§ 5. Вина в уголовном праве
За редким исключением (УК Беларуси, Туркменистана, Украины) законодатель не дает общего определения вины, а только ее конкретных форм и видов. Эта задача решается в теории, причем в большинстве государств не наблюдается единства в док тринальном определении рассматриваемого института.
В уголовном праве стран СНГ, а также некоторых социалистических и постсоциа листических стран под виной понимается психическое отношение лица к совершаемо му общественно опасному деянию, выраженное в форме умысла или неосторожности
В странах континентальной системы наличие вины является обязательным уело вием наступления уголовной ответственности. Принцип виновной ответственности является одним из «краеугольных камней» классической школы уголовного права.
Напротив, в англо-американском уголовном праве существуют преступления, для которых виновность не является обязательным элементом. Ответственность за такие преступления получила название «абсолютной», или «строгой» (strict liability). Для привлечения к уголовной ответственности в данном случае достаточно констатиро вать совершение лицом определенного в статуте действия либо бездействия.
В большинстве стран англо-американского права строгая ответственность, будучи исключением из общего правила, применяется только в случаях, специально пред) смотренных законом. Например, в ст. 22 (алеф) Закона об уголовном праве Израиля содержится следующая норма: «Лицо будет нести строгую ответственность за преступление, если в законодательном акте указано, что такое преступление не требует доказывания преступного замысла либо небрежности»[291].
В США Примерный Уголовный кодекс в качестве общего правила предусматривает, что лицо не может быть осуждено, если не доказана его виновность в отношении каждого материального элемента совершенного им деяния (ст. 2.02). Поэтому строгая ответ ственность в виде исключения допускается только в двух случаях (п.
1 ст. 2.05): а) когда совершено незначительное посягательство (нарушение), караемое штрафом; б) если деяние предусмотрено не Кодексом, а другим статутом, в котором прямо выражена воля законодателя возложить строгую ответственность за его совершение. Указанные положения Примерного УК были восприняты в законодательстве не всех американских штатов, поэтому в некоторых из них рассматриваемый институт используется гораздо шире[292].В самой Англии институт строгой ответственности статутным правом вообще не урегулирован и его действие им прямо не предусматривается. Поэтому нередко вопрос об отнесении того или иного деяния к преступлениям строгой ответственности решается самими судами (что, впрочем, имеет место и в некоторых штатах США).
По своей сути строгая ответственность является не объективным вменением, а опровержимой презумпцией виновности. Если обвиняемый докажет отсутствие своей вины, он не подлежит наказанию.
Необходимо отметить, что институт строгой ответственности критически оценивается многими юристами стран системы общего права. Так, его противники в США настаивают на том, что ответственность без вины противоречит основным принципам уголовного права и Конституции США, в частности, требованию «надлежащей правовой процедуры», зафиксированному в 5-й и 14-й поправках, что установление строгой ответственности не оказывает предупредительного воздействия, не говоря уже о ее несправедливости. Однако Верховный Суд США в своих решениях, начиная с 1849 года (одно из последних 1975 года), неизменно отклонял требования о признании противоречащим Конституции США законодательства, содержащего нормы об установлении строгой ответственности[293].
Во всех странах континентального права теория и уголовное законодательство различают две формы вины: умышленную и неосторожную. В свою очередь, умысел принято подразделять на прямой и косвенный, а неосторожность — на преступную самонадеянность (легкомыслие) и преступную небрежность.
Понятие (психологическое определение) умысла и неосторожности содержится в уголовном законодательстве стран СНГ и бывших югославских республик, а также Албании, Болгарии, Боливии, Бразилии, Венгрии, Вьетнама, Гватемалы, Израиля, КНР, Колумбии, Кубы, Латвии, Литвы, Монголии, Польши, Румынии, Таиланда, Турции, Финляндии, Швейцарии.
В УК Йемена дается определение только умысла.Кроме умысла и неосторожности, уголовное законодательство Андорры, Италии, а также ряда стран Латинской Америки (Боливия, Гватемала, Колумбия, Коста-Рика, Никарагуа, Перу, Эквадор) предусматривает третью форму вины — претеринтенцио- нальность. Деяние признается претеринтенциональным[294] (франц. praeterintentionnel, неп. preterintencional), когда действие или бездействие порождает вредный результат, более тяжкий, чем тот, которого желал субъект. Такая формулировка напоминает понятие смешанной или двойной формы вины, предусмотренной в УК стран СНГ, однако в случае претеринтенциональной вины в законе нет указания на то, что отношение субъекта к более тяжким последствиям должно быть неосторожным.
УК Франции (ст. 132—72) предусматривает в качестве отягчающего обстоятельства особый вид умышленной вины — предумысел (premeditation). Под ним законодатель понимает умысел, сформировавшийся до действий по совершению определенного преступления или проступка. Предумысел является конструктивным признаком тяжкого убийства (assassinat), квалифицирующим признаком применения пыток и ряда других деяний[295]. Такую же форму вины предусматривают УК стран, воспринявших французскую концепцию (Андорры, Афганистана, Бельгии, Бурунди, Гаити, Гвинеи, Доминиканской Республики, Ирака, Кот д’Ивуара, Люксембурга, Мадагаскара, Панамы, Того, Туниса и др.).
В большинстве стран континентальной системы права законодатель с разной степенью подробности раскрывает содержание форм вины, а иногда и их видов.
В УК большинства стран СНГ, а также Албании, Болгарии, Вьетнама, Кубы, Лаоса, КНР формула вины включает признак сознания общественной опасности. В УК
Молдовы (ст. 17) для наличия умышленной вины лицо должно осознавать «вред ный характер своих действий или бездействия»[296].
Признак уголовной противоправности включен в формулу вины в УК Грузии ! Кодексах Бразилии, Гватемалы, Латвии, Румынии, Сан-Марино, Финляндии гово рится о предвидении и желании наступления «последствий» или «результата» бе какого-либо уточнения характера последних.
УК Эстонии (ч. 1 ст. 32) дает не психологическое, а нормативное определение винг лицо признается виновным в совершении деяния, если оно деликтоспособно и отсуг ствуют предусмотренные настоящим разделом обстоятельства, исключающие вину[297]
Уголовные кодексы Андорры, Германии, Испании, Мексики, Перу, Республик) Корея, Японии, а также Франции и большинства ее бывших колоний лишь указыва ют на различные формы вины без какого-либо раскрытия их содержания.
По УК стран большинства СНГ, а также Австрии, Болгарии, Боливии, Германии Дании, Испании, Италии, КНР, Норвегии, Парагвая, Перу, Туниса, Франции, Чили Швеции, Швейцарии, Эстонии, Японии деяние, совершенное по неосторожности признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соот ветствующей статьей Особенной части УК (или иной нормой уголовного закона).
Английское уголовное законодательство не содержит определения вины и e? форм. Природа этого элемента в каждом конкретном преступлении своя, однако с\ дебная практика и теория все же выделяют такие типичные формы «виновного со стояние ума» («mens rea»), как намерение (intention), неосторожность (recklessness и небрежность (negligence). При этом различия между двумя последними формам): имеют весьма запутанный характер.
В США общего определения вины или хотя бы ее отдельных форм не выработано hue теории, ни в законодательстве. Согласно Примерному Уголовному кодексу США (ст. 2.02). за исключением случаев абсолютной ответственности, «лицо не является виновным в со вершении посягательства, если оно не действовало с целью, заведомо, опрометчиво илі: небрежно, в зависимости от того, что требуется по закону в отношении каждого из мате риальных элементов этого посягательства»[298]. С большой долей условности можно сказать что эти четыре формы вины приблизительно соответствуют прямому и косвенному умыслу, преступной самонадеянности и небрежности в континентальном уголовном праве.
В более или менее модифицированном виде нормы о виновности, предложенные авторами Примерного УК, были включены в уголовное законодательство некоторы\ штатов.
Так, УК штата Нью-Йорк (§ 15.05) предусматривает следующие четыре формы вины: «намерение», «заведомость», «неосторожность» и «преступная небрежность»[299].В уголовном законодательстве большинства стран — бывших британских коло ний отсутствуют четкие положения, которые раскрывали бы понятие вины, как и четкие критерии разграничения ее различных форм. Законодатель также ничего не говорит о значении вины как одного из необходимых условий уголовной ответственности. Такое положение вытекает из конструкции самого понятия преступления каь деяния, содержащего материальный и моральный элементы. Указания о наказуемости деяний с той или иной формой вины содержатся обычно в соответствующих нормах Особенной части УК и иных законов.
Определенным своеобразием отличается трактовка вины как условия ответственности в мусульманском деликтном праве. По общему правилу ответственность здесь, как и в других системах права, носит личный и индивидуальный характер. Однако из этого правила имеются исключения. В соответствии с нормами шариата, если убийца неизвестен, то отвечают за убийство жители селения или квартала, или владелец, на земле которого найден убитый, но в этих случаях применяется только «выкуп за кровь» (дийа), а не «воздаяние равным» (кисас). Это положение, в частности, отражено в УК Йемена, согласно которому (ст. 90), «если убитый найден в дбме или придающем к нему саду, который принадлежит или находится в распоряжении определенного лица, этот последний и его клан (родственники) ответственны за выплату полной компенсации, если только наследники убитого не обвинят других лиц»301.