кому вручать исполнение, как не имеет значения и для кредитора, будет ли договор испол­нен лично должником или по его поручению каким-либо дру­гим лицом. Поэтому закон признает за участниками договора право на перепоручение исполнения обязательства или при­нятия исполнения. Что же касается третьего лица, которому должник поручает исполнить свою обязанность или на кото­рого кредитор возлагает принятие исполнения, то оно может быть привлечено участниками договора к совершению указан2 ных действий в силу имеющихся на этот счет специальных правил (например, при возложении в соответствии с УЖД дорогой станции отправления обязанности по продолжению перевозки груза на все последующие дороги в пределах при­ходящихся на них отрезков пути вплоть до станции назначе­ния), либо существующих между ними отношений подчинен­ности (например, при возложении трестом исполнения своей обязанности на подчиненное ему предприятие), или договор­ных отношений (например, при направлении сбыто-снабжен- ческой конторой как покупателем разнарядки изготовителю продукции как поставщику об отправке ее организациям, ко­торым поставить продукцию обязалась сбыто-снабженческая контора).

Однако действующий по поручению должника или креди- то'ра фактический исполнитель не становится участником до­говорного правоотношения.

По отмеченному моменту перепоручение исполнения или его принятия отличается от перемены лиц в договорном обя­зательстве, когда прежний должник или кредитор вовсе вы­бывает из договора и заменяется каким-либо другим лицом, становящимся его участником и несущим поэтому перед вто­рой стороной всю полноту ответственности за любые свои упущения. Вследствие такого различия самый порядок заме­ны должника или кредитора отличается от порядка, в котором может быть осуществлено фактическое переложение на треть­их лиц исполнения обязанности или принятия исполнения.

Замена кредитора напоминает перепоручение принятия исполнения, так как и там и здесь вместо кредитора выступает другое лицо. При этом, поскольку должнику, как правило, безразлично, кому вручать исполнение, его согласие не требу­ется ни в одном из названных случаев, и он лишь уведомляет­ся о произведенной замене кредитора или переадресовке исполнения с компенсацией ему всех связанных с этим допол­нительных расходов (например, по отправке денежного пере­вода в более отдаленное место, чем если бы исполнение было вручено первоначальному кредитору). Ho в то время как при переадресовке исполнения достаточно направить соответст­вующее уведомление должнику, замена кредитора требует, кроме того, надлежащего оформления прав лица, его заме­няющего (путем, например, учинения передаточной надписи на расписке, договоре и т.

Замена должника напоминает перепоручение исполнения. Так же, как и там, другое лицо привлекается здесь вместо должника. Ho перепоручение исполнения обычно неспособно задеть интересы кредитора, поскольку обязанным перед ним все равно остается должник по договору, несущий ответствен­ность как за свои действия, так и за действия фактического исполнителя. Иное дело замена должника, приводящая к пре­кращению старых и к установлению новых правовых связей. Кредитор нового должника не знает, ранее с ним в отношени­ях не состоял, а потому не уверен в его исправности, дисцип­линированности, кредитоспособности и т. п. И если должнику, как правило, безразлично, кому исполнять, то кредитору да­леко не все равно, кто именно будет выступать перед ним в качестве обязанного лица. По этой причине закон устанав­ливает, что замена должника осуществима лишь с согласия кредитора. Если такого согласия не последует, прежний должник продолжает оставаться участником обязательства и, следовательно, несет всю полноту ответственности за его надлежащее исполнение.

Место исполнения договора должно быть определено в нем с.амом.

Бывает, однако, и так, что ни одним из указанных способов, установить место исполнения не представляется возможным, поскольку стороны не позаботились о его определении в самом, договоре, из существа договорного обязательства оно не явст­вует и молчит на этот счет закон, регулирующий отношения данного вида, а плановый акт либо вовсе отсутствует, когда речь идет о неплановых договорах, либо хотя и имеется, на вопроса о месте исполнения не решает. B предвидении такой исключительной ситуации ГК установил, что в подобных слу­чаях место исполнения надлежит определять исходя из сле­дующих правил:

а) обязанность передать строение (в собственность и т. п.) исполняется в месте нахождения строения;

б) денежные обязательства (платежи по договору займа или по иным основаниям) погашаются в месте жительства кредитора на момент заключения договора, либо в случае из­менения им места жительства, если должник об этом будет своевременно уведомлен, в новом месте жительства кредитора, но с отнесением на счет последнего всех обусловленных изме­нением места исполнения денежных расходов. Приведенное правило не распространяется, однако, на денежные обязатель­ства социалистических организаций, так как взаимные расче­ты между ними производятся через банк по установленным им правилам, а обязанность организации по доставке платежа на дом гражданину возникает лишь в особо предусмотренных случаях;

в) все другие обязательства подлежат исполнению в месте жительства должника, а когда в этом качестве выступает юридическое лицо, то в месте его нахождения.

Время исполнения устанавливается в договоре непосредст­венно или в соответствии с актом планирования, на котором заключенный договор основан. B отдельных, правда, весьма немногочисленных, случаях (например, относительно платы за пользование жилым помещением в домах государственного или кооперативно-общественного жилого фонда) его опреде­ляет сам закон. При этом для некоторых, в том числе всех без исключения плановых, договоров точное обозначение срока, к которому они должны быть исполнены, приобретает значе­ние одного из существенных условий, при отсутствии которого нет и самого договора. Bce другие договоры могут быть за­ключены вовсе без указания срока либо с прямым указанием на то, что они подлежат исполнению по первому требованию кредитора (договоры, заключенные до востребования). Тогда должник обязывается исполнить договор в пределах седои дней после заявления кредитором соответствующего требова­ния, если в законе не установлен иной срок для отношений данного вида (как сделано, например, в-ст. 268 (278) ГК в от­ношении бессрочного договора имущественного найма) либо если из закона, договора или существа обязательства не вы­текает необходимость немедленного его исполнения (напри­мер, при заключении договора хранения без указания срока).

Должник считается исполнившим обязательство своевре­менно, если он произвел исполнение точно в установленный срок. B виде общего правила признается правомерным также и досрочное исполнение. Однако из закона, договора или су­щества дела может явствовать иное. He подлежит, например, сомнению, что хранитель нарушил бы свою обязанность, ес­ли бы прекратил действие договора хранения до наступления согласованного с клиентом срока. He допускается такжембез согласия кредитора досрочное исполнение обязательства в от­ношениях между социалистическими организациями. Конечно, если кредитор — социалистическая организация — системати­чески перевыполняет свои хозяйственные планы, она заинге- ресована в тбм, чтобы ее должники поставляли ей сырье, материалы, топливо и т. п. досрочно. Ho организация, pa6o-- тающая строго по плану, уже не может испытывать такой заинтересованности, так как досрочно поступившие матери­альные ценности на какое-то время иммобилизуют ее денеж­ные ресурсы, не говоря уже о расходах, которые придется про­изводить для обеспечения сохранности этих ценностей до момента, когда они смогут быть использованы по прямому хо­зяйственному назначению. Ясно, что без организации-кредито­ра, единственно осведомленной о своих хозяйственных потреб­ностях, решить вопрос относительно целесообразности досроч- ного исполнения никто со знанием дела не смог бы. Поэтому досрочное исполнение обязательства осуществимо лишь с ее согласия. B противном случае должник будет обязан возмес­тить все потери, возникшие вследствие его неправомерных действий в хозяйственной сфере кредитора.

Если должник не исполняет обязательства в срок, он счи­тается допустившим просрочку, влекущую для него ряд невы­годных последствий. Прежде цсего он обязывается к возме­щению кредитору всех вызванных просрочкой потерь (напри­мер, от простоя на предприятии вследствие нехватки задер­жанного поставщиком сырья), а в денежных обязательствах — к уплате за период просрочки 3% годовых от просроченной суммы, если для данного случая не установлен иной размер процентов. Он отвечает во время просрочки и за такие обстоя­тельства, которые уже без всякой вины с его стороны делают исполнение договора невозможным (ввиду, например, случай­ной гибели вещей, подлежавших передаче кредитору и др.). Кроме того, кредитор, сославшись на утрату для него интереса к исполнению ввиду происшедшей задержки, вправе вовсе расторгнуть договор с соблюдением лишь в плановых обяза­тельствах некоторых особых правил, применяемых в этих случаях.

Однако допустить просрочку может не только должник, 1 но и кредитор, если он уклоняется от принятия исполнения, либо если при необходимости вручить исполнение лично кре­дитору неизвестно его местонахождение, либо если OH не совершает таких действий, совершение которых составляет не­обходимую предпосылку для исполнения должником своих обязанностей (например, заказчик не является на примерку, ввиду чего ателье не может выполнить заказ в срок и т. д.). Помимо этого, кредитор обязан по требованию должника в момент принятия от него исполнения оформить этот факт выдачей расписки, возвращением ранее полученной расписки от должника, составлением акта или каким-либо иным анало­гичным способом. Отказ от выполнения подобного требования должника также равносилен просрочке кредитора.

Конечно, просрочка кредитора не порождает у должника права расторгнуть договор, так как это повлекло бы за собою едва ли оправданное освобождение должника от его задол­женности и, следовательно, ни на чем не основанное сбереже­ние или приобретение им имущества за счет кредитора. Ho просрочка вызывает для кредитора наступление ряда других невыгодных последствий. Он обязывается к возмещению вы­званных его неисправностью убытков у должника, по процент­ным денежным обязательствам лишается права на получение процентов за период просрочки, а просрочка должника не принимается во внимание, если она вызвана просрочкой кре­дитора. Самый же предмет исполнения хранится у должника или передается на хранение третьим лицам за счет кредитора, ад случаях, указанных в законе (например, при хранении имущества в ломбарде), реализуется в пользу кредитора, ко­торому должны быть переведены вырученные деньги за выче­том произведенных на реализацию расходов. Если предметом обязательства являются деньги или ценные бумаги, они при просрочке кредитора могут быть переданы на его имя в де­позит нотариата, что имеет такую же юридическую силу, как и исполнение договора.

Предмет исполнения, как и другие его элементы, опреде­ляется договором, где характеризуется вещь, подлежащая пе­редаче кредитору, работа, которая должна быть произведена, или услуги, об оказании которых стороны условились. B пла­новых обязательствах он иногда общим образом (например, в отношениях по поставкам), а иногда и исчерпывающе (на­пример, в области капитального строительства) очерчивается актами планирования, на которых договор основан. Серьезная роль в определении предмета исполнения принадлежит го­сударственным стандартам и иным нормативам, которым должна соответствовать продукция, выпускаемая социалисти­ческими организациями. Некоторые вопросы, относящиеся к прёдмету исполнения, решены в ГК- Им, в частности, установ­лено, что денежные обязательства должны выражаться и оплачиваться в советской валюте, а использование в тех же целях иностранной валюты допустимо только по прямому ука­занию закона (например, во внешнеторговых договорах). ГК запрещает также начисление процентов, как не свойствен­ное основным устоям социалистической экономики, за' исклю­чением лишь операций кредитных учреждений, обязательств по внешней торговле и некоторых других специально преду­смотренных в законе случаев.

Встречаются и такие договоры, которые связаны не с од­ним, а с двумя или несколькими предметами исполнения. Примером тому может служить заключаемый с органами по­требительской кооперации на длительное время договор о ко­миссионной продаже сельскохозяйственной продукции, по которому колхоз обязуется доставлять в установленные сроки различные виды продуктов — картофель, овощи, яйца, моло­ко, птицу и т. п. B подобных случаях договор должен быть надлежаще исполнен по всем без исключения его предметам>

He исключено, однако, заключение договора и на иных условиях, когда в нем упоминаются два или несколько пред­метов с тем, что во исполнение обязательства фактической передаче подлежит только один из них. По тому же комис­сионному договору, например, колхоз может обязаться к уста­новленному сроку доставлять для комиссионной продажи ли­бо определенное количество молока, либо заменяющее его по соответствующей пропорции количество масла.

Заключенный с подобным способом обозначения его пред­мета договор именуется альтернативным договором. Свой альтернативный характер он утрачивает только после того, как будет произведен управомоченным лицом выбор одного из двух или нескольких предметов. Вопрос лишь B TOM, KTO именно управомочен этот выбор сделать. По общему правилу, такое право принадлежит должнику, поскольку иное не выте­кает из закона, договора или из существа обязательства. Оче­видно, например, что, хотя в отношении проданного имущест­ва должником является продавец, а кредитором покупатель, но, если выбор одного из двух или нескольких предметов по­ставлен в зависимость от того, какой из них может быть удоб­нее расположен на квартире покупателя, ему, а не продавцу должно быть предоставлено и право выбора.

Способ исполнения зависиї от особенностей содержания каждого в отдельности договора. Ясно, что купля-продажа ис­полняется иначе, чем подряд, который в свою очередь по ха: рактеру исполнения отличается от перевозки, и т. п. Вследст­вие этого вопрос о способе исполнения всестороннее освеще­ние получает в законодательстве, регулирующем отдельные виды договорных отношений, как и в самих конкретно за- 'ключаемых договорах. B общих же положениях договорного права формулируются лишь такие требования, которым долж­но отвечать исполнение любого договорного обязательства. Там отмечается, что договоры нужно исполнять надлежащим образом в соответствии с указаниями, содержащимися в них самих, а также в законе и в подлежащих случаях плановых актах. Если какой-либо связанный с исполнением вопрос не разрешен ни в одном из перечисленных источников, в указан­ных пределах оно осуществляется соответственно обычно предъявляемым требованиям, т. e. с соблюдением деловых обыкновений, сложившихся в деятельности социалистических организаций и в их взаимоотношениях с гражданами, а также в отношениях граждан между собой. Так, общепринято, что распорядок дня, существующий на предприятии одного контр­агента, должен учитываться состоящим в хозяйственных отно­шениях с ним другим контрагентом. Поэтому, например, нель­зя требовать совершения каких-либо исполнительных действий во время, отведенное на предприятии для обеденного переры­ва, несмотря на отсутствие оговорки в договоре.

Вместе с тем закон закрепляет важнейшие принципы, ле­жащие в основе исполнения договоров в социалистическом обществе. K ним относятся принципы экономичности, взаим­ного содействия и реального исполнения обязательств.

»». Принцип экономичности означает, что каждая сторона в договоре должна исполнять свои обязанности наиболее эко­номичным для социалистического народного хозяйства обра­зом. Особенно существенное значение он приобретает для отношений между социалистическими организациями. Так, на­пример, если в поставленной продукции, обнаружены произ­водственные недостатки, которые могут быть устранены в месте ее получения, покупатель по закону имеет право устра­нить такие недостатки своими средствами, но за счет постав­щика. Однако в силу принципа экономичности он обязан сде­лать все возможное, чтобы свести расходы по устранению недостатков до предельного минимума под страхом уменьше­ния объема компенсации, причитающейся ему со стороны по­ставщика. Такого же подхода к себе требуют и многие другие вопросы, связанные, например, с расходованием в процессе выполнения работы сырья заказчика, выбором способа до­ставки товаров покупателю, когда в сложившейся обстановке одинаковый эффект может быть достигнут и более, и менее до­рогостоящей перевозкой, и т. п.

— Принцип взаимного содействия предполагает, что каждый участник договора должен оказывать другой стороне все воз­можное содействие в исполнении ею своих обязанностей. Иног- да обязанность оказания содействия вытекает из содержания заключенного договора или регулирующего соответствующие договорные отношения законодательного акта. Так, например, обстоит дело с обязанностью прокатной организации содейст­вовать нормальному использованию вещи, полученной у нее напрокат, или с обязанностью поставщика сложной и выпус­каемой впервые продукции помочь покупателям в ее освоении. Ho даже при отсутствии аналогичных указаний в самом дого­воре или в относящихся к нему специальных правилах зако­на названная обязанность все равно возлагается на контр- агентов.друг перед другом, посколькуона предопределяется закрепленным в ГК общим для договорных правоотношений принципом. Им руководствуются и судебно-арбитражные ор­ганы при рассмотрении гражданских дел. По одному из них, например, покупатель требовал, чтобы поставщик хранил у себя за соответствующую плату овощи, своевременно приня­тые по акту покупателем, до тех пор, пока последнему не бу­дут поданы для их вызова морские суда. Хотя законодатель­ство о договоре поставки и не предусматривает подобной обязанности поставщика, но так как при рассмотрении дела выяснилось, что у покупателя нет своих складов в месте при­емки груза, а поставщик без всякого ущерба для себя мог оказать ему необходимую помощь, арбитраж удовлетворил требование покупателя, руководствуясь выраженным в законе общим принципом взаимного содействия в выполнении сторо- намипринятых на себя обязательств.

—- Принцип реального исполнения состоит в том, что заклю­ченный договор должен быть исполнен в точном соответствии со всеми его условиями и ни одной из сторон не разрешает­ся ни уклоняться от осуществления лежащей на ней обязан­ности, ни вносить какие-либо изменения в содержание догово­ра. B этом смысле рассматриваемый принцип по сути дела сводится к требованию надлежащего исполнения договорного обязательства. Ho такое значение он сохраняет лишь до тех пор, пока нельзя упрекнуть в неисправности ни одного из до­говорных контрагентов. Стоит, однако, хотя бы одному из них допустить какое-либо нарушение, как вытекающее из данного принципа требование меняется в своем содержании. Отныне оно состоит в том, что обязательство должно быть исполнено в натуре, какие бы денежные компенсации ни были выплаче­ны нарушителем потерпевшей стороне. И это в полной мере соответствует самой природе социалистической экономики, для которой денежйое накопление имеет реальный смысл лишь постольку, поскольку за ним скрывается фактическое накоп­ление материальных ценностей. Договорный контрагент, пра­ва которого нарушены, заинтересован, конечно, в возмещении всех возникших у него вследствие этого потерь. Ho OH не мо­жет не быть заинтересован и в фактическом удовлетворении своих плановых или иных потребностей. A такие его интере­сы как раз и обеспечиваются благодаря принципу реального исполнения в смысле возможности предъявить к неисправной стороне требование об исполнении обязательства в натуре.

Действие принципа реального исполнения в различных до­говорных обязательствах проявляется по-разному. B области неплановых договоров этот принцип применяется как двусто­ронне обязательный, т. e. обязательный для обеих сторон на стадии надлежащего исполнения ими своих обязанностей, а после правонарушения, совершенного одной из них, тот же принцип становится уже односторонне обязательным, т. e. со­храняющим силу для нарушителя, который и впредь не впра­ве уклониться от исполнения в натуре, но не для потерпевшей стороны, управомоченной на расторжение договора именно ввиду неисправности своего контрагента.

B отличие от этого для плановых договоров принцип ре­ального исполнения не меняет своей двусторонней обязатель­ности и в связи с совершенным кем-либо из контрагентов пра­вонарушением, ибо поскольку план, лежащий в основе дого­вора, все же должен быть выполнен, TO и после этого не только нарушитель обязывается к исполнению в натуре, но и потерпевший не вправе отказаться от принятиятакогоиспол- нения. И лишь в некоторых плановых договорах (например, в обязательствах по поставкам) неисправность одной сторо­ны (например, поставщика) управомочивает другую сторону (в приведенном примере — покупателя) на отказ от принятия той части исполнения, которая была ранее затронута допу­щенным нарушением (например, на отказ от принятия про­сроченной в доставке партии продукции).

Разнообразны также и предусмотренные законом меры, ко­торые призваны содействовать последовательному осуществ­лению принципа реального исполнения. B некоторых случаях применение этих мер непосредственно выливается в исполне­ние обязательства в натуре. Таково, например, назначение правила ст. 216 (217) ГК, которое в случае^неисполнения обя­зательства передать индивидуально определенную (выделен­ную из числа себе подобных тем или иным способом) вещь в собственность, оперативное управление или в пользование кредитора управомочивает последнего истребовать эту вещь через суд или арбитраж, т. e. в принудительном порядке. Указанное право отпадает лишь при условии, что вещь уже передана другому лицу по однопорядковому основанию. Ho, по общему правилу. та же цель достигается косвенным обра-

зом (например, путем взимания штрафов впредь до исполне­ния обязательства в натуре или производства работ за счет должника самим кредитором либо путем их возложения на третьих лиц, как предусмотрено ст. 217 (218) ГК). Bce эти меры не исключают, естественно, начисто возможности укло­ниться от исполнения в натуре того или иного отдельного договорного обязательства. Ho подобные аномальные явления, если они даже иногда и встречаются в жизни, ничего не ме­няют в общей идее законодательного подхода к договорам как опирающимся наряду с другими охарактеризованными ранее принципами и на такое начало, каким является принцип ре­ального исполнения.

Ответственность за убытки как общий способ обеспечения исполнения договора. Исполнение договора обеспечивается санкцией, которая, как уже отмечалось, включает в свой со­став возможность добиваться принудительного исполнения договорного обязательства и возмещения причиненных его на­рушением убытков. Поскольку санкция стоит за любым дого­вором, она рассматривается как общий способ обеспечения его исполнения. Нетрудно, однако, заметить, что образующие ее элементы не одинаковы по своему содержанию. B то время как принудительное исполнение ничего не добавляет к самому договору, а ограничивается осуществлением того же самого, что должно быть исполнено добровольно, возмещение убытков порождает для неисправного контрагента новые, до­полнительные по сравнению с возникшими из договора обя­занности, влекущие за собой определенные отрицательные для его имущественной сферы последствия. Ho так как меры юри­дической ответственности — это всегда лишь предусмотренные законом отрицательные последствия личного или имуществен­ного характера, наступающие для правонарушителя в связи с совершенным им правонарушением, то и в пределах санк­ции, обеспечивающей договорные обязательства, значение ме­ры правовой ответственности приобретает не исполнение дого­вора в принудительном порядке, а одно только взыскание, воз­мещения убытков, вызванных неисправностью договорного контрагента.

Убытки могут выразиться в виде: а) расходов, произведен­ных потерпевшей стороной (например, расходов по выдаче заработной платы рабочим за период простоя, вызванного допущенной поставщиком задержкой в отправке продукции);

б) утраты или повреждения имущества (например, утраты перевозимого груза или причинения грузу повреждения во время перевозки); в) неполученных доходов (например, при­были, которую могла бы получить хозяйственная организация при отсутствии правонарушения на стороне ее контрагента). B двух первых случаях у наступивших убытков имеется то общее, что они обусловливают уменьшение наличного иму­щества потерпевшего, тогда как в третьем случае убытки, не уменьшая наличного имущества, препятствуют его увеличе­нию. Поэтому первые два вида убытков объединяются под общим наименованием положительного ущерба в имуществе, а третий их вид называется неполученным доходом. B целом же под убытками понимаются те отрицательные последствия, которые возникают в имущественной сфере одного лица в ре­зультате правонарушения, совершенного другим лицом.

B советском законодательстве закреплен принцип полного возмещения убытков. Это означает, что причинивший убытки должен возместить их целиком, выражаются ли они в форме положительного ущерба в имуществе или неполученного до­хода. Отступления от принципа полного возмещения допусти­мы по соглашению сторон или по прямому указанию закона. Так, например, в отношениях по договору подряда на капи­тальное строительство ч. I ст. 365 (ч. I ст. 371) ГК ограничи­вает ответственность сторон лишь положительным ущербом в имуществе, не допуская возмещения убытков в форме непо­лученного дохода.’ Однако в отношениях между социалисти­ческими организациями, когда в целях обеспечения стабиль­ности применяемых к ним мер ответственности сам закон уста­навливает их точный объем, уменьшение этого объема по соглашению сторон не может быть произведен.. При этом под точно определенным объемом ответственности подразу­мевается не только обозначенная & каком-либо законе твердая или выраженная в процентах денежная сумма, но и любой вообще способ четкой фиксации размера имущественной от­ветственности сторон в действующих законодательных актах. Такой характер носит, например, п. «а» ст. 151 УЖД. соглас- но которому за утрату или недостачу груза железная дорога отвечает в размере действительной стоимости недостающего или утраченного груза. Контрагенты не вправе своим согла­шением ограничивать взаимную ответственность также в слу­чаях, когда это прямо запрещено законом, регулирующим отношения данного вида, как сделано, например, в Положе­ниях о поставках и в некоторых других специальных норма­тивных актах. Нб, скажем, для такого договора, как договор экспедиции, закон не установил особых норм об объеме ответ­ственности, и потому заключающие его социалистические организации вправе своим соглашением уменьшить размер их взаимной ответственности по сравнению с-величиной факти­чески наступивших убытков.

Для того чтобы возникшие убытки были возмещены, дол­жен быть доказан их размер. Обязанность доказывания раз­мера убытков возлагается на потерпевшую сторону и осуще­ствляется ею при активном содействии суда или арбитража.

При этом судебно-арбитражные органы подходят с особой тщательностью к выявлению убытков в форме неполученных доходов, пресекая попытки отдельных граждан под видом возмещения убытков получить запрещенные законом нетрудо­вые доходы и обеспечивая социалистическим организациям возмещение лишь такой прибыли, возможность получить ко­торую при отсутствии правонарушения обосновывается всеми собранными по делу доказательствами.

Ho одного только факта возникновения убытков при дока­занности их размера еще недостаточно для возложения ком­пенсационных обязанностей на допустившего неисправность договорного контрагента. Необходимо, кроме того, установить наличие всех условий, обязательных для применения такой меры юридической ответственности, как возложение на право­нарушителя обязанности по возмещению убытков, возникших у потерпевшего. Речь идет о трех условиях: а) неправомер­ность неисполнения или ненадлежащего исполнения договора;

б) причинная связь между ними и наступившими убытками;

в) вина контрагента, не исполнившего договор или допустив­шего его ненадлежащее исполнение.

Неправомернрсть неисполнения или ненадлежащего испол- нениядоговора — один из конкретных случаев неправомер­ного поведения вообще. Неправомерным же признается по­ведение, противоречащее требованиям закона. Ho так как закон слагается из общих правил, которые сами нередко нуж­даются в истолковании, а выявлению их смысла содейству­ют принципы коммунистической морали и правила социалис­тического общежития, то для оценки поведения как неправо­мерного приобретают также значение указанные принципы и правила, поскольку они связаны с нарушенной законода­тельной нормой. Так цменно и выявляется, например, служа­щее основанием к выселению нанимателя из жилого помеще­ния такое его поведение, которое делает для других жильцов невозможным совместное с ним проживание в одной квартире или в одйом доме. B договорных правоотношениях квалифи­кации поведения нарушителя как неправомерного содейству­ют содержание самого договора и, если это плановый договор, содержание лежащего в его основе акта планирования, а так­же рассмотренные ранее такие общие принципы, которыми контрагенты должны руководствоваться в процессе исполне­ния своих обязательств, как принцип экономичности и взаим­ного содействия.

Нужно иметь также в виду, что неправомерное поведение выражается в форме либо действия, либо бездействия, причем действие неправомерно, если оно запрещено законом и связан­ными с ним принципами коммунистической морали и прави­лами социалистического общежития, а противоправность без­действия налицо лишь тогда, когда правонарушитель мог, в смысле — имел физическую или юридическую возможность, ц должен был, в смысле — нес соответствующую юридическую обязанность, действовать. Ho так как нарушение договорной обязанности всегда выражается либо только в бездействии (неисполнении), либо в сочетании действия и бездействия- (ненадлежащем исполнении), легко представить себе случаи, когда контрагент, хотя и был обязан к надлежащему испол­нению договора, но не сделал этого ввиду отсутствия физиче­ской или юридической возможности, вследствие чего исклю­чается неправомерность поведения как необходимое условие его ответственности. K такому выводу надлежит, например, прийти, если пароходство не приступило своевременно к пере­возке грузов в связи с закрытием компетентными органами на какой-то период времени порта отправления или если под­рядная строительная организация приостановила строитель­ство по причине выявленных ею существенных дефектов в проектной документации и т. п. И лишь когда неправомер­ность неисполнения или ненадлежащего исполнения договор­ного обязательства сомнений не вызывает, можно переходить к выявлению следующего условия ответственности — причин­ной связи между ними и наступившими у потерпевшего убыт­ками.

Причинная связь в конкретном имущественном споре уста­навливается на основе марксистско-ленинского учения о том, что причинность — явление объективное, что каждый факти­чески наступивший результат вызывается действием многооб­разных условий, играющих неодинаковую роль в его наступ­лении, и что причиной признается лишь то условие, выделен­ное из общей их совокупности, которое сыграло решающую роль в наступлении результата. Иметь решающее значение для возникновения каких-либо последствий — значит превра­щать их из возможных в действительные либо по крайней мере создавать не абстрактную, а вполне реальную, конкрет­ную возможность того, что результат наступит, поскольку для этого достаточно присоединения таких обстоятельств, которые относятся к числу объективно повторяющихся в сложившейся обстановке. Если подобная роль принадлежит неправомер­ному поведению договорного контрагента, то он и обязан нес­ти ответственность за причиненные убытки.

При разрешении вопроса о причинной связи на практике приходится сталкиваться с весьма разнообразными ситуация­ми, которые, однако, можно было бы свести к следующим ос­новным, или типическим, вариантам:

а) убытки вызваны не допущенным контрагентом право­нарушением, а обстоятельствами, вовсе не связанными с его поведением (например, установлено, что дефекты продукции, на которые ссылается покупатель, появились не вследствие ненадлежащего ее изготовления, а ввиду неправильного хра­нения этой продукции на складе самого покупателя). За та­кие убытки привлеченный к их возмещению контрагент не отвечает;

б) неправомерность поведения договорного контрагента находится в цепи событий, приведших к убыткам, но все же убытки были вызваны не его поведением, а другими звеньями этой цепи (например, товар погиб вследствие того, что он до­ставлен с просрочкой и потому не был пущен в производство, а поступил на склад покупателя в тот именно момент, когда там произошел пожар). За такие убытки конрагент также не должен нести ответственности;

в) убытки вызваны как неправомерным поведением дого­ворного контрагента, так и другими, не относящимися к его поведению обстоятельствами (например, повышение себестои­мости продукции обусловлено не только тем, что поставщик поставил сырье более дорогостоящее, чем предусмотрено до­говором, но и тем, что покупатель не использовал всех качеств этого сырья, существенно уменьшающих отходы производст­ва). B таких случаях контрагент отвечает лишь за ту часть убытков, которая обусловлена его поведением;

г) хотя наступлению убытков способствовал ряд обстоя­тельств, но они были вызваны именно неправомерным поведе­нием одного из участников договора (например, полученный в аренду дом сгорел от удара молнии, но по причине невы­полнения нанимателем возложенной на него обязанности по установке громоотвода). За такие убытки причинивший их контрагент должен отвечать в полном объеме.

Вина как необходимое условие возложения ответственнос­ти за убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением договора, есть определенное психическое отно­шение лица к своему неправомерному поведению и к могущим возникнуть из него последствиям. Такое отношение может co- стойть либо в умысле, либо в неосторожности. Умысел выра­жает вину более тяжкой степени, так как он включает в себя элемент намеренности. Умышленно — значит намеренно не исполнять обязательство или исполнять его ненадлежащим образом. Неосторожность выражает вину менее тяжкой сте­пени, так как не включает в себя элемента намеренности. Любая деятельность предполагает соблюдение определенных требований внимательности и осмотрительности, а также при­нятия всех мер для ее должного осуществления. Когда эти требования не соблюдаются или указанные меры не прини­маются, налицо вина в форме неосторожности. He исполнить или ненадлежаще исполнить обязательство по неосторожнос­ти — эт0 и значит не соблюсти всех тех требований, соблю­дение которых необходимо для надлежащего исполнения обя­зательства.

Неосторожность в свою очередь бывает простой и грубой. Если лицо не принимает всех возможных мер, необходимых для надлежащего исполнения договора, но принимает хотя бы минимально необходимые для зтого" меры, им допускает­ся простая неосторожность. При несоблюдении даже мини­мальных требований имеется уже грубая неосторожность. На­пример, перевозка в обычных вагонах грузов, которые для обеспечения их сохранности должны перевозиться в рефри­жераторах, составит грубую неосторожность, а перевозка тех же грузов в рефрижераторах без строгого соблюдения температурного режима — простую неосторожность.

Для возложения на договорного контрагента имуществен­ной ответственности за неисполнение или ненадлежащее ис­полнение обязательства достаточно вины любой степени — либо умысла, либо неосторожности (не только грубой, HO It простой). При этом закон закрепляет предположение (пре­зумпцию), согласно которой лицо, нарушившее договор, счи­тается виновным. Отсюда следует, что потерпевший, предъяв­ляя иск, обязан доказать самый факт нарушения договора и связанные с ним убытки, но не должен доказывать вины нарушителя. Лицо, нарушившее обязательство, для сложения с себя ответственности должно доказать свою невиновность. He следует, однако, упускать из виду, что активную роль в со­бирании доказательств играют и судебно-арбитражные орга­ны, обязанные установить истину по каждому рассматривае­мому делу и вынести решение в Соответствии с характером действительно сложившихся между сторонами отношений.

Ho если степень вины не имеет значения для решения во­просов имущественной ответственности в случаях неисправ­ности только одной из сторон, то при обоюдной или смешан­ной вине возникает совершенно иное положение.

Обоюдная или смешанная вина характеризуется тем, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства» а значит, и связанные с этим убытки наступают по вине как должника, так и кредитора. Например, грузоотправитель до­пустил задержку вагонов не только потому, что не соблюдал установленных разгрузочных норм, но и потому, что до­рога подала вагоны в большем количестве, чем позволяла вместимость находящегося в распоряжении грузоотправителя фронта разгрузки. Если бы в делах такого рода можно было определить «долю» последствий, вызванных поведением каж­дой стороны, соответствующая часть убытков и была бы от­несена на ее счет. Ho так как обычно такую «долю» устано­вить невозможно, она определяется косвенным образом — по сопоставлению степени («тяжести») вины должника и креди­тора. B результате произведенного ими сопоставления судеб- ко-арбитражные органы соответственно уменьшают размер ответственности должника. При одинаковой степени винов­ности обеих сторон, когда каждая из них допустила умысел, грубую или простую неосторожность, объем ответственности должника уменьшается наполовину. При различной степени виновности каждой из сторон (например, должник действует умышленно, а кредитор неосторожно или должник допустил простую, а кредитор грубую неосторожность) уменьшение объема ответственности должника производится в иной про­порции. Этот объем будет тем большим, чем меньшую степень виновности допустил кредитор по сравнению с тяжестью вины должника. Конкретно размер ответственности должника при обоюдной вине с учетом всех обстоятельств дела определяется по усмотрению разрешающих спор судебно-арбитражных ор­ганов.

Важно также подчеркнуть, что даже когда неисполнение •или ненадлежащее исполнение договора происходит по вине одного только должника, кредитор обязан принять меры к уменьшению вероятных убытков и не вправе своим поведе­нием содействовать увеличению их размера. Например, по­ставщик сырья отправил металлы двух видов не в том соот­ношении, какое необходимо для обеспечения доброкачествен­ного сплава, а покупатель, несмотря на имевшуюся возмож­ность, не только не переключил часть рабочих на выполнение другой работы, что привело бы к уменьшению убытков от прОстоя, вызванного отсутствием необходимого сырья, HO и увеличил размер имущественных потерь, пустив металлы на сплав в том неправильном соотношении, в каком они были ему поставлены. Если подобные действия совершены креди­тором виновно, с учетом степени его вины подлежит уменьше­нию объем ответственности должника. B тех же случаях, ког­да кредитор имел возможность вообще предотвратить наступ­ление каких бы то ни было убытков, несмотря на виновную неисправность должника, но не сделал этого по своей вине, ответственность должника за убытки вовсе исключается.

Начало вины — одно из ведущих оснований юридической ответственности. Если бы было иначе, если бы ответственность возлагалась за самые действия без учета психического отно­шения к ним «деятеля», меры ответственности утратили бы воспитательное значение, поскольку они ни к чему уже не могли бы стимулировать, ибо подлежали бы применению даже в условиях, когда лицо сделало все необходимое для исполнения своей обязанности, но она тем не менее оказалась нарушенной. Была бы также скована инициатива участников Экономических и различных иных процессов, ибо эти участ­ники вынуждены были бы постоянно опасаться привлечения к ответственности даже затакие действия, последствий кото­рых они не могли и не должны были предвидеть. Вот почему закон не только последовательно проводит начало вины, но и принимает все меры к тому, чтобы оно находило осуществ­ление в случаях, когда это наталкивается на известные юри­дико-технические препятствия. Важнейшая из таких мер — введение ответственности за чужую вину при неисполнении или ненадлежащем исполнении договора.

Как было показано ранее, закон разрешает при опреде­ленных условиях переложение одним лицом исполнения своей договорной обязанности на другое. Так, например, в отноше­ниях по капитальному строительству подрядчик, именуемый в таких случаях генеральным подрядчиком, вправе выполне­ние некоторых специализированных работ возложить на ор­ганизацию, в профиль деятельности которой они входят и ко­торая в подобных обстоятельствах именуется субподрядчиком. Вполне возможно, что нарушение договора произойдет по ви­не не самого договорного контрагента, а привлеченного им фактического исполнителя. При отсутствии в законе особых правил договорный контрагент, если бы иск об убытках был предъявлен к нему, мог бы защищаться ссылкой на свою не­виновность, а если бы предъявление иска последовало непо­средственно к фактическому исполнителю, последний откло­нил бы его по тем мотивам, что не состоит с истцом в дого­ворных отношениях. B результате виновник правонарушения ушел бы от ответственности, а интересы потерпевшего не получили бы защиты. Bo избежание подобных ничемнеоправ- данных последствий в законе установлено, что при возложе­нии исполнения на третье лицо обязанный несет перед контр­агентом ответственность как за свою собственную, так и за чу­жую вину, т. e. вину фактического исполнителя. Ответствен­ность обязанного лица исключается лишь при невиновности их обоих. Если виновен только обязанный по договору (но не фактический исполнитель), он и возмещает потерпевшему все понесенные последним убытки. При виновности только факти­ческого исполнителя привлекший его контрагент предостав­ляет полное возмещение потерпевшему, а затем перелагает все компенсированные им убытки на фактического исполни­теля, как их действительного виновника. Наконец, виновность как фактического исполнителя, так и привлекшего его дого­ворного контрагента служит (после возмещения убытков, по­несенных потерпевшей стороной) основанием для распределе­ния между обоими виновниками возникших имущественных потерь пропорционально степени виновности каждого из них.

Ho каким бы ни было значение вины в качестве основания ответственности за неисполнение или ненадлежащее испол­нение договора, иногда приходится отступать от этого осно- вания, и вводить в закон в виде исключения ответственность без вины, которая иначе называется ответственностью за слу­чай. Вина нарушителя означает, что он либо предвидел, либо хотя и не предвидел, но мог и должен был предвидеть послед­ствия, которые способно вызвать его неправомерное поведе­ние. Если же он этого не только не предвидел, но даже не мог и не должен был предвидеть, налицо уже не вина, а случай. Предусмотренное некоторыми законодательными нормами возложение ответственности на договорного контрагента за убытки, возникшие не no его вине, а случайно, не всегда обус­ловливается одними и теми же причинами.

Так, ст. 77 Основ, вводя такую ответственность для пере­возчика за причинение увечья или смерти пассажиру, имеет в виду не столько договор перевозки пассажиров, сколько рас­ширение охраны жизни и здоровья граждан от причинения им ущерба в результате использования сложных технических средств, эксплуатация которых при современном уровне тех­ники не гарантирована полностью от различных случайностей и которые поэтому принято считать источниками повышенной опасности. Нельзя, разумеется, запрещать использование тех­ники только потому, что это создает повышенную опасность для окружающих, ибо тогда был бы вовсе приостановлен общественный прогресс. Ho недопустимо вместе с тем пренеб­регать и интересами личности, которая может понести ущерб от эксплуатации техники, пусть и производимой в целях об­щественного прогрееса. По этой причине ответственность как за виновное, так и за случайное причинение вреда источником повышенной опасности сформулирована в действующем зако­нодательстве в виде общего правила, лишь одним из частных применений которого служит ст. 77 Основ, вводящая анало­гичную ответственность перевозчика перед пассажиром.

Совершенно иные соображения положены в основу ч. I ст. 425 (ч. I ст. 427) ГК, устанавливающей ответственность как за виновную, так и за случайную утрату, недостачу или повреждение имущества, сданного на хранение организации, для которой (как, например, ломбарда) хранение составляет одну из целей деятельности, предусмотренной ее Уставом или Положением. Такие организации обслуживают массовую кли­ентуру, осуществляя хранительские функции за соответствую­щее вознаграждение. Они имеют поэтому возможность вы­явить среднестатистическую величину ежегодных потерь, вы­зываемых различными случайностями, и учесть ее при опреде­лении размера платы, взимаемой за хранение имущества. Ha размер платежей каждого в отдельности клиента это обстоя­тельство существенного влияния оказать не может. Ho зато небольшая надбавка к обычным платежам позволяет обеспе­чить более широкую охрану интересов клиентуры, получаю­щей возмещение стоимости поврежденного, утраченного или недостающего имущества даже тогда, когда отсутствует вина хранителя.

Однако и ответственность за случай, когда она предусмат­ривается в виде отступления от общего правила, отнюдь не равнозначна безграничной ответственности.

Во-первых, наряду с простым возможен и так называемый квалифицированный случай, именуемый непреодолимой си­лой. Простой случай характеризуется субъективной его не- предотвратимостью: лицо не знало и не могло знать о воз­можности наступления определенного обстоятельства и пото­му не предотвратило его, но если бы оно знало об этом, то такое обстоятельство вполне могло бы быть предотвращено. B отличие от этого, непреодолимая сила — чрезвычайное со­бытие (стихийное бедствие или иное не поддающееся пока управлению естественное явление), объективно непредотвра­тимое в данных условиях (при достигнутом уровне техники, при доступных средствах борьбы с этим явлением), даже если и была известна возможность или вероятность его наступле­ния. Предусматриваемая законом ответственность за случай должна быть исключена, если убытки вызваны не простым, а квалифицированным случаем—непреодолимой силой. И толь­ко при причинении вреда пассажиру на воздушном транспор­те ответственность перевозчика не исключается даже дейст­вием непреодолимой силы (ч. II ст. 101 BK).

Во-вторых, и при установлении ответственности за случай, когда наличие или отсутствие вины нарушителя значения не имеет, принимается во внимание вина самого потерпевшего. C учетом тяжести допущенной им виновности судебно-арбит­ражные органы обязаны уменьшить объем причитающегося в его пользу возмещения. Более того, при определенной тя­жести вины потерпевшего ответственность невиновного нару­шителя вовсе исключается. B частности, ст. 101 BK, вводящая ответственность организаций воздушного транспорта не толь­ко за случай, но и за непреодолимую силу, оговаривает отпа­дение такой ответственности, если будет доказано, что вред возник вследствие умысла или грубой неосторожности самого потерпевшего.

Таковы общие и специальные условия ответственности за убытки, вызванные неисполнением или ненадлежащим испол­нением договорного обязательства. Если в качестве участника договора выступает гражданин, для привлечения его к ответ­ственности необходимо, чтобы все эти условия сосредоточи­лись в его собственном поведении. При возложении ответст­венности на юридическое лицо требуется соединение тех же условий в действиях его работников, совершенных B связи с осуществляемыми ими трудовыми функциями. Возместив убытки' потерпевшему, юридическое лицо вправе переложить их на того из своих работников, поведением которого они бы­ли вызваны. Ho для этого требуется, чтобы в поведении дан­ного конкретного работника соединились все условия, служа­щие обязательными предпосылками привлечения к имущест­венной ответственности. Работник может отвечать только за вину, даже если юридическое лицо обязывается по закону к возмещению и случайно причиненных убытков. Кроме того, ответственность работника, по общему правилу, ограни­чена и в полном объеме причиненного ущерба наступает толь­ко в особо предусмотренных случаях, тогда как юридическое лицо всегда отвечает перед потерпевшей стороной в соответ­ствии с принципом полного возмещения убытков. Ho этой при­чине возможность переложения ответственности на того или иного конкретного работника не исключает ни необходимости, ни целесообразности привлечения к ответственности еамого юридического лица за неисполнение или ненадлежащее испол­нение договорного обязательства.

Специальные способы обеспечения исполнения договоров. Требование о возмещении убытков и о выполнении обяза­тельств в натуре может быть предъявлено при нарушении лю­бого договора. He всегда, однако, предъявление такого требо­вания обеспечивает должный практический эффект. Бывают случаи, когда должник не исполняет обязательства, но кре­дитор вследствие этого никаких убытков не несет либо если и терпит определенные убытки, то по тем или инымщричинам не в состоянии доказать их размер. B этих условиях отпадает возможность добиваться принудительного исполнения догово­ра при помощи иска о возмещении причиненных неисполнени­ем убытков. Что же касается самого по себе требования о понуждении должника к исполнению лежащей на нем обя­занности, то оно 'может быть, конечно, предъявлено BO всех случаях, а суд или арбитраж, рассматривая дело по такому иску и признав иск обоснованным, обязаны выиести решение об изъятии у должника той конкретной вещи или того коли­чества однородных вещей, которое составляет предмет дого­ворного правоотношения.

Ho как следует поступить, если у должника нет имущества, на которое могло бы быть обращено взыскание в порядке исполнения судебного или арбитражного решения? По-види­мому, решение суда или арбитража не может быть приведено в исполнение при таких обстоятельствах, а это означает, что и такой, наиболее общий иск, применяемый даже при отсут­ствии убытков, не заключает в себе безусловной гарантии того, что договор обязательно будет исполненѵ

Ввиду этого контрагенты, вступающие в договорное право-, отношение, могут снабдить его по взаимному соглашению оп­ределенными дополнительными обеспечительными мерами, но­сящими специальный характер и позволяющими добиваться исполнения договора, независимо от того, причиняет ли его неисполнение убытки кредитору и имеется ли у должника иму­щество, на которое разрешено обращать взыскание в порядке принудительного исполнения судебного или арбитражного ре­шения. Если же в надлежащем и своевременном исполнении договора особый интерес испытывает государство, он снабжа­ется специальными обеспечительными мерами либо по прямо­му указанию закона, либо по соглашению сторон, заключен­ному на основе содержащихся в законодательных актах обя­зательных для них предписаний.

ГК знает пять специалньых способов обеспечения испол­нения договоров: неустойку (штраф, пеню), залог, поручи­тельство, гарантию и задаток.

Из их числа наиболее существенное значение имеет не­устойка, применять которую закон разрешает в отношениях как между гражданами, так и кежду социалистическими ор­ганизациями. Ho если граждане практически редко прибега­ют к неустойке, то в области планово-хозяйственных отноше­ний между социалистическими организациями неустойка со­ставляет одно из существенных условий заключения, а стало быть, и действительности заключаемых договоров.

Неустойкой называется денежная сумма, которую один контрагент обязуется уплатить другому в случае неисполне­ния или ненадлежащего исполнения обязательства. Ee обес­печительное по отношению к договору действие состоит B том, что в отличие от убытков она определяется по размеру зара­нее и может быть взыскана немедленно после совершения правонарушения, еще до наступления убытков и даже при их отсутствии. Отсюда, однако, не следует, что неустойка вообще не находится ни в каком соприкосновении с убытками. Закон разрешает судебно-арбитражным органам в исключи­тельных случаях уменьшать ее размер с учетом всех обстоя­тельств дела, в том числе, разумеется, и величины убытков, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением договора. B законе решается также вопрос и о том, как быть, если нарушение обеспеченного неустойкой договора вызвало определенные, вполне доказуемые убытки. Подлежат ли они і возмещению, а если да, то в каком именно размере?

C этой точки зрения ГК различает зачетную, альтернатив­ную, штрафную и исключительную неустойки.

Зачетная неустойка имеет значение общего правила и при­меняется во всех случаях, если специально не оговорено ис­пользование какого-либо другого вида неустойки. Сущность ее заключается в том, что взыскание неустойки не устраняет обязанности по возмещению убытков, но лишь в сумме, не покрытой неустойкой. Так, если убытки составляют 500 руб., а неустойка начислена на общую сумму 200 руб., компенсация убытков должна быть ограничена 300 руб. Рассматриваемая неустойка потому и называется зачетной, что ее сумма засчи­тывается в размер подлежащих возмещению убытков.

Альтернативная неустойка позволяет потерпевшей стороне по своему выбору взыскать либо неустойку, либо возмещение убытков. Если оценивать ее с чцсто арифметической точки зрения, она может показаться ничем не отличающейся от за­четной неустойки. Так, в приведенном выше примере потер­певший всего получил бы 500 руб., в том числе 200 руб. в виде неустойки и 300 руб. в виде возмещения убытков. Такой же эффект достижим и при помощи альтернативной неустойки, достаточно лишь остановить свой выбор не на неустойке, а на возмещении убытков, равных 500 руб. Ho если подходить к ним не с арифметической, а с правовой стороны, то сразу же обнаружится существенное различие между зачетной и аль­тернативной неустойкой. При зачетной неустойке ее можно взыскать немедленно после правонарушения, а затем уже до­полнительно взыскивать не возмещенную ею часть убытков. При альтернативной неустойке разрешается сделать выбор только один раз, и тот, кто взыскал неустойку, не может затем изменить свой выбор, потребовав возмещения убытков. Это обстоятельство существенно снижает ее эффективность, так как потерпевший, вместо немедленного взыскания неустойки, заинтересован в предварительном подсчете убытков, чтобы ре­шить, к какой именно мере ему целесообразно прибегнуть. Вот почему на практике такая неустойка почти никогда не встре­чается, хотя нет препятствий к установлению ее по соглаше­нию сторон, если законом не предусмотрено иное.

Штрафная неустойка характеризуется тем, что она подле­жит взысканию сверх полного возмещения всех причиненных убытков. Поэтому если в приведенном ранее примере (200 руб. неустойки и 500 руб. убытков) зачетная неустойка допускает взыскание в целом 500 руб., альтернативная — не более 500 руб., то при штрафной неустойке взысканная сумма составит 700 руб. Штрафная неустойка представляет собой, следовательно, наиболее жесткую санкцию данного вида и в случаях, указанных в законе, может быть применена за совер­шение особо опасных и злостных правонарушений. Так, дей­ствующее законодательство предусматривает ее начисление в отношениях по поставкам за такие наиболее существенные нарушения договора, как поставка брака или продукции ме­нее высокого качества, чем указано в договоре.

Исключительная неустойка от всех предшествующих ви­дов отличается тем, что она вовсе исключает право на возме­щение убытков, и объем ответственности нарушителя ограни­чивается в этом случае лишь уплатой самой неустойки. B при­веденном примере, где неустойка равна 200 руб., а убытки составляют 500 руб., потерпевшая сторона получила бы от нарушителя лишь 200 руб. Неустойка этого вида.применяется по прямому указанию закона, когда либо доказывание раз­мера убытков было бы в высшей степени гадательным (напри­мер, при просрочке денежных платежей в отношениях между социалистическими организациями), либо возложение на до­говорного контрагента обязанности по возмещению всех при­чиненных им убытков было бы экономически неосуществимо ввиду необъятности по своей численности обслуживаемой HM клиентуры (например, в отношениях с транспортными органи­зациями, предприятиями связи и т. п.).

Неустойка подразделяется на различные виды и по неко­торым иным классификационным основаниям. ^

По источнику ее формирования неустойка бывает: а),'nop- мативной, когда как по размеру, так и по основаниямАее на­числения она определяется в законодательном акте и обеспе­чивает исполнение сторонами обязательства, не оформленного договором, а порожденного административным актом, в част­ности актом планирования (такова, например, неустойка,

€числяемая за невыполнение плана грузовых перевозок);

нормативно-договорной, когда неустойка определяется конодательным актом, но подлежит начислению лишь за нарушение обязательства, оформленного договором (такова, например, неустойка, применяемая в отношениях, по доровору поставки или подряда на капитальное строительство); вп до­говорной, когда как по размеру, так и по основаниям ее нэтис- ления нбустойка определяется только договором (такова, на­пример, неустойка, включаемая в договоры граждан).

По указанным в законе или договоре основаниям ее начи­сления следует различать неустойку, назначенную за неиспол­нение обязательства (например, за отказ от него), либо за ненадлежащее исполнение (например, недоброкачественность, некомплектность, неассортиментность поставляемой продук­ции), включая и такой вид ненадлежащего исполнения, как просрочка.

Неустойка за ненадлежащее исполнение обычно именуется штрафом. Когда же она устанавливается в виде процента от цены нарушенного обязательства за просрочку в его исполне­нии и начисляется за каждый день просрочки, ее именуют пеней. Так, за просрочку погашения денежных платежей в от­ношениях между социалистическими организациями применя­ется пеня, начисляемая ежедневно в размере 0,03% от суммы просроченного платежа.

При взыскании неустойки не следует забывать о том, что она представляет собою одну из мер имущественной ответ­ственности и может быть применена лишь когда налицо все необходимые для применения таких мёр условия, в том числе вина нарушителя. Если потерпевший невиновен, исключается любая его ответственность, даже и в формуле неустойки, а ес­ли была допущена смешанная вина, судебно-арбитражные ор­ганы обязаны уменьшить размер неустойки, взыскиваемой с должника, учитывая тяжесть вины другой стороны — креди­тора. И лишь в особо предусмотренных законом случаях (как сделано, например, в некоторых законодательных нормах, регулирующих отношения по железнодорожным перевозкам грузов социалистических организаций) неустойка взыскивает­ся независимо от вины нарушителя.

Следующий способ обеспечения исполнения договора — залог — применяется в отношениях между гражданами и.со- циалистическими организациями (например, в целях обеспе­чения выдаваемых ломбардом денежных ссуд) и в известной мере в отношениях между самими социалистическими органи­зациями (в частности, при выдаче им кредита банк вправе потребовать предоставления залога). B отношениях между гражданами залог встречается крайне редко, а по законода­тельству некоторых союзных республик (например, Казах­ской ССР) его применение в таких отношениях допускается лишь в особо предусмотренных случаях.

Обеспечительное действие залога проявляется вдвух на­правлениях.

Во-первых, благодаря залогу с самого начала выделяется имущество, которое впоследствии может явиться объектом взыскания со стороны получившего залог кредитора. Такой кредитор, следовательно, не находится уже под угрозой не­осуществимости в принудительном порядке принадлежащих ему имущественных притязаний, так как объект возможного взыскания уже с момента заключения договора поступает в виде залога в его обладание. И только жилой дом, когда он становится объектом залога, чтобы не лишать залогодате­ля возможности пользоваться им и после установления зало­гового правоотношения, передаче не подлежит, но в целях обеспечения интересов залогодержателя отметка о принадле­жащем ему праве залога делается в документах, удостове­ряющих право собственности на строение. He производится фактическая передача объекта залога также и в отношениях по банковскому кредитованию социалистических организаций, так как это вызвало бы временную иммобилизацию их иму­щества. Ho и здесь принимаются особые меры (помещение заложенного имущества на особый склад залогодателя с пра­вом его замены другим, равным по стоимости имуществом, специальный учет, банковский контроль и т. п.), обеспечиваю­щие интересы залогодержателя. B тех же случаях, когда за­логодержателю передается предмет залога, он должен при­нять все меры к сохранению этого предмета и не вправе им пользоваться, если законом или договором специально не ус­тановлено иное.

Во-вторых, претензии всех других кредиторов того же должника удовлетворяются на равных основаниях, тогда как кредитор, имеющий право залога, приобретает возможность удовлетворения своих претензий за счет заложенного имуще­ства в первую очередь, т. e. преимущественно перед другими кредиторами. Из этого вытекает, что, если, например, объект залога стоит 1000 руб. и составляет единственный вид иму­щества должника, на которое может быть обращено взыска­ние, то из двух его кредиторов, претензии каждого из которых по сумме равны 800 руб., кредитор-залогодержатель получит полное удовлетворение (800 руб.), а кредитор, чьи требования залогом не обеспечены, удовлетворит их лишь в оставшейся части заложенного имущества (200 руб.). Однако, согласно прямым указаниям закона, некоторые требования (например, по алиментам, заработной плате и др.) подлежат удовлетво­рению за счет имущества должника, в том числе переданного в залог, ранее удовлетворения претензий, обеспеченных за­логом.

Реализация объекта залога производится на основе реше­ния суда или арбитража, выносимого по иску залогодержа­теля, а при залоговом обеспечении предоставляемого социали­стическим организациям банковского кредита для этого тре­буется разрешение Госбанка СССР. И только ломбарду пре­доставлено право продать предмет залога по истечении срока погашения ссуды и установленного льготного срока непосред­ственно через комиссионные магазины без предъявления иска в суде, но с обязательным соблюдением оценки имущества, определенной в момент принятия его в залог. Если сумма, вырученная от продажи заложенного имущества, превышает объем обеспеченных залогом требований, излишек должен быть возвращен залогодателю. Когда же она не достигает нужного размера, кредитор вправе недостающую часть взыс­кать за счет прочего имущества должника, но уже не преиму­щественно перед другими кредиторами, а в общеустановлен­ном порядке и наравне с ними.

Нередко используется и такой способ обеспечения испол­нения договора, как поручительство, применяемое в договор­ных отношениях с любым составом участников, т. e. с уча­стием как социалистических организаций, так и граждан.

Поручительство обеспечивает исполнение договора благо­даря увеличению числа лиц, ответственных перед кредитором за его исполнение: наряду с должником такую ответствен­ность принимает на себя поручитель. При этом с поручителем заключается особый договор, по которому он принимает на себя обязанность исполнить основной договор в случае его неисполнения должником. Объем ответственности поручителя зависит от установленных в договоре пределов поручитель­ства, которое может быть дано за исполнение обязательства целиком (например, в полной сумме денежного долга) или в соответствующей части (например, в пределах 1/2, Ѵз и т. п. этой суммы). Ho при отсутствии о том прямых указаний в самом договоре поручительства оно считается предоставлен­ным в полном объеме обеспеченного им требования. C другой стороны, даже и в установленных пределах ответственность поручителя вместе с должником перед кредитором по основ­ному обязательству может быть либо солидарной, либо суб­сидиарной, когда допускается предъявление к поручителю претензии только в сумме, которую не удалось взыскать с должника. Однако предполагается солидарная ответствен­ность поручителя, а субсидиарной она становится только при наличии об этом прямых указаний в договоре поручительства.

Если должник исполнит договор, обеспеченный поручи­тельством, признается прекращенным как основное обяза­тельство, так и сопутствующий ему договор о поручительстве. Необходимо лишь о произведенном исполнении уведомить поручителя, так как в противном случае не исключено, что не­добросовестный кредитор попытается также и с него получить исполнение по договору. Тогда должник будет обязан воз­местить убытки поручителю, приобретая одновременно право на взысканиенеосновательнополученного имуществас креди- тора.Если жеисполнениепроизводитпоручитель, то поскольку он исполняет не свое, а чужое обязательство, лежащее на должнике, последний обязан компенсировать поручи­телю все переданное им в порядке исполнения кредитору. Следовательно, в результате исполнения обязательства пору­читель замещает в нем кредитора и приобретает все ранее ему принадлежавшие права, чему должен содействовать и сам кредитор, обязанный в обмен на полученное исполнение пере­дать поручителю документы, удостоверяющие его требование к должнику (например, долговую расписку), а также права (например, право залога), обеспечивающие эти требования^. Уклонение кредитора от совершения указанных действий управомочивает поручителя задержать производимое им за должника исполнение обязательства.

Значительное сходство имеется между поручительством и другим способом обеспечения исполнения договора — гаран­тией.

Гарантия, как и поручительство, обеспечивает обязатель­ство благодаря увеличению числа лиц, ответственных перед кредитором: наряду с должником такая ответственность воз­лагается на гаранта. Различие между гарантией и поручи­тельством состоит в следующем:

а) в отношениях по поручительству могут участвовать любые субъекты, в том числе и в качестве поручителя, по­скольку этому не препятствует отсутствие дееспособности у гражданина или содержание специальной правоспособности юридического лица; гарантия применяется лишь в отношени­ях между социалистическими организациями, а в качестве га­ранта может выступать только орган, вышестоящий для орга­низации-должника;

б) поручительство может обеспечивать требование в пол­ном объеме, а гарантия, как правило, в пределах недостатка собственных оборотных средств кредитуемой организации;

в) ответственность гаранта всегда субсидиарна, тогда как ответственность поручителя, по общему правилу, солидарна, а субсидиарной она становится лишь при наличии о том пря­мых указаний в договоре;

г) поручитель, исполнивший обязательство, замещает кре­дитора, а гарант таких прав не приобретает, ибо в качестве вышестоящей организации он несет обязанность обеспечить оздоровление финансового положения подчиненного ему дол­жника.

Свое практическое применение гарантия находит в отно- шениях между банком и кредитуемыми им социалистиче­скими организациями. Обычно она представляет собою одну из банковских санкций, обращенных против плохо работаю­щих хозорганов. Так, если за недостатки финансовой деятель­ности предприятие переводится банком на особый режим кредитования и расчетов, то.он проявляется, в частности, и в том, что без гарантии вышестоящего органа такой организа­ции банковский кредит не предоставляется. Ho иногда (на­пример, при выдаче ссуды на выплату заработной платы, на строительство кинотеатров, а также при кредитовании управ­лений связи на оплату лесопродукции) гарантия используется лишь в обеспечительных целях, не соединенных с мерами карательного характера.

Последний способ обеспечения исполнения договсра — задаток — применяется лишь в отношениях между граждана­ми или с их участием по крайней мере на одной стороне, на стороне задаткодателя. B отношениях между социалистиче­скими организациями выдача задатка, как скрывающая за собою запрещенное законом их взаимное авансирование, не допускается, а в отношениях с гражданами -организации мо­гут выступать только в роли задаткополучателей..

По отношению к заключенному договор.у задаток выпол­няет три функции: а) доказательственную — внесение задатка доказывает факт заключения обеспеченного им договора, а так как задаток всегда нуждается в письменном оформлении, то, будучи надлежаще оформленным, он удостоверяет и такой договор, который заключен с нарушением установленной прос­той письменной формы;

б) платежную — он вносится в счет будущих платежей по договору и засчитывается при окончательных расчетах между сторонами, в чем обнаруживаются черты сходства задатка с авансом;

в) обеспечительную — по отношению к обязанностям как задаткодателя, так и задаткополучателя, ибо, если договор нарушит задаткодатель, он теряет сумму внесенного задатка, а если нарушение допустит зядаткополучатель, он обязан уплатить задаткодателю сумму, равную двойному задатку, т. e. вернуть ранее полученную и сверх того уплатить равную полученной сумму. По этому признаку задаток отличается от аванса, который не служит обеспечению исполнения договора и в случае его неисполнения должен быть плательщику воз­вращен в полном размере. Ввиду такого различия платеж, внесенный в счет договора, считается не авансом, а задатком лишь при наличии о том прямых указаний в самом договоре.

Как общее правило, утрата суммы, равной задатку, не. освобождает неисправную сторону от обязанности возместить другой стороне убытки, HO лишь в части, не покрытой суммой задатка. Однако по соглашению сторон их ответственность ограничивается лишь величиной задатка.