Активные процессы в современном русском словообразовании
Изменения в языке всегда особенно ярко проявляются в лексике и словообразовании. Словообразование, последовательно используя морфемный инвентарь языка, служит источником новых наименований, необходимых обществу, и тем самым выполняет «социальный заказ», отражая динамику общественных процессов.
Для современного словообразования характерны функциональный динамизм, активизация определенных словообразовательных моделей, рост именной префиксации, композитный «взрыв», широкое использование аббревиации и усечений, обнажение установки на языковую игру. «В современном словопроизводстве обнаруживаются те же черты, которые характерны для современного языка в целом: рост личностного начала, высокая роль оценочных и квантитативных значений, активное перемещение в центральные сферы коммуникации явлений окраинных, периферийных...»[170].Функциональный динамизм современного русского словообразования проявляется в активном проникновении в речь и регулярном использовании в ней моделей, которые ранее находились на периферии языка или носили внелитературный характер. Так, например, широкое распространение в последнее время получили субстантивные образования — универбы, построенные по модели с суффиксом -ух\а), ранее характерные преимущественно для жаргона: чернуха, развлекуха, сенсуха и др. В то же время сохраняют продуктивность и многие словообразовательные модели, активные и в предшествующие десятилетия, см., например, образования с суффиксом -остъ.
Регулярным в современной речи стало выражение значения динамики процесса через его отношение к признаку или субстанции. Это обусловило высокую степень продуктивности отсубстан- тивных и отадъективных имен действия с суффиксом -изацы]{а), которые стали приметой нашего времени: канализация, западниза- ция, долларизация, банализация, фундаментализация и др. Каждое новое социально значимое событие порождает подобное имя действия с суффиксом -изациу.
ваучеризация, суверенизация (республик), капитализация (страны), криминализация (власти), американизация (культуры), фермеризация (сельского хозяйства), чечениза- ция, «балканизация» (конфликтов) и мн. др. Эти имена действия с каузирующей семантикой называют обычно процесс превращения, направленный на определенный объект, см., например: зар- платизация доходов, т.е. превращение доходов в зарплату, проедание ее. Если ранее образование имен действия типа канадизация, украинизация рассматривалось как асистемное явление, связанное с «чересступенчатым» словообразованием, то новые факты позволяют увидеть в нем последовательную «перестройку» подсистемы имен действия и формирование нового направления мотивации (не от глагола к имени, а от имени к имени). Образование имен действия на -изацц/ последовательно расширяет круг производящих основ: в качестве мотивирующих слов выступают не только конкретные существительные и прилагательные, но и имена собственные, см., например: арканизация экранов (от имени собственного — Арканов).Характерная особенность современного словообразования — высокая продуктивность наименований лица, при этом особую активность проявляют суффиксы -ец, -ник, -ист и -ант, см., например: гайдаровец, зюгановцы, рыночник, державник, перестроечник, компенсант, апробант, комплексант, триллерист, кошмарист, рекламист и др. Если словообразовательные модели с суффиксами -ец, -ник и -ист характеризовались продуктивностью и в предшествующие десятилетия, то модель с суффиксом -ант обнаружила заметную активность именно в последнее время: Горечи у дискутанта прибавилось бы... (Новый мир. — 1995. — № 2); Набежало много профессиональных митингантов (Известия. — 1995. — 4 марта).
Отличительная черта современного словообразования — рост именной префиксации. Заметно возросла активность, во-первых, приставок с темпоральной семантикой: после- и пост-, во-вторых, приставок, выражающих значение отрицания, противодействия, уничтожения результатов чего-либо: анты-, раз-, де-, контр-: пос- лепутчевый, постперестроечный, разбюрокрачивание, деполитизация, декоммунизация, департизация, декавказизация, антирынок, антипарламент, контрдемонстрация, контрлозунги, контрмитинг.
Активизируются, как мы видим, прежде всего те префиксы, которые «передают социально и культурологически значимую семантику»[171]. К ним относятся также приставки и префиксоиды, выражающие отношения ложности, неистинности (квази-, л же-, псевдо-), интенсивности признака, высокой степени чего-либо (супер-, сверх-), поддержки (про-): псевдокультура, псевдорынок, квазиреформа, супердешевый, суперпрофессионал, сверхнадежный; прозападный, прорыночный, проалбанский.Активное использование заимствований в современной речи обусловило образование и широкое распространение производных, созданных на их базе: пролоббировать, спонсорство, электоральный, оффшорный, консалтинговый, имиджмейкерство и др. Производящей базой для новых дериватов служат и иноязычные аббревиатуры, см., например: пиаровский, пиарщик. В составе сложных слов высокую степень продуктивности проявляют заимствованные компоненты и элементы интернационального характера: бизнес-, хит-, шоу-, поп-, рок-, видео- и др.: бизнес-центр, бизнес-тур, бизнес-шоу, бизнес-клуб; рок-группа, рок-концерт, рок- опера, хит-парад и др.
Существенно активизировались в современном языке различные типы сложений. Их употребление связано с действием закона экономии языковых средств и конденсацией информации, которая может выражаться в развернутом словосочетании: В общем все просто, как в мыльной пузырикопускалке и слезовыжималке для ипохондриков (Московская правда. — 1994. — 2 марта); Посреди бесстыдной моды на свечконошение и поклонобиение целомудренная тоска звучит в ответе Киреева (Новый мир. — 1995. — № 2); Многосерийник сначала обещал мне проникнуть поглубже в чувства и мечты городка на Дальнем Западе (Московский комсомолец. — 1994. — 1 июня).
Сложение взаимодействует с суффиксацией, при этом в роли мотивирующих слов часто выступают устойчивые сочетания, фразеологизмы, составные имена собственные или сочиненный ряд слов, см., например: Даже в самом «крутом», кровавом триллере «среднеклассовец» обязательно ожидает найти то, на чем стоял (Литературная газета.
— 1995. — 16 августа); Великий князь словно предчувствовал перспективность «борисоглебской» духовно-поведенческой модели для России (Литературная газета. — 1995. — 26 июня). Столь же широкое распространение в современной речи получили составные образования с неизменяемыми первыми компонентами, занимающие промежуточное место между словами и словосочетаниями и свидетельствующие об усилении элементов аналитизма в современной речи: бизнес-клуб, Горбанев-фонд, имидж-центр, штайнер-школа, Дягилев-центр и мн. др.90-е годы — период нового аббревиатурного «взрыва», в языке постоянно увеличивается число условных знаков — сокращенных слов. В современной речи активно используются разные типы аббревиации — от инициальной до телескопической: СНГ', РФ, МВФ, СПС, АО, АиФ, бесик, Демроссия, Промбанк, Информ-ТВ, львигр и др. Особенно продуктивными являются инициальные (звуковые или буквенные), слоговые и слого-словные аббревиатуры: соврубли, ДПР, СМ//, ОРГ, Инкомбанк, Госдума, автоВазбанк и др., — при этом отмечаются новые тенденции в образовании слоговых аббревиатур: значительно шире, чем раньше, в них наблюдаются такие морфонологические явления, как интерфиксация и наложение: де- моросы, трудомосьц выборосы. Наряду с аббревиатурами в современной речи широко употребляются усечения, круг которых последовательно расширяется. В качестве производящих для них выступают как существительные, так и прилагательные: криминал, неформал, маргинал, межрегионал, безнал, компра и др.
«Композитный взрыв» — взрыв образования сложений в современной речи связан также с активизацией окказиональных разновидностей сложения, прежде всего контаминации, т.е. объединения начала и конца двух различных узуальных единиц; в результате контаминации возникают гибридные слова, вбирающие в свою семантику значение обеих сокращаемых единиц: проэзия, Азиопа, коопираты, господарищ, диссидеточки и др.
Вследствие контаминации пополняется класс квазиморфем, которые сохраняют коннотации сокращенных слов. Контаминация обычно рассматривается как способ окказионального словообразования, однако в настоящее время образцы некоторых контами- нированных образований закрепляются в языке как словообразовательные модели.
Слова, по ним построенные, характеризуются воспроизводимостью в современной речи: рейганомика, гайдароно- мика\ Кремльгейт, ЮАРгейт, Дианагейт. Гибридные слова участвуют в языковой игре и выражают обычно экспрессивные оценки: трепортаж, ложунги, каннибалиссимус и др.Кроме контаминации, как средства языковой игры регулярно используются субституция, деаббревиация, создающая комический эффект, и ложная мотивация, см., например, следующее «Новогоднее меню по рецептам сатирика»: железобекон, бомжени- на, сапогетти (макароны по-солдатски), йогурт (из йогов, приготовленных гуртом) — Аргументы и факты. — 1994. — № 52.
Таким образом, современное словообразование характеризуется динамикой, вариативностью использования словообразовательных средств, предельной свободой и раскрепощенностью в их применении. Процессы, протекающие в нем, требуют дальнейшего изучения.