ПАРИЖСКАЯ КОММУНА

Тысяча восемьсот семьдесят первый год открывает новый период всемирной истории. Это был год выдающихся событий. Он стал рубежом между двумя эпохами прежде всего потому, что 18 марта этого года — впервые в истории человечества — государственная власть перешла, хотя и на короткий срок, в руки самого передового, единственного до конца революционного класса капиталистического общества — пролетариата.

Классовая борьба во Франции после крушения Второй империи

Экономическое развитие капиталистических стран, рост крупной промышленности вели к углублению противоречий между буржуазией и пролетариатом. Возникновению Парижской коммуны предшествовала длительная борьба рабочего класса Франции против политической реакции и капиталистической эксплуатации. Еще в июньские дни 1848 г. восставшие рабочие Парижа выдвинули лозунг «социальной республики», которую они противопоставляли «республике капитала и привилегий». В начале 1865 г. во Франции возникли первые секции Международного товарищества рабочих (I Интернационала); своей деятельностью эти секции способствовали повышению классовой сознательности и организованности пролетариата, его обособлению от буржуазно-демократического движения. Неустанная борьба Маркса и его сторонников против мелкобуржуазных течений в международном рабочем движении подрывала позиции прудонистов, бакунистов, лассальянцев и других противников научного социализма. Решения конгрессов Интернационала о стачках, профессиональных союзах, политической борьбе

наносили удары тем, кто пытался отвлечь рабочий класс от его насущных задач. К концу 60-х годов произошли существенные сдвиги в рабочем движении наиболее развитых капиталистических стран. Во Франции к руководству секциями Интернационала на смену правым прудонистам пришли социалисты-коллективисты, признававшие необходимость политической борьбы для социального освобождения трудящихся.

Рабочий класс стал ведущей силой широкого республиканского движения, развернувшегося в это время в стране. Он явился и главной движущей силой револю-

Монмартр 18 марта 1871 г.

Рисунок с натуры Д. Дероша.

ции 4 сентября 1870 г., которая привела к восстановлению республики во Франции. Крушение Второй империи было ускорено Седанской катастрофой (2 сентября), показавшей полную военную неподготовленность страны, банкротство прогнившего бонапартистского режима.

Франко-прусская война еще более обострила классовую борьбу во Франции. С одной стороны, война разоблачила национальное предательство французской буржуазии, саботировавшей оборону Парижа, осажденного немецкими войсками. С другой стороны, она дала рабочим столицы оружие и подготовила их к новым боям — против правительства «национальной измены», которое было создано Национальным собранием, избранным 8 февраля 1871 г.

Тяжелые условия предварительного мирного договора, на которые согласились правящие круги Франции, порождали в стране огромное недовольство. Росла тревога за судьбу республиканского строя. Большинство депутатов

Национального собрания состояло из монархистов; армия, полиция, государственный аппарат оставались в руках злейших врагов республики и демократии. Во главе правительства стоял ярый реакционер Тьер, все политическое прошлое которого свидетельствовало о его злобной ненависти к народным массам, к демократическим свободам.

Чтобы дать отпор буржуазно-помещичьей реакции, объединившейся вокруг правительства Тьера, рабочий класс и мелкая буржуазия Парижа создали в феврале — марте 1871 г. массовую политическую организацию — Республиканскую федерацию национальной гвардии департамента Сены, в состав которой вошли 215 батальонов, сформированных в рабочих и других демократических кварталах. Центральный комитет этой организации, руководимый видными демократами и социалистами (среди них были и члены Интернационала), фактически стал зародышем новой, возникшей снизу, народной власти.

Патриотические чувства народных масс были глубоко уязвлены тяжелыми условиями мира и оккупацией Парижа немецкими войсками (хотя и кратковременной — они вступили туда 1 марта и пробыли три дня). Насущные материальные интересы рабочего класса и мелкой буржуазии были серьезно задеты декретами об отмене отсрочки в погашении задолженности по квартирной плате, которая не вносилась во время осады, а также задолженности по коммерческим векселям, образовавшейся за тот же период. Эти два декрета, принятые в угоду крупным банкирам, предпринимателям и домовладельцам, вызвали большое недовольство рабочих, мелких ремесленников и мелких торговцев, усилив их ненависть к правящим кругам и стоявшим за их спиной финансистам и «генералам-капитулянтам».

Авторитет правительства Тьера и Национального собрания падал все ниже. Одновременно усиливалось политическое влияние Центрального комитета национальной гвардии. В столице, а также в некоторых других городах складывалась революционная обстановка.

Стремясь приостановить дальнейшее развитие событий, которое грозило переходом власти в руки вооруженного пролетариата, правящие круги решили обезоружить трудящихся Парижа и ликвидировать их революционные организации.

Восстание 18 марта. Провозглашение Коммуны

В ночь на 18 марта 1871 г. правительство двинуло войска на Монмартр, в Бельвиль и другие рабочие районы Парижа, чтобы отобрать у национальной гвардии пушки, приобретенные на средства рабочих. С этого должно было начаться, по за-

мыслу правящих кругов, разоружение пролетарских предместий Парижа, которые являлись главным препятствием к тому, чтобы восстановить монархический строй и возложить издержки войны на плечи народных масс. Войска, заняв высоты Монмартра и некоторые другие районы, захватили пушки и уже начали переправлять их в центр города. Национальные гвардейцы, застигнутые было врасплох действиями правительственных войск, взялись за оружие и при поддержке населения, в том числе и женщин, дали отпор попыткам вывезти захваченные орудия.

Правительство Тьера бежало в бывшую резиденцию французских королей — Версаль (в 17—19 км от Парижа). Туда же были отведены и войска. Центральный

комитет национальной гвардии стал временным правительством победившего пролетариата и примкнувшей к нему радикальной части мелкой буржуазии Парижа.

Большинство членов Центрального комитета национальной гвардии находилось во власти мирных иллюзий. Не учитывая возможности вооруженной борьбы правительства против революционного Парижа, Комитет позволил Тьеру вывести

Баррикада в Менильмонтане 18 марта 1871 г.

Фотография.

свои войска из столицы. Часть руководителей революционного Парижа стояла за немедленное наступление на Версаль, но Комитет не сделал этого и не разгромил вооруженные силы контрреволюции в момент, когда они были крайне слабы: в эти дни правительство Тьера располагало только 27—30 тысячами солдат, притом сильно деморализованных. Эта ошибка позволила правительству Тьера оправиться от паники и вскоре укрепить армию.

Центральный комитет национальной гвардии допустил и другую серьезную ошибку. Он не принял немедленных мер против контрреволюционных элементов, продолжавших вредоносную деятельность в Париже и поддерживавших тесную связь с Версалем. Центральный комитет всецело занялся подготовкой выборов в Парижскую коммуну: он считал своей первоочередной обязанностью как можно скорее передать свои полномочия избранному всем населением Парижа органу, чтобы избежать возможных упреков в противозаконном захвате власти.

26 марта состоялись выборы в Парижскую коммуну. Они происходили на основе всеобщей подачи голосов, при большой активности избирателей. Было избрано 86 человек. 28 марта Коммуна была торжественно провозглашена на площади перед ратушей, где собрались жители Парижа и сто тысяч национальных гвардейцев, восторженно приветствовавших своих избранников.

Провозглашение Парижской коммуны на площади перед ратушей. Гравюра. 1871 г.

Тем временем версальцы спешно приводили в боевую готовность свои вооруженные силы. Правительство Тьера не остановилось перед тем, чтобы обратиться за помощью к врагу Франции — правительству Германской империи. Уполномоченные Тьера просили разрешения довести численность версальской армии до 80 тыс. человек и отпустить для этого французских солдат и офицеров, находившихся в плену.

Германское правительство охотно выполнило просьбу Тьера. Через пять дней после провозглашения Коммуны вер- сальцы начали военные действия, атаковав передовые позиции коммунаров.

Пролетариату Парижа была навязана гражданская война. С этого момента ему пришлось отстаивать свои революционные завоевания в упорной вооруженной борьбе с объединенными силами буржуазной контрреволюции.

Крайне неблагоприятным для Парижской коммуны обстоятельством было и то, что революционный Париж не получил серьезной помощи от провинциальных городов. В период между 19 и 27 марта в ряде крупных промышленных центров — Марселе, Лионе, Тулузе,

Сент-Этьенне, Нарбонне, Лиможе, Ле- Крезо — произошли восстания и были провозглашены революционные коммуны. Активное участие в руководстве революционным движением в Бордо принимал видный французский социалист Поль Лафарг. 30 апреля в Лионе, во время муниципальных выборов, снова вспыхнуло восстание. Однако провинциальные коммуны держались очень недолго: по 3—4 дня. Только в Марселе Коммуна существовала 10 дней. Отсутствие прочной связи между отдельными очагами революционного движения в провинции и серьезные ошибки его руководителей облегчили версальскому правительству разгром этих восстаний.

Попытка провозгласить коммуну была предпринята также в г. Алжире, где выступили местные рабочие и демократы, но она потерпела неудачу. Одновременно с этим арабское население Алжира подняло национально-освободительное восстание против гнета французских колонизаторов, принявшее широкий размах. Правительству Тьера удалось подавить это движение только в начале 1872 г.

Состав Коммуны. Ее деятели

Восстание в Лионе 30 апреля 1871 г. Гравюра. 1871 г.

Состав Парижской коммуны олицетворял боевое сотрудничество рабочего класса с передовыми слоями мелкой буржуазии и прогрессивной частью интеллигенции; при этом ведущую роль играли представители пролетариата. Рядом с рабочими в Коммуне заседали мелкие торговцы, ремесленники, служащие, передовые деятели науки, литературы, искусства. Рабочие, члены Интернационала — Варлен, Франкель, Серрайе, Дюваль, Авриаль, Тейс и другие видные деятели социалистического движения, врач и инженер Вайян, художник Курбе, ученый Флуранс, педагог Лефрансэ, публицисты Верморель, Делеклюз, Тридон, Паскаль Груссе, писатель Жюль Валлес, поэты-революционеры Ж. Б. Клеман и Эжен Потье (впоследствии написавший текст гимна «Интернационал»), студент Рауль Риго, банковские служащие Ферре и Журд — таковы были наиболее видные члены Парижской коммуны.

Большой популярностью и любовью пользовался у рабочих Парижа Луи Эжен Варлен, один из виднейших организаторов и руководителей французских секций Интернационала. Будучи членом Центрального комитета национальной гвардии, Варлен принимал активное участие в восстании 18 марта, а в дни Коммуны был членом ее военной и финансовой комиссий.

Венгерский рабочий Лео Франкель, член парижского Федерального совета Интернационала, впоследствии один из основателей венгерской социалистической партии, возглавлял Комиссию труда и обмена. Франкель был сторонником Маркса, с увлечением изучал его произведения. Он деятельно участвовал в проведении ряда декретов Коммуны по охране труда рабочих и служащих. «Я получил

іФ

Группа деятелей Парижской коммуны.

Слева направо, сверху вниз:

М. Жоли, Г. Марото, Л. Пенди, Р. Урбен, Ш. Кантен, Н. Гайяр, С. Дерер, Дюпон, Л. Д. Шален, Ж. Мио,

Я. Домбровский, Громье, Г. Лефрансэ, Г. Да-Коста, Э. Потье, А. Арну, Э. Разуа, А. А. Асси, Ф. Пиа, Л. Ш.Делеклюз, Ж. Валлес, П. Груссе, Г. П.Клюзере, Г. Курбе, Н. Ла Сесилиа, Г. Флуранс, Ш. Гамбон, П. Вези- нье, Э. Межи, Р. Риго, Ж. Жоаннар. Ф. Э. Курне, Ж. Б. Мильер, О. Верморель.

Гравюра. 1871 г.

только один мандат — защищать интересы пролетариата», — заявил он на одном из заседаний Коммуны.

Выдающимся деятелем Коммуны был и Гюстав Флуранс, талантливый ученый и пламенный революционер, активный борец против бонапартистского режима. Маркс, лично знавший Флуранса, высоко ценил его. 3 апреля Флуранс был взят в плен версальцами и злодейски убит.

В руководстве восстанием 18 марта видную роль играл рабочий-литейщик Эмиль Дюваль, член Федерального совета парижских секций Интернационала. Он погиб в самом начале существования Коммуны: захваченный в плен в дни первых боев во главе отряда коммунаров, он был расстрелян версальцами.

Наряду с пролетарскими революционерами в числе руководителей Коммуны были и мелкобуржуазные демократы. Из них выделялся своей преданностью делу революции 62-летний Шарль Делеклюз, участник революции 1848 г., неоднократно подвергавшийся аресту и ссылке. Несмотря на тяжелую болезнь, Делеклюз до конца остался на своем посту члена Коммуны и одно время являлся ее военным руководителем.

Состав Парижской коммуны неоднократно менялся. Некоторые члены Коммуны были избраны одновременно от нескольких округов, а некоторые — заочно (Бланки). Ряд депутатов по политическим мотивам отказался в ней участвовать. Одни поступили так в самые первые дни после выборов, другие — в течение последующих дней. Среди ушедших в отставку были не только крайние реакционеры и умеренные либералы, избранные населением богатых кварталов, но и буржуазные радикалы, напуганные революционно-социалистическим характером новой власти, преобладанием в ней рабочих. В результате в Коммуне образовалось 31 вакантное место. 16 апреля, в разгар вооруженной борьбы с Версалем, состоялись дополнительные выборы в Коммуну, в результате которых она пополнилась 17 новыми членами, преимущественно представителями рабочего класса.

«Только рабочие, — подчеркивал В. И. Ленин, — остались до конца верны Коммуне... Только французские пролетарии без страха и устали поддерживали свое правительство, только они сражались и умирали за него, то есть за дело освобождения рабочего класса, за лучшее будущее для всех трудящихся» ¹.

Вместе с пролетариями Парижа мужественно сражались за бессмертное дело Коммуны польские, русские, итальянские, венгерские, бельгийские революционеры. Широко известным стало имя Елизаветы Дмитриевой (Тумановской), лично знакомой с Марксом и поддерживавшей связь с Генеральным советом Интернационала. Кроме нее в борьбе коммунаров участвовала другая русская социалистка, член «русской секции» Интернационала, Анна Васильевна Корвин-Круковская (жена французского социалиста, коммунара Жаклара), избранная в члены Комитета бдительности XVII округа Парижа. Сторонником Коммуны был и проживавший в то время в Париже русский революционер-народник Петр Лавров.

Польские революционеры Ярослав Домбровский и Валерий Врублевский, участники восстания 1863 г., проявили себя преданными и талантливыми военачальниками Коммуны. Домбровский командовал одной из трех армий Коммуны и являлся сторонником активнонаступательных действий против Версаля. Выдающиеся военные способности проявил и Врублевский, командовавший другой армией Коммуны. Среди поляков, сражавшихся на стороне коммунаров, отличались своей храбростью братья Околовичи, а также мужественная девушка Анна Пустовойтова, погибшая в последних уличных боях. Бельгийские революционеры, жившие в Париже и примкнувшие к Коммуне, образовали добровольческий «бельгийский легион». ^{[5] [6]}

_ Деятельность Коммуны протекала в борьбе между различны-

Борьба _т. _т.

ми политическими течениями. К концу апреля внутри Комполитических течении _г

. муны окончательно сложились две группировки — «боль-

в Коммуне _

шинство» и «меньшинство». «Большинство» составляли так

называемые «неоякобинцы», бланкисты и представители некоторых других группировок. «Меньшинство» состояло из прудонистов и близких к ним социалистов мелкобуржуазного толка; к «меньшинству» примыкал бланкист Тридон. Членов Интернационала в Коммуне было около 40; они принадлежали частью к «большинству», частью к «меньшинству». Между обеими группировками происходили столкновения, вызванные прежде всего различным пониманием задач революции 1871 г. и тактики, которой следовало придерживаться правительству Коммуны. «Большинство» не видело коренного отличия буржуазной революции 1789—1794 гг. от пролетарской революции 1871 г. и ошибочно считало, что вторая является только продолжением первой. Вследствие этого многие члены «большинства» не придавали должного значения социальным преобразованиям. Зато сторонники этой группировки более отчетливо понимали необходимость создания централизованной власти и решительного подавления врагов революции. «Меньшинство» уделяло большое внимание социальноэкономическим преобразованиям, хотя при проведении их в жизнь нередко проявляло недостаточную решимость. Сторонники «меньшинства» противились всяким активным действиям по отношению к враждебным Коммуне элементам, осуждали закрытие буржуазных газет и т. д. По-разному понимали оба течения характер Коммуны как органа власти: «меньшинство» придерживалось того мнения, что Коммуна — это орган власти одного лишь Парижа, «большинство» рассматривало Коммуну как правительство всей Франции. Оба течения допускали ошибки. Французский пролетариат тогда еще не имел последовательно революционной партии, и это обстоятельство пагубно сказалось на развитии и исходе революции 1871 г.

Принципиальные и тактические разногласия среди членов Коммуны обнаружились на первых же ее заседаниях. В дальнейшем борьба все более обострялась. Особенно резко она проявилась на заседаниях 28, 30 апреля и 1 мая при обсуждении вопроса о создании Комитета общественного спасения, наделяемого широкими полномочиями. «Меньшинство», резко возражавшее против этого декрета, заявляло, что образование такого органа власти явится нарушением демократических принципов революции 18 марта. 16 мая оппозиционная фракция опубликовала декларацию, в которой протестовала против политики Комитета общественного спасения и заявляла, что не будет больше участвовать в заседаниях Коммуны. В ответ некоторые газеты стали требовать ареста членов «меньшинства» и предания их суду, называя их «изменниками» и «дезертирами». Прокурор Коммуны, бланкист Риго, уже заготовил ордера на арест депутатов оппозиции. Однако 17 мая многие члены «меньшинства» явились на очередное заседание Коммуны, и конфликт утратил остроту. Большую роль в предотвращении раскола в Коммуне сыграл Федеральный совет парижских секций Интернационала, который призвал членов Коммуны «приложить все свои усилия к сохранению единства Коммуны, столь необходимого для успешной борьбы против версальского правительства». Совместная борьба против вторгшихся в Париж войск версальской контрреволюции вновь сблизила представителей обеих группировок в Коммуне.

Массовые революционные ^Комму^{на опиралась на массовые революционные организа-} ₀р_ганизац_ии ции рабочего класса, в частности на политические клубы, за_в д_ни Ко_мму_ны седавшие в помещениях школ, мэрий, церквей. Самым круп

ным из парижских революционных клубов 1871 г. был «Коммунальный клуб» III округа, даже издававший собственную газету. На его заседания собирались несколько тысяч человек. «Победить или умереть!» — таков был девиз этого клуба. Клубы обсуждали различные вопросы обороны и социальноэкономической политики Коммуны, критиковали отдельные ее промахи и ошибки, требовали проведения решительных мер.

Наряду с клубами активную роль играли секции Интернационала (их насчитывалось около 30). При осуществлении многих своих декретов и постановлений Коммуна опиралась на профессиональные союзы, кооперативы и другие рабочие

Заседание «Коммунального клуба» III округа в церкви св. Николая.

Гравюра. 1871 г.

организации. Большое участие в общественно-политической жизни принимали Комитеты бдительности, созданные еще в сентябре 1870 г. в каждом из двадцати округов Парижа, а также советы легионов, объединявшие выборных представителей от батальонов национальной гвардии.

Самой крупной из женских общественных организаций, существовавших в дни Коммуны, был «Союз женщин для защиты Парижа и помощи раненым». Во главе этой пролетарской по своему составу организации стоял Центральный комитет, руководимый работницей- социалисткой Натали Лемель и несколькими другими активными деятельницами рабочего движения. Членом Центрального комитета этого союза была и Елизавета Дмитриева.

Коммуна — государство нового типа

Коммуна не пошла по пути прежних буржуазных революций, сохранявших в неприкосновенности старый полицейскобюрократический государственный аппарат, а приступила к слому буржуазной государственной машины, замене ее новой, подлинно демократической организацией власти.

Первым декретом Коммуны (от 29 марта) была упразднена постоянная армия, основанная на рекрутском наборе. Ее заменила национальная гвардия, состоявшая из вооруженных рабочих и представителей других демократических кругов. Полиция, являвшаяся в буржуазном государстве одним из главных орудий угнетения трудящихся, была заменена резервными батальонами национальной гвардии. Принцип выборности, ответственности и сменяемости был применен в отношении всех государственных служащих, в том числе и членов Коммуны (декрет от 2 апреля). Коммуна приняла решение, согласно которому жалованье высшим чиновникам устанавливалось в размере, не превышавшем заработную плату квалифицированного рабочего (декрет от 2 апреля). Таким путем Коммуна рассчитывала добиться уничтожения привилегированного чиновничества. Оклады низкооплачиваемым служащим были повышены. Как отметил Ленин, «без всякого особого сложного законодательства, просто, на деле провел захвативший власть пролетариат демократизацию общественного строя...» ^[7]

Разрушив полицейско-бюрократический аппарат буржуазного государства, Коммуна отказалась и от буржуазного парламентаризма. Она являлась одновременно и законодательным и исполнительным органом власти. Декреты, принятые на заседаниях Коммуны, осуществлялись затем органами и учреждениями, которыми руководила та или иная из девяти комиссий, созданных Коммуной, — военная, финансов, юстиции, внутренних дел и общественной безопасности, внешних сношений, труда и обмена, общественных служб (почта, телеграф, пути сообщения и др.), просвещения, продовольствия. Высшим органом Коммуны являлась Исполнительная комиссия, состоявшая (с 20 апреля) из руководителей («делегатов») всех девяти специальных комиссий. 1 мая в связи с ухудшением положения на фронте Исполнительная комиссия была заменена Комитетом общественного спасения в составе пяти членов Коммуны, наделенных чрезвычайными полномочиями. Во главе каждого из 20 округов Парижа стояла муниципальная комиссия (иначе — мэрия округа), работавшая под руководством членов Коммуны, избранных от данного округа.

Рабочий класс Парижа выдвинул из своей среды много талантливых организаторов и государственных деятелей. В труднейших условиях, при саботаже высшего и среднего чиновничества была налажена работа ряда правительственных и муниципальных учреждений, реорганизованных Коммуной в соответствии с задачами и целями, принципиально отличными от задач и целей буржуазного государства. Член Коммуны Альбер Тейс, один из руководителей парижских секций Интернационала, проявил себя выдающимся организатором на посту начальника парижского почтамта. С большой смелостью и инициативой действовал рабочий-типограф, социалист Жан Аллеман, под руководством которого в V округе были проведены решительные меры против враждебных Коммуне элементов, в том числе представителей духовенства. Хорошими администраторами оказались члены Интернационала Комбо и Файе, поставленные Коммуной во главе управления косвенных налогов, а также член Интернационала, рабочий-бронзовщик Камелина, назначенный директором Монетного двора (он умер в 1932 г. членом Французской коммунистической партии).

Социально-экономическая политика Коммуны была проник- Социально-экономическая ^{J г}

нута стремлением улучшить положение широких слоев насе- политика Коммуны ^{J r} _ ^{J J} _ ^r

ления и добиться экономического освобождения трудящихся.

Социалистическая тенденция ярко проявилась во многих декретах Коммуны.

Коммуна постановила (декрет от 16 апреля) передать рабочим производственным товариществам фабрики и мастерские, брошенные предпринимателями, бежавшими из Парижа после восстания 18 марта. Этот первый шаг на пути к экспроприации капиталистов был еще довольно робким: декрет предусматривал выплату им денежного вознаграждения в случае их возвращения в Париж. Несколько позже (на заседании Коммуны 4 мая) было внесено предложение распространить действие декрета на все крупные предприятия, но это предложение не приняли. Большое принципиальное значение имело установление государственного и рабочего контроля над производством на некоторых крупных предприятиях, например в Луврских оружейных мастерских, где при директоре был создан совет из выборных представителей рабочих и служащих. Коммуна запретила взимание незаконных штрафов и произвольные вычеты из заработной платы рабочих и служащих (декрет от 27 апреля), отменила ночной труд в пекарнях (декрет от 20 апреля), предприняла практические

Луврские оружейные мастерские. Гравюра. 1871 г.

шаги к обеспечению безработньк, yc- тановила обязательный минимум заработной платы для рабочих и работниц, занятых выполнением заказов Коммуны (декрет от 13 мая).

С целью удовлетворения насущных нужд трудящихся Коммуна издала декрет о реквизиции всех пустующих квартир и их заселении жителями рабочих окраин, подвергавшихся артиллерийскому обстрелу (декрет от 25 апреля). Было постановлено безвозмездно возвратить из ломбарда около 800 тыс. вещей, заложенных неимущими слоями населения, стоимостью до 20 франков каждая (декрет от 6 мая). Большим облегчением для трудящихся масс явилось освобождение от квартирной платы на срок в 9 месяцев, начиная с октября 1870 г. (декрет от 29 марта). В интересах мелких предпринимателей и мелких торговцев Коммуна рассрочила на три года без начисления процентов платежи по всем видам долговых обязательств и приостановила судебные преследования за неуплату по такого рода обязательствам (декрет от 16 апреля).

Ряд реформ Коммуна провела в области просвещения и культуры. Издав декрет (от 3 апреля) об отделении церкви от государства, Коммуна развернула борьбу против влияния католического духовенства в школах и стала заменять монахов светскими учителями. Была повышена заработная плата учителей, введено бесплатное и обязательное обучение в начальной школе, организована первая во Франции профессиональная школа. Коммуна выдвинула принцип «всестороннего образования», сущность которого состояла в сочетании изучения основ наук с обучением ремеслу. Была предпринята реорганизация музеев и библиотек, издан декрет (20 мая) о передаче театров из рук частных предпринимателей коллективам артистов, театральных служащих и рабочих.

В своих воспоминаниях героическая участница Коммуны Луиза Мишель писала: «Людям хотелось охватить все сразу: искусства, науки, литературу, открытия... Жизнь кипела. Все спешили бежать от старого мира».

Большую часть намеченных реформ Коммуне не удалось осуществить. Но в том, что ею было сделано, отчетливо проявился, вопреки ошибочным, теориям и идейным заблуждениям значительной части руководителей, революционный инстинкт рабочего класса.

Обращение делегации коммуны II округа Парижа о светских школах. Листовка. 1871 г.

Вместе с тем Коммуна допустила ряд серьезных ошибок, ускоривших ее падение. Крупнейшей из них был отказ от конфискации денег и других ценностей, хранившихся во Французском банке (на общую сумму до 3 млрд. фр.). Назначенный Коммуной делегатом (комиссаром) банка прудонист Белэ решительно возражал против насильственных действий в отношении собственности буржуазии. Его поддерживали и другие прудонисты — члены Комиссии финансов. Богатствами Французского банка, столь необходимыми для нужд революции, широко пользовалась через провинциальные отделения банка версальская контрреволюция.

Существенной ошибкой Коммуны была и недооценка ее деятелями необходимости беспощадной борьбы с врагами революции, с контрреволюционной агитацией в печати, со шпионажем и диверсиями. Коммуна запретила около 30 реакционных газет, но их типографии не были опечатаны, и некоторые запрещенные газеты продолжали выходить под другими названиями. Чтобы приостановить массовые расстрелы пленных версальцами, Коммуна издала 5 апреля декрет о заложниках, на основе которого было арестовано более 200 реакционеров. Но в условиях гражданской войны эти меры были недостаточны.

Коммуна предприняла лишь слабые попытки установить связь с крестьянскими массами. Большинство ее руководителей недооценивало роль крестьянства в революции, не понимало того, что без союза с крестьянством пролетариат не может удержать завоеванную им власть.

Впрочем, связь с крестьянством была для

революционного Парижа крайне затруднена. Версальцы установили вокруг Парижа блокаду, чтобы воспрепятствовать общению Коммуны с провинцией. Правительство Тьера и его ставленники на местах всеми средствами чернили коммунаров в глазах крестьян. Лишь в немногих сельских районах произошли крестьянские демонстрации под красными знаменами в знак солидарности с парижскими коммунарами.

Одним из мероприятий Коммуны, имевшим целью установить связь между революционным Парижем и трудовыми слоями деревни, было издание листовки в количестве 100 тыс. экземпляров для распространения в сельских местностях. В этом воззвании, составленном в начале апреля писательницей-социалисткой Андре Лео, ярко описывалось тяжелое положение трудового крестьянства и излагалась программа социально-экономических преобразований, намеченных Коммуной (уменьшение налогов, взимаемых с мелких землевладельцев, и освобождение от налогов бедноты, выборность сельской администрации и т. д.). Воззвание заканчивалось следующими строками: «Париж хочет... земли — для крестьян, орудий труда — для рабочих, работы — для всех... Плоды земли — тем, кто ее возделывает».

Международное положение Коммуны

Коммуна являлась, по выражению Маркса, «истинной представительницей всех здоровых элементов французского общества...» ¹ Вместе с тем Коммуна имела и глубоко интернациональное значение: ее лозунгом была борьба за освобождение трудящихся всех стран от капиталистической эксплуатации.

Министр иностранных дел версальского правительства Жюль Фавр взывает о помощи к Вильгельму I.

Карикатура Ж. Пилотеля.

В знак своего миролюбия, своего глубокого отвращения к милитаризму, к завоевательной внешней политике господствующих классов Коммуна разрушила колонну, сооруженную на Вандомской площади в память о победах Наполеона I, и переименовала эту площадь в Интернациональную.

Парижская коммуна добивалась установления нормальных отношений с другими государствами. С этой целью делегат (комиссар) внешних сношений Коммуны Паскаль Груссе разослал 5 апреля дипломатическим представителям иностранных держав официальное извещение об образовании Парижской коммуны и о ее намерении поддерживать добрососедские отношения со всеми государствами. Большинство дипломатов отказалось принять это обращение. Почти все они перебрались в Версаль и заняли крайне враждебную позицию по отношению к Коммуне.

Крупную роль в разгроме Парижской коммуны сыграла активная поддержка версальского правительства германскими милитаристами. Получив известие о событиях 18 марта, Бисмарк предложил правительству Тьера прямую помощь немецких оккупационных войск для подавления революции в Париже. Прусское юнкерство и немецкая буржуазия боялись, что парижские события окажут революционизирующее влияние на немецкое рабочее движение. Правящие круги германской империи опасались и того, что новое правительство, образовавшееся в Париже, откажется от соблюдения условий предварительного мирного договора, заключенного в феврале 1871 г., и возобновит войну с Германией.

Центральный комитет национальной гвардии уже 22 марта письменно заверил командование 3-го корпуса германской армии, размещенного в окрестностях Парижа, что революция 18 марта, «отнюдь не направлена против германских войск» и что коммунары не собираются пересматривать предварительные условия

Парижская коммуна (18.III—28.V. 1871 г.)

г r ιΓ

мирного договора, принятые Национальным собранием. Стремясь оградить революционный Париж от возможной германской интервенции, Коммуна изъявляла готовность выплатить Германии 500 млн. фр. в качестве первого взноса в счет контрибуции, но требовала, чтобы германское правительство соблюдало нейтралитет в борьбе между Версалем и Парижем.

Переговоры по этому вопросу, которые вел 26 апреля военный делегат Коммуны Клюзере с германским дипломатом фон Гольштейном, не привели к успешным результатам. Бисмарк хотел использовать эти переговоры главным образом для того, чтобы оказать давление на Тьера и ускорить подписание окончательного мирного договора на тех тяжелых условиях, которые были навязаны Франции. 10 мая 1871 г. во Франкфурте-на-Майне был подписан мирный договор, и с этого момента сотрудничество германских оккупантов с версальской контрреволюцией, направленное против коммунаров Парижа, стало еще более тесным. Крупная буржуазия Франции, предав национальные интересы своей страны, вступила в сговор с германскими захватчиками против собственного народа.

Враждебную позицию по отношению к Парижской коммуне заняли также правящие круги других держав. Правительство царской России содействовало организации полицейской слежки за деятелями Коммуны и Интернационала. Посланник Соединенных Штатов Америки Уошберн остался в Париже. Он лицемерно заявлял деятелям Коммуны о своем сочувствии их политической программе. В то же время в донесениях в Вашингтон Уошберн не скрывал резко отрицательного отношения к Коммуне и ее деятельности. В самые критические дни существования Коммуны американский посланник дезориентировал коммунаров заверением, будто в результате его ходатайства немецкие оккупационные власти согласились пропустить отряды коммунаров через линии расположения германских войск. Поверив этим ложным обещаниям, группы бойцов Коммуны направились к немецким аванпостам, но там большинство коммунаров было задержано и выдано версальцам. Генеральный совет Интернационала в специальном обращении, написанном Марксом, разоблачил вероломное поведение посланника Соединенных Штатов. Вокруг Коммуны сомкнулось кольцо блокады, созданное международной реакцией.

Солидарность международного пролетариата с парижскими коммунарами

Революция 18 марта и провозглашение Парижской коммуны вызвали широкую волну интернациональной солидарности трудящихся с героическими пролетариями Парижа. Руководимый Марксом Генеральный совет Интернационала, его секции в Германии, Англии, Бельгии, Швейцарии, Соединенных Штатах и некоторых других странах выражали сочувствие Парижской коммуне и заявляли, что в победоносном исходе ее борьбы заинтересован весь международный пролетариат. В сентябре 1870 г. (в воззвании Генерального совета по поводу франко-прусской войны) Маркс предостерегал французских рабочих и их руководителей от преждевременного выступления и указывал, что оно было бы «отчаянным безумием». Однако в марте 1871 г., когда восстание пролетариата в Париже стало фактом, Маркс горячо поддержал его. В письме от 12 апреля немецкому социалисту Кугельману он с восхищением писал о коммунарах, как о людях, готовых «штурмовать небо». «Какая гибкость, какая историческая инициатива, какая способность самопожертвования у этих парижан!., — отмечал Маркс. — История не знает еще примера подобного героизма!» ¹ Указывая на ошибки, допущенные руководителями Коммуны, Маркс вместе с тем подчеркивал ее крупнейшее историческое значение: «Как бы там ни было, теперешнее парижское восстание, — если оно даже и будет подавлено волками, свиньями и подлыми псами старого общества, — является славнейшим подвигом нашей партии со времени июньского

восстания» \ В другом письме к Кугельману Маркс отмечал: «Борьба рабочего класса с классом капиталистов и государством, представляющим его интересы, вступила благодаря Парижской коммуне в новую фазу. Как бы ни кончилось дело непосредственно на этот раз, новый исходный пункт всемирно-исторической важности все-таки завоеван» ².

В письмах и в устных инструкциях, пересылавшихся в Париж через верных людей, Маркс давал деятелям Коммуны советы и указания, отвечал на их запросы, разъяснял их ошибки, делал им ряд предостережений. В письме от 13 мая к Франкелю и Варлену он сообщал важные подробности о сговоре Бисмарка с Тьером и Фавром против Коммуны и предупреждал коммунаров, что теперь германское правительство «предоставит версальцам всевозможные облегчения, чтобы ускорить взятие Парижа». «Коммуна тратит, по-моему, слишком много времени на мелочи и личные счеты, — указывал в том же письме Маркс. — Видно, что наряду с влиянием рабочих есть и другие влияния. Однако это не имело бы еще значения, если бы вам удалось наверстать потерянное время» ³. Генеральный совет заклеймил предательское поведение французского социалиста Толена, перешедшего на сторону версальцев, и утвердил решение Парижского Федерального совета об исключении его из Интернационала.

По инициативе Маркса Генеральный совет разослал через своих секретарей- корреспондентов несколько сот писем во все страны, где существовали секции Интернационала; в этих письмах, принадлежавших перу Маркса, разъяснялась истинная сущность происходившей в Париже революции. Генеральный совет на своих заседаниях в марте, апреле и мае 1871 г. неоднократно обсуждал положение в Париже, намечал пути оказания помощи коммунарам.

По образному выражению Ленина, Маркс, находясь в изгнании в Лондоне, переживал события Коммуны «как участник массовой борьбы», «со всем свойственным ему пылом и

4

страстью» .

Подлинно интернационалистским было в дни Коммуны поведение передовой части германского пролетариата. Его вожди, Август Бебель и Вильгельм Либкнехт с трибуны рейхстага и в центральном органе немецкой социал-демократической партии, газете «Фольк- сштат» («Народное государство»), открыто заявляли о своей солидарности с Парижской коммуной. Они подчеркивали огромное значение борьбы Коммуны для освободительного движения всего международного пролетариата, разоблачали агрессивную политику господствующих классов Германии, их сговор с версальской контрреволюцией. В марте — мае 1871 г. в Берлине, Гамбурге, Дрездене, Хемнице, Ганновере, Мюнхене и во многих других городах Германии состоялись собрания рабочих, заявлявших о своей солидарности с парижскими коммунарами. Большое впечатление не только в Германии, но и во всей Европе произвела мужественная речь Бебеля в рейхстаге 25 мая 1871 г., в которой он выразил уверенность, что в недалеком будущем освободительные лозунги парижских коммунаров станут боевым кличем всего европейского пролетариата.

Парижскую коммуну как «республику пролетариев» приветствовали члены русской секции Интернационала. Свое восхищение героической борьбой коммунаров Парижа выразил болгарский социалист Христо Ботев. Ей посвятил ряд замечательных статей сербский революционный демократ Светозар Маркович. Участники народного митинга в лондонском Гайд-парке 16 апреля направили Коммуне приветственное послание. Сочувственно отнесся к борьбе парижских коммунаров выдающийся итальянский революционер-демократ Гарибальди, заочно избранный коман- ^{[8] [9] [10] [11] дующим парижской национальной гвардией. Видный английский публицист и ученый Бизли, защищая дело Коммуны, писал в газете «Бихайв» («Улей»): «Рабочие всех стран могут гордиться блестящими качествами, проявленными их парижскими братьями: их храбрость, терпеливость, порядок, дисциплина, смекалка, ум — поистине изумительны». Другой прогрессивный английский публицист. Фр. Гаррисон опубликовал статью, в которой предсказывал, что «принципы Коммуны обойдут всю Европу и в конце концов преобразуют все основы общества». Американский радикальный публицист Линтон, опровергая клеветнические измышления реакционной прессы о Коммуне, писал: «Это было восстание рабочего класса против долголетней наглой узурпации власти».}

В России тогда еще не было самостоятельного политического движения рабочего класса. Поэтому сочувственные отклики на Коммуну исходили в России преимущественно из среды революционно-демократической интеллигенции. Один из ее представителей — студент- революционер Николай Гончаров составлял листовки (под названием «Виселица»), в которых обращался с призывом ко «всем честным людям» поддержать дело Коммуны и доказывал ее мировое значение. Н. А. Некрасов посвятил героям Коммуны волнующее стихотворение «Смолкли честные, доблестно павшие...» Гневно клеймил палачей Коммуны Глеб Успенский в очерке «Больная совесть».

Ход вооруженной борьбы между коммунарами и версальцами

Период мирного существования Коммуны продолжался недолго. Уже 2 апреля версальские войска напали на передовые позиции коммунаров, расположенные на подступах к Парижу. Нападение это явилось неожиданностью для Коммуны, среди членов которой господствовала уверенность, что можно будет

избежать гражданской войны.

Нападение версальцев вызвало в Париже огромное возмущение. 3 апреля отряды национальной гвардии тремя отдельными колоннами двинулись на Версаль. Поход, однако, предприняли без достаточной подготовки. Многие бойцы не имели оружия, было взято очень мало пушек, — полагали, что версальские солдаты не окажут серьезного сопротивления. Эти расчеты не оправдались. Одна из колонн попала под убийственный обстрел с форта Мон- Валерьен, который и после 18 марта оставался в руках правительственных войск. Другая колонна подошла к Версалю на довольно близкое расстояние, но вскоре отступила с большими потерями. 4 апреля приостановилось продвижение и других отрядов коммунаров. После этой неудачи военное ведомство Коммуны во главе с Клюзере перешло к тактике пассивной обороны.

В начале апреля была проведена реорганизация национальной гвардии. Стали создаваться многочисленные добровольческие отряды: «Мстители Парижа», «Мстители Флуранса», «Вольные стрелки революции» и т. д. Однако значительные военные ресурсы (особенно артиллерийские орудия), которыми располагало командование Коммуны, использовались далеко не достаточно. Военных органов было слишком много, и нередко они мешали друг другу. Военные суды, созданные для борьбы за поднятие дисциплины, действовали слишком мягко. Отрицательные последствия имела и нехватка военных специалистов; лишь немногие кадровые офицеры перешли на сторону Коммуны. Среди ее офицеров оказались тайные пособники Версаля, подрывавшие своими действиями боеспособность вооруженных сил Коммуны.

Несмотря на эти неблагоприятные условия, федераты — так именовали национальных гвардейцев Коммуны — сражались с подлинным революционным героизмом. Особенно прославились боевой отвагой артиллеристы у заставы Майо, бойцы заставы Терн, защитники форта Исси. Женщины не отставали от мужчин, подростки — от взрослых. Даже враги Коммуны были вынуждены признать, что версальцы имеют дело с храбрым противником.

6 апреля главнокомандующим версальской армией был назначен маршал Мак-Магон, а во главе резервного корпуса поставлен генерал Винуа. 9 апреля версальцы впервые подвергли Париж артиллерийскому обстрелу, который — если не считать однодневного перемирия 25 апреля — не прекращался до самого конца боев.

В последние дни апреля победа определенно начала склоняться на сторону версальской армии, насчитывавшей к тому времени уже более 100 тыс. человек; в войсках Коммуны имелось лишь 35—40 тыс. человек (по другим данным — около 60 тыс.). Преодолевая упорное сопротивление федератов, версальцы продвигались вперед на всех участках. 30 апреля форт Исси (на южном фронте) был оставлен его защитниками, но через несколько часов коммунары вновь заняли его. В связи с

Бой у заставы Майо.

Гравюра. 1871 г.

общим ухудшением положения на фронте усилилось недовольство тактикой военного делегата Клюзере, он был смещен и арестован (впоследствии Коммуна судила его, но оправдала). Его место занял молодой кадровый офицер, полковник инженерных войск Россель.

Первые действия Росселя, направленные на поднятие дисциплины, отличались большой решительностью. Но выдвинутый им проект реорганизации национальной гвардии путем замены легионов полками и их перевода на казарменное положение встретил резкое противодействие со стороны Центрального комитета, члены которого подозревали Росселя в стремлении к единоличной диктатуре. Между тем положение на фронте все более ухудшалось. 9 мая версальцы, обстреляв форт Исси из нескольких сот орудий, овладели им.

Падение этого важного опорного пункта коммунаров вызвало сильное возбуждение в Париже. Россель опубликовал в газетах заявление, в котором раскрывал слабые стороны Коммуны, обвинял членов Центрального комитета национальной гвардии в срыве мер по укреплению обороноспособности Парижа и просил освободить его от обязанностей военного делегата. Опубликование этого письма причинило немалый ущерб Коммуне, так как открыло врагу глаза на слабость ее военного аппарата. По приказу Коммуны Россель был арестован и доставлен в ратушу, откуда вскоре бежал. Впоследствии Россель был арестован версальцами, предан военному суду и расстрелян.

Место Росселя занял Делеклюз — один из преданнейших деятелей Коммуны, не обладавший, однако, военными познаниями. Продвижение версальцев продолжалось. 13 мая был взят форт Ванв. Яростный артиллерийский обстрел разрушил значительную часть крепостной стены Парижа. На 20 мая версальское командование назначило общий штурм города.

«Майская кровавая неделя». Гибель Коммуны

21 мая версальские войска проникли в Париж через полуразрушенные ворота Сен-Клу. В ночь на 22 мая отряды версальской армии прорвались и через другие ворота. Вскоре в Париже было уже около 100 тыс. версальцев.

Несмотря на огромное численное и техническое превосходство версальских войск, парижский пролетариат оказывал им упорное сопротивление. С лихорадочной быстротой на улицах столицы было возведено свыше 500 баррикад; в их постройке участвовали и женщины и дети.

24 мая Коммуне пришлось оставить ратушу и перейти в мэрию XI округа. К вечеру этого дня федераты были вытеснены из всех буржуазных районов города, и борьба перешла в Бельвиль, Менильмонтан и другие пролетарские районы. Здесь версальцы встретили ожесточенное сопротивление со стороны всех способных держать в руках оружие. На площади Жанны д'Арк несколько тысяч коммунаров под руководством Врублевского в течение 36 часов успешно отбивали атаки целого корпуса версальской армии и даже сами переходили в наступление; однако под давлением превосходящих сил противника отряду Врублевского пришлось отступить. 25 мая весь левый берег Сены перешел в руки версальцев; к концу этого дня они владели большей частью Парижа. Коммуна перебралась в мэрию XX округа. 26 мая версальцы, сломив сопротивление коммунаров, заняли Сент-Антуанское предместье, 27-го после кровопролитных боев были взяты высоты Бельвиля и Шомона. В тот же день произошла ожесточенная схватка на кладбище Пер-Лашез: здесь сражались почти у каждого памятника, каждой могилы; взятые в плен коммунары были поставлены у стены и все до одного расстреляны. 28 мая версальцы овладели последней баррикадой Коммуны на улице Рампоно.

Так, после более чем двухмесячной героической борьбы, поразившей весь мир, пала Парижская коммуна. В майских боях погибли многие видные деятели Коммуны, мужественно сражавшиеся с врагом до последней минуты. В их числе были Делеклюз и Домбровский. Варлен, арестованный 28 мая, был после жестоких издевательств расстрелян. Верморель, тяжело раненный на одной из баррикад, умер в версальской тюремной больнице.

Семь дней уличных боев в Париже в 1871 г. вошли в историю Франции под названием «майской кровавой недели». Версальская военщина творила в эти страшные дни неслыханно жестокую расправу над трудящимися Парижа. Убивали после мучительных пыток не только деятелей Коммуны, не только ее бойцов, но и мирных жителей, считавшихся ее сторонниками. «Чтобы найти что-либо похожее на поведение Тьера и его кровавых собак, — писал Маркс, — надо вернуться ко временам Суллы и обоих римских триумвиратов. То же хладнокровное массовое избиение людей; то же безразличное отношение палачей к полу и возрасту жертв; та же система пыток пленных; те же гонения, только на этот раз уже против целого класса; та же дикая травля скрывшихся вождей, чтобы никто из них не спасся; те же доносы на политических и личных врагов; то же равнодушное избиение людей, совершенно непричастных к борьбе. Разница только в том, что римляне не имели митральез, чтобы расстреливать пленных толпами, что у них не было «в руках закона», а на устах слова «цивилизация»» \

Улицы, площади и скверы Парижа были завалены трупами расстрелянных. Их наспех зарывали в ямы вместе с теми, в ком еще теплилась жизнь.

Свыше 30 тысяч расстрелянных и замученных — таков был кровавый итог преступлений версальской военщины, совершенных в Париже в майские дни 1871 г. Вместе с

Расстрел коммунаров на одной из парижских улиц. Рисунок. 1871 г.

была первым «правительством рабочего класса», первым опытом диктатуры пролетариата. Именно такую форму политической организации общества Маркс, учитывая опыт революции 1871 г., признавал наиболее целесообразной для периода перехода от капитализма к социализму. «Париж рабочих с его Коммуной, — предсказывал Маркс, — всегда будут чествовать как славного предвестника нового общества. Его мученики навеки запечатлены в великом сердце рабочего класса. Его палачей история уже теперь пригвоздила к тому позорному столбу, от которого их не в силах будут освободить все молитвы их попов» ¹.

Парижская коммуна оказала огромное влияние не только на современное ей, но и на последующее международное рабочее движение. Опыт Коммуны обогатил революционную теорию Маркса и Энгельса. Он побудил их внести существенную поправку к «Манифесту Коммунистической партии». В предисловии к новому немецкому изданию «Манифеста» (1872 г.) Маркс и Энгельс писали: «В особенности Коммуна доказала, что «рабочий класс не

может просто овладеть готовой государственной машиной и пустить ее в ход для своих соб-

2

ственных целей»» . Как подчеркивал впоследствии В. И. Ленин: «Мысль Маркса состоит в том, что рабочий класс должен разбить, сломать «готовую государственную машину», а не ограничиваться простым захватом ее» ^{[12] [13] [14].}

Героическая борьба парижских рабочих не увенчалась успехом. Рабочий класс Франции не имел тогда своей марксистской партии; он не получил поддержки со стороны крестьянства, оказавшегося, как и в 1848 г., резервом буржуазии. Ошибки и промахи, которые допустила Коммуна как в военном вопросе, так и в социально-экономической политике, ускорили ее гибель. Но, как указывал Ленин, «при всех ошибках Коммуна есть величайший образец величайшего пролетарского движения XIX века» ^[15].

Парижская коммуна оказала глубокое воздействие на широ-

Первый Интернационал

кие слои международного пролетариата и послужила мощным

после Коммуны

толчком к усилению революционно-социалистической пропаганды. Заметно возросла популярность Интернационала среди рабочих масс различных стран.

Международная реакция ответила на рост авторитета Интернационала резким обострением борьбы против него. Мужественная защита дела Коммуны Генеральным советом и секциями Интернационала, пламенная пропаганда идей пролетарского интернационализма в воззваниях, написанных Марксом, его заботы о беженцах Коммуны — все это давало реакции пищу для ожесточенной травли социалистов. Полицейские и судебные преследования затруднили и даже сделали невозможной легальную деятельность секций во Франции и некоторых других странах.

Правительственные репрессии были не единственной опасностью, которая угрожала Международному товариществу рабочих. В тяжелой обстановке, сложившейся после поражения Коммуны, анархистская тактика бакунистов, их подрывная деятельность внутри Интернационала приносили рабочему движению огромный вред.

Важной вехой в борьбе против бакунизма явилась Лондонская конференция Интернационала, состоявшаяся в сентябре 1871 г. Эта конференция, в работах которой активно участвовали Маркс и Энгельс, сыграла в истории международного рабочего движения выдающуюся роль. В ее резолюции о политической деятельности рабочего класса подчеркивалась важность создания пролетарских партий в отдельных странах.

«...Против коллективной власти имущих классов, — говорилось в одной из резолюций Лондонской конференции, — пролетариат может действовать как класс, только организовавшись сам в политическую партию, отличную от всех старых партий, образованных имущими классами и противостоящую им... Организация рабочего класса в политическую партию необходима для того, чтобы обеспечить победу социальной революции и ее конечной цели — уничтожения классов».

Гаагский конгресс Интернационала, заседавший в сентябре 1872 г., подтвердил решение Лондонской конференции о политической деятельности рабочего класса и расширил полномочия Генерального совета, предоставив ему право исключать, в случае надобности, из Интернационала отдельные секции и федерации. Большинством голосов конгресс исключил Бакунина и другого видного представителя анархизма Джемса Гийома из Интернационала за их подрывные действия.

По инициативе Маркса и Энгельса конгресс постановил перенести местопребывание Генерального совета в Нью-Йорк. Это решение было принято под влиянием ряда обстоятельств. Дальнейшая деятельность Генерального совета в Европе в условиях ожесточенной травли Интернационала реакционными силами встречала много препятствий. Работе Генерального совета мешали также происки анархистов-бакунистов и соглашательские действия правых лидеров английских тред-юнионов.

Однако в дальнейшем связи Генерального совета, находившегося в Соединенных Штатах, с европейским рабочим движением все более затруднялись и деятельность его постепенно ослабевала. В июле 1876 г. конференция Интернационала в Филадельфии приняла постановление о его роспуске.

Первый Интернационал с честью выполнил стоявшую перед ним историческую задачу. Своей борьбой за улучшение положения трудящихся масс, против мелкобуржуазного сектантства, анархизма и оппортунизма, своими решениями о формах и методах классовой борьбы пролетариата, выступлениями против агрессивных войн, за мир между народами, за братство трудящихся всех стран он заложил фундамент международной пролетарской организации.

Уроки

и историческое значение Парижской коммуны