Феодальное землевладение

Важной чертой общественного строя Могольской империи было существование феодальной государственной собственности на землю. Все завоёванные земли первоначально попадали в государственный фонд — халисэ (арабское слово, означающее землю «чистую», «свободную»).

Правительство Могольской державы устанавливало размер и способ взимания земельного налога на всех землях, независимо от их владельцев (за исключением заминдаров), причём обработка земли считалась государственной повинностью крестьян. Местным феодалам предоставлялось право взыскивать с крестьян земельный налог и всякого рода мелкие поборы и использовать принудительный, неоплачиваемый труд крестьян на оросительных работах, при проведении дорог, а также на государственных и собственных постройках (мостов, мечетей, гробниц, дворцов и даже целых городов). Права земельных общин и входивших в них крестьян заключались в том, что они могли распоряжаться своей землёй, покупать, продавать или передавать её по наследству (однако только со всеми лежащими на ней обязанностями), не испрашивая никакого разрешения от местного феодала или государственных чиновников.

Господствующей формой феодального землевладения в Северной Индии являлись джаги- ры — условные земельные пожалования. Джагирдар был обязан содержать отряды наёмных войск, главным образом конницы, сообразно своему чину и установленным доходам.

В 50—60-х годах XVI в., когда Могольская империя охватывала ещё сравнительно небольшую территорию, земель для раздачи в джагиры не хватало; поэтому владения джагир- даров имели значительно меньшие размеры и давали меньше доходов, чем было официально зафиксировано в пожаловании. Когда Акбар распространил свою власть на значительную часть Индии, увеличилось количество джагирдаров и размеры их владений.

Заминдары (местные князья и предводители племён) обязаны были уплачивать центральной власти определённую ежегодную дань и, по требованию государя, выступать в поход со своим ополчением. Заминдары могли передавать свои земли (заминдарства) по наследству с согласия падишаха. Они сами устанавливали ренту-налог в пределах своего заминдарства.

ВЪЕЗД БАБУРА ВО ДВОРЕЦ СУЛТАНА ИБРАГИМА В АГРЕ. Миниатюра могольской школы из «Записок» Бабура. XVI в.

Заминдарства не были типичной формой феодального землевладения в Могольской империи. Они находились главным образом на окраинах или в труднодоступных для могольской конницы холмистых местах, в основном в Раджпутане, Ориссе, Бенгалии

Сцена охоты на аллигатора.

Миниатюра Могольской школы XVI в.

и Кабуле. Заминдары в отличие от джагирдаров иногда вели собственное барское хозяйство и применяли в небольших размерах барщинный труд крестьян.

Большинство заминдаров исповедовало индуизм и принадлежало к коренному населению Индии в отличие от джагирдаров, которые большей частью были мусульманами, потомками среднеазиатских и афганских завоевателей.

Земельные владения шейхов (мусульманских мелких и средних духовных феодалов) и мусульманских религиозных учреждений назывались в Индии суюргалами. Суюргалы раздавались правительством. Они были владениями мелкими, передававшимися по наследству и без всяких обязательств военной службы. Суюргальные участки в общем составляли около 4% земельного фонда страны. Экономическая слабость мусульманских религиозных организаций определялась главным образом тем, что ислам исповедовало меньше V₄ населения страны. Что же касается земель, ранее принадлежавших индусским храмам, то они были отняты у храмов еще при делийских султанах. Лишь во владениях заминдаров сохранились более или менее крупные массивы индусских храмовых земель.

Земледелие на значительной части территории Индии, особенно на юге, было тесно связано с орошением. Забота о поддержании системы ирригации являлась функцией государственной власти. Именно поэтому феодальные раздоры, отвлекавшие внимание от этой задачи, наносили такой огромный вред экономике страны.

Сельская община

Одной из характернейших черт индийской деревни было существование сельской общины, сохранившейся с древнейших времен и почти не изменившей своего характера. По словам Маркса, индийские общины «покоятся на общинном владении землей, на непосредственном соединении земледелия с ремеслом и на упрочившемся разделении труда, которое при основании каждой новой общины дает готовый план и схему производства» \ Индийская община при существовавших тогда примитивных, почти

¹ К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 364.

исключительно деревянных, орудиях сельскохозяйственного производства выполняла известные общественно полезные функции. Она обеспечивала крестьянам возможность удовлетворять их несложные хозяйственные потребности и облегчала борьбу с наступавшими джунглями, что было не под силу отдельному крестьянскому хозяйству.

Бенгальский владетель.

Миниатюра Могольской школы. XVII в.

Соединение ремесла с земледелием продолжало оставаться основной чертой всех сельских общин в Индии и усиливало натуральный характер сельского хозяйства.

В некоторых сельских общинах сохранялась ещё коллективная обработка полей, хотя в подавляющем большинстве общин пахотные поля были уже поделены между общинниками. Но выгоны и пустоши находились в коллективном владении и пользовании всей общины, которая распоряжалась ими по своему усмотрению. Выгоны и пустоши не подлежали обложению налогом.

В Индии существовали два главных типа общин, отличавшихся между собой по способу раздела обрабатываемой земли между крестьянами. В северной части Индии, а также в Бенгалии поля делились по едокам, по плугам и т. п. В Раджпутане и Гуджарате была другая, более древняя система: земля делилась в зависимости от родовой близости общинника к реальному или воображаемому предку, основателю деревни. В общинах преобладала крайняя чересполосица, так как каждая доля должна была содержать равные части плохой и хорошей, орошаемой и неорошаемой, удобной и неудобной земли.

Как и раньше, общины продолжали объединять четыре группы лиц, различавшихся по- своему положению: привилегированные должностные лица, рядовые общинники-крестьяне, общинные ремесленники и бесправные, так называемые пришлые.

Среди общинников было много всяких делений по кастовым, религиозным и ряду других признаков, от которых зависели размеры их налоговых платежей.

Община коллективно содержала 8—12 ремесленников, обслуживавших потребности крестьян. Крестьянин должен был обычно лишь приносить материал, но за выполненную для него работу расплачивалась община, выделявшая ремес- .ленникам после жатвы долю урожая.

Кроме полноправных общинников, в деревне были ещё и «пришлые». Им предоставляли для обработки наименее удобные земли, за что они, помимо обычных налогов, должны были еще платить общине, т. е. фактически её должностным лицам, различные натуральные или денежные сборы и выполнять для них разные работы.

В индийской общине строжайшим образом соблюдалась традиция передачи по наследству функций и должностей. Все права и обязанности, начиная с привилегированной верхушки (старосты и писца) и кончая рядовыми общинниками — земледельцами и ремесленниками, передавались по наследству от отца к сыновьям. Это строгое наследование функций обусловливало застойность, малую изменчивость общины, которая крепко привязывала крестьян и сельских ремесленников к земле. Только в своей общине, там, где поколениями жили и работали его предки, крестьянин и ремесленник имели право на какое-то место в жизни. За пределами общины они становились обездоленными и бесправными «пришлыми».

Община закрепляла примитивность организации и орудий сельскохозяйственного труда и, сохраняя в значительной мере самодовлеющий характер общинного мирка, затрудняла разделение труда между городом и деревней, а вместе с тем и прогресс общества.

В XVI столетии земельный налог, являвшийся основной формой эксплуатации тяглового крестьянства, составлял примерно V₃ валового урожая крестьянского хозяйства. Крестьянин мог забрать оставшуюся часть урожая только после взноса своей доли платы должностным лицам, ремесленникам и слугам общины. По-видимому, в хороший год крестьянин, выплатив налог, мог просуществовать до нового урожая. Однако в неурожайные годы крестьяне не могли уплатить государственный налог, он был для них слишком высок. Тогда сбор налогов, разорявший крестьянские хозяйства, производился с помощью войск.

Торговля и ростовщичество

В Индии в XVI—XVII вв., несмотря на господство натурального хозяйства, торговля и товарно-денежные отношения получили дальнейшее развитие.

Внешняя торговля Индии была очень значительна. Из Индии шли морские пути в Китай, Малайю, Иран, Африку, Аравию и Европу. Караванные пути шли из Индии через Кабул в Иран и Среднюю Азию, а через Кашмир — в Китай.

Вся морская торговля с Европой была захвачена португальцами, обосновавшимися на индийском побережье. Караванной торговлей занимались крупные индийские купцы, снаряжавшие караваны, а также ряд афганских кочевых племён.

Перевозить на далёкие расстояния в трудных условиях морской и караванной торговли имело смысл лишь портативные и дорогие товары. Такими товарами в индийском вывозе были пряности, ткани и индиго, а в импорте — главным образом предметы роскоши для феодалов. Обладая значительными денежными средствами, джагирдары порой сами участвовали в торговых операциях, вкладывая свои средства в экспортную торговлю.

Известную роль играла также и внутренняя торговля. Из всех провинций Могольской империи, а особенно из Бенгалии, привозили в столицу государства Агру большое количество продовольствия для двора и армии правителя. Оживлённые ярмарки часто устраивались также у индусских и мусульманских мест паломничества, где было большое скопление людей.

Внутренняя торговля расширяла экономические связи между отдельными районами, создавая некоторую экономическую базу для существования огромной империи, составленной из народностей, говорящих на разных языках, разделённых кастовыми и религиозными перегородками.

Наряду с торговлей значительную роль в жизни Индии играло и ростовщичество. Богатые ростовщики ссужали деньги джагирдарам и отдельным правителям, главным образом на цели найма войск. В Могольской империи стала намечаться ещё одна отрасль приложения денежного капитала: откуп земельного налога.

Город и ремесло. Развитие

товарно-денежных

отношений

Городов как крупных населённых центров в Индии было очень много. Самыми многолюдными являлись города, представлявшие собою ставки феодальных правителей. Основным населением такого города-ставки были обслуживающие феодала лица: его военные контингенты, свита, управители, слуги, ремесленники. Когда феодал со своей армией уезжал в другое место, город сразу терял своё значение и быстро приходил в упадок. Таким непрочным городом-

Мавзолей Шер-хана в Сасараме.

1540 г.

ставкой оказался, например, созданный Акбаром город Фатхпур-Сикри, опустевший еще при жизни Акбара, когда тот переехал в Агру.

Несколько иной облик имел город, возникший в месте паломничества, обычно тесно связанный с торговлей и ремеслом. Там часто процветало производство предметов культа, а также торговля предметами первой необходимости для масс паломников, стекавшихся туда в дни религиозных празднеств. Занимавшиеся нищенством члены духовных орденов, как индусских, так и мусульманских (факиры и дервиши), торговцы и паломники наводняли его улицы. Такого рода городом был, например, Бенарес.

Основное население портового города составляли купцы и моряки. Почти в каждом приморском городе процветала какая-нибудь специальная отрасль ремесла. Одним из знаменитых портов Могольской империи был, например, Сурат.

Некоторые города были настоящими торговыми центрами с обширными ремесленными предместьями. Однако даже торгово-ремесленные центры возникали, как правило, вокруг жилища феодала, светского или духовного, и зависели от него. Поэтому ремесленные предместья и улицы города обычно носили имя феодала, на которого работал ремесленный люд.

Ворота форта Дели.

Первая половина XVII в.

Ремесленники были совершенно бесправными. Они были организованы не в цехи, а в касты. В отличие от цеха ремесленная каста была организацией, не дававшей почти никакой защиты ремесленнику от произвола феодала. В касте не было деления на мастеров, подмастерьев и учеников, не было приёма в ученичество. Никто из посторонних не мог заниматься данным ремеслом. Способы и примитивные орудия труда были освящены вековыми традициями и не могли быть изменены. Феодальные власти назначали главу каждой городской ремесленной касты, а также и того, кто ведал в ней торговыми сделками, и вмешивались тем самым в вопросы производства и сбыта ремесленной продукции.

Объединение большей части Индии державой Великих Моголов, некоторая централизация государственного управления и меры, принятые падишахской властью для упорядочения сбора ренты-налога, создали условия для некоторого экономического подъёма страны. В сельском хозяйстве произошло увеличение посевов более трудоёмких культур, рассчитанных на продажу,— индиго и сахарного тростника. В этом же направлении развивались домашние промыслы крестьянства и в первую очередь производство хлопчатобумажных тканей, которыми издавна славилась Индия. Ростовщики ссужали крестьян деньгами, что приводило нередко к долговой кабале крестьян. Все эти явления говорили о проникновении товарно-денежных отношений в индийскую деревню. Однако этот процесс происходил очень медленно \

Экономические связи между разными областями Индии укреплялись. Об этом свидетельствовали массовые перевозки товаров по реке Ганг, являвшейся в те времена основной транспортной артерией, связывавшей Бенгалию с северо-западными областями индийского полуконтинента. Из Бенгалии вверх по реке везли рис, пшеницу, сахар, хлопчатобумажные и шёлковые ткани дорогих сортов, а также голубую

¹ По вопросу об уровне экономического развития Индии в XVI—XVII вв. среди советских учёных существуют разные точки зрения. Одна из них отражена в данной главе. По мнению других историков, развитие товарно-денежных отношений в Индии в описываемое время происходило как в городе, так и в деревне, подрывая вековечную замкнутость и изолированность индийской общины, увеличивая имущественное неравенство среди общинников, стимулируя превращение общинных верхов в фактических собственников общинных земель, общинников-крестьян — в фактических батраков, а общинных ремесленников—в мелких товаропроизводителей, работавших не только на общину, но и на рынок (Ред.).

609

краску индиго, вниз — в Бенгалию отправляли соль, добытую в Раджпутане, знаменитые кашмирские шали из тончайшей шерсти, афганских и среднеазиатских лошадей, ценившихся

Воин на слоне.

Индийская миниатюра. XVI в.

особенно высоко в Бенгалии и на юге Индии, оружие, кольчуги и щиты, изготовленные искусными ремесленниками Лахора и Дели. Если дорогие ткани, оружие и доставленные издалека породистые кони были явно рассчитаны на удовлетворение потребностей феодалов, то пшеница, рис, сахар находили сбыт среди рядовых горожан северо-индийских городов, а индиго являлось одним из видов сырья в производстве хлопчатобумажных тканей. Гуджарат, обладавший относительно более развитыми городами, — что, может быть, объясняется его исключительно выгодным положением на скрещении путей морской и сухопутной торговли,— поддерживал экономические сношения с соседними областями Индии; он привозил пшеницу и рис из Махараштры, Мальвы и Рад- жпутаны, вывозя туда в обмен свои ремесленные изделия.

Хотя общеиндийский рынок в XVI — XVII вв. ещё не складывался, но для этого периода совершенно очевиден процесс образования местных, областных рынков, о чём, в частности, свидетельствовало то, что разрыв цен на пшеницу в различных областях Северной Индии был невелик.

Рост мелкотоварного производства, увеличение числа городов как торгово-ремесленных центров, складывание областных рынков и развитие экономических связей между различными частями Могольской империи — всё это было показателем дальнейшего развития феодальных отношений в Индии. Эти процессы не привели тогда к крупным изменениям строя жизни крестьян и ремесленников или к заметному развитию техники. Сельская община фактически прикрепляла крестьянина к его земле, а кастовость ремесла мешала свободному выбору профессии или изменениям традиционных навыков и орудий труда.

Создав большое и сильное государство, Акбар смог подавить

крестьянские восстания. В дальнейшем своей земельноподатной и религиозной политикой он сумел на некоторое время ослабить массовую антифеодальную борьбу крестьян. Известны всё же три крупных народных движения XVI в.: движения бхакти, махдистов и роушанитов. Все эти движения имели религиозную оболочку, но по существу отражали антифеодальные устремления масс. Они длились ряд десятилетий, охватывая значительные слои населения и постепенно перерастая из проповеди сектантства в вооружённую борьбу с Могольским государством за весьма смутно представлявшиеся идеалы «справедливости». Эти движения были в значительной мере локальными и разрозненными. В движении роушанитов участвовали афганские племена севера Индии, боровшиеся против проникновения феодальных отношений в их родо-племенное устройство в. против могольского правительства, поддерживавшего афганских феодалов: движения же бхакти и махдистов хотя и были однородны по своему классовому составу и содержанию, но движением бхакти были в основном охвачены индусы, а движением махдистов — исключительно мусульманские слои.

Страница из рукописи Абд ул Хакка Дехлеви «Жизнеописания индийских шейхов», написанной в 1590 г.

Список начала XVII в.

Сектантские вероучения, объединенные общим названием «бхакти» («преданность богу»), проповедовались в течение нескольких веков и получили значительное распространение. Они выражали антифеодальный протест городских слоев населения. Все течения бхакти независимо от различий между ними провозглашали четыре основных принципа: религиозное объединение всех индийцев (т. е. индусов и мусульман), равенство их перед богом, борьбу против кастового неравенства и принцип личной, а не сословно-кастовой оценки человека, при которой в отличие от официальных принципов индуизма праведный человек низшей касты мог быть признан лучше и выше неправедного брахмана (т. е. члена высшей касты).

Идеологи этого движения в своем большинстве были индусами и вышли из ремесленной и торговой среды. Так,

Кабир был ткачом, Нанак, руководитель сикхов \ — сыном торговца. Из его преемников один был неграмотным деревенским прядильщиком, второй — лоточником-коробейником. Даду, руководитель движения бхакти в Раджпута- не, был прядильщиком хлопка. Последователи учения бхакти во времена Акбара принадлежали к индусским городским слоям — купцам, мелким и крупным, и ремесленникам (ткачам, корзинщикам, водовозам, часто к представителям низших, презираемых ремесленных каст). В XVII в. в движение бхакти вовлекается крестьянство и оно становится подлинно массовым. В Пенджабе бхакти в форме сикхизма превратилось в вооружённую борьбу народных масс против их притеснителей — феодалов и Могольского государства.

Движение бхакти было прогрессивным, поскольку оно ставило своей целью ликвидацию сословно-кастовых перегородок. Касты более чем что-либо другое, раздроб-

¹ Сикхи — последователи религиозного учения в Пенджабе, отражавшего антифеодальную идеологию народных масс.

ляли всё индийское население, как индусов, так и мусульман, на множество мелких замкнутых групп. По существу учение бхакти было проповедью мирного переустройства общества. Лишь у сикхов и отчасти у маратхов, когда в движение бхакти в XVII в. включились крестьянские массы, это движение приобрело характер вооружённой борьбы против Могольского государства и феодалов.

Проповедники этого учения вербовали себе последователей, странствуя и излагая своё учение в доходчивых песнях-гимнах.

В начале XVI в. в центре Делийского султаната, в городе Биана, началось движение мах- дистов. В отличие от движения бхакти, затронувшего не только индусов, но отчасти и мусульман, руководители махдистов обращались исключительно к мусульманам. Во главе мах- дистов стоял шейх Алаи, имевший много приверженцев в торговых кругах Бианы, и Абдулла Наязи, пользовавшийся влиянием среди Окрестных «дровосеков и водоносов», а также среди поселившегося в окрестностях Агры афганского племени наязи. Вооружённые махдисты ввели свои порядки в городе Биана и его округе, устраняя, по словам хрониста, беззакония, если можно, то уговорами, «а если им не подчинялись, то силой». Они имели общую кассу, куда сдавали Ѵю всех своих доходов, и распространяли свое учение, завербовав много сторонников даже в Раджпутане. В основе их учения лежала вера в «праведного правителя» — махди, т. е. мессию, с воцарением которого будет установлен справедливый порядок.

Феодальные власти жестоко подавили движение, казнив шейха Алаи и избив палками до полусмерти Абдуллу Наязи. Вспыхивавшие время от времени в Пенджабе и других районах в течение всего XVI — начала XVII в. местные локальные народные волнения зачастую проходили под флагом махдизма.

Весьма опасный для Могольской империи характер приняло выступление роушанитов. Укрепившись в Тирахе, роушаниты завладели выгодной стратегической позицией и грозили ещё более ослабить политическое подчинение Кабула падишаху Индостана и прервать караванные торговые связи Индии со Средней Азией и Ираном. Падишах Акбар, а затем его преемник Джахангир посылали крупные карательные экспедиции против роушанитов. Борьба шла с переменным успехом, но в конце концов Джахангиру удалось разгромить афганцев- роушанитов.

В вассальной зависимости от

Акбара считался Кабул, т. е. основная часть нынешнего Афганистана. Однако зависимость кабульской территории была почти номинальной. Большинство внутренних вопросов, наместник Кабула фактически решал самостоятельно.

Военной Опорой Акбара были сравнительно немногочисленные отряды пришедших с Бабуром. и Хумаюном завоевателей-мусульман, чуждых по религии и языку основной массе индийского населения. Акбару удалось тем не менее значительно расширить опору своей власти. Он привлёк на свою сторону весь класс феодалов Индии — как мусульман, так и индусов, а также торгово-ростовщические элементы из индусов, сикхов и джайнов. Могольская империя ограждала эксплуататорские интересы класса феодалов, обеспечивая его вооружённой силой для подавления крестьянства. На усмирение крестьянских волнений посылались не только карательные отряды феодалов, но и правительственные войска Моголов — конница и пехота.

С помощью своей армии и отличавшейся высокими боевыми качествами раджпутской конницы Акбар раздвинул пределы своей державы от границ Тибета на севере до реки Годавари на юге, от Гуджарата на западе до Бенгальского залива на востоке. Только юг полуострова, где правили султаны Ахмеднагара, Биджапура, Бидара, Голконды и ряд мелких индусских князей, остался за пределами Могольского государства. Большое значение имело завоевание в 1573 г. богатой провинции Гуджарат с её портами.

С объединением всей этой обширной территории в пределах одного государства господствующий класс Могольской державы получил в своё распоряжение огромный земельный фонд. Доходы феодалов чрезвычайно возросли. Вместе с тем относительная безопасность торговых путей и низкие внутренние пошлины дали некоторый толчок развитию торговли и товарно-денежных отношений.

р , - - В 1574 г., после присоединения Гуджарата, Акбар отказался

на некоторое время от дальнейших крупных завоевательных походов и приступили освоению уже покорённых территорий. Он провёл ряд внутренних реформ, целью которых были: централизация государственной власти, укрепление феодального строя и развитие торговли.

Серьёзную реформу государственного аппарата Акбару не удалось провести. Он пытался ликвидировать систему джагиров, предполагая оплачивать своих военачальников деньгами, а сбор земельного налога в казну поручить правительственным чиновникам при условии внесения ими крупного денежного залога. Однако Акбар и поддерживавшие его круги натолкнулись на решительное сопротивление феодалов-землевладельцев, вовсе не собиравшихся поступаться своими землями и доходами. С другой стороны, новые откупщики из чиновников так начали грабить крестьян, не считаясь ни с законом, ни с обычаями, что в короткое время довели многие округа до полного разорения. Крестьяне в этих местностях разбегались, а поля были заброшены. По истечении трёх лет Акбару пришлось вернуться к системе джагиров.

При Акбаре в релях упорядочения эксплуатации крестьянства Поземельно-податная ^

был утверждён новый порядок взимания поземельного налога р^еф°рма на основе тщательного обмера полей, причём налог был уста

новлен в размере ¹/₃ урожая с каждого поля. Акбар перевёл в 1574—1575 гг. в центральной части страны натуральные) подати в денежные, приняв за основу среднюю цену на земледельческие продукты в разных районах страны за 10 лет. Реформа эта была возможна только на основе роста товарно-денежных отношений и в свою очередь содействовала их дальнейшему развитию.

Для получения денежных средств на уплату налога крестьянин должен был сразу по уборке урожая выбросить свою продукцию на рынок, что вело к снижению цен. Наличие низких цен на продовольствие вынудило Акбара четыре раза — в 1585, 1586, 1588 и 1590 гг. — снижать ставки земельных податей в среднем на 10—25% как на казённых землях, так и на землях феодалов, ибо крестьянство было не в состоянии выручить за свои продукты сумму, достаточную для уплаты налога. Немаловажным следствием перевода поземельного налога в денежную форму стала необходимость для крестьянства прибегать к помощи ростовщиков, нередко забиравших власть в деревне.

Крестьяне страдали от засух, которые приводили к периодическим голодовкам. Так, голод 1583—1584 гг. охватил сразу несколько областей Могольской державы, а в 1595—1597 гг. по всей Индии были засуха и голод в течение трёх лет подряд.

Стремясь укрепить свою империю и добиться большего спло- ^{Религиозная} чения класса феодалов, Акбар принимал меры к тому, чтобы

^{реформа} привлечь к себе индусских феодалов, а также индусские тор

гово-ростовщические круги. Поэтому Акбар стал постепенно переходить к политике веротерпимости. Завершением религиозной политики Акбара было введение в 1582 г. новой, так называемой божественной веры. Она должна была, по замыслу Акбара, объединить всех его подданных и примирить их религиозные разногласия, так как эклектически соединяла элементы индуизма, ислама и джайнизма. Из идей бхакти и махдистов Акбар выбрал то, что отвечало его собственной политике: возвеличение власти «праведного правителя» (каким он считал себя) и стремление к прекращению религиозных разногласий между подданными.

Ввиду резкого противодействия новой «божественной вере» со стороны значительной части мусульманских феодалов и духовенства, стремившихся сохранить ислам в качестве господствующей религии, Акбар вынужден был провести ряд антимусульманских мер, чем вызвал недовольство не только шейхов, но и связанных с ними тех самых джагир- даров, для упрочения власти которых и проводилась в конечном счёте религиозная политика Акбара. В 1580—1582 гг. крупнейшие мусульманские феодалы подняли восстание, которое Акбар подавил главным образом с помощью индусских феодалов.

Мероприятия Акбара не могли остановить центробежные процессы в империи. По мере того как при преемниках Акбара завоевательные войны переставали быть успешными, для индийских феодалов стала всё больше терять свою привлекательность сильная центральная власть, возобновились сепаратистские бунты.