С I до середины III в.
Когда к концу III в. сенат практически утратил свою законодательную компетенцию, отчетливо проявилась тенденция к расширению законодательных полномочий императора, рассматриваемых как одно из проявлений его божественной сущности. Акты, издаваемые императорской властью, не имели никаких пространственных ограничений и действовали на всей территории государства. Они носили общее наименование конституций и традиционно подразделялись на четыре вида: эдикты (общие распоряжения, по форме аналогичные актам прежних республиканских магистратов), декреты (решения, вынесенные по поступившим в императорскую канцелярию судебным делам), рескрипты (ответы на запросы частных либо должностных лиц по поводу толкования или применения права), мандаты (инструкции правителям провинций по вопросам суда и управления). Если императорский указ даровал привилегии какому-либо лицу или целой корпорации, он носил название прагматической санкции.
Юридическая сила указанных разновидностей конституций первоначально была различной. Эдикты и мандаты рассматривались в свете прерогатив императора как одного из высших магистратов; поэтому данные акты включались в сферу норм преторского права и формально теряли силу в случае смерти издавшего их императора. Рескрипты и декреты квалифицировались как акты толкования действующих законов и потому не утрачивали юридическую силу вследствие смены императора.
В зависимости от того, нормы какой системы права подвергались в них интерпретации, рескрипты и декреты могли действовать в сфере и преторского, и цивильного права. С течением времени различия в силе императорских конституций сглаживались. Начиная со времени императора Адриана все императорские акты были унифицированы по своей юридической силе, а охватываемая ими сфера правового регулирования стала практически неограниченной.Специфическим, своеобразным фактором праворазвития во второй половине республиканского периода становится светская юриспруденция. Деятельность римских юристов, явившаяся важнейшим источником права, способствовала приданию римской правовой системе той высшей степени совершенства, которую она достигла на классической стадии. Быстрое развитие светской юриспруденции может быть объяснено некоторыми существенными обстоятельствами. С одной стороны, строжайший формализм цивильного права вызывал необходимость появления особой группы его профессиональных комментаторов и интерпретаторов, способных оказать квалифицированную юридическую помощь лицам, вовлеченным в сферу правоотношений. С другой стороны, сами принципы построения и функционирования государственных органов, открывавшие перед каждым гражданином перспективу личного участия в процессе правотворчества, а через систему магистратур — пребывания в роли правоприменитепя, объективно способствовали массовому распространению правовых знаний.