СОЦИАЛЬНАЯ МАРКИРОВАННОСТЬ ЯЗЫКОВЫХ ЕДИНИЦ *
Социальная обусловленность языка, давно ставшая аксиомой лингвистики, выражается в разных формах — в социальной дифференциации национальных языков, в предпочтении разными социальными группами тех или иных выразительных средств, предоставляемых языковой системой (например, в неодинаковой употребительности вариантов представителями разных возрастных, профессиональных, образовательных и др.
групп), в том, что определенные языковые средства приобретают функции социальных символов — маркеров принадлежности говорящего к той или иной социальной среде, и т. п.Если говорить о социальной обусловленности использования языковых средств, то обращает на себя внимание то обстоятельство, что эта обусловленность проявляется не на всем пространстве языка, а лишь на некоторых участках его системы. Это утверждение можно рассматривать как перифразу известного положения о том, что не все уровни языковой структуры в равной степени проницаемы для социального воздействия: наиболее проницаема лексика и фразеология, в наименьшей степени — морфология, фонемный состав языка (об этом писал еще Е. Д. Поливанов; подробный анализ различий в социальном воздействии на разные уровни языковой структуры содержится в коллективной монографии «Русский язык и советское общество», 1968).
| В данной работе делается попытка проиллюстрировать избирательный характер социальной обусловленности языка фактами, которые касаются (1) фонетических и (2) акцентных явлений, (3) словоизменительных форм, (4) слово* Впервые опубликовано в журнале «Вопросы языкознания», 2000, № 4. |
Однако и на каждом уровне языка социальное влияние избирательно: ему подвержены лишь определенные участки, те или иные группы единиц и даже отдельные единицы, в то время как другие участки и группы единиц остаются относительно устойчивы к социальному воздействию.
образовательных моделей (и отдельных образований), (5) синтаксических конструкций.
Поскольку в центре внимания — социальная маркированность языковых единиц, характер их соотнесения с теми или иными социальными слоями и группами (а не, скажем, их лингвистические свойства), то выбор фактов, иллюстрирующих это соотнесение, более или менее произволен.