Франсуа де Ларошфуко

• Французский философ, мыслитель-моралист

Родился: 15.09.1613 г.

Умер: в ночь на 17.03.1680 г.

Прожил — 66 лет

«Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности».

(Ларошфуко)

я «Ум всегда в дураках у сердца».

(Ларошфуко)

я «Беседа с достойными людьми — одно из величайших моих удовольствий.

я «Бывают случаи в жизни, выпутаться из которых может помочь только глупость». (Ларошфуко) • • Герцог.

1. ЖИЗНЬ

Принадлежал к одному из старинных аристократических родов Франции, связанных родственными узами с королевским домом.

Детские годы Ларошфуко прошли в провинции Ангумуа, в родовом замке Вертей.

Как старший сын семейства (а всего детей у родителей было двенадцать) Ларошфуко носил до смерти отца имя принц Марсийяк.

Ларошфуко женился в 15 лет и имел восьмерых детей.

В 27 лет Ларошфуко появляется в Париже и втягивается в придворные интриги на стороне королевы Анны Австрийской (1601 - 1666) против ее врага кардинала Ришелье (1585 — 1642).

/ Ларошфуко:

«...Я объявил кардинала врагом народа, прежде чем я объявил себя его врагом». /

В 1648 — 1652 гг. Ларошфуко участвует в качестве одного из оппозиционных вождей в мятеже французских аристократов (Фронде ), не желавших подчиниться центральной королевской власти:

Опыт Фронды — бесславный и горький — открыл Ларошфуко новую правду о человеке.

И тем не менее Ларошфуко твёрд в своем жизнеопределении:

¦ Я совершил именно то, что должен был совершить... и чего бы это мне ни стоило, я никогда не буду каяться.

(Из письма графу Гито от 2 мая 1653 г.)

В 60-е гг. Ларошфуко постоянный посетитель салона госпожи де Сабле. Здесь зародилась его главная книга «Максимы » (1664).

V © Афоризмы Ларошфуко в своих истоках — салонный фольклор.

Пропуском-признанием служило точное, меткое, краткое слово и просто эффектная, яркая, сочная мысль в упаковке метафор, намёков, красивых недоговорок и иносказаний. Э

Сочинения Ларошфуко:

«Апология принца де Марсийяка» (1649); «Портрет Ларошфуко, написанный им самим» (1658); «Мемуары» (1662);

«Максимы» («Размышления, или Моральные изречения и максимы»): / 1664 г. — общее число максим 188; 1678 г. — общее число максим уже 504. /

Большинство афоризмов Ларошфуко написано, говоря его же словами, в праздности, вызванной опалой.

Ларошфуко был меланхолического темперамента, причем до такой степени, что его видели смеющимся едва ли более одного раза в год.

2 СУДЬБА Jj ® Ларошфуко нередко — при жизни и позже — об- ¦' " виняли в несамостоятельности его творчества, в заим

ствованиях и даже в откровенном плагиате. Это тем более странно, что, во-первых, словарный алфавит у людей разных стран и времён инвариантен, а во-вторых, когда двое говорят об одном и том же — это не только не всегда одно и то же, а именно всегда не одно и то же. Сами говорящие, акценты смысла, оттенки отношения обозначения к обусловившему его предмету и великое множество прочих составляющих не могут повториться, как неповторимы мгновения времени, отпечатки пальцев, особенности облика, как неповторимо вообще всё в мире. Ларошфуко большой мастер внушения словом, его стиль и выстраивание содержательного ряда уникальны по гибкости и пластичности проникновения в сознание. Удивительным является и то, что намерение воспринимать говоримое им не является нашим желанием. Напротив, наше желание подчинено цепкому подтексту его фраз, броской красоте их 'зна- чения, яркой убедительности и несокрушимой простоте их надежности и всегда юной вечности.

В первом издании «Максим...» был многозначительный фронтиспис: Амур насмешливо взирает на бюст римского философа Сенеки, с которого он сорвал маску. Под Амуром подпись: «Любовь к истине».

© Красиво, ёмко и сжато мудрствующие люди высказывались и до Ларошфуко. Вся эта книга тому свидетельство. Но всё равно, афоризм как факт, как большое «нечто» и как действительное «то, что» возник именно и только у Ларошфуко. То есть в лице этого остроумного и мило язвительного француза крылатое слово осознало свою особенность и зафиксировало свою неподвластную временам индивидуальность.

Афоризмы любят все, но о сущности их говорят не часто. Не очень- то податливы они исследовательскому анализу. И потому сейчас, из нашего далёкого для тогда теперь, стало бы задаться вопросом и выяснить: что же такое афоризм со стороны столетий после Ларошфуко? Я бы определил так: он есть мысль, переставшая быть словом.

Может показаться, что буквы и звуки транспортируют содержание передаваемых нам мыслей. Но это не так. Далеко не так. Вовсе ие так. Буквы и звуки лишь узорят наше восприятие. А афоризм рождается в тот момент, когда наши опыт и знания проходят через это обузбривание и демонстрируют нам наше же слепление, но... по искусно задуманному рецепту другого человека. Э

Л. Н. Толстой (в изданном им сборнике: «Избранные мысли Лабрюйе- ра, с прибавлением избранных афоризмов и максим Ларошфуко, Вовенарга и Монтескье». 1908 г.):

«Собрание мыслей Ларошфуко было одной из тех книг, которые более всего содействовали образованию вкуса во французском народе и развитию в нем ясного ума и точности его выражений. Хотя во всей книге этой и есть только одна истина, та, что самолюбие есть главный двигатель человеческих поступков, мысль эта представляется со столь разных сторон, что она всегда нова и поразительна. Книга эта была прочитана с жадностью. Она приучила людей не только думать, но и заклю-чать свои мысли в живые, точные, сжатые и утончённые обороты. Со времени Возрождения никто, кроме Ларошфуко, не сделал этого».

4 МЫСЛИ JJ Я МиР°м пРавит судьба и прихоть.

і ' У а Философия торжествует над горестями прошлого и

будущего, но горести настоящего торжествуют над философией, я Ни на солнце, ни на смерть нельзя смотреть в упор, я Мудрость для души — то же, что здоровье для тела, я Ум служит нам порою для того, чтобы смело делать глупости, я Истинное красноречие — это умение сказать всё, что нужно, и не

больше, чем нужно, я Почти все люди охотно расплачиваются за мелкие одолжения, большинство бывает признательно за немаловажные, но почти никто не испытывает благодарности за крупные.

я Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки; мы укоряем их не столько для того, чтобы исправить, сколько для того, чтобы убедить в нашей собственной непогрешимости, я Радости и несчастья, которые мы испытываем, зависят не от размеров

случившегося, а от нашей чувствительности, я Кто слишком усерден в малом, тот обычно становится неспособным к великому.

я Презрение философов к богатству было вызвано их сокровенным желанием отомстить несправедливой судьбе за то, что она не наградила их по достоинству жизненными благами; оно было тайным средством, спасающим от унижений бедности, и окольным путем к почету, обычно доставляемому богатством, я Все жалуются на свою память, но никто не жалуется на свой разум, я Если судить о любви по обычным ее проявлениям, то она больше

похожа на вражду, чем на дружбу, я Трудно дать определение любви; о ней можно лишь сказать, что для души — это жажда властвовать, для ума — внутреннее сродство, а для тела — скрытое и утонченное желание обладать, после многих околичностей, тем, что любишь, я Очарование новизны в любви подобно цветению фруктовых деревьев:

оно быстро тускнеет и больше никогда не возвращается, я К старости недостатки ума становятся всё заметнее, как и недостатки внешности.

я Люди делают добро часто лишь для того, чтобы обрести возможность

безнаказанно творить зло. я У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора, я Пороки входят в состав добродетелей, как яды входят в состав лекарств.

я Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость, я У большинства людей любовь к справедливости — это просто боязнь

подвергнуться несправедливости, я Страсти — это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны.

я Когда великие люди наконец сгибаются под тяжестью длительных невзгод, они этим показывают, что прежде их поддерживала не столько сила духа, сколько сила честолюбия, и что герои отличаются от обыкновенных людей только ббльшим тщеславием, я Как бы ни кичились люди величием своих деяний, последние часто

бывают следствием не великих замыслов, а простой случайности, я На каждого человека, как и на каждый поступок, следует смотреть с определенного расстояния.

я Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос. я Только у великих людей бывают великие пороки, я Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

я Причинять людям зло большей частью не так опасно, как делать им

слишком много добра, я В характере человека больше изъянов, чем в его уме. я Любовь одна, но подделок под нее — тысячи, я Изысканность ума сказывается в умении тонко льстить, я Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.

я Вернейший способ быть обманутым — это считать себя хитрее других, я Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера, я Уклонение от похвалы — это просьба повторить ее. я Нам легче управлять людьми, чем помешать им управлять нами, я Мы легко забываем свои ошибки, когда они известны лишь нам одним.

я Иные люди похожи на песенки: они быстро выходят из моды, я Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех, я Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость, я Мы любим больше сам факт дарения, чем тех, кому мы дарим, я Люди редко бывают довольны теми, кто от их имени вступает в деловые переговоры, так как посредники, стараясь стяжать себе добрую славу, почти всегда жертвуют интересами своих друзей ради успеха самих переговоров, я Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили.

я Есть люди, которым на роду написано быть глупцами: они делают

глупости не только по собственному желанию, но и по воле судьбы, я Восхвалять государей за достоинства, которыми они не обладают, —

значит безнаказанно наносить им оскорбление, я Ум и сердце человека, так же как и его речь, хранят отпечаток страны,

в которой он родился, я Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил, я Всё, что перестаёт удаваться, перестаёт и привлекать, я Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дарует удачи, я Каким бы тяжелым позором мы себя ни покрыли, у нас почти всегда

остаётся возможность восстановить свое доброе имя.

я Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям, и недругам, я Человек никогда не бывает так несчастен, как ему кажется, или так

счастлив, как ему хочется, я Как мы можем требовать, чтобы кто-то сохранил нашу тайну, если мы

сами не можем ее сохранить? я Себялюбие наше таково, что его не перещеголяет никакой льстец, я Даже самые разумные люди разумны лишь в несущественном; в делах

значительных разум обычно им изменяет, я Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

я Короли чеканят людей, как монету: они назначают им цену, какую заблагорассудится, и все вынуждены принимать этих людей не по их истинной стоимости, а по назначенному курсу, я Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего зла,

которое он творит, я Мы редко до конца понимаем, что мы в действительности хотим, я Мы скорее пожертвуем своим состоянием, чем поступимся своим мнением.

я Все добродетели теряются в расчете, как реки в море, я Нужно иметь большой ум, чтобы уметь не показывать своего умственного превосходства, я Сильно мешает быть умным усердное стремление выказываться таким, я Удивление намечает предел наших познаний и доказывает часто не

столько совершенство вещей, сколько несовершенство ума нашего, я Увы, нам дают советы, да вот только не дают разума ими пользоваться, я В обществе мы часто имеем успех благодаря нашим недостаткам, а не

нашим достоинствам, я Мы все имеем достаточно силы, чтобы переносить чужое несчастие, я Милосердие сильных мира сего чаще всего лишь хитрая политика, цель которой — завоевать любовь народа.

V С Странно, конечно, что коль эта уловка правителей «засвечена», раскрыта, то почему мы по-прежнему, века спустя, околдовываемся ею? Не оттого ли, что у мудрости свойство «следов на воде» — они есть, только когда они есть.

Наше восприятие сродни всему земному: Солнце одинаково всходит и заходит, но каждый день это делается по-новому. Не повторяется, а обновляется.

Может быть, это одно из свойств тайн и секретов мира — не впечатываться, а только лишь впечатлять? Да так оно и есть: потому ветер и освежает, что не ловится, потому всё и вкусно, что вкус не остаётся на языке.

Мудрость живет напоминанием, и мы умны умом, т. е. его наличием, а не приобретениями. Э

Гв5І

Паскаль