Н. А. НЕКРАСОВ(1 8 2 1 — 1 8 7 7)

,..Г1ровёл он свой недолгий Бек В труде ученья, но душою, Как мы, был русский человек. Он не жалел, что мы не немцы, Он говорил: «во многом нас Опередили иноземцы, Но мы догоним в добрый час!

Лишь бог помог бы русской груди Вздохнуть пошире, повольней— Покажет Русь, что есть в ней люди, Что есть грядущее у ней...

«Несчастные>>,

...Некто, слывший на службе за гения, Генерал Фердинанд фон-дер-Шпехт (Об отводе лесов для сечения Подававший обширный проект), Нам предсказывал бунты народные («Что, не прав я?» потом он кричал).

Та вражда к молодым поколеньям Здесь начальные корни взяла, Что впоследствии диким явленьем В нашу жизнь так глубоко вошла.

<<Недавнее время».

И точно: небывалое Наследник средство выдумал: К нам немца подослал. Через леса дремучие, Через болота топкие Пешком пришёл, шельмец! Один, как перст: фуражечка Да тросточка, а в тросточке Для уженья снаряд. И был сначала тихонькой: «Платите, сколько можете»,

Не можем ничего! «Я барина уведомлю»,—

Уведомь!.. Тем и кончилось. Стал жить да поживать; Питался больше рыбою, Сидит на речке с удочкой

Да сам себя то по носу, То по лбу—бац да бац! Смеялись мы: «Не любишь ты Корёжского комарика... Не любишь, немчура?..» Катается по бережку, Гогочет диким голосом, Как в бане на полке...

С ребятами, с девочками Сдружился, бродит по лесу.- Недаром он бродил! «Коли платить не можете, Работайте!»—А в чём твоя Работа? «Окопать Канавами желательно Болото...» Окопали мы... «Теперь рубите лес...»

Ну, хорошо! Рубили мы, А немчура показывал,

Где надобно рубить. Глядим: выходит просека! Как просеку прочистили, К болоту поперечины Велел по ней возить, Ну, словом: спохватились мы,

Как уж дорогу сделали, Что немец нас поймал!

Поехал в город парочкой! Глядим, везёт из города Коробки, тюфяки, Откудова ни взялися У немца босоногого Детишки и жена. Повёл хлеб-соль с исправником И с прочей земской властию, Гостишек полон двор!

И тут настала каторга Корёжскому крестьянину- До нитки разорил! А драл...

Как вы терпели, дедушка?

А потому терпели мы, Что мы—богатыри.

В том богатырство русское. Ты думаешь, Матрёнушка, Мужик—не богатырь? И жизнь его не ратная, И смерть ему не писана В бою—а богатырь!..

А что же немец, дедушка?

А немец, как ни властвовал,

Да наши топоры Лежали—до п-оры!

Осьмнадцать лет терпели мы. Застроил немец фабрику, Велел колодец рыть. Вдевятером копали мы, До полдня проработали, Позавтракать хотим. Приходит немец: «Только-то?..» И начал пас по-своему, Не торопясь, пилить. Стояли мы голодные, А немец нас поругивал, Да в яму землю мокрую Пошвыривал ногой. Была уж яма добрая... Случилось, я легонечко Толкнул его плечом, Потом другой толкнул его, И третий... Мы посгрудились... До ямы два шага... Мы слова не промолвили, Друг другу не глядели мы В глаза... а всей гурьбой Христьяна Христианыча Поталкивали бережно Всё к яме... всё на край... И немец в яму бухнулся, Кричит: веревку! лестницу! Мы девятью лопатами Ответили ему.

«Наддай!» я слово выронил Под слово люди русские Работают дружней. «Наддай! наддай!» Так наддали, Что ямы словно не было— Сравнялася с землёй!

сКому на Руси жить хорошо»: