5. Уровни изучения коэволюции

Подобно выделению уровней изучения жизни и эволюционного процесса, можно определить основные иерархические уровни изучения коэволюции: молекулярный, социобиологический, биосферный.

Молекулярная коэволюция – предмет биологических исследований современности, та область химико-биологического знания, которая ищет ответ на вопросы о механизмах возникновения жизни как сопряженного развития автономных компонентов.

Социобиологический уровень – изучение биологических корней социального поведения человека, коэволюционной формы поведения в этологии, взаимодействие биологической и культурной эволюции, генно-культурная коэволюция, коэволюция естественного и искусственного. Культура существует "вопреки и благодаря" природе, она ей противоположна, но сохранение обеих сторон этого противоречия – это условие сохранения человеческого характера культуры (Кутырев, 1996). Между природными экологическими и духовными системами существует много общего. В.А.Красилов (1998) выявляет общие закономерности их эволюции, определяя духовную жизнь, культуру как метаэкологические системы. По мнению автора, непродуктивна сама постановка вопроса "Что главней: мир вещей или мир идей?", надо выстраивать не вертикальные, а горизонтальные связи. Появление разума имело ту же цель, что и генетическое кодирование в индивидуальном развитии: обеспечение устойчивого воспроизводства. Главное предназначение человека – не только сокращать собственные отходы, но и вовлекать отходы прошлых геологических эпох в расширенное производство биомассы и сохранение биологического разнообразия. В контексте коэволюционного подхода интересно звучит утверждение В.А.Красилова о том, что переход конфликтных отношений в сотрудничество – это общая закономерность эволюции ("паразитизм ? толерантность ? симбиоз" у Родина (1991)): взаимодействие нуклеиновых и белковых частиц начиналось как паразитизм, но "со временем первые превратились в программное устройство, воспроизводящее свою белковую среду – организм" (Гиляров, 1998).

"Диахронность" развития природы и культуры – одна из причин потребительского отношения человека к природе. Экологическое невежество людей сказывается и на развитии культуры. "В этом аспекте коэволюция предстает как синхронное развитие природы и общества при возрастающей роли культуры в устойчивости коэволюции" (Комаров, 1997). В.А.Кутырев (1991) еще более категоричен: "Основной вопрос современной жизни, а значит, и философии – отношение между естественным и искусственным. Установка на их коэволюцию – последний редут гуманизма. Коэволюция ориентирует на длительное взаимодействие того, что растет и рождается, с тем, что функционирует и изобретается".

Необходимость объединения естественнонаучного и гуманитарного знания определяется современным положением человека в природе. Технически вооруженный и социально организованный человек пытается решить массу психологических и производственных проблем. Надо ли усугублять ситуацию, вовлекая в круг своих забот еще и этичное отношение к живому? "Естествознание экстравертно, открыто в бытие и живет кровью мира, Целого, им дышит и воспринимает. Гуманитарность интравертна, отвернута от бытия, замкнута на человеческом, в себезнании. Но и себезнания не получается при ограничении собой и в предмете, и в точке зрения. Надо бы из пошире взглянуть, попытаться глазами естества, Целого, воззриться на человеческое и вникнуть в деяния людские" (Гачев, 1991).

Для начавшегося в XX веке преодоления барьера, разделяющего биологические и социальные науки, необходима новая методология. Такой методологией может стать коэволюционная стратегия, обеспечивающая взаимопроникновение представлений и исследовательских методов точных и гуманитарных наук. Естествоиспытатели признают значимость культуры, разума, а гуманитарии заставляют умерять эгоизм (Жидков, 1998). Если с этих позиций рассматривать тенденцию в современной науке к интеграции научной картины мира (в противовес появлению "узких" специалистов при дифференциации областей научного знания), то "на наших глазах происходит выдвижение человека в центр научной картины мира".

Понимание природы человека как биосоциальной сущности возможно в направлении определения истоков: человек – продукт коэволюции. Теории генно-культурной коэволюции рассматривают возникновение человеческого разума в результате взаимодействия генов и культуры. В процессе эпигенеза реализуются обе программы: генной эволюции (процесс передачи генетической информации с помощью генов) и культурной (процесс передачи культурной информации с помощью культургенов) (Игнатьев, 1982). Теоретическое моделирование коэволюционного цикла убеждает в том, что человеческий род своим становлением обязан генно-культурной коэволюции (Ламсден, Гушурст, 1991). Социобиология обещает синтез естественнонаучного и социо-гуманитарного знания, "она содержит заявку на научную экспликацию "подлинной" природы и сущности человека на данной основе" (Смирнов, Толстов, 1987). Социобиология может рассматриваться как область приложения гуманистики – осмысления жизни через понимание человека, через эмпатию как путь познания живого (Олескин, 1992).

Использование коэволюционного подхода к человеческому роду и его отношениям с биосферой (паразитизм ? толерантность ? симбиоз) приводит к очевидности того, что до гармоничных симбиотических отношений еще далеко. Коэволюция предполагает образование взаимосвязанных новшеств и последующий отбор вариантов приспособлений. Если какой-либо вид нарушал принцип согласованного развития, то он деградировал и исчезал. В настоящее время реальной стала угроза исчезновения человеческого вида. Человек выявляет свои возможности тогда, когда что-то уже грозит его жизни. Хотя человек как вид очень пластичен, и разум, мозг исследовательские навыки даны ему для выживания, необходимо успеть продумать и предпринять шаги для объединения, создания системы. "Система – это когда элементы работают на целое. А у нас на Земном шаре элементы, социальные элементы, фактически работают против целого, и именно потому, что система не сложилась" (Эволюция Homosapiens..., 1998).

Интерес к коэволюционной проблематике возрос в настоящее время прежде всего в силу осознания глобальной экологической проблемы, т.е. понимания важности процесса коэволюции человека и биосферы. Р.С.Карпинская (1995) пишет, что формулировка идеи коэволюции как проблемы "человек и биосфера" компромиссна, неопределенна, "поскольку предполагает либо понимание биосферы без включения в нее человека (цивилизации), либо дважды подразумевает человека". Н.Н.Моисеев (1998) конкретизирует смысл понятия коэволюции как согласованного развития биосферы и человечества. Трактовка коэволюции зависит от понимания природы и характера взаимодействия с человеком. В.Н.Данилов-Данильян (1998) допускает теоретическую возможность коэволюции части и целого – человека и биосферы. Но "биосфера не может реагировать на инновации в человеческом хозяйстве образованием новых биологических видов, приспособленных к последствиям этих инноваций", поэтому неправомерно говорить о коэволюции при различии в скорости образования видов (не менее 10 тыс. лет ) и возрастающей скорости техноэволюции (на инновационный цикл требуется около 10 лет). "Мощь воздействия на природу стремительно растет, поэтому природа не успевает адаптироваться к темпам НТР" (Родин, 1991), значит, коэволюцию человека и биосферы необходимо еще обеспечить. Для этого необходимо: "научиться исследовать границы допустимых антропогенных воздействий на окружающую среду" (Моисеев, 1998); признать огромную, может быть решающую "роль в биологии проблемы ценностей" (Карпинская и др., 1995). Уже "обозначены "граничные условия"... Это прежде всего так называемый экологический императив, т.е. совокупность запретов на те виды природопреобразующей деятельности человека, которые чреваты необратимыми изменениями в биосфере" (Родин, 1991). Н.Н.Моисеев (1992) уточняет, что существует некоторая запретная черта, которую человек не может переступить ни при каких обстоятельствах.

6. Заключение

Анализ зарождения, генезиса и современного состояния концепции коэволюции во всем многообразии существующих уровней ее разработанности позволяет сделать вывод, что коэволюция является таким же "универсалистским построением в традициях научного натурализма", как концепции и модели "самоорганизующейся Вселенной", "глобального эволюционизма" и др. (Борзенков, 1998). Происходит перенос биологических понятий, наработанных при исследовании жизни, на весь класс природных и социальных систем. Речь идет о формировании биофилософии, которая не тождественна философии жизни и философии биологии, а включает их и соответствующую им аксиологию.

Своеобразие биологии позволяет ей стать основой целостного мировидения, поскольку современный этап развития свидетельствует о "посягательстве" биологов на компетенцию гуманитарных и социальных наук. Доказательством служит появление биоэтики, биоэстетики, биополитики и т.п. В.Г.Борзенков (1998) выделяет три области в современной науке, относящиеся к биофилософии: осознание глубокой специфичности биологии; исследования в области человека; исследование жизни под более общим углом зрения. Но эти же аспекты являются характеристикой коэволюционной стратегии в изложении Р.С.Карпинской с соавторами (1995). Таким образом, биологическая идея коэволюции является биофилософской. "Биология все чаще рассматривается не просто как очередной (хотя и в высшей степени своеобразный) объект философского анализа, но как своеобразный культурно-исторический тигель, в котором, возможно, выплавляются идеи, способные привести к значительной трансформации современной научной картины мира, и даже научно-философского мировоззрения в целом" (Борзенков, 1998).

Изучение коэволюции на различных уровнях даст возможность более полного понимания человека и его сущности, объяснения природы человека, осмысления роли биологических факторов в духовной жизни человека. Новизна проблемы коэволюции состоит в том, что она поднимает на более высокий уровень взаимосвязь конкретного научного и философского знания, выдвигает новые задачи по установлению более содержательных контактов между ними.

Литература

Борзенков В.Г. От философии жизни к биофилософии. Человек, № 5, с.17, 18, 1998.

Гачев Г.Д. Книга удивлений, или Естествознание глазами гуманитария, или Образы в науке. М., Педагогика, с.32-33, 1991.

Гиляров А.М. От эволюции биосферы к эволюции сознания. Природа, № 7, с.119-121, 1998.

Данилов-Данильян В.И. Возможна ли "коэволюция природы и общества"? Вопросы философии,

№ 8, с.17, 1998.

Жидков В.С. "Две культуры" на пороге третьего тысячелетия. Экология и жизнь, № 4, с.4-6, 1998.

Игнатьев В.Н. Социобиология человека: "теория генно-культурной коэволюции". Вопросы философии, № 9, с.134-141, 1982.

Карпинская Р.С. Биология и мировоззрение. М., Мысль, c.208, 1980а.

Карпинская Р.С. Биологический эволюционизм и диалектика. Вопросы философии, № 10, с.74-84, 1980б.

Карпинская Р.С., Лисеев И.К., Огурцов А.П. Философия природы: коэволюционная стратегия. М., Интерпакс, с.352, 1995.

Комаров В.Д. Культура и природа. Философия и общество, № 5, с.92-107, 1997.

Красилов В.А. Метаэкология. Основные понятия. Экология и жизнь, № 4, с.7-12, 1998.

Кузнецов В.И., Идлис Г.М., Гутина В.Н. Естествознание. М., Агар, c.384, 1996.

Кутырев В.А. Алгебра, убивающая гармонию. Человек, № 3, с.41-45, 1991.

Кутырев В.А. Экологический кризис, постмодернизм и культура. Вопросы философии, № 11, с.23-31, 1996.

Кутырев В.А. Универсальный эволюционизм или коэволюция? Природа, № 8, с.4-10, 1998.

Ламсден Ч., Гушурст А. Генно-культурная коэволюция: человеческий род в становлении. Человек, № 3, с.11-17, 1991.

Майр Э. Принципы зоологической систематики. М., Мир, c.454, 1971.

Моисеев Н.Н. Пути к созиданию. М., Республика, c.255, 1992.

Моисеев Н.Н. Еще раз о проблеме коэволюции. Вопросы философии, № 8, с.29, 1998.

Налимов В.В. Размышления о путях развития философии. Вопросы философии, № 9, с.85-93, 1993.

Олескин А.В. Гуманистика как новый подход к познанию живого. Вопросы философии, № 11,

с.149-157, 1992.

Родин С.Н. Идея коэволюции. Новосибирск, Наука, Сиб. отд., с.267, 1991.

Розова С.С. Классификационная проблема в современной науке. Новосибирск, Наука, c.223, 1986.

Смирнов И.Н., Толстов А.Б. Философский вклад дарвинизма: натуралистическая версия Майкла Рьюза. Вопросы философии, № 1, с.109-127, 1987.

Тимофеев-Ресовский В.Н. Генетика, эволюция и теоретическая биология. Природа, № 9, с.62-65, 1980.

Торосян В.Г. Ценность философии. Вопросы философии, № 9, с.95, 1993.

Эволюция Homo sapiens: традиционные механизмы и новые факторы. Круглый стол. Человек, № 1, с.38-40, 1998.