1.1. Изменение социальной базы литературного языка и диалектов

Носителями литературного языка в дореволюционной России были в ос­новном представители буржуазно-дворянской интеллигенции, носителями ди­алектов — крестьяне (составлявшие большинство населения); купечество и развивавшийся с середины XIX в.

После революции крут носителей литературного языка расширяется за счет передовых слоев рабочего класса и крестьянства, новой советской интелли­генции (подробнее об этом см. [Поливанов 1928; РЯиСО, кн. I]). В 20—30-е гг. наблюдается значительный отток сельского населения, особенно среднего и младшего поколений, в города, так как ряды рабочего класса и интеллигенции пополняются выходцами из крестьян. Это не означало, конечно, что приоб­щавшиеся к городской жизни и, в частности, к городским формам речи кресть­яне быстро овладевали новыми для себя средствами общения, избавляясь от привычной диалектной манеры речи. Однако для успешной ассимиляции в новых, городских социальных условиях «неофитам» важно было сознательно ориентироваться на принятые в этих условиях типы речи и отталкиваться от тех речевых черт, которые в городе имеют низкий социальный престиж (диа­лектные речевые черты как раз и являются такими).

Поэтому отток крестьян из деревни в город, обусловленный нуждами раз­вития социалистической промышленности, культурного строительства и т. п., означал сужение круга носителей «чистого» диалекта. В дополнение к этому массовое обучение крестьянских детей в школах, затем их взаимодействие с

инодиалектными сверстниками на заводах, в армии, в средних специальных и высших учебных заведениях, безусловно, способствовало нивелировке их ди­алектных навыков, вытеснению этих навыков новыми, в значительной степени обусловленными литературной нормой: ведь и школа, и пресса, и книги, и кино, и радио являются проводниками литературной речи (а не, скажем, город­ского просторечия, которое, при отсутствии школьного образования и средств массовой информации, могло бы оказывать на речь выходцев из деревни гораз­до более сильное воздействие, чем то, которое можно наблюдать в современ­ных условиях).

В самой деревне увеличивается слой интеллигенции (агрономы, учителя, врачи, клубные работники и др.), которая является носительницей литератур­ного языка — правда, в той или иной степени диалектно окрашенного. Следо­вательно, литературную речь носитель диалекта слышит не только по радио, с кино- и телеэкрана, но и от людей, с которыми он общается в производствен­ных н бытовых ситуациях.

Все это означает количественное сужение и качественное изменение соци­альной базы диалекта, изменения в его функционировании.