§2. ОТКУДА, КУДА, КАК? ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКИЙ АСПЕКТ

В нашей современной экономической и социальной литературе обращает на себя одно, на первый взгляд, странное обстоятельство. Характеризуя современную переходную экономику России, авторы обычно ведут речь еще об одной черте рыночной экономики, еще об одном свидетельстве успешного продвижения к рынку или в целом о том, в какой степени рыночные отношения уже «овладели» российской экономикой.

Безусловно, в условиях огромных социальных потерь, понесенных населением страны, очень важно знать, особенно этому населению, в какой степени поставленная цель достигнута, собственно, куда идем и когда придем?

Но ведь в целом-то сам вопрос — стратегический. И он вовсе не предполагает однозначного ответа — этот, уже набивший оскомину, вопрос:куда?

Конечно, очень важно знать ответ на вопрос куда? — к какой цели идем, что строим и чего хотим. Более того, обществу чрезвычайно интересно действительно знать, как близка поставленная цель. Но мало кто обращает внимание на то, что значительно важнее знать, от какого качественного — социально, экономически, политически —уровня развития мы начали свое движение в начале реформ.

Российские экономисты соревнуются в точности определения сроков перехода к рынку. Суть же вопроса заключается не столько в перспективе становления рыночных отношений, сколько в степени интенсивности отрицания ими отношений планомерности, рудиментов административно-командной системы, а самое главное, через какой переходный хозяйственный механизм и как активно это отрицание осуществляется.

Таким образом, только тщательный анализ — без комплексов, без самоуничижения, без охаивания своего исторического прошлого, без политических и идеологических пристрастий — «точки отсчета», точки старта может дать реальную характеристику, социально и экономически, нашей эволюции к рыночной системе.

Поэтому вопрос—куда ? — имеет для нашего общества огромное значение, особенно в свете дискуссии «Формация или цивилизация?» (см.

В настоящее время модно критиковать К. Маркса, Ф. Энгельса, особенно В. И. Ленина. Одно дело критиковать беспристрастно. Такая критика требует прежде всего знания критикуемого объекта. К сожалению, характер критики за последние 90 лет ничуть не изменился. Поменялся только объект. Если раньше критиковали буржуазную политэкономию, не зная ее совершенно, то в настоящее время критикуют пролетарскую политэкономию, и особенно ее классиков. Лирическое отступление понадобилось для того, чтобы подчеркнуть: критикуешь — значит знаешь, что критикуешь! И выходит, нашим реформаторам была известна классическая мысль о том, что никогда, нигде та или иная формация, то или иное общество не повторяли последовательно все фазы своего развития, если рядом или где-то уже вырастал либо существовал новый, более передовой способ производства, более эффективная и передовая экономическая система. Она, в той или иной степени, вносила коррективы в социально-экономическое развитие более отсталого способа производства. Это особенно касается времени исторического развития, которое под воздействием более передового способа производства спрессовывалось, сокращалось, тем самым проявлялось насилие, навязывалось более ускоренное, хотя и более передовое в социально-экономическом отношении развитие. Именно такой период развития переживает наша Россия.

Так, совершенно объективно, возникает вопрос внешнего и внутреннего факторов развития общества, а точнее, сочетания, соотношения этих двух факторов. К сожалению, у нас, сначала в СССР, а затем и в России, упор был сделан на внешние факторы развития, которые без подготовленной внутренней почвы оказали огромное разрушительное воздействие на нашу экономику, на общество в целом. Ведь было же известно — азбучная истина, что внешние факторы эффективны лишь тогда, когда ложатся на почву, подготовленную внутренними факторами развития, и действуют в одном русле, в одном с ними направлении. При этом вторая аксиома говорит, что детерминантом развития являются внутренние факторы, внешние же носят только вспомогательный характер, как бы дополняют внутренние.

Таким образом, во-первых, очевидно, что в самом начале реформирования России была поставлена переменчивая цель реформ (куда?), но не был дан ответ на вопрос откуда? — он вообще и не ставился. Следовательно, продвижение реформ «методом проб и ошибок» объективно обусловлено отсутствием ответа на вопрос как? Потому так высока их социальная цена.

Во-вторых, российские реформы всегда начинались методом «белой революции», по решению Царя ли, Императора или Генерального секретаря, поэтому не имели социальной поддержки. Наша сегодняшняя реформа не исключение. Отсюда естественный результат всех этих преобразований — они затухали. И спрашивать было не с кого, а главное — некому. Метод «белой революции» (сверху-вниз) свидетельствует об очень важной специфике российских реформ - преобладании в них политических и идеологических факторов. Отсутствует, как правило, какой бы то ни было контроль за ходом реформ. Государство действует совершенно самостоятельцо, и реформы, приобретая принудительный характер, прямо-таки вколачиваются в сознание населения. Вот уже в который раз. Видно, уроки истории не для России.

В то же время необходимо подчеркнуть главную особенность российской переходной экономики, определяющуюся тем, что, во-первых, переход совершается не по исторической лестнице от простого к сложному, не от зачатков рыночных отношений к развитой системе чистого капитализма (к рынку совершенной конкуренции), а от командной системы — к смешанной. То есть Россия в своем развитии как бы проскочила определенный исторический этап, эксперимент не удался, и теперь она возвращается назад. Слово «назад» здесь означает лишь то, что Россия возвращается к пропущенному историческому этапу, но в экономическом развитии идет вперед, к более совершенной и эффективной системе. Россия в данный момент осуществляет, выражаясь фигурально, «возвратнопоступательное» движение вперед. Более подробно об этом говорится в гл. V и XXV данной работы.

Во-вторых, в практике исторического развития человечества отсутствует опыт такого перехода, аналог именно в такой форме. Похожих прецедентов в истории не было, не у кого и перенимать соответствующий опыт.