От «эпохи адата» к «эпохе шариата»

Руководствуясь изложенными выше методологическими рекомендациями, я попытаюсь рассмотреть дагестанский случай правового плюрализма в исторической ретроспективе государственных реформ на Северном Кавказе.

A. И.Першица и Я.С.Смирновой о том, что правовой плюрализм «существовал на Северном Кавказе на протяжении всего доступного исторической реконструкции времени» (Першиц, Смирнова: 1998, 81).

Как уже отмечалось выше, в народном историческом сознании мусульман Нагорного Дагестана сложилось представление, что история местной соционормативной культуры эволюционировала от низшего к высшему, от «эпохи адата» (например, авар, бальалъул заман), продолжавшейся до конца XVIII в., к «эпохе шариата» (авар. шаригІаталъул заман), как называют правление Шамиля (Саидов: 1967, 54; Maro- медханов: 1993, 32). Насколько справедливо это представление?

B значительной мере оно основывается на критических замечаниях мусульманских ученых-пуристов конца XVIII — второй половины XK в. Мухаммед-Тахир ал-Карахи в написанной им хронике шамилевского движения обличал дагестанских мусульман в том, что «у них... не имелось людей, призывающих к проведению в жизнь исламских решений и запрещающих мерзкие с точки зрения ислама поступки. Дагестанцы руководствовались тогда ^ю начала проповеди имамов времен Кавказской войны XK в. —В.Б.) обычным правом фасм). Мало того, дагестанские кади толкали народ к использованию обычного права, восхваляли старшин фу’аса) за проведение этого права в жизнь и его развитие и даже обозначали его термином ‘адд (справедливость. —

B. Б.)» (аль-Карахи: 1990,1, 17).

Его современник, алим из Южного Дагестана Хасан -эфенди ал- Алкадари в своей истории средневекового Дагестана пишет, ссылаясь на труды известного ученого и правоведа (факих) XVIII в. Мухаммеда Кудутлинского, «что в его эпоху в Дагестане... между людьми тяжбы и преступления не разрешались по свяшенному шариату, а большинство их решалось в судах по оставшимся от отцов и дедов законам в виде адатов (т.е. правовых норм адата. —В.Б.) и обычаев. По этому поводу покойный (Мухаммед Кудутлинский. —В.Б.) сильно упрекал адат- ных судей и аксакалов и писал обличения на тему „Те, кто судит не по велениям Аллаха, суть братья идола“» ЦКлкадари: 1994, 152).

Сопоставление средневековых арабских источников и полевых материалов, собранных в ХХв., позволило дагестанским историкам и этнологам подвергнуть сомнению это утверждение ЦКгларов: 1988, 155). Источники прямо говорят, что начиная со средневековья у обращенных в ислам жителей Нагорного Дагестана были свои суды (байт ал-карйа, байт ap-pyaca) и судьи фу’аса’, ‘укала). Они разбирали тяжбы как по обычному, так и по мусульманскому праву (Фа-инна ахл кура кил кад иттафаку ‘ала хаза ар-расм: 1965, 85; Хаза каус

Место сбора старшин и сулей (байт ар-ру’аса’) в с. Микрах

расма’ цекал ва ‘адати-хим: 1965, 110). Сфера применения того или другого со временем сильно менялась. Арабский историк и географ XIII в. Закария ал-Казвини описывает судопроизводство одного из культурных центров Южного Дагестана того времени — Цахура. По его словам, «есть у них имам-проповедник і^сатиб) и судья по шариату (кали), который разбирает тяжбы по учению имама аш-Шафии (т.е. шафиитского толка, или мазхаба, мусульманского права.—В.Б.)» (Cazwini: 1848, 405).

Из письменных источников XVI-XK вв. известно, что время от времени сельские кади брали в свои руки власть в сельских обшинах и мелких политических образованиях горцев. Наследственными правителями были кади Южного Табасарана (Гасанов: 1994, 142), кади с.

Некоторые из сельских кади задолго до начала шамилевского движения боролись за распространение исламских норм в местном праве и обшестве. Одним из таких юристов-реформаторов был саййил Ахмед Йеменский, судьба которого хорошо известна из его переписки, поздних исторических записей и эпитафии VІавров: 1968, ч. 2, 107-108; Айгберов: 1978, 75). Это был профессор (муларрис) и судья (хаким) знаменитого египетского университета ал-Азхар родом из Йемена, который в 30-е годы XV в. отправился на Кавказ для распространения ислама. B 1434 г. Ахмад Йеменский обосновался в с. Газикумух (Кумух), где возглавил мелресе и сул. Оттеснив на второй план светского правителя-шамхала, он попытался упрочить позиции мусульманского права в полвластном Кумуху «вилаете Гумик»: запретил горцам пить бузу, отменил некоторые противоречащие шариату уголовные и гражланские нормы алата (Шихсаидов: 1999a, 10).

B том же направлении в XVIII в. в Аварии лействовал знаменитый юрист Мухаммел Кулутлинский (Шихсаидов: 19996, 51-52). Известно еше несколько рьяных поборников исламизации соционормативной культуры горцев, живших в разное время. He все в леятельности этих реформаторов улавалось, полчас им приходилось отступать и идти на компромисс с местным адатом. После их смерти или отъезда некоторые шариатские нормы опять забывались.

Развитие соционормативной культуры региона определялось сложной взаимоалаптацией обычного и мусульманского права. Представление же о нераздельном господстве алата в дореформенном Лаге- стане относится скорее к области легенд.

1