ЯЗЫК «ПРАВИЛЬНЫЙ» И «НЕПРАВИЛЬНЫЙ»
...Суть всякого литературного языка в его стабильности, в его традиционности.
Л. В. Щерба
Из того, о чем мы говорили до сих пор, следует один несомненный вывод: язык неоднороден.
Более того, он настолько многообразен, так заметно варьируется в зависимости от территории, от социальных различий между говорящими, даже в зависимости от их возраста и пола, что можно лишь удивляться, как же понимают друг друга члены одного общества, если их речь столь непохожа.Средством, общим для всех, является литературный язык: он общепонятен, он независим (хотя, как мы увидим, относительно) от социального и территориального дробления общества.
Если говорить коротко, в какой-то степени обобщенно, литературный язык — это язык культуры. А если расшифровать понятие культуры, то надо указать, что литературным является язык каждой отрасли культуры, любого ее проявления: науки, книг, прессы, радио, театра. Бытовой язык культурных людей также литературен.
Критерии единства и общепонятности для всех членов данного общества—основные требования, предъявляемые к литературному языку. Этими свойствами не обладают местные диалекты, социальные и профессиональные жаргоны: они обслуживают интересы ограниченных групп, а в качестве орудия межгруппового общения не годятся. В этом мы можем легко убедиться на примере некоторых стран современной Африки: при сильном разнообразии наречий и диалектов в них нет единого литературного языка. Поэтому, например, развитие всех видов массовой коммуникации затруднено: на каком языке «вещать» по радио? какой диалект выбрать для печатания общих для всей страны газет?
Рассказывая о диалектах и жаргонах, мы пытались указать носителей каждой из этих разновидностей языка — ту или иную социальную и территориальную общность говорящих.
Носителями литературного языка до революции признавали лишь буржуазно-дворянскую интеллигенцию, и в этом отражался горький факт: крестьяне и рабочие не были достаточно образованны, часто не были даже элементарно грамотны.
Крестьяне пользовались диалектами, а рабочие, ремесленники говорили на просторечии, с примесью профессиональных речевых элементов.После Октябрьской революции картина резко изменилась. Широкие слои рабочих и крестьян стали получать образование, начали приобщаться к культу
ре, а вместе с этим и к литературной речи. Круг носителей литературного языка значительно расширился: к интеллигенции прибавились передовые в культурном отношении слои пролетариата и крестьянства. Все это люди образованные, а социальная сущность литературного языка именно такова: это язык образованной части населения, тех, кто живет культурными интересами. Это язык интеллигенции не в профессиональном значении этого слова («лица с высшим образованием» или «люди умственного труда»), а в его качественном смысле, характеризующем внутренний, духовный мир человека: интеллигентом может быть и маститый академик, и токарь, и колхозный конюх.
Литературный язык хорошо приспособлен для самых разнообразных задач общения. При этом чем сложнее и глубже культура данного общества, тем более развит и многогранен его литературный язык и тем медленнее темпы его изменения. Это и понятно: чем больше культурных ценностей накоплено на языке (рукописей, книг, магнитофонных записей и т. п.), тем сильнее действует тенденция сохранить эти ценности для последующих поколений.
На страже целостности и общепонятности литературного языка стоит норма.