Еще раз о причинах иноязычного заимствования

Представив в разделе «Условия» своего рода экспозицию новой — во вся­ком случае, для литературного языка — иноязычной лексики, рассмотрим те­перь причины и факторы, способствующие вхождению слова в употребление и последующему укоренению его в языке (или же, напротив, вытеснению его на периферию речевого употребления).

Общие причины заимствования иноязычной лексики достаточно хорошо из­вестны. Это:

— потребность в наименовании (новой вещи, нового явления и т. п.); ср. слова типа кино, радио, такси, магнитофон, транзистор, компьютер и мн. др.;

— необходимость разграничить содержательно близкие, но все же различа­ющиеся понятия; ср., например, пары слов типа уют — комфорт, страх — паника, обслуживание — сервис, сообщение — информация и под.;

— необходимость специализации понятий — в той или иной сфере, для тех или иных целей; ср., например, пары типа предупредительный — превентив­ный, вывоз — экспорт, преобразователь — трансформатор и под., эвфемис­тические, вуалирующие замены — например, в области анатомии, физиоло­гии, медицины (педикулез вместо вшивость, канцер вместо рак, гениталии вместо половые органы, анус вместо задний проход и т. п. — подробнее об этом см. с. 26—33);

— тенденция к соответствию нерасчлененности, цельности обозначаемого понятия с нерасчлененностью обозначающего: если объект наименования пред­ставляет собой одно целое (или, по крайней мере, он как целое мыслится носи­телями языка), то говорящие стремятся обозначить его одним словом, а не сло­восочетанием, или же заменить описательное наименование однословным; так появились в русском языке слова типа снайпер (по-русски: меткий стрелок), стайер (бегун на длинные дистанции), спринтер (бегун на короткие дистан­ции), сейф (несгораемый шкаф), сервант (шкаф для посуды) и мн. др.;

— наличие в заимствующем языке сложившихся систем терминов, обслу­живающих ту или иную тематическую область, профессиональную среду и т.

— социально-психологические причины и факторы заимствования: воспри­ятие — всем коллективом говорящих или его частью — иноязычного слова как более престижного (по сравнению с исконным), «ученого», «красиво звучаще­го» и т. п. Вообще, по-видимому, можно говорить о некой отмеченности, выде-ленности иноязычного слова не только в языке (ср. признаки иноязычности типа начальной буквы «а», несклоняемости существительных и т. п.), но и в сознании говорящих: во-первых, иноязычное слово связано с книжностью — книжной культурой, книжным стилем языка, книжной стилистической окрас­кой; во-вторых, вследствие иноязычности, «непрозрачности» формы смысл его для многих говорящих нередко оказывается как бы зашифрованным, непонят­ным; в то же время (в-третьих) эта непонятность служит символом недоступ­ной учености, почему и речь, содержащая иноязычные слова, часто расценива­ется как социально престижная2.

Другим, также социально-психологическим по своей природе, фактором за­имствования и активного вхождения иноязычного слова в речевой оборот яв­ляется коммуникативная актуальность обозначаемого им понятия.

разных этапах развития одного и того же социума такая актуальность может быть различной: ср. с этой точки зрения марксистскую терминологию типа материализм, коммунизм, революция, диктатура и т. п., которая в течение ряда десятилетий была в поле социального внимания (во всяком случае, официаль­ного), а теперь потеряла свою актуальность; с другой стороны, слова, до недав­него времени подозрительные или просто враждебные по своей идеологичес­кой сущности, типа плюрализм3, приватизация, антикоммунизм и т. п., стали коммуникативно актуальными и употребительными в нейтральных и даже по­ложительных контекстах.

Перечисленные причины и факторы воздействуют (в разной степени) и на процесс освоения русским литературным языком новой иноязычной лексики в конце 80-х — начале 90-х гг 4.

Это можно показать на ряде примеров.

1) Потребность в наименовании новой вещи, нового понятия: автобан (нем. Autobahn) 'широкая магистраль с высококачественным дорожным покрытием для скоростного движения автомобилей'; слово применяется пока преимуще­ственно по отношению к зарубежной действительности, поскольку в России таких магистралей нет или очень мало;

блейзер (англ. blazer) 'особого покроя приталенный пиджак'; ср. также на­звания других модных видов одежды: леггинсы (англ. leggings < leggy 'длинно­

ногий' < leg 'нога (от бедра до ступни)') — 'облегающие ногу тонкие женские рейтузы', слаксы (англ. slacks 'широкие брюки') — вид мужских молодежных брюк, бюстье (франц. bustier) — 'бюстгальтер без бретелек' и др.;

гамбургер (англ. hamburger — от названия одного из немецких городов — Гамбург, где впервые начали делать подобные бутерброды, а рецепт их при­готовления был завезен гамбургскими матросами в США, где и возникло само слово) — 'мягкая, обычно теплая булочка, разрезанная надвое, с бифштек­сом и луком (или другими овощами) в середине' (ср. с ранее заимствованны­ми бутерброд и сендвич);

грант (англ. grant 'дар; дотация, субсидия'; grants 'стипендия') — 'денеж­ное пособие, выдаваемое специальными фондами и предназначенное для ма­териального обеспечения научных исследований' (ср. с ранее заимствованны­ми пенсия, стипендия, дотация, субсидия; субвенция);

дайджест (англ. digest 'краткое изложение') — 'особый вид журнала, со­держащий в сокращении наиболее интересные материалы из других изданий' (ср. другие иноязычные наименования, содержащие в своих значениях компо­нент 'краткое изложение': абстракт, аннотация, конспект,реферат,резюме, тезисы);

дартс (англ.

дианетика (англ. dianetics — от греч. 5iav£co 'преодолеваю') — разработан­ная американским ученым Л. Роном Хаббардом наука о душевном здоровье;

зомби (из языков острова Гаити) — 'лишенный души, умерший, но затем воскресший человек, слепо подчиняющийся воле других';

скейтборд (англ. skate-board от to skate 'кататься, скользить' и board 'дос­ка') — 'небольшая продолговатая доска на четырех роликах для спортивного катания и развлечения, а также соответствующий вид спорта';

скоч, скотч (< англ. scotch 'надрез') — 'прозрачная клейкая лента для упа­ковки в виде небольшого рулона, от которого отрезается необходимая часть' (ср. лейкопластырь);

транссексуал (< лат. trans 'через' + sexualis 'связанный с полом') — 'чело­век, изменивший (путем хирургической операции) свой пол на противополож­ный';

телефакс, сокращенно факс (англ. telephax < telephone) + fax(imile) 'факси­миле, факсимильный*) — 'особый — факсимильный — тип телефонной связи, а также аппарат с печатающим устройством, обеспечивающий такую связь' (ср. телефон, телеграф);

хоспис (англ. hospice 'приют; богадельня') — 'больница для безнадежных больных, где создаются условия для того, чтобы человек перед смертью испы­тал как можно меньше страданий';

эвтаназия (греч. erjSavaora < eu 'хорошо, хороший' и Sdvaicx; 'смерть') — 'облегчение агонии, умирания тому, кто обречен, кого нельзя вылечить'.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что многие из приведенных примеров могут быть интерпретированы в связи с иными причинами и факто­рами, обусловливающими иноязычное заимствование, — например, как отра­жающие тенденцию к дифференциации или специализации понятий (авто-бан, блейзер, гамбургер, грант и др.). Это объясняется тем, что указанные выше причины и факторы, способствующие освоению слова языком, действуют, как правило, комплексно, во взаимодействии друг с другом; однако при этом ка­кой-либо один фактор является определяющим, ведущим — и это дает основа­ние для выделения разных групп иноязычных слов (с точки зрения причин их заимствования).

2) Необходимость в разграничении понятий или в их специализации; заим­ствования, появление которых обусловлено этими факторами, особенно мно­гочисленны в специальных терминологиях (но не только в них). Ср. следую­щие примеры:

визажист (от франц. visage 'лицо') — 'дизайнер или художник по макия­жу, мастер косметического и живописного украшения лица' (ср. с ранее заим­ствованными дизайнер, которое в своем значении не содержит указания на ка­кой-то определенный объект деятельности человека, обозначаемого этим сло­вом, и гример, которое в своем значении содержит указание на иной объект: 'лицо актера' и иную цель: не для украшения, а для создания определенного внешнего облика);

гран-прй (франц. grandprix 'главный приз') — 'высшая награда на фести­вале, конкурсе и т. п.'; необходимость в этом наименовании появилась в связи с тем, что помимо традиционных премий, различавшихся порядковым номе­ром (первая, вторая, третья), с недавних пор стал учреждаться высший, глав­ный приз (ср. похожую ситуацию с сортами: помимо первого, второго и тре­тьего сорта существует сорт экстра, стоящий на вершине сортовой иерархии);

имидж (англ. image 'образ') — 'целенаправленно создаваемый образ кого-либо, призванный выражать определенные свойства субъекта и тем самым ока­зывать психологическое, эмоциональное воздействие на зрителей, собеседни­ков, слушателей' (ср. имидж актера, политика, телевизионного ведущего и т. п.) — это значение явно более специфично, чем значение слов образ, об­лик;

инсталляция (англ. installation, франц. installation 'установка, оборудова­ние') — слово, появившееся для обозначения нового типа произведений изобра­зительного искусства, и тем самым оно должно было бы попасть в первую груп­пу иноязычной лексики; однако главной причиной его появления в языке по­

служила необходимость отличить этого рода произведения, с одной стороны, от плоскостных (картин, офортов, эстампов и т. п.), а с другой — от объемных, но имеющих принципиально иной характер (скульптур), поскольку инсталля­ция предполагает использование в качестве материала разного рода бытовых предметов, деталей машин, приборов и т. п.; инсталляция и глагол инсталли­ровать употребляется также в компьютерной терминологии, обозначая про­цесс установки какой-л. программы (ср.: инсталлировать программу; инстал­ляция программы завершена и т. п.);

киллер (англ. killer < to kill 'убивать') — слово, как будто бы в точности дублирующее семантику русского убийца, однако в русском языке киллер обо­значает профессионального убийцу, убийцу-наемника, ср.:

Прессу захлестнула волна публикаций о заказных убийствах и киллерах (Рос­сийская газета. 1994. 2 марта);

плейер (англ. player — от to play 'играть') также кажется полным синони­мом русскому проигрыватель, однако эта синонимия — лишь «этимологичес­кая»; в действительности это разные устройства: проигрыватель — аппарат для воспроизведения музыки и речи, записанных на пластинках, а плейер — разно­видность компактного аудиомагнитофона с наушниками (в молодежном жар­гоне это устройство имеет довольно выразительное обозначение — дебильник) или видеомагнитофона (ср. термин видеоплейер);

ремеик, в ином — фонетическом — написании римейк (англ. remake 'пере­делка') — 'новая кинематографическая интерпретация сюжета, мотивов уже снятого раньше и бывшего в прокате фильма', ср.:

«Палач из Касабланки» —ремейк знаменитой «Касабланки» Майкла Карти-са... (Сегодня. 1993. 21 дек.);

Василий Шукшин был бы приятно удивлен, что его фабула так понравилась героям «Пути Карлито»... Конечно, это не римейк «Калины красной», и Карлито далеко не шукшинский герой, но и здесь схожие мотивы (Вечерний клуб. 1994. №41—42);

русский перевод переделка был бы в данном случае неточен.

Для того, что обозначается сейчас немецким по происхождению словом пол­тергейст (нем. Poltergeist 'грохочущий дух'), издавна существует исконно рус­ское наименование домовой. Но это не синонимы: слово полтергейст более специфично по смыслу, так как обозначает не всякого домового, а лишь такого, который проявляет себя шумом, стуком, перемещением предметов и т. п.

Появившееся в середине 80-х гг. слово спонсор влилось в ряд иноязычных по происхождению наименований, имеющих сходное (но не тождественное) значение: меценат — импресарио—антрепренер—продюсер. Спонсором пер-

13-изо

воначально обозначали лицо или организацию, которые оказывают финансо­вую поддержку творческой деятельности артистов, музыкантов, художников; затем объект спонсорской деятельности стал пониматься более широко (ср. спонсор соревнований, телевизионной программы, конференции, издания книг и т. п.), но компонент 'оказывает финансовую поддержку' сохранился. В дру­гих словах указанного ряда этот компонент не представлен в явном виде (как часть толкования): меценат в словарях толкуется как 'богатый покровитель наук и искусств; вообще тот, кто покровительствует какому-либо делу, начина­нию', импресарио — 'предприниматель или агент — устроитель концертов, зрелищ', антрепренер — 'частный театральный предприниматель'5, — или же представлен иначе: продюсер — 'доверенное лицо кинокомпании, осуществ­ляющее идейно-художественный и организационно-финансовый контроль за постановкой фильма'6 (ср. компоненты 'организационно-финансовый контроль' и 'финансовая поддержка').

В последнее время этот ряд пополнился еще одним словом — промоутер. Промоутер (англ. promoter — букв, 'тот, кто способствует чему-л.') — 'лицо, помогающее, способствующее созданию, организации промышленного или фи­нансового предприятия путем подыскивания вкладчиков денежных средств'7.

Как видим, слова, образующие указанный квазисинонимический ряд, име­ют достаточно легко выявляемые семантические различия.

3) Тенденция к установлению соответствия между нерасчлененностью объекта8 и одноэлементностью, однолексемностью его наименования, то есть, иначе говоря, тенденция к замене словосочетаний однословными наименова­ниями.

В этом случае происходит как бы заполнение пустой ячейки, которой соот­ветствует определенный смысл, но означающее — в виде отдельного слова — отсутствует (вместо этого употребляется описательный оборот).

Например, слово йети заменяет словосочетание снежный человек (объект, который мыслится, конечно, как нечто единое). Спортивный термин овертайм (который в английском языке образован из сочетания двух слов: over 'сверх' и time 'время; тайм') заменяет оборот добавочное время, который имеет терми­

нологический смысл: он обозначает определенный отрезок времени, предос­тавляемого командам для выявления победителя (заметим, что овертайм к тому же как бы дополняет собой пары обозначений со словом тайм: первый тайм — второй тайм — овертайм).

Слово саммит обозначает встречу в верхах, то есть на высшем правитель­ственном уровне; таблоидом (англ. tabloid) журналисты иногда называют буль­варную газету; вошедшее в спортивный обиход слово армрестлинг (от англ. arm 'рука' и wrestling 'борьба') обозначает вид единоборства, который издавна известен и в России: это «борьба на руках», когда садящиеся друг против друга соперники ставят согнутые в локте руки на стол, сцепляются пальцами и ста­раются прижать руку соперника к поверхности стола; армрестлинг — одно­словное наименование такой борьбы как вида спорта, до заимствования англи­цизма существовало лишь описательное ее обозначение.

Трудное для русской морфологии слово ноу-хау (англ. know-how букв, 'знать, как') обозначает 'новые, передовые технологии производства чего-либо'; сло­вом хайджекер (англ. hijacker) обозначают 'угонщика самолета'; словом элек­торат — 'совокупность избирателей (данного кандидата или данного окру­га)'9 и т. д.

4) Наличие в языке сложившихся систем терминов, более или менее одно­родных по источнику их происхождения. Классический пример — уже упоми­навшаяся терминология вычислительной техники, которая сложилась на базе английского языка; она легко пополняется новыми терминами английского про­исхождения. То же следует сказать о спортивной терминологии (примеры см. выше), а также о лексике некодифицированных подсистем языка — таких как жаргоны наркоманов, проституток, хиппи, музыкантов-лабухов и др.: здесь преобладают англицизмы или кальки с английского (см. материал, свидетель­ствующий об этом, в словарях [Грачев, Гуров 1989; Елистратов 1994; Рожан-ский 1992; Файн, Лурье 1991]).

Вообще влияние лексики английского языка (главным образом в его амери­канском варианте) на русский язык наших дней является преобладающим в сравнении с влиянием других языков.

5) Социально-психологические причины.

5Л. П рестижность иноязычного слова по сравнению с исконным или ранее заимствованным и обрусевшим. Как кажется, этот фактор оказал

определенное влияние на активизацию употребления таких слов, как презен­тация (вместо представление), хотя здесь имеется и некая семантическая при­чина; презентация — это торжественное представление чего-либо (филь­ма, книги и т. п.); эксклюзивный (вместо исключительный), которое, правда, легче укладывается в некоторые контексты, чем его русский синоним: ср. экс­клюзивное интервью при сомнительности 7исключительное интервью; и это обстоятельство, по-видимому, влияет на живучесть иноязычного слова; кон­салтинг — в контекстах типа Фирма осуществляет консалтинг — вместо бо­лее обычного, русифицированного, хотя и образованного от той же иноязыч­ной основы слова консультирование, и нек. др.

Большая социальная престижность иноязычного слова по сравнению с ис­конным вызывает иногда явление, которое может быть названо повышение в ранге: слово, которое в языке-источнике именует обычный объект, в заим­ствующем языке прилагается к объекту, в том или ином смысле более значи­тельному, более престижному и т. д.

Так, французское слово boutique значит 'лавочка, небольшой магазин'; бу­дучи заимствовано русским языком, оно приобретает значение 'магазин мод­ной одежды'; примерно то же происходит с английским shop: в русском языке название шоп приложимо не ко всякому магазину, а лишь к такому, который торгует престижными товарами (обыкновенный продмаг шопом никто не на­зовет); слаксы — это не просто 'широкие брюки' (как в английском), а 'модные широкие брюки особого покроя'. Английское hospice 'приют, богадельня' пре­вращается в хоспис — дорогостоящую больницу для безнадежных больных с максимумом комфортных условий, облегчающих процесс умирания.

5.2. Коммуникативная актуальность понятия и соответствующего ему сло­ва. Очевидно, что если понятие затрагивает жизненно важные интересы мно­гих людей, то и обозначающее его слово становится употребительным. Эта закономерность верна в отношении любых слов, но применительно к иноязыч­ным словам она проявляется особенно рельефно, поскольку здесь добавляется еще фактор социальной престижности иноязычного наименования.

Иноязычные слова, обозначающие коммуникативно важные понятия, попа­дают в зону социального внимания: в определенные периоды — обычно до­вольно короткие — их частотность в речи становится необычайно высока, они легко образуют производные, а главное —- делаются объектом сознательного употребления и связанных с этим обыгрываний, каламбуров, структурных пе­ределок и т. п.

В этом можно убедиться на примере слов приватизация, демократы, вау­чер и нек. др. В начале 90-х гт. эти слова чрезвычайно популярны, употреби­тельны в самых разных жанрах (хотя, например, приватизация и ваучер в со­всем недавнем прошлом — специальные коммерческие термины). Они дают

множество производных и употребляются «в связке» с однокоренными слова­ми: ваучерный, ваучеризация, приватизировать, приватизированный, прива­тизатор, деприватизация; их намеренно искаженная форма используется для снижения социальной ценности обозначаемых ими объектов или просто для иронии, шутки:

дерьмократы, демокрады, дубинки-демократизаторы; прихватизация, прихва-тизаторы; полная ваучеризация всей страны (по прежнему образцу: полная ин­дустриализация, полная коллективизация всей страны), Ваучера на хуторе близ Диканьки; Такая порода собак: ваучер; у тебя — пинчер, а у меня — ваучер (последние два примера — из передачи «Тема» — телевидение, 22 сент. 1992).

Вместе с другими коммуникативно актуальными словами демократы, при­ватизация и ваучер составили своего рода обойму слов (разных по семантике), явившуюся приметой времени: реформы, реформировать, референдум, моне­таризм, суверенитет, конверсия, экология, криминогенный, наркомания, нар­кобизнес, мафия, рэкет, рэкетиры и др.

Со временем, однако, общественная актуальность понятия может утрачи­ваться и, соответственно, угасает коммуникативная активность обозначающе­го это понятие слова — как это случилось, например, с пресловутым консенсу­сом, словом, которое буквально не сходило со страниц газет и с уст политиков в самом конце 80-х гг. и в процессе этого широкого употребления потеряло свою терминологическую определенность (примеры семантических модифи­каций этого и других «модных» слов см. в работе [Скляревская 1991: 259]).