В. Ограничения судебного надзора, осуществляемого федеральными судами
Суды штатов и федеральные суды всех уровней осуществляют полномочия конституционного судебного надзора. Однако тяжущиеся стороны традиционно обращаются в федеральные суды за защитой федеральных конституционных прав.
Более того, Верховный суд США, рассматривающий в качестве последней инстанции вопросы федерального конституционного права, которые передаются ему из судов штатов и федеральных судов, является федеральным судом, который подчинен ограничениям, устанавливаемым принципом разделения властей. Следовательно, рассмотрение вопросов разделения властей было бы целесообразнее начать с обзора некоторых ограничений, налагаемых на федеральную судебную власть, которые могут влиять на систему судебного надзора. В данной части главы рассматриваются основные доктрины, такие как доктрина наличия процессуальной правоспособности [standing], необходимой для ведения конституционного дела, и связанные с ней доктрины «зрелости» [ripeness] и «беспредметности» [mootness] дела, а также запрет осуществления судебного надзора в отношении политических вопросов. Кроме того, мы рассмотрим потенциальное конституционное полномочие Конгресса ограничивать судебный надзор посредством права регулировать юрисдикцию федеральных судов.Доктрина процессуальной правоспособности и другие доктрины, определяющие подсудность дел, вытекают из требования, которым федеральные суды обязываются рассматривать только реальные «дела» и «споры». Некоторые дают этим доктринам дополнительные обоснования, главным образом с помощью концепции «судейской сдержанности» [judicial restraint], предполагающей, что при демократии изолированные от политического процесса суды не должны быть слишком активными, признавая неконституционность действий политических ветвей власти[1508]. Однако главная причина существования требования рассмотрения всех конституционных вопросов только в контексте производства по конкретному делу своей большей частью прослеживается в первоначальном обосновании судебного надзора, изложенном в решении Верховного суда по делу Marbury v.
Madison: суды, осуществляющие конституционный судебный надзор, попросту «делают свою работу», применяя право по просьбе сторон в рамках производства по обычному делу[1509].Процессуальная правоспособность
Доктрина процессуальной правоспособности требует от истцов по любому делу, находящемуся в федеральном суде, демонстрации «личной заинтересованности» [personal stake] в разрешении конфликта путем предоставления доказательств (1) «явно выраженного и ощутимого ущерба» [distinct and palpable injury] и (2) доказательств того, что этот ущерб был причинен ответчиком[1510]. Проблемы, связанные с процессуальной правоспособностью, как правило, встречаются только при рассмотрении дел о предоставлении судебной зашиты путем вынесения запретительных приказов или деклараторных решений, так как в иске о возмещении материального ущерба всегда существует ссылка на достаточно материально ощутимый вред, причиненный действиями ответчика.
Фактический ущерб [injury in fact]. Верховный суд США не развил никаких четких теорий по поводу критериев определения ущерба, подлежащего возмещению. Представляется очевидным, что идеологическое или философское удовлетворение или недовольство не относятся к таким критериям. Ущерб не зависит от того, насколько истец мог бы быть, так или иначе, разочарован или обрадован решением суда. Ущерб интересам гражданина нарушением государством принципа законности своих действий также недостаточен для возникновения процессуальной правоспособности[1511]. У Конгресса даже нет полномочий, чтобы предоставить такую «гражданскую процессуальную правоспособность». Однажды Конгресс принял федеральный закон, связанный с зашитой окружающей среды, который предоставлял право «любому лицу» пресекать нарушения данного закона. Однако Верховный суд счел нарушение этого «абстрактного, изолированного, неинструментального “права” обязывать органы исполнительной власти соблюдать установленные законом процедуры» недостаточной формой ущерба[1512]. Суд признал отсутствие процессуальной правоспособности у членов Конгресса оспаривать конституционность Закона о частичном вето [Line Item \feto Act], позволявшего Президенту после подписания закона «отменять» определенные расходные статьи и налоговые льготы, с которыми он был не согласен, вместо того, чтобы налагать вето на весь законопроект.
Предполагаемый ими ущерб был недостаточен, так как он не имел личного характера, а был общим для всех членов Конгресса, и так как он являлся абстрактным ослаблением институциональной законодательной власти, а не ощутимый личный вред[1513]. Тем не менее, если налицо конкретность вреда, хотя и разделяемого всеми, тогда можно говорить о том, что причинен фактический ущерб[1514].В то же время ушерб, требуемый для возникновения процессуальной правоспособности, не ограничивается конкретными экономическими интересами. Он включает в себя часть неимущественного вреда, например, ущерб «эстетическим, рекреационным интересам, а также интересам сохранения окружающей среды» пользователей национального парка. Таким пользователям был причинен вред, и у них возникла процессуальная правоспособность для оспаривания ожидаемого возведения в парке развлекательного комплекса. Строительство комплекса воспрепятствовало бы их пользованию парком[1515].
Причинно-следственная связь и возможность компенсации ущерба [causation and redressability]. Рассматривая второе требование, что ущерб должен быть причинен неправомерным действием, надо не только учитывать «достаточно прослеживаемую причинно-следственную связь» между причиненным ущербом и оспариваемым законом или действием государства, но также необходимо показать, что ушерб может быть компенсирован принятым в пользу истца решением, признаю- щим недействительность закона или действий государства. Например, решением по делу Warth v. Seldin[1516] Верховный суд США отказал в праве на обращение в суд низкооплачиваемым жителям городского района, примыкающего к пригороду, которые обратились в суд с иском о дискриминации против администрации пригородного района из-за отказа последней выдать разрешения на строительство домов для людей с низким уровнем дохода. Иск был отклонен, так как истцы не смогли доказать причинение им какого-либо материального ущерба действиями властей пригородного района. Они не предоставили доказательств конкретного проекта жилищного строительства, который был бы заблокирован администрацией этого района, равно как не смогли доказать, что если бы такой проект был утвержден и воплощен в реальность, они бы смогли переселиться в новостройки.
Однако истцы по делу Arlington Heights v. Metropolitan Housing Development Corp.1 доказали наличие причинно-следственной связи. Суд в этом деле признал существование процессуальной правоспособности за будущими обладателями права на жилье конкретного проекта жилищного строительства, в реализации которого администрация пригородного района отказала по мотивам расовой дискриминации[1517].С другой стороны, Верховный суд США в своем решении по делу Northeastern Florida Chapter of the Association of General Contractors of America v. City of JacksonvilleA отметил, что фактическим ущербом может также являться лишение возможности конкурировать за получение от государства той или иной выгоды. Суд указал на то, что сторона не должна доказывать, что она получит выгоду от государства, если оспариваемый закон или действие органов государства будут признаны неконституционными. Следовательно, сторона, которая постоянно участвует в конкурсах на получение государственных контрактов, имеет право оспаривать в судебном порядке конституционность закона, препятствующего ей участвовать в конкурсах в отношении определенного процента контрактов, «отведенных» для фирм, которыми владеют представители расовых меньшинств и женщины[1518].
Процессуальная правоспособность налогоплательщика. В целом налогоплательщик, уплачивающий федеральные налоги, сам по себе не имеет права оспаривать конституционность расходов федеральных средств. То же самое касается и налогоплательщика, который уплачивает налоги в бюджет штата, пытающегося оспорить конституционность расходов средств штата. Интерес индивидуального налогоплательщика в расходовании бюджетных средств признается «сравнительно незначительным и неопределенным»'. Однако более старые решения Верховного суда США, которые он никогда не отменял, признавали наличие «прямого и непосредственного» интереса налогоплательщика в расходовании средств муниципалитета, такого, как город[1519]. Верховный суд также признал за налогоплательщиком право оспаривать расходование государственных средств на поддержание религии, которое представляет собой недопустимое «установление религии» в нарушение I поправки к Конституции США[1520].
Несмотря на то, что такое исключение трудно соотнести с требованиями о необходимости доказывания причинения «явно выраженного и ощутимого ущерба», о проведении причинно-следственной связи и доказывании возможности компенсации причиненного вреда, а также с отрицанием Верховным судом «гражданской процессуальной правоспособности», тем не менее оно продолжает существовать и в настоящее время.Обоснование доктрины процессуальной правоспособности. Доктрина процессуальной правоспособности основывается согласно Статье III Конституции США на ограничении полномочий судебной власти рассмотрением «дел и споров». К этому можно добавить политические соображения о надлежаще ограниченной роли судов в демократическом обществе[1521]. Поэтому суды должны принимать участие в принятии решений, в особенности решений конституционного характера, только если существует необходимость разрешения реального конкретного спора. Соответственно, наличие конкретных фактов в каждом случае будет служить ограничению судебной власти рамками принятия решения по данному делу, вместо предоставления возможности установления широких абстрактных принципов.
Другие политические обоснования доктрины процессуальной правоспособности представлены в принципах состязательной системы правосудия. Требование предоставления доказательств конкретного вреда, причиненного сторонам по делу, обеспечивает мотивацию полноценного изучения и раскрытия его фактических обстоятельств и применимого права, что касается обеих сторон. Это в дальнейшем влечет принятие судом решения на основе получения полной информации по делу[1522].
Однако в ответ на это можно услышать утверждение, что стороны, мотивированные чисто идеологическими соображениями, например активисты по защите окружающей среды (которые не имели бы процессуальную правоспособность), с большей вероятностью будут сильнее отстаивать возможность судебного разбирательства, нежели те, кто отстаивают свои права на 25 долларов (кто имел бы процессуальную правоспособность). Доктрина Верховного суда США о процессу- альной правоспособности широко критикуется многими учеными как беспринципный и замаскированный метод разрешения дел по существу[1523].