III

Так, профессор Дэвидсон с азартом пройдохи-биржевика доказывает, что спасение США — в дальнейшем усилении влияния банкиров на хозяйственную жизнь страны, в еще большей фашизации Америки, в лишении американских трудящихся элементарных человеческих прав. Дэвидсона не устраивает даже реакционный, антирабочий закон Тафта — Хартли, действующий в США. Он хотел бы вернуться к «эпохе рабства» с тем, чтобы превратить в рабов не только черных, но и белых рабочих. Другой американский социолог X. Болдуин объявляет законом развития американской истории особый «духовный принцип», основанный-де на глубокой вере в вечность частной собственности. Этим «принципом», заявляет Болдуин, полностью овладели американские капиталисты; что же касается американских рабочих, то среди них, сокрушается сей «социолог», «духовному принципу» частной собственности все больше угрожают коммунистические идеи. Отсюда дипломированный защитник капитализма делает вывод о необходимости усиления борьбы с коммунистическими и вообще с прогрессивными идеями.

Вместе с буржуазными экономистами буржуазные социологи США изобретают всяческие прожекты стабилизации капитализма. Одни из них обращаются к традиционному «фритредерству», т. е. восхваляют «свободный» доимпериалистический капитализм, безудержную конкуренцию; другг- проповедуют реакционную утопию «планового капитализма», означающую на практике лишь ничвхМ не ограниченное господство капиталистических трестов, синдикатов и картелей. Само собой разумеется, что никакие мероприятия буржуазных политиканов не защитят США и весь капиталистический мир от разрушительных экономических кризисов, причина ко торых лежит в капиталистической экономике. Только уничтожив капитализм, можно уничтожить Экономические кризисы, безработицу, обнищание трудящихся масс. Однако эта истина не по плечу идеологам империализма, которые вообще во вражде с истиной.

«Если бы капитализм,— писал И. В. Сталин,— мог приспособить производство не к получению максимума прибыли, а к систематическому улучшению материального положения народных масс, если бы он мог обращать прибыль не на удовлетворение прихотей паразитических классов, не на усовершенствование методов эксплуатации, не на вывоз капитала, а на систематический подъём материального положения рабочих и крестьян, то тогда не было бы кризисов. Но тогда и капитализм не был бы капитализмом. Чтобы уничтожить кризисы, надо уничтожить капитализм»

Одним из певцов «традиционных» методов поддержания капиталистической экономики является миллионер Э. Джон- стон, автор нелепой книжицы «Неограниченная Америка». Джонстону мерещится ничем не ограниченная власть капиталистических монополий над экономикой. Он поет хвалебные гимны анархии производства и конкуренции. Безработица представляется этому капиталистическому зубру благодетельным явлением. По его заявлению, страх перед безработицей делает трудящихся «бережливыми» и «добродетельными» людьми. Он цинично объявляет резервную армию труда тем источником, откуда американские промышленники черпают необходимую для них дешевую рабочую силу.

Аналогичные идейки проповедует американский реакционный экономист и социолог Андерсон, объявляющий капиталистическую анархию производства высшим принципом экономики. В целях спасения капитализма он предлагает увеличить «заинтересованность» предпринимателей в расширении производства, а для этого усилить эксплуатацию трудящихся капиталистами. Необходимо, утверждает Андерсон, уменьшить налоговое обложение капиталистов, снизить заработную плату рабочих и повысить цены на товары широкого потребления. Подобно английскому попу Мальтусу, Андерсон видит в нищете трудящихся масс результат «милости божьей». Он выступает за то, чтобы «60 семейств» безудержно и бесконтрольно осуществляли свою диктатуру над миллионами простых американцев.

Ту же позицию защиты буржуазной частной собственности занимают сторонники так называемого планового капитализма. Болтовня о «плановом капитализме» нужна им для обмана масс. Действительное ее содержание — это призыв к еще большему сращиванию капиталистического государства с монополиями, еще большему нажиму на рабочих в интересах монополий

Одним из лидеров этого направления является В.

Слуга американских монополистов Стид стремится в конечном счете к одному: полностью сохранить гегемонию капиталистических трестов и синдикатов, допустив существование государственных предприятий лишь как дополнение к ним. Руководящую роль в этих государственных предприятиях должны играть их бывшие владельцы.

Рассуждая об экономической деятельности государства в США, Стид замалчивает при этом самое существенное, а именно то, что сама государственная власть в США является исполнительным органом класса капиталистов. На так называемых государственных предприятиях, если они возникают в капиталистических странах, осуществляется самая наглая капиталистическая эксплуатация рабочих в интересах магнатов капитала. Поэтому предложения Стида означают на деле теоретическое обоснование реакционной программы американских капиталистов по дальнейшему закабалению трудящихся масс США.

Под плановым воздействием на капитализм Стид подразумевает государственные субсидии, а также государственные заказы капиталистическим монополиям, в первую очередь заказы для военного ведомства. Стид «разрешает» государству давать лишь советы отдельным капиталистам.

Таким образом, предлагаемая Стидом система мероприятий по спасению прогнившего американского империализма не содержит ничего иного, кроме требований усилить власть финансового капитала, окончательно закабалить американский рабочий класс

В работах Ленина и Сталина нанесен сокрушительный удар по буржуазным теоретикам «планирования» при сохранении капиталистического строя:

«И Америка и Германия,— писал Ленин,— „регулируют экономическую жизнь" так, чтобы рабочим (и крестьянам отчасти) создать военную каторгу, а банкирам и капиталистам рай. Их регулирование состоит в том, что рабочих „подтягивают" вплоть до голода, а капиталистам обеспечивают (тайком, реакционно-бюрократически) прибыли выше тех, какие были до войны» К

Эти слова Ленина полностью разоблачают также распространенную в США «теорию» Огборна. Последний выступает сторонником вмешательства государства в хозяйственную жизнь Америки. Однако он тут же открыто заявляет, что это вмешательство должно преследовать одну цель — укрепление частной собственности на средства производства. Говоря о будущем США, Огборн рисует деспотический строй, при котором магнаты капитала, оставаясь собственниками своих предприятий и, следовательно, продолжая выжимать прибавочную стоимость из рабочих, в то же время являются наследственными руководителями централизованного диктаторского буржуазного правительства, «планирующего» хозяйственную жизнь страны

Особенно большое распространение получила среди американских социологов доктрина так называемого социального контроля.

Всячески идеализируя военную экономику империалистических государств, сторонники «планового капитализма» и «социального контроля» выступают за то, чтобы практика военного времени, а также ближайших лет послевоенного периода была распространена и на дальнейший десятилетний или даже двадцатилетний отрезок времени. О том, что это была за «практика», свидетельствуют нижеследующие данные, опубликованные американской печатью.

За счет налогов, собранных с трудящихся, правительство США построило в предвоенное и военное время большое число государственных предприятий. Однако стоило кончиться войне, и эти предприятия были за бесценок проданы или сданы в аренду частным предпринимателям. Так, 47 правительственных заводов общей стоимостью в 900 млн. долларов были проданы капиталистам США всего лишь за 290 млн. долларов. Один из крупнейших танковых заводов, построенный в США в военное время и обошедшийся в 19,4 млн. долларов, уступлен был Форду за 1,4 млн. долларов.

Таким образом, участие буржуазного государства в развитии хозяйства военного времени содействовало лишь дальнейшему росту капиталистической эксплуатации и усилению экономического могущества американских трестов и синдикатов.

Военная экономика обеспечила и обеспечивает чудовищные прибыли монополистам США.

В этом корень благожелательного отношения ряда американских социологов и экономистов к государственному «планированию».

«Теоретизируя» по поводу опыта военного времени, реакционные социологи занимаются прямой апологией централизованного империалистического государства, распространяющего свои щупальцы на все отрасли народного хозяйства в интересах усиления диктатуры финансового капитала.

Существенной стороной пропаганды в США идеи «государственного вмешательства» является защита антирабочего, фашистского законодательства. Буржуазные социологи США, эти враги трудящихся, приходят в восторг от тех правительственных мероприятий военного времени, которые ограничили права рабочих организаций. Они всячески восхваляют антирабочие законы, согласно которым правительство США имеет право объявлять любую забастовку рабочих «незаконной» и подавлять ее всеми имеющимися средствами.

24 июня 1947 г. конгрессом США был принят реакционный фашистский закон Тафта — Хартли. Согласно этому закону, штрейкбрехеры пользуются особым покровительством властей, а профсоюзные организации лишаются элементарных прав.

Американская буржуазная социология выступает в качестве гнусной защитницы фашистских и профашистских мероприятий правящих кругов США, направленных против коренных интересов американского народа. Она всячески поддерживает преследование в США борцов за мир, за демократию, за дружбу между народами.