§ 3. Результаты взаимодействия различных способов захоронения.

Существование обрядов, оставлявших после себя разрушенные погребения с течением времени приводило к появлению новых вариантов, многие из которых сегодня трудно определяемы. К данным захоронениям отнесены все те погребения, где присутствие обрядов вторичного захоронения и ритуального разрушения были подвергнуты сомнению.

Данные погребения присутствовали в могильниках III-XIV вв. Верхнесурской, Примокшанской, Тешской, Поволжской и Нижнесур- ской групп. Они составляют 49,9 % (275 погребений) от всех разрушенных погребений.

Первые неопределенные разрушенные погребения появляются в III-IV вв. в Верхенсурской и Примокшанской группе, то есть одновременно с появлением обрядов обезвреживания и вторичного захоронения (рис.1).

В Верхенсурской группе (табл. I, XLII) неопределенные разрушенные захоронения зафиксированы в Шемышейском могильнике (Полесских М.Р., 1958, 1971; Гришаков В.В., 2005. С.5-28). Скорее всего, в это же время такие же погребения присутствовали и в Селиксенском могильнике (Полесских М.Р., 1952, 1954, 1956, 1957, 1959, 1968), где нами отмечено 11 неопределенных разрушенных захоронений (10 одиночных и 1 парное). Однако этот могильник существовал с III по VII в., поэтому точно датировать здесь разрушенные захоронения нельзя.

В Шемышейском могильнике исследователями было найдено два неопределенных разрушенных захоронения (Полесских М.Р., 1958, 1971), у которых наземные сооружения отсутствовали (табл. XLIII), а могильные ямы были ориентированы по линии С-Ю (табл.

Форма могильной ямы была различной (табл. XLVI). Одно погребение было совершено в яме овальной формы с ровным дном. В другом форму могильной ямы проследить не удалось.

Внутримогильные конструкции отсутствовали. В одном из погребений была прослежена подстилка из луба (табл. LII).

Размеры могильных ям (табл. XLV). По ширине, глубине и длине могильных ям разрушенные погребения Шемышейского могильника не отличались от погребений с обрядом трупоположения.

Данные погребения совершены в ямах длиной 151-200 см, шириной 51-100 см и глубиной 101 см.

Степень разрушения костей в этих погребениях была различной (табл. XLIX). В одном погребении мелкие осколки костей находились на разной глубине. В другом погребении кости были сильно смещены с первоначального положения, но причина этого смещения непонятна, поэтому точно определить обряд невозможно. Скорее всего, в данном случае практиковался обряд трупоположения, а кости сместились в результате естественных причин.

Ориентировка погребенного была определена лишь в одном захоронении (табл. L). В нем покойный лежал головой на Ю, в другом погребении ориентировка неизвестна, так как кости были сильно разрушены, перемешаны и находились на разной глубине.

Пол и возраст покойных определялся в обоих случаях (табл. XLVIII). Погребения принадлежали женщинам.

Инвентарь по своему составу в неопределенных разрушенных погребениях Шемышейского могильника ничем не отличался от погребений совершенных по обряду трупоположения (Полесских М.Р., 1958, 1971). Он состоял из различных украшений (бусы, браслеты, гривны, нагрудные бляхи) (табл. LV). Также в обоих погребениях были найдены обломки неопределенных предметов (табл. LV).

Располагался инвентарь в одном погребении в порядке ношения, а в другом он был сильно перемешан и находился в засыпке и на дне могильной ямы (табл. LIII).

Также в обоих погребениях была найдена глиняная посуда в засыпке и на дне могильной ямы (у головы и в центре захоронения) (табл. LVIII).

Костей животных, керамики, угля в погребениях нет.

В Примокшанской группе (табл. I, XLII) неопределенные разрушенные захоронения встречены в 2 погребениях (1 одиночное и 1 парное) Ражкинского могильника (Полесских М.Р., 1956, 1957; Гришаков В.В., 2005. С.29-52).

Наземные сооружения в этих погребениях отсутствовали (табл. XLIII).

Ориентировка могильной ямы известна лишь в одном погребении, которое было ориентировано по линии С-Ю, о другом захоронении данных нет (табл. XLIV).

Форма могильной ямы и внутримогильные конструкции (табл. XLVI). Одно погребение совершено в яме прямоугольной формы с отвесными стенками и ровным дном, в другом случае проследить форму могильной ямы не удалось.

Внутремогильные конструкции отсутствовали.

Размеры могильных ям зафиксированы в одном погребении (табл. XLV). Длина этого погребения была равна 201 см, ширина - 51 см, глубина - 51см.

В другом погребении размеры могильной ямы неизвестны.

Степень разрушения костей в погребениях (табл. XLIX). В обоих погребениях мелкие фрагменты костей были разбросаны по всей могильной яме.

Ориентировка погребенных осталась неопределенной (табл. L).

Пол и возраст в обоих погребения определить не удалось, так как костяки были сильно разрушены и практически не сохранились (табл. XLVIII).

Инвентарь представлял собой оружие (копья), детали одежды (пряжки) и украшения (бусы) (Полесских М.Р., 1956, 1957) (табл. LVII). В одном погребении он находился в нетронутом состоянии возле пояса, в другом беспорядочно разбросан по дну могильной ямы (табл. LIII).

Посуда найдена в обоих погребениях. В одном погребении она располагалась, скорее всего, в изголовье, о расположении посуды в другом погребении данных нет (табл. LVIII).

В одном захоронении Ражкинского могильника найден уголь на дне могильной ямы (табл. LI). Кости животных и фрагменты керамики в погребениях отсутствуют.

В IV-V вв. неопределенные разрушенные погребения появляются в Степановском (Пензенском) (Полесских М.Р., 1970, 1972, 1973, 1975) и Селикса-Трофимовском (Полесских М.Р.

Отсутствие наземных сооружений (табл. XLIII).

Ориентировка могильных ям по линии СВ-ЮЗ (табл. XLIV).

По форме могильных ям неопределенные разрушенные погребения этих могильников распределялись следующим образом (табл. XLVI): 2 погребения Селикса-Трофимовского могильника совершены в ямах овальной формы. В 2 погребениях определить форму могильной ямы не удалось. Дно в 3 погребениях было ровным. В одном погребении (Се- ликса-Трофимовский могильник) дно не прослеживалось. В 1 погребении Селикса-Трофимовского могильника стенки сужались ко дну. В 3 погребениях стенки могильной ямы не прослежены.

Внутримогильные конструкции отсутствуют во всех погребениях.

По длине, ширине и глубине данные захоронения не отличались от погребений совершенных по обряду трупоположения. Они имели следующие размеры могильных ям (табл. XLV): длина одного погребения была равна 200 см (Селикса-Трофимовский могильник), в трех погребениях - 201-250 см (1 погребение Степановского и 2 погребения Селикса- Трофимовского могильника). Ширина в одном погребении составляла 45 см (Селикса-Трофимовский могильник), в двух погребениях - 51-100 см (1 погребение Степановского и 1 погребение Селикса-Трофимовского могильника). В одном погребении Селикса-Трофимовского могильника ширина составляла свыше 101 см. Глубина одного погребения Селикса- Трофимовского могильника равнялась 50 см , в трех погребениях (1 погребение Степановского и 2 погребения Селикса-Трофимовского могильника) - 51-100 см.

Степень разрушения костей (табл. XLIX). Кости были очень сильно смещены с первоначального положения, но причина смещения неизвестна. Скорее всего, кости в погребениях были смещены в результате естественных причин, так как каких-либо разрушений костяков в этих погребениях нет.

Ориентировка погребенных (табл. L). В трех погребениях покойные были ориентированы головой на СВ, в одном на ЮЗ.

Пол и возраст покойных определен в трех погребениях (табл. XLVIII): одно мужское (Степановский могильник), одно женское (Се- ликса-Трофимовский могильник), еще одно погребение Селикса- Трофимовского могильника было парным и принадлежало женщине и ребенку. В 1 погребении Селикса-Трофимовского могильника пол и возраст не установлен.

Инвентарь в двух погребениях располагался в порядке ношения, в одном в центре ямы и в одном погребении был разбросан по всему дну (табл. LIII). Он состоял из оружия (стрелы, копья), орудий труда (ножи), деталей одежды (пряжки), украшений (бусы) (Полесских М.Р., 1967, 1968,1970, 1972, 1973, 1975) (табл. LIV, LV).

Во всех неопределенных разрушенных захоронениях Селикса- Трофимовского могильника найдена глиняная посуда, которая располагалась у головы и ног покойного (табл. LVIII), а также в одном из погребений этого могильника присутствует уголь (табл. LI). А в Степанов-

В V-VIII вв. неопределенные разрушенные захоронения на территории Окско-Сурского междуречья присутствуют в двух погребениях Иваньковского могильника Нижнесурской группы (Воронина Р.Ф.,1970- 1972) (рис. 1,2, табл. I, XLII).

В обоих погребениях этого могильника о наличии каких-либо наземных сооружений данных нет (табл. XLIII). Ориентировка могильной ямы известна лишь в одном погребении. Оно ориентировано по линии СЗ-ЮВ (табл. XLIV).

Форма могильной ямы также известна только в одном погребении (табл. XLVI). Оно было совершено в яме прямоугольной формы с отвесными стенками и ровным дном.

Внутримогильные конструкции отсутствовали.

Размеры ямы также известны в одном погребении (табл. XLV). Длина этого погребения равнялась 205 см, ширина - 51 см, глубина - 55 см.

Костяки в обоих погребениях были разрушены полностью, кости находились на разной глубине (табл. XLIX). Поэтому определить обряд захоронения здесь совершенно невозможно.

Ориентировка покойных неизвестна, так как кости были сильно перемешаны (табл. L).

Пол и возраст покойных не определялась по той же причине (табл.

Инвентарь присутствовал лишь в одном захоронении и располагался, как ни странно при таком разрушении, в порядке ношения (Воронина Р.Ф.,1970-1972) (табл. LIII). Он состоял из различных украшений (бусы, бисер, перстни) и деталей одежды (пряжки) (табл. LVII).

Посуда, уголь, кости животных, фрагменты керамики в погребениях отсутствовали.

В VIII-X вв. неопределенные разрушенные погребения вновь появляются на территории Примокшанской группы. В это время тут функционирует могильник Красный Восток (Полесских М.Р., 1963, 1964), в котором раскопано два разрушенных захоронения (рис. 2, табл. I, XLII). К сожалению, сведений об этих погребениях очень мало.

О наличии наземных сооружений данных нет (табл. XLIII).

Ориентировка могильных ям в этих погребениях неизвестна (табл. XLIV).

О форме могильных ям и наличии внутримогильных конструкций сведений также нет (табл. XLVI).

Размеры могильных ям были равны (табл. XLV): длина одного погребения составляла 201 см, ширина - 101 см. Длина и ширина еще одного погребения неизвестна. Глубина обоих погребений - 100 см.

Степень разрушения костей в погребениях была различной (табл. XLIX). В одном погребении костяк был разрушен полностью и кости сохранились лишь фрагментами, в другом погребении кости покойного также плохо сохранились и были разбросаны по всему дну ямы.

Об ориентировке погребенных данных нет (табл. L).

Пол и возраст погребенного определялся в одном случае (табл. XLVIII): погребение принадлежало ребенку. В другом захоронении пол и возраст покойного неизвестны.

Инвентарь в одном погребении располагался беспорядочно (табл. LIII). Он представлял собой орудия труда (ножи) (табл. LVI). Другое по-

Посуда, фрагменты керамики, уголь, кости животных в обоих погребениях отсутствуют.

В XI-XIII вв. кроме Примокшанской группы неопределенные разрушенные захоронения появляются и Тешской группе (рис.2,3).

В Примокшанской группе неопределенные разрушенные захоронения зафиксированы в 12 из 32 погребений могильника Татарская Лака II (Расторопов А.В., 1993; Белорыбкин Г.Н., 2002; рис. 16-18) (табл. I, XLII). Если учесть, что 19 погребений этого могильника были обезврежены, то можно считать, что население, оставившее этот могильник, широко практиковало обряд ритуального разрушения. Раньше на территории Примокшанья этот обряд популярен не был.

Для всех этих погребений характерны следующие черты:

Наземные сооружения (табл. XLIII). Нет данных.

Ориентировка могильных ям была следующая (табл. XLIV): 10 могил ориентированы по линии С-Ю, 2 погребения - по линии СВ-ЮЗ.

Форма могильной ямы и внутримогильные конструкции (табл. XLVI). В 8 погребениях захоронения были совершены в ямах прямоугольной формы, в 3 - в ямах овальной формы, в 1 - в круглой яме. Дно во всех погребениях было ровным, стенки отвесные.

Внутримогильные конструкции найдены в одном погребении. Они представляют собой заплечики (табл. XLVII).

Размеры могильных ям зафиксированы во всех погребениях (табл. XLV).

Длина одного погребения составляла 100 см, в четырех погребениях - 101-150 см, в одном погребении - 151-200 см, в шести погребениях - 201-250 см. Ширина в одном погребении равнялась 50 см, в одиннадцати - 51-100 см. Глубина в 9 погребениях не превышала 50 см, в двух погребениях она была равна 100 см и в одном свыше 101 см.

Степень разрушения костей в погребениях была различной (табл. XLIX).

В шести погребениях разрушенные кости находились на разной глубине, в одном - фрагменты трубчатых костей были рассыпаны в центре могильной ямы, в четырех погребениях кости были найдены на дне и в засыпке.

Ориентировка погребенных была зафиксирована в 5 погребениях (табл. L). Эти покойные были ориентированы головой на Ю. В 7 захоронениях ориентировка неизвестна, так как они были очень сильно разрушены.

Пол и возраст (табл. XLVIII) не определен в 9 случаях. Зафиксировано лишь 2 мужских и 1 женское погребение.

Инвентарь состоял из оружия (стрелы), орудий труда (ножи, пряслица), украшений (накосники, браслеты, бусы), деталей одежды (пряжки, поясные накладки, пуговицы, сюльгамы, поясные кольца) (Белорыб- кин Г.Н., 2002) (табл. LIV, LV, LVII). Располагался он следующим образом: у ног в одном погребении, беспорядочно в трех погребениях, в засыпке и на дне в одном погребении, в центре ямы в трех погребениях (табл. LIII). В пяти погребениях инвентарь отсутствовал (табл. LIV, LV, LVII).

Глиняная посуда встречена в трех погребениях могильника (у ног, в центре и в южном конце могильной ямы) (табл. LVIII). Фрагменты керамики найдены в двух погребениях на дне ямы (табл. LX), кости жи-

В Тешской группе неопределенные разрушенные захоронения в XI- XIII вв. присутствовали в могильниках Погиблово, Заречное II, Сыресе- во II, Выползово I, II,VI, Пятницы VII, Личадеево V, Стексово II, Красное I (Горюнова Е.И., 1948в. С.88-111; Жиганов М.Ф., 1975; Мартьянов В.Н., 1988а. С.118-131; 1988б. С.80-100; 1990. С.53-63; 1992. С.53-68; 1998. С. 91-105., 2001. С. 33-98, 247-249, 205-238, 196-204, 187-195, 99186) (табл. I, XLII). Всего в этой группе нами было выделено 237 разрушенных захоронений, из них 9 парных. Это самая многочисленная группа разрушенных захоронений. Кроме того, в этой же группе нами было отмечено очень много обезвреженных захоронений.

Наземные сооружения (табл. XLIII). В 73 погребениях наземных сооружений не было. О наличии таких сооружений у 164 погребений данных нет.

Ориентировка могильных ям (табл. XLIV). Для данной группы ориентировка могильной ямы была зафиксирована в 179 погребениях. Основная масса погребений ориентирована по линии СЗ-ЮВ - 147, по линии В-З - 19 погребений, по линии С-Ю - 8 погребений, по линии СВ- ЮЗ - 5 погребений.

Форма могильных ям и внутримогильные конструкции (табл. XLVI). Форма могильной ямы зафиксирована в 221 погребении этой группы: 218 захоронений были совершены в ямах прямоугольной формы и 3 в ямах овальной формы.

Дно ямы было прослежено в 225 погребениях. Во всех этих захоронениях оно было ровным.

Отвесные стенки зафиксированы в 221 погребении

Внутримогильные конструкции присутствовали в двух погребениях могильников Выползово II и Погиблово (табл. XLVII). Эти погребения имели заплечики и ямки по краям могильной ямы.

В 49 погребениях встречены остатки лубяной подстилки, в одном погребении следы гробовища и в одном погребении остатки бересты на дне ямы (табл. LII).

Размеры могильных ям распределились следующим образом (табл. XLV):

Длину до 100 см имели 3 погребения, 101-150 см - 8 погребений, 151-200 см - 63 погребения, 201-250 см - 150 погребений. В 13 погребениях длина не зафиксирована.

Ширина в 10 погребениях равнялась 50 см, в 203 погребениях - 50100 см, в 11 погребениях - свыше 101 см и в 13 погребениях ширина не зафиксирована.

Глубина: до 50 см - 106 погребений, от 51-100 см - 112 погребений, свыше 101 см - 12 погребений. В 7 погребениях глубина не выявлена.

Степень разрушения костяков была различной (табл. XLIX). 31 погребение могильника Красное I было разрушено полностью, причем кости находились на разной глубине. В 13 погребениях (могильники Выползово VI, Пятницы VII, Личадеево V, Стекосово II, Красное I) мелкие фрагменты трубчатых костей лежали в центре могильной ямы. В 173 погребениях полностью разрушенные кости сохранились фрагментами. В 6 погребениях (могильники Заречное II и Стексово II) кости были разбросаны по всему дну могильной ямы. А в 14 погребениях могильников Стексово II и Красное I сохранились только трубчатые кости в разных частях могильной ямы (Мартьянов В.Н., 2001).

Ориентировка погребенных определялась в 121 погребении (табл. L): ССЗ - 7 погребений, С - 6 погребений, ССВ - 1 погребение, ЗЮЗ - 3 погребения, ЮЗ - 1 погребение, З - 9 погребений, ЗСЗ - 21 погребение, СЗ - 94 погребений. Определить ориентировку погребенного не удалось в 95 погребениях.

Пол и возраст погребенных (табл. XLVIII): 82 разрушенных погребения принадлежали мужчинам, 62 - женщинам, 2 погребения были детскими. Также было раскопано 9 парных погребений (мужчина и женщина). Пол 82 покойных определить не удалось.

Инвентарь по составу был такой же, как и в погребениях с обрядом трупоположения (Мартьянов В.Н., 2001): оружие (стрелы, копья), орудия труда (топоры, кресало, ножи, пряслица), украшения (бусы, височные кольца, перстни, браслеты, гривны, нагрудные бляхи, серьги, накос- ники), детали одежды (пряжки, поясные кольца, сюльгамы, поясные накладки, пуговицы) (табл^Ѵ, LV, LII). Следует также отметить, что в этой группе в мужских захоронения присутствовали женские вещи. Располагался он следующим образом (табл. LIII): у головы - в 9 погребениях, у пояса - в 15 погребениях, на груди - в 4 погребениях, у ног в 10 погребениях, у головы и пояса в 5 погребениях, у головы и ног - в 4 погребениях, у ног и пояса - в 2 погребениях, в порядке ношения - в 10 погребениях, беспорядочно инвентарь лежал в 31 погребении, в засыпке и на дне могильной ямы - в 100 погребениях, у головы, пояса ног - в 3 погребениях, в центре ямы - в 7 погребениях. Также в 37 погребениях инвентарь отсутствовал (табл. LIV, LVII).

В 54 погребениях встречена глиняная посуда (в изголовье, в засыпке и в центре погребения), в 9 - медные котлы (в ногах и засыпке), в 2 погребениях - деревянные ковши (у ног и в изголовье) (табл. LVIII).

В заполнении неопределенных разрушенных погребений Тешской группы отмечены фрагменты керамики (табл. LX), уголь (табл. LI) и кости животных (табл. LXI), что свидетельствует о наличии тризны у населения, оставившего эти могильники.

В XIV вв. погребения неопределенные разрушенные захоронения появляются на территории Поволжской группы (рис.4). Данные погребения присутствуют в Муранском могильнике (3 одиночных захоронения) (Алихова А.Е., 1954. С.259-301) (табл. XLII).

В этих погребениях наземные сооружения отсутствуют (табл. XLIII).

Ориентировка могильных ям (табл. XLIV) была зафиксирована в одном погребении: оно располагалось по линии СЗ-ЮВ. О двух погребениях данных нет.

О форме могильных ям этих погребений данных нет (табл. XLVI).

Внутримогильные конструкции отсутствовали.

Размеры могильных ям (табл. XLV). Длина и ширина могильных ям также неизвестна. Глубина в одном погребении была равна 50 см, в двух погребениях 51-100 см.

Степень разрушения костяков (табл. XLIX). Во всех погребениях фрагменты разрушенных костей были разбросаны по всему дну ямы и встречались в засыпке.

Ориентировка погребенных (табл. L). Двое покойных лежали головой на ЮВ. В одном погребении ориентировка покойного не определена.

Пол и возраст погребенных (табл. XLVIII). В данном могильнике зафиксировано одно детское разрушенное погребение. В двух погребениях пол не определен, так как костяки сильно разрушены.

Инвентарь найден в засыпке и на дне одного погребения (табл. LIII). Он представлял собой лишь неопределенные обломки (табл. LVI). В двух погребениях инвентаря не было (Алихова А.Е., 1954).

Посуда, уголь, фрагменты керамики и кости животных в этих захоронениях отсутствовали.

Таким образом, первые неопределенные разрушенные захоронения относятся к III-IV вв. В это время они появились на территории Посурья и в Примокшанья. В это же время на данных территориях появляются обряды вторичного захоронения и обезвреживания.

В Посурье неопределенные разрушенные захоронения этого периода были найдены в простых грунтовых ямах, ориентированных по линии С-Ю. Внутримогильные конструкции в погребениях отсутствовали. И лишь в одном погребении была найдена лубяная подстилка. Степень разрушения костяков была различной. В одних погребениях найдены лишь мелкие фрагменты костей, в других костяки сохранились полностью, но кости были сильно смещены со своего первоначального положения. Все неопределенные разрушенные захоронения принадлежали женщинам.

Инвентарь был достаточно разнообразен. Это свидетельствует о том, что погребения не были ограблены. По своему составу он был точно такой же, как и в погребениях с трупоположениями. Располагался он либо среди перемешанных костей и в засыпке могильной ямы, либо лежал в порядке ношения.

В Примокшанье неопределенные разрушенные захоронения встречены в двух погребениях Ражкинского могильника, где найдены и обезвреженные захоронения. Поэтому можно предположить, что и в этих погребениях практиковался тот же обряд. Однако в обоих погребениях сохранились лишь очень мелкие фрагменты костей, разбросанные по дну могильной ямы.

Инвентарь в данных погребениях по своему составу ничем не отличался от других захоронений. Интересен тот факт, что в одном из захоронений, несмотря на большую степень разрушения костей, инвентарь лежал в порядке ношения.

Неопределенные разрушенные захоронения IV-V вв. найдены только в Посурье, на территории Примокшанья данные погребения исчезают.

Для неопределенных разрушенных погребений в этот период были характерны следующие черты: захоронение в простых ямах, ориентированных по линии С-Ю. Внутримогильные конструкции отсутствовали. По своим размерам могильные ямы этих погребений ничем не отличались от погребений с трупоположениями. Кости в данных погребениях были сильно смещены со своего первоначального положения. Захоронения принадлежали мужчинам, женщинам и детям.

Инвентарь в неопределенных разрушенных погребениях состоял из оружия, орудий труда, деталей одежды и украшений. Располагался он либо в порядке ношения, либо был разбросан по всему дну могильной ямы.

На следующем этапе, в V-VIII вв., неопределенные разрушенные захоронения на территории Окско-Сурского региона присутствуют только в Нижнесурской группе.

По параметрам могильных ям неопределенные разрушенные погребения данного периода ничем не отличались от захоронения предыдущего этапа. Костяки в погребениях были разрушены полностью, кости находились на разной глубине. Тем не менее, инвентарь находился в порядке ношения, что при таком разрушении очень странно.

В VIII-XI вв. неопределенные разрушенные захоронения вновь наблюдаются в Примокшанье, но количество их на данной территории невелико.

Эти погребения были найдены преимущественно в ямах прямоугольной формы с отвесными стенками и ровным дном. Размеры по своим параметрам не отличались от других погребений. Степень разрушения костяков была различной, но практически во всех погребениях кости были разрушены полностью и находились на разной глубине. По этой причине пол покойных определить было невозможно.

Инвентарь в погребениях, как правило, был разбросан по всему дну могильной ямы и находился в засыпке.

Однако уже в XI-XIII вв. количество таких захоронений здесь резко возрастает. В это время разрушенные захоронения появляются и на р. Теше.

На этой территории неопределенные разрушенные погребения были найдены в ямах прямоугольной формы, ориентированных по линии С-Ю с небольшими отклонениями. Дно во всех ямах было ровным, стенки отвесными. В некоторых погребениях были найдены внутримогильные конструкции в виде заплечиков и ямок на дне могильной ямы. Также в некоторых погребениях присутствовали следы лубяной подстилки, бересты и даже остатки гробовищ. Костяки во всех погребениях Тешской группы были разрушены полностью, кости сохранились лишь фрагментами. Разрушению подвергались как мужские, так и женские погребения. Детских разрушенных захоронений всего два. Также на этой территории есть и парные разрушенные захоронения.

Инвентарь неопределенных разрушенных захоронений по своему составу был такой же, как в других погребениях. Во всех погребениях он был разбросан по дну могильной ямы и находился в засыпке. В нескольких погребениях были найдены ритуально обезвреженные ножи и серпы.

В заполнении присутствовала керамика, кости животных и уголь. Это свидетельствует о наличии поминальной тризны у населения, оставившего эти могильники.

В XIV веке количество неопределенных разрушенных погребений резко сокращается, и они были обнаружены лишь в нескольких погребениях Поволжской группы.

На этой территории неопределенные разрушенные погребения по своим параметрам ничем не отличались от разрушенных погребений предыдущего периода. Кости в них были разбросаны по всему дну могильной ямы, инвентарь находился в засыпке и на дне могильной ямы. Керамика, уголь, кости животных в погребениях отсутствовали.

Итак, неопределенные разрушенные захоронения на территории Окско-Сурского междуречья присутствовали на всем протяжении рассматриваемого периода c III по XIV вв. Они составляют примерно половину всех ритуально разрушенных погребений этого региона и присутствуют в тех же могильниках, в которых были найдены погребения с обрядом обезвреживания и вторичного захоронения. Этот факт, а также большое количество инвентаря в данных захоронениях, который иногда даже был не тронут со своего первоначального положения, свидетельствует о том, что и здесь практиковались обряды обезвреживания или вторичного захоронения. Но из-за сильного разрушения костяков и плохого состояний костей (в некоторых погребениях сохранились лишь небольшие фрагменты трубчатых костей) невозможно точно определить, какой же ритуал здесь применялся.

Таким образом, благодаря анализу погребений с разрушенными костяками, можно сделать вывод, что в III-XIX вв. у населения Окско- Сурского междуречья существовало несколько обрядов ритуального разрушения костяков.

Это вторичные захоронения и погребения с обрядом обезвреживания. Оба этих обряда существовали одновременно, но при этом имели собственные черты и истоки. Кроме того, была выделена группа погребений с неопределенными разрушенными костяками, которые в силу вышеуказанных причин не вошли ни в одну группу.

Заключение

Изучение погребального обряда является важнейшим источником по истории духовной жизни различных племен и народов. Особенно актуально это для средневековой истории Окско-Сурского междуречья, где сохранилось большое количество могильников с разнообразными способами захоронения, что свидетельствует о богатой палитре духовных представлений средневекового населения. Среди них наименее изученными являются погребения с разрушенными костяками.

Ритуально разрушенные захоронения в эпоху средневековья получили широкое распространения среди народов Восточной Европы и Средней Азии. Есть они и в могильниках Окско-Сурского региона, изучение которых началось еще XIX в.

Долгое время на подобного рода погребения в археологической науке практически не обращали внимание. Поэтому в данной ситуации большой заслугой стало упоминание отдельных исследователей (Матвеевой Г.И., Плетневой С.А., Ворониной Р.Ф., Голдиной Р.Д.) о существовании ритуально разрушенных захоронений. Это привело к тому, что в настоящее время многие исследователи стали проявлять повышенный интерес к таким захоронениям, в связи с чем появились целые работы, посвященные обрядам разрушения погребенных (Мельник В.И., 1991; Флеров В.С., 1993, 2000, 2005).

Специальных исследований, посвященных средневековым разрушенным захоронениям Окско-Сурского региона, нет. Поэтому целью настоящего исследования стало создание базы данных и анализ разрушенных захоронений данного региона. В результате выделено три группы разрушенных захоронений: вторичные, обезвреженные и те погребения, которые по ряду причин были отнесены к группе неопределенных.

Разрушенные погребения в средневековых могильниках Окско- Сурского междуречья появились в III-IV вв. Причем в это время были как вторичные, так и обезвреженные захоронения. Кроме того, в некоторых могильниках зафиксированы неопределенные разрушенные погребения. К вторичным захоронениям отнесены те погребения, где хоронились очищенные кости, сложенные на дне могильной ямы, как правило, компактными кучками, к обезвреженным - погребения, которые вскрывались с целью разрушения костяка, что, по мнению средневекового населения, защищало живых от мертвых, а к неопределенным разрушенным погребениям - все те захоронения, где различия между обрядом обезвреживания и вторичного захоронения недостаточно четко зафиксированы из-за плохой сохранности костей и небольшого количества инвентаря.

Первые вторичные захоронения на территории Окско-Сурского региона появились в Посурье в погребениях Шемышейского могильника (III-IV вв.). Они составляли 61,5% разрушенных захоронений этого периода. Это были погребения в простых грунтовых ямах, ориентированных по линии С-Ю. На дно ямы иногда клалась лубяная подстилка. Такому ритуалу погребения чаще всего подвергали мужчин. Кости во всех захоронениях либо лежали компактными кучками, либо были разбросаны по дну могильной ямы. Инвентарь располагался среди перемешанных костей. По своему составу он был таким же, как и в погребениях с трупоположениями.

В отличие от погребений с обрядом вторичного захоронения, обезвреженные погребения в этот период присутствовали в Ражкинском могильнике на территории Примокшанья. Они составляли 7,69 %. Однако,

по своим параметрам они практически ничем ни отличались от вторичных захоронений Посурья: также были совершены в простых грунтовых ямах, ориентированных по линии С-Ю без каких-либо внутримогильных конструкций. Однако кости во всех захоронениях были разрушены лишь частично. Разрушению подвергалась область груди и череп покойного. Это дало возможность констатировать присутствие именно обряда обезвреживания на данной территории, а не вторичных захоронений. Кроме того, во всех погребениях данной территории и инвентарь располагался строго в порядке ношение, что также подтверждает вывод о присутствии здесь обряда обезвреживания.

Погребения с неопределенными разрушенными захоронениями составляли 30,8 % и присутствовали как на территории Посурья, так и в Примокшанье.

В Посурье разрушенные захоронения были в том же Шемышей- ском могильнике, где отмечены и вторичные. Они представляли собой погребения, где кости были либо несколько смещены со своего первоначального положения, либо находились в сильно истлевшем состоянии и сохранились лишь фрагментарно. Поэтому отнести их к какому-либо виду ритуального разрушения нельзя.

В Примокшанье неопределенные разрушенные захоронения присутствовали в Ражкинском могильнике, в котором были найдены и обезвреженные. Поэтому можно предположить, что разрушение захоронений произошло также в результате обезвреживания. Точно сказать о наличии данного обряда в этих погребениях мешает тот факт, что кости в них сильно истлели и сохранились лишь их мелкие фрагменты.

Далее, в IV-V вв., обезвреженные и вторичные захоронения одновременно присутствовали и на территории Посурья (Степановском (Пензенском), Селикса-Трофимовском могильниках), и в Примокшанье (Те- зиковском могильнике). В этот период вторичные захоронения составляли 79,5 % от общего числа разрушенных захоронений этого периода, а вот обезвреженных погребений было гораздо меньше - всего 11,3 %.

В погребениях с обрядом вторичного захоронения на территории Посурья существенных изменений не произошло. Они по-прежнему были совершены в ямах прямоугольной формы, ориентированных по линии С-Ю. Однако в этот период появляются детские вторичные захоронения, а также погребения одних черепов. Кроме того, в некоторых погребениях инвентарь стали класть компактными кучками отдельно от костей.

Несколько иные черты обряд вторичного захоронения приобретает в Примокшанье. Это, скорее всего, было связано с местными традициями населения данной территории. Могильные ямы таких захоронений были ориентированы как по линии С-Ю, так и по линии З-В. Также в некоторых вторичных захоронения присутствовали внутримогильные конструкции на дне могильной ямы, чего на территории Посурья не наблюдалось. И, наоборот, во вторичных захоронениях Примошанья на дно ямы клали подстилку, а на территории Посурья ее не было. В остальном вторичные захоронения на данной территории был схожи с обрядом в Посурье.

Некоторые изменения в IV-V вв. происходят с обрядом обезвреживания в Примокшанье, где этот обряд существовал и ранее. Так здесь стали появляться погребения в ямах овальной формы с отвесными стенками и ровным дном, ориентированных по линии З-В. Надо отметить, что некоторые вторичные захоронения на данной территории также были ориентированы по линии З-В. Покойных клали головой либо на З, либо на В (на предыдущем этапе покойного клали головой на С). Обезвреживанию подвергали и мужчин, и женщин. Несколько изменился и

способ обезвреживания: если раньше кости покойных разрушали в области груди и черепа, то теперь разрушению также подвергались кисти рук и стопы покойных.

На территории Посурья обряд обезвреживания погребенных приобрел точно такие же черты, как и в Примокшанье, за исключением формы могильных ям. В данном случае они были прямоугольные.

К неопределенным разрушенным погребениям в данный период мы отнесли 9,09 % погребений. Интересен тот факт, что в отличие от предыдущих групп такие захоронения есть только в Посурье. К данным захоронениям отнесены мужские, женские и детские погребения, совершенные в ямах прямоугольной формы. Кости во всех захоронениях были смещены с первоначального места. Вполне возможно, что в данном случае здесь также практиковался обряд обезвреживания, так как такие погребения присутствуют в Посурье (Степановский (Пензенский) и Селик- са-Трофимовский могильники). Однако в неопределенных разрушенных захоронениях этого региона не прослежено целенаправленного разрушения грудной клетки, черепа и т.д. Поэтому их отнесли к третьей группе погребений.

В VI-VII вв. обряды вторичного захоронения и обезвреживания с территории Примокшанья неожиданно исчезают. Их количество несколько уменьшается и в Посурье. Это было связано с прекращением функционирования ряда могильников, таких как Степановский (Пензенский), Селикса-Трофимовский. Однако они появляются на новых территориях.

Так, вторичные захоронения, кроме Посурья, появляются на реке Цне. В данный период этот обряд составляет 86,4 % от всех разрушенных погребений этого периода. Он практикуется населением, оставившим Армиевском I могильник. По обряду вторичного захоронения хоронили и мужчин, и детей, и женщин. Кроме того, в ряде погребений присутствовали внутримогильные конструкции, что раньше было характерно для вторичных захоронений Примокшанья. Еще одной интересной чертой является то, что в некоторых вторичных захоронениях инвентарь раскладывали в порядке ношения, как при трупоположении.

Несколько в иной форме этот обряд проявился на реке Цне в Сер- повском и Пановском могильниках. Во-первых, по обряду вторичного захоронения здесь хоронили только женщин и детей, а во-вторых, кости во всех погребениях раскидывали по всему дну ямы.

Погребения с обрядом обезвреживания в этот период составляют только 4,5 % и присутствуют лишь в Иваньковском могильнике Нижне- сурской группы. Однако, в отличие от предыдущих периодов в обезвреженных захоронениях V-VII вв. кости не изымались, а лишь перемешивались. Кроме того, впервые в обряде обезвреживания захоронений на территории Окско-Сурского междуречья стали применять огонь.

К неопределенным разрушенным захоронениям отнесено 9,09 % погребений (как и предыдущий период). Характерно, что такие захоронения выделены так же, как и обезвреженные, в Иваньковском могильнике. Кости в этих погребениях были очень сильно перемешаны и находились на разной глубине во фрагментарном состоянии. Однако инвентарь при этом оставался в порядке ношения, что достаточно странно при таком разрушении. Можно предположить, что в данном случае все же практиковался обряд обезвреживания, хотя это трудно доказать.

В конце VIII в. обряд обезвреживания вновь появляется в При- мокшанье (могильник Красный Восток) и до Х в. присутствует только на этой территории, а обряд вторичного захоронения с IX по XI вв. широко практикуется на территории Посурья в погребениях Армиевского курганно-грунтового могильника.

Причем, в это время количество вторичных погребений несколько возрастает и составляет теперь 89,7 %, а количество обезвреженных захоронений уменьшается до 3,4 %. Скорее всего, увеличение вторичных захоронений в Окско-Сурском регионе было связано с приходом нового населения, исповедавшего этот обряд. Об этом говорят и такие факты, как наличие плах и гробовищ в захоронениях, а также присутствие поминальной тризны и погребального костра. Несколько меняется и ориентировка могильных ям, если ранее в могильниках Посурья они располагались по линии С-Ю, то теперь - по линии В-З. В остальном вторичные захоронения были такими же, как и в предыдущее время: кости либо разбрасывались по всему дну, либо лежали кучками на дне. Инвентарь, как правило, также располагался компактными кучками на дне ямы.

Некоторые изменения произошли и в погребениях с обрядом обезвреживания. Если ранее обезвреживанию подвергались только одиночные захоронения, то теперь появились парные обезвреженные погребения, где находился взрослый и ребенок. Однако разрушению подвергался только костяк взрослого. Несколько меняется и способ обезвреживания. Теперь у погребенных лишь отсекали кисти рук и стопы. Грудная клетка и череп оставались нетронутыми. Также меняется и ориентировка самого погребенного с северной на южную. Это свидетельствует о приходе на данную территорию какого-то нового населения. Таким образом, обряд сохранялся, но менялось его реальное использование.

К неопределенным разрушенным захоронениям этого периода нами были отнесены 6,89 % захоронений Примокшанской группы (могильник Красный Восток). Как и в предыдущий период кости в этих захоронениях были сильно перемешаны, находились на дне и в засыпке могильной ямы. Скорее всего, данные погребения все же относятся к обезвреженным, но состояние костей в них очень плохое. Поэтому их отнесли к третьей группе погребений.

В XI-XIII вв. могильники на территории Посурья исчезают, и обряд вторичного захоронения перемещается на реку Теша (могильники Заречное II, Стексово II, Красное I). Тут он составил 1,65 %, что говорит о резком уменьшении количества вторичных захоронений на территории Окско-Сурского междуречья в это время. Однако со сменой территории каких-либо изменений в самом обряде не произошло.

Одновременно с вторичными на р. Теша появляются и обезвреженные захоронения (могильники Погиблово, Заречное II, Выползово II, VI, Пятницы VII, Личадеево V, Стексово II, Красное I). Кроме того, этот обряд продолжал практиковаться и в Примокшанье (могильник Татарская Лака II). В целом, по сравнению с предыдущим периодом, количество таких захоронений возросло. Они составили теперь 29,55 % всех разрушенных захоронений, что говорит о большом увеличении таких погребений по сравнению с предыдущими периодами. Несколько изменяются и способы обезвреживания. Если раньше у покойных разрушали только грудную клетку, череп или кости конечностей, то теперь появляются и полностью разрушенные захоронения. Причем разрушению подвергались преимущественно мужские погребения, а вот детские совсем отсутствуют. Несколько меняется и состав инвентаря. Теперь в мужских захоронениях Тешской группы появляются женские вещи и обезвреженные предметы (ножи, серпы). Кроме того, новой чертой в данном обряде стало наличие поминальной тризны.

На той же территории, что и обезвреженные захоронения в XI-XIII вв., отмечены и неопределенные разрушенные захоронения (могильники Татарская Лака II, Погиблово, Заречное II, Сыресево II, Выползово I, II,VI, Пятницы VII, Личадеево V, Стексово II, Красное I). К данной категории погребений отнесены 68,8 % всех разрушенных захоронений. Костяки во всех погребениях были разрушены полностью, кости сохранились лишь фрагментами. Однако преобладание мужских разрушенных захоронений, наличие обезвреженного инвентаря позволяют предположить, что и в данном случае тут практиковался обряд обезвреживания погребенных.

В XIV в. вновь меняется ареал распространения как вторичных, так и обезвреженных захоронений.

Вторичные погребения после некоторого перерыва появляются в Примокшанье в погребениях Паньжинского и Беднодемьяновского могильника. Однако в этот период на данной территории никаких изменений в основных чертах обряда не происходит.

Одновременно с Примокшаньем вторичные захоронения появляются на новой территории в Поволжье (Комаровский и Аткарский могильники) и здесь в погребениях с обрядом вторичного захоронения происходят некоторые изменения: кости покойного складывают в черепную коробку.

В целом погребения с обрядом вторичного захоронения в XIV вв. составили 38,09 %, что говорит о большом увеличении таких захоронений по сравнению с предыдущим периодом.

Обезвреженные захоронения в это время из Примокшанья и р. Теши также перемещаются в Поволжскую группу (Комаровский и Муран- ский могильники) и составляют здесь всего 47,6 %. Однако по способам

Неопределенные разрушенные захоронения в этот период составляли всего 14,28 % и присутствовали также в погребениях Муранского могильника Поволжской группы.

В целом все ритуально разрушенные захоронения по параметрам могильных ям, ориентировки погребенных и составу инвентаря практически ничем не отличались от погребений с обрядом трупоположения. Скорее всего, это связано с тем, что данные обряды связаны с местным населением.

Таким образом, погребения с разрушенными костяками на территории Окско-Сурского междуречья существовали на всем протяжении III-XIV вв. Их количество на данной территории то уменьшалось, то резко увеличивалось, и они несколько меняли свои черты, что видимо, связано с притоком инородного населения и изменением исторической ситуации. Они могли исчезнуть на одной территории, но тут же спорадически возникали на другой. Как правило, исчезновение разрушенных захоронений было связано с исчезновением могильников в данной области, но никогда они не были связаны с отказом самого народа от практики разрушать захоронения. В связи с этим можно считать, что ритуально разрушенные захоронения являются неотъемлемой частью погребальных обрядов населения Окско-Сурского междуречья.

В то же время, учитывая достаточно большой процент неопределенных разрушенных захоронений, имеются перспективы для дальнейшего изучения этой темы.