Воздействие принципов разделения властей и федерализма на деятельность федеральных судов
В наши дни наблюдается расширение ограничений федеральной судебной власти, осуществляемое — под двойным знаменем разделения властей и федерализма — более консервативным, чем в прошлом Верховным судом США.
Так Суд реагирует на судебный «активизм» 1960-х и 1970-годов. Можно соглашаться с формулированием этих ограничений власти федеральных судов или не соглашаться - многие из них спорны — они вполне укладываются в понятия отцов — основателей США о том, что система нижестоящих федеральных судов не являлась необходимостью для нового государства и несла в себе потенциал вмешательства в прерогативы штатов'.Ограничение федера/іьной юрисдикции «делами» и «спорами», содержащееся в статье IIIКонституции США. Это ограничение имеет отношение к правовой возможности рассмотрения в судебном порядке того или иного заявленного в суд правопритязания — является ли таковое правопритязание по своей природе «делом» и «спором», подлежащим рассмотрению федеральным судом. Статья 111 Конститу ции США гласит, что федеральная «судебная власть распространяется на «дела» и «споры» [cases or controversies]. Эти термины были истолкованы Верховным судом СШАтаким образом, чтобы ограничить юрисдикцию федеральных судов только традиционными делами, в которых имеются тяжущиеся стороны с предметом спора и конкретная «ставка» в споре. В результате федератьные суды не вправе давать консультативные заключения ведомствам других ветвей власти или иным образом толковать право абстрактно, вне связи с конкретным судебным делом. К тому же федеральный суд, когда посту пает исковое требование, должен тщательно проверять по всем делам, располагает ли истец процессуальной правоспособностью [«standing»] для подачи иска или не яазяется ли дело «политическим вопросом», а не чисто юридическим[147].
Поскольку признаки правовой возможности рассмотрения в судебном порядке того или иного заявленного в суд правопритязания вытекают из особой природы федеральных судов, как их юрисдикция определена статьей 111 Конституции, эти признаки не имеют отношения к судам штатов.
В конституциях некоторых штатов имеются аналогичные ограничения на власть судов штата, в конституциях же других штатов таких ограничений не предусмотрено. Например, верховные суды некоторых штатов нередко управомочиваются давать консультативные заключения правительствам штатов или их законодательным собраниям. Причем такие заключения даются даже по вопросам применения и толкования норм федерального конститу ционного права2.Создание норм общего права федеральными судами. Федеральные суды, равно как и суды штатов, вправе создавать нормы «общего права» [common law[. Как будет показано в следующей главе, термин «общее право», употребляемый в контексте деятельности судов, означает право, полностью формулируемое в решениях судов, или прецедентное право [case law). Это отнюдь не статутное право, то есть законодательство, и даже не то прецедентное право, которым толкуются статуты[148]. Суды, наделенные функцией творить нормы общего права, могут считаться выполняющими «законодательные» функции, поскольку они создают нормы материального права, которые регулируют действия людей определенным образом. В правовой системе, возлежащей на принципах общего права, то обстоятельство, что суды выполняют «законодательные» функции, не представляет в принципе какую-либо проблему. Однако говорят, что федеральные суды в этом смысле отличаются от судов штатов: на полномочиях федеральных судов в сфере прецедентного нормотворчества сказываются принцип разделения властей и предоставление в Конституции США «всех законодательных полномочий» Конгрессу США Как заметил Верховный суд США в своем решении по недавно рассмотренному делу, процесс создания норм общего права «включает балансирование конкурирующими идеалами и интересами, что в нашей демократической системе является уделом выборных представителей народа»[149].
Федеральные суды еше очень давно были лишены права назначать наказания за совершение преступлений, составы которых предусмотрены нормами общего права[150]. Их власть создавать нормы общего права в гражданских делах, хотя и существует, но она ограничена по сравнению с аналогичной властью судов штатов.
Федеральное судебное нормотворчество допустимо только в нескольких областях, в которых существуют четко выраженные и сильные исключительно федеральные интересы, либо сам Конгресс указал, что такое нормотворчество желательно и необходимо. Таким образом, создание норм общего права на федеральном уровне в основном ограничено делами, имеющими отношение к собственности, правам и обязательствам правительства Соединенных Штатов (например, в форме правительственных чеков и облигаций), международным отношениям и мореходству; оно допускается также в тех случаях, когда имеется намерение Конгресса, чтобы в той или иной сфере были бы созданы нормы обшего права, или когда необходимо заполнить пробелы в законодательстве[151].Эти ограничения на создание норм общего права федеральными судами имеют под собой и основания, связанные с принципом федерализма. В своем решении по делу Erie, Lackawanna R.R. v. Tompkins[152] Верховный суд установил, что федеральные суды при рассмотрении дел, основанных на правовых нормах штатов, обязаны следовать нормам обшего права, создаваемым в штатах, и не вправе выносить свои определения относительно того, что есть правовая норма штата. Решение по делу Erie, Lackawanna R.R. v. Tompkins частично основывалось на доктрине «сохраняемых прав» [reserved powers] штатов, что касается общего права, создаваемого в штатах, и на том факте, что создание норм общего права федеральными судами вступило бы в противоречие с такими правами штатов[153].
Подразумеваемые права личности на обращение в суд. Когда закон создает какое-либо право личности, но не обеспечивает никакого средства правовой зашиты, то суд, действующий на основе норм общего права, обычно создает такое средство в форме права на обращение в суд с требованием о возмещении вреда. Власть создавать такое право иллюстрируется древней латинской максимой ubi jus ibi remedium[154]. Конгресс создал много федеральных прав личности путем принятия законов, но часто забывал предоставлять право на обращение в суд с требованием, чтобы эти права осуществлялись.
Поэтому федеральные суды не вправе создавать средство правовой защиты, пока Конгресс прямо не разрешит им это, или если не существует каких-либо подразумеваемых указаний Конгресса на это[155]. Как следует из позиций Верховного суда, вольное создание судами средств правовой зашиты не только может быть сочтено вторжением в законодательные прерогативы вообще, но и позволит федеральным судам расширить свою подсудность с размахом — а сие Конституцией в ее статье 111 возложено исключительно на Конгресс[156].Если суды штатов проявили бы колебания в деле создания норм общего права, то это считалось бы их неспособностью, проистекающей из их собственного чувства самоограничения или из собственных конституций или законов штатов. Суды штатов никак не затрагиваются действием принципа разделения властей на федеральном уровне или соображениями, основанными на статье III Конституции США.
Закон о запретительных приказах и «воздержание» федеральных судов от активных действий. В соответствии с конституционной клаузулой о верховенстве федерального права федеральные суды, применяющие нормы федерального права, несомненно, обладают преимуществом над учреждениями штатов, включая суды штатов. Однако озабоченность Конгресса тем, чтобы федеральные суды не вмешивались бы в судопроизводство в штатах, подтолкнула высший законодательный орган страны на ранних этапах развития американской государственности отменить обычный эффект федерального верховенства в законодательстве, принятом на основе новой Конституции. В 1789 году Конгресс принял Закон против запретительных судебных приказов [Anti-Injunction Act], которым ([юдеральным судам воспрещалось налагать запреты на продолжение производства по делам в судах штатов. С годами появились некоторые исключения из этого запрета, но в целом он сохраняет свою силу и по сей день. К тому же, Верховный суд в конце XX века разработал несколько доктрин полного или частичного «воздержания» [«abstention»] федеральных судов от активных действий. Эти доктрины, которые, похоже, частично обосновываются конституционными требованиями, содержат самостоятельные требования, обращенные к федеральным судам, о воздержании от осуществления своих полномочий с тем, чтобы избежать вмешательства в ведущееся в суде штата производство по делу или иным образом избежать прямого афронта с властями штата, когда те исполняют свои судебные, административные или законодательные функции[157].
Иммунитет штата как суверенного носителя власти от гражданского преследования в федеральном суде. Статья III Конституции США первоначально предусматривала юрисдикцию федеральных судов в отношении некоторых категорий исков, приносимых против штатов. Когда шли конституционные дебаты, возник вопрос: не является ли такое положение по сути отменой иммунитета штата как суверенного носителя власти от гражданского преследования, по крайней мере, в тех случаях, когда исковое производство возбуждается против штата в федеральных судах. В 1791 году, рассмотрев дело Chisholm V. Georgia1, Верховный суд США указал, что статья III федеральной Конституции действительно отменяет таковой иммунитет. Суд постановил, что штат Джорджия несет гражданско-правовую ответственность по договорам поставки, заключенным ею в период Войны за независимость. Конгресс и штаты ответили на это решение принятием XI поправки к Конституции и ее ратификацией в 1795 году[158], отменив тем самым решение Верховного суда по делу Chisholm v. Georgia. Иммунитет штата как суверенного носителя власти от гражданского преследования в федеральном суде продолжает существовать и в наши дни, несмотря на то, что принимались поправки к Конституции по результатам Гражданской войны, в особенности XIV поправка, возложившая определенные ограничения на власть штата. Были созданы различные юридические фикции с тем, чтобы допустить принесение исков в федеральных судах с целью принудить штаты исполнять требования федерального права, но иски о возмещении материального ушерба, заявляемые в денежном выражении, до сих пор не разрешены, если только соответствующий штат не даст согласие выступить ответчиком по иску[159].