Приостановление исполнения и меры ответственности.
Один из таких претендентов на позицию "сюзерена" по отношению к этому институту - категория гражданско-правовой ответственности.
Напомним, что согласно устоявшемуся конвенциональному определению ответственности к этой категории относятся санкции за правонарушение, влекущие для нарушителя негативные последствия в виде лишения имущества либо возложения на него новых или дополнительных имущественных гражданско-правовых обязанностей.
Говоря о приостановлении исполнения, мы должны констатировать, что эта мера хотя и может влечь для должника негативные имущественные последствия, но лишь косвенно. Приостановление исполнения как мера защиты в первую очередь носит исключительно организационный характер и напрямую направлено на стимулирование должника к выполнению договора и предотвращение передачи исполнения тому, кто уже нарушил договор, с целью недопущения усугубления своих рисков. Соответственно, приостановление напрямую не приводит к возложению на должника какого-либо имущественного взыскания. Имущественные потери нарушителя, столкнувшегося с приостановлением встречного исполнения, могут возникнуть лишь как побочный эффект применения данного института.Кроме того, серьезный аргумент против отнесения приостановления исполнения к мерам ответственности состоит в том, что мы признаем неразумным применение к данному средству защиты правил об основаниях освобождения от ответственности (ст. 401 ГК). С точки зрения здравого смысла право кредитора приостановить исполнение не может отпасть в случае, если должник освобождается от ответственности за просрочку по причине, например, обстоятельств непреодолимой силы. Соответственно, признание за приостановлением характера меры ответственности не только противоречит сложившейся в России догматике, но и просто нецелесообразно, так как может привести к неразумному результату - невозможности приостановления исполнения в тех случаях, когда должник не несет ответственности за допущенное нарушение.
В этой связи следует полностью согласиться с М.С.
Карповым, который признает, что распространение на меры оперативного воздействия (к которым автор относит и право на приостановление исполнения) абсолютно несвойственного для них правового режима гражданско-правовой ответственности на практике существенно ограничило бы функциональные возможности данных мер <1>. Аналогичного подхода придерживаются и многие другие авторы (в частности, М.И. Брагинский <2>, С.В. Сарбаш <3>).<1> Карпов М.С. Гражданско-правовые меры оперативного воздействия. М., 2004. С. 26.
<2> Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2002. С. 684.
<3> Сарбаш С.В. Исполнение договорного обязательства. М., 2005. С. 493.
Несмотря на то что в судебной практике изредка встречаются примеры обратного подхода <1>, считаем разумным не разрушать сложившуюся традицию, которая относит к мерам ответственности лишь имущественные санкции (убытки, неустойка, проценты годовые и т.д.), и не признавать приостановление исполнения в качестве меры гражданско-правовой ответственности.
<1> Постановление ФАС ДО от 16 марта 1998 г. N Ф03-А51/98-1/178.