СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ

Объектом исследования в синтаксисе служит не только предложение, но и текст, который рассматривается в разных аспектах.

Активный интерес к исследованию связного текста пробуждается в 40-50-е годы XX в.

В 60-70-е годы были изучены различные способы связи предложений в тексте, рассмотрено соотношение абзаца и сложного синтаксического целого, определены признаки текста, важнейшими из которых признаны качества связности и завершенности. Именно эти признаки прежде всего учитываются в современных определениях текста: «...Текст — идеальная высшая коммуникативная единица, тяготеющая к смысловой замкнутости и законченности, конституирующим признаком которой, однако, является связность, проявляющаяся каждый раз в других параметрах, на разных уровнях текста и в разной совокупности частных связей»[240] [241]. Как высшая единица языковой системы, текст складывается из единиц низшего уровня — предложений. Образуя текст, предложения объединяются в более крупные единицы, имеющие определенную смысловую и формальную структуру.

Текст является содержательным единством, но, как правило, характеризуется многотемностью: это сложная организация частных тем, связанных друг с другом. Их семантическое развитие формирует общую тему текста. Тематический блок предложений образует сложное синтаксическое целое. Таким образом, сложное синтаксическое целое — это группа предложений, раскрывающих одну микротему (частную тему) и образующих на этой основе формально-смысловое единство, имеющее достаточно определенные границы.

Это сложное синтаксическое целое состоит из трех предложений, объединенных одной темой — описанием росы. В нем раскрывается образная параллель алмазы — роса.

Единство темы в тексте может подчеркиваться специальными синтаксическими конструкциями, основное назначение которых — грамматикализация темы. Такие конструкции обычно открывают сложное синтаксическое целое, занимая в нем начальную позицию. К ним относятся: 1) именительный темы: Врубель! Врубель! Как ослепительное зрелище ночного пожара раскрывался передо мною новый диковинный и патетический мир врубелевских образов (Н. Кузьмин); 2) инфинитив темы: Быть художником... Без горького, постоянного труда не бывает художников... а трудиться, — думал я, глядя на его мягкие черты, слушая его неспешную речь, — нет! Трудиться ты не будешь, сжаться ты не сумеешь (И. С. Тургенев); 3) вопросительные предложения: Что делается вокруг? Зима. Голодуха. Драки на базарах (В. Астафьев). Сигналами начала сложного синтаксического целого также часто служат обстоятельства времени, открывающие первое предложение, указание на появление нового лица, лексические средства, подчеркивающие смену ситуации, ее неожиданное изменение или выделяющие новый этап действия: На другой день, в четверг, Мария Константиновна праздновала день рождения своего Кости. В полденъ все были приглашены кушать пирог, а вечером пить шоколад (А. П.Чехов); Появился вдруг Сонечкин отец, все еще связанный семьею... В первое же лето достал путевки в Сочи (Д. Рубина). Конец сложного синтаксического целого также может быть выделен лексически — глаголами, указывающими на завершение действия, исчерпанность ситуации, уход персонажа и др.: Женщина с белой опушкой опять захохотала и громко произнесла отвратительную фразу.

Итак, сложное синтаксическое целое выражает одну тему и соответственно отражает некую единую ситуацию (или ряд взаимосвязанных ситуаций). В этом фрагменте текста могут быть представлены разные функционально-смысловые типы речи (описание, повествование, рассуждение): а) описание: Далеко на юге чернели неподвижные тучи, оттуда шло непрерывное, глухое ворчание. Кругом еще сильно пахло нескошенным сеном. Ветер слабо дул, шурша сухой травой (В.Вересаев); б) повествование: Через пять минут Нина вышла. Бобров выдвинулся из тени и преградил ей дорогу. Нина слабо вскрикнула и отшатнулась (А. И. Куприн);

в) рассуждение: К каждому человеку надо уметь питать жалость... Суметь пожалеть человека — значит более или менее найти путь к нему. Единственный ли это путь к нему — это еще проблема. Ясно одно: последняя наша задача — ... найти путь к объединению с человеком (А. Ухтомский).

Сложному синтаксическому целому как объективной структурно-семантической единице текста противопоставляется абзац как композиционно-стилистическая единица, отражающая субъективные интенции (намерения) автора текста. Границы сложного синтаксического целого и абзаца могут не совпадать. Различаются три основных типа соотношений между абзацем и сложным синтаксическим целым.

1. Абзац совпадает со сложным синтаксическим целым. Это явление распространено в научном и официально-деловом стилях и служит своеобразной повествовательной нормой в художественной прозе. Так, по мнению Г. Я. Солганика, «гармоничность пушкинского синтаксиса проявляется и в структуре прозаической строфы, совпадающей, как правило, с абзацем»1: Марья Кириловна сидела в своей комнате, вышивая в пяльцах, перед открытым окошком. Она не путалась шелками, подобно любовнице Конрада, которая в любовной рассеянности вышила розу зеленым шелком. Под ее иглой канва повторяла безошибочно узоры подлинника, несмотря на то, ее мысли не следовали за работой, они были далеко (А. С. Пушкин).

2. Границы абзаца не совпадают с границами сложного синтаксического целого: один абзац включает несколько синтаксических целых: «Боже мой, если бы хотя часть этих денег!» — сказал он, тяжело вздохнувши; и в воображенье его стали высыпаться из мешка все виденные им свертки с заманчивой надписью: «1000 червонных». Свертки разворачивались, золото блестело, заворачивалось вновь, и он сидел, уставивши неподвижно и бессмысленно свои глаза в пустой воздух...// Наконец у дверей раздался стук, заставивший его неприятно очнуться. Вошел хозяин с квартальным надзирателем, которого появление для людей мелких, как известно, еще неприятнее, нежели для богатых лицо просителя.// Хозяин небольшого дома, в котором жил Чартков, был одно из творений, какими обыкновенно бывают владетели домов где-нибудь в Пятнадцатой линии Васильевского острова, на Петербургской стороне или в отдаленном углу Коломны, — творенье, каких много на Руси и которых характер так же трудно определить, как цвет изношенного сюртука. В молодости своей он был капитан и крикун, употреблялся и по штатским делам, мастер был хорошо высечь, был и расторопен, и щеголь, и глуп; но в старости он слил в себе все эти резкие особенности в какую-то тусклую неопределенность. Он был уже вдов, был уже в отставке, уже не щеголял, we хвастал, «е задирался, любил только пить чай и болтать за ним всякий вздор (Н. В. Гоголь).

3. Одно сложное синтаксическое целое может быть разбито на два и более абзацев: в этом случае «абзац, разрывающий единое целое, выполняет акцентную роль, когда важным считается выделение отдельных звеньев общей структуры, частных деталей в описании, в раскрытии той или иной темы»[242]: Она [волчиха] бежала,, напрягая силы, а в это время Арапка, уже почуявшая волка, неистово выла, кудахтали в зимовке потревоженные куры, и Игнат, выйдя на крыльцо, кричал:

— Полный ход! Пошел к свистку!

И свистел, как машина, и потом — го-го-го-го!

И весь этот шум повторяло лесное эхо (А. П.Чехов).

Несовпадение границ сложного синтаксического целого и абзаца служит источником многих эффектов в художественном тексте.

Характеристика сложных синтаксических целых предполагает не только выделение их микротем, но и рассмотрение средств межфразовой связи, соединяющей в них предложения.

Целесообразно различать конкретные лексические и грамматические средства связи и способ организации самой связи, или «способ действия» (С. И. Гиндин). Способы действия выделяются в зависимости от того, какие именно механизмы связи используются в тексте, и определяют доминирующий характер тех или иных средств межфразовой связи. Способы действия межфразовой связи делятся на:

1) зацепление — употребление средств, отсылающих к другому субтексту; это использование специальных средств, значение которых указывает на связь элементов текста или не может быть определено без обращения к соседним предложениям; так, в группе предложений Должно быть, Марс понял этот жест доброго человека в кожаном фартуке. Он гавкнул насмешливо! (И. Шмелев) именная группа с указательным местоимением этот отсылает к предшествующему тексту;

2) повтор — использование для межфразовой связи тождественных или сходных элементов: Далеким, милым дерганьем кричали коростели. Эти коростели и закаты незабываемы; чистым видением сохранились они навсегда (Б. Зайцев);

3) следование — связь, основанная на «выводе» одного субтекста из другого (например, «мораль» в басне):

Так хвалится иной, что служит сорок лет;

А проку в нем, как в этом Камне, нет.

(И. А. Крылов. «Камень и Червяк»)

Таких примеров есть немало:

Коль слабый сильному, хоть движимый добром,

Открыть глаза на правду покусится,

Того и жди, что с ним случится,

Что с Комаром.

(И.А. Крылов. «Комар и Пастух»)

Различаются собственно лексические, лексико-грамматические и грамматические средства межфразовой связи:

1) к собственно лексическим средствам связи относятся точные лексические повторы, синонимы и — шире — слова, включающие общий семантический компонент. Так как сложное синтаксическое целое объединяет предложения, раскрывающие одну микротему, то в нем используются лексические единицы, которые обозначают предметы или понятия, так или иначе связанные с этой темой.

Связность текста осуществляется также при помощи повторной номинации — различного обозначения одного и того же предмета (лица, признака). С этой целью в тексте используются не только повторы, но и гиперонимы и гипонимы, выражающие родо-видовые отношения, метафорические и (реже) метонимические обозначения, функциональные наименования лица (по профессии или по роду занятий), наименования по отношению к другому лицу (брат, дядя и др.), по возрасту, оценочные характеристики и т.п. Так строится, например, ряд номинаций Пугачева в тексте повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка»: Пугачев — Емеля (Емелька) — самозванец — беглый казак — государь — мошенник — «злодей» и др.

Повторная номинация как обозначение уже известного объекта открывает большие возможности для варьирования наименований в тексте. При этом важную роль играет позиция автора текста, его субъективное отношение к называемому объекту. В художественной речи выбор той или иной номинации, в которой отражается точка зрения автора или персонажа, выступает как важное средство выразительности и значим для интерпретации образа героя; см., например, ряд номинаций главного героя киноповести

В. Шукшина «Калина красная»: Горе—крестьянин — вор—поэт- разбойник—пахарь и др.;

2) к лексико-грамматическим средствам связи относятся различные средства анафоры, т.е. отсылки к компонентам предшествующего текста. Это прежде всего лично-указательные местоимения, указательные и притяжательные местоимения, слова типа факт, событие и т.п., замещающие содержание предшествующих высказываний: Он неожиданно вернулся в родное село. Его приезд обрадовал и испугал мать. Это событие взволновало соседей; Младшая сестра, Женя... молчала. Она не принимала участия в серьезных разговорах, ее в семье еще не считали взрослой (А. ГТ. Чехов).

В составе анафорических выражений при повторной номинации в тексте используются определенные классы имен. Это: а) номинации (наименования) речевых актов: просьба, обещание, согласие, угроза, совет и т.п.; б) номинации словесных комплексов: сую0я, замечание, фраза, реплика и т.п.; в) номинации результатов интеллектуальной деятельности: вывод, мнение, уточнение, предположение и т.п.: обещала вернуться в субботу вечером.

Это обещание очень обрадовало нас. Таким образом, собственно лексические и лексико-грамматические средства взаимодействуют друг с другом;

3) к грамматическим средствам связи относятся: а) порядок слов, отражающий особенности тема-рематическо- го членения предложений в сложном синтаксическом целом: Я с нетерпением поджидал лета, следя за его приближением по хорошо известным мне признакам. Самым ранним вестником лета // являлся полосатый мешок. Его // вытягивали из огромного сундука, пропитанного запахом камфары, и вываливали из него груду парусиновых курточек... для примерки (И. Шмелев); б) союзы, союзные слова и обстоятельства, выраженные местоименными наречиями, употребляющиеся в начале предложений; они являются синсемантич- ными элементами и, отсылая к предшествующему тексту, служат для связи предложений: И снова в жужжанье просквозила Машенька точно в перевернутом телескопе. И когда она совсем исчезла, Ганин прислонился к стене и почувствовал, что у него горят уши (В. Набоков); в) формы грамматического (морфологического и синтаксического) времени, которые указывают на одновременность или последовательность ситуаций: Подражание французскому тону времен Людовика XVбыло в моде. Любовь к отечеству казалась педантством. Тогдашние умники превозносили Наполеона с фантастическим подобострастием и шутили над нашими неудачами. К несчастию, защитники отечества были немного простоваты, они были осмеяны довольно забавно и не имели никакого влияния. Их патриотизм ограничивался жестоким порицанием употребления французского языка в обществах, введения иностранных слов... Вдруг известие о нашествии и воззвание государя поразили нас. Москва взволновалась. Появились простонародные листки графа Ростопчина; народ ожесточился. Светские балагуры присмирели, дамы вструхнули (А. С. Пушкин); г) обстоятельства времени, места, причины, цели, условия и уступки, определяющие логические отношения между предложениями: Подъехав к господскому дому, он увидел белое платье, мелькающее между деревьями сада. В это время Антон ударил по лошадям и ... пустился во весь дух через мост и мимо села. Выехав из деревни, поднялись они на гору... (А. С. Пушкин); д) вводно-модальные слова, указывающие на порядок изложения или обобщающие сказанное: Молодые люди говорили обо всем русском с презрением или равнодушием и предсказывали России участь Рейнской конфедерации. Словом, общество было довольно гадко (А. С. Пушкин); е) неполнота предложений и эллипсис, отсылающие к предшествующим элементам текста: Хлеб режет Горкин, раздает ломти. Кладет и мне: огромный, все лицо закроешь (И. Шмелев).

Особенно важным средством организации и членения текста и — соответственно — построения сложных синтаксических целых является употребление видо-временных форм глагола, определяющее характер временных отношений в них. В. В. Виноградов выделил две противопоставленные друг другу композиционностилистические функции видо-временных форм глагола в тексте: аористическую функцию (для глаголов совершенного вида) и функцию имперфективную (для глаголов несовершенного вида).

Глаголы в аористической функции служат основным средством передачи динамики, в силу их видовой семантики они выражают смену ситуаций во времени и определяют их последовательность, см., например: Раздался звонок. За стеклянными дверями скучающие муравейники зашевелились. Одна за другой стали отворяться двери... Держа журналы у левого бока, вышли учителя, вяло и скучновато. Вывалили ученики — коридор сразу загудел (Б. Зайцев). «Прошедшее время несовершенного вида, представляя прошлое действие в его течении, а не в его результате, живописно и изобразительно... Само по себе оно не определяет последовательности действий в прошлом, а размещает их все в одной плоскости, изображая и воспроизводя их»1.

Выступая в имперфективной функции, видо-временные формы глагола обозначают действие или состояние в процессе его осуществления (течения) и служат основой описаний, см., например: Мать сидела ровная и спокойная. Паром медленно плыл к берегу по совсем тихому месту, раздвигая кусты. Звезды текли. И уж нельзя было сбиться — с суши сияла церковь (Б.Зайцев).

Синтаксис текста опирается на теорию актуального членения: коммуникативное членение текста (его функциональная перспектива) основано на актуальном членении предложений, его составляющих. Их темы и ремы соотносятся между собой, определяя развертывание текста, единство которого обеспечивается последовательным распределением информации от данного к новому. В 60-е годы XX в. Ф.Данеш предложил различать три основные модели «тематических последовательностей»[243] предложений. Это:

1) простая линейная последовательность, когда тема последующего предложения совпадает с ремой предшествующего:

Т] — Рі; Т2 (=Рі) — Р2...: Лодка // причалила к берегу. Берег // был устлан галькой. Галька // была мелкая и влажная после дождя;

2) последовательность с константной темой: рема первого предложения повторяется в следующих предложениях как их тема:

, Т2 (=Pj) — Р2э Т3 (=Рj) — Р3...: Во дворе он увидел детей. Дети // весело играли у крыльца. Дети // не заметили отца. Они // были увлечены игрой;

3) последовательность с производными темами: в этой последовательности предложений реализуются различные производные одной «гипертемы», которая или вводится предварительно, или имплицитно содержится во всех производных: Все молчали. Никто не произносил ни звука. В комнате царила тишина.

Кроме этих основных моделей используются и их комбинации, которые обычно образуют в реальном тексте сложные типы.

Тематические элементы объединяют предложения, входящие в сложное синтаксическое целое, скрепляют его и определяют высокую степень его связности. Рематические же элементы, которые являются носителями новой информации, способствуют развертыванию темы, динамическому развитию текста.

Наряду с непосредственной тема-рематической связью в сложном синтаксическом целом может быть представлена ассоциативная связь. Если при непосредственной связи тема предложения полностью повторяет смысл одного из предшествующих компонентов текста, то при ассоциативной связи тема связывается с одним из предыдущих фрагментов по ассоциации: Учитель вошел в класс. Класс приветствовал его стоя (непосредственная связь). — Учитель вошел в класс. Шум сменился напряженной тишиной (ассоциативная связь).

Ассоциативная связь служит для компрессии информации и, следовательно, для сокращения элементов текста. Именно эта связь, предполагающая «тематические скачки», особенно часто используется в художественном тексте: Когда она вошла в прихожую, перед ее глазами в сравнительной темноте поплыли румяные пятна. Дом был пуст; в столовой — еще не накрыто; в спальне, на ковре, на синей кушетке, — аккуратно сложено солнце. Она стала переодеваться, счастливо и нежно улыбаясь зеркалу (В. Набоков).

Тип тематической последовательности учитывается при определении ведущей (доминирующей) в сложном синтаксическом целом связи предложений. По характеру средств связи и способа ее действия в тексте различаются цепная и параллельная связь.