Очевидно, для внесения большей ясности в законодательство необходимо: а) помещать в преамбулы правовых актов только
Очевидно, для внесения большей ясности в законодательство необходимо:
а) помещать в преамбулы правовых актов только такие
НПП, которые по функциям, строению, а главное —
по механизму реализации являются правовыми
декларациями;
б) не включать декларации в первые статьи законов, так
как нумерация статей сама по себе предполагает
возможность ссылки на них в правоприменительных актах.
Назначение же деклараций — не в прямом
регулировании, а в придании законодательству «единой
идеологической окраски»74.
Как подчеркивает О.Э.
Лейст, «изложение вперемежку разнотипных норм (читай «НПП». — М. Д.) с разной структурой и способами реализации (не говоря уже о совсем разных способах охраны от нарушений) не только препятствует восприятию собственно юридического содержания закона, но и способно создать превратные представления о сущности и способах обеспечения морально-политических и иных неюридических норм, изложенных в тексте нормативного акта»75.В этой связи, в развитии современного российского законодательства хочется отметить наличие следующих положительных тенденций:
В статьях многих нормативных актов не содержатся положения декларативного характера, что свидетельствует о повышении уровня законодательной техники (ст.1 Гражданского кодекса РФ 1994 г., ст.1 Семейного кодекса РФ 1996 г. — включают НПП, которые нужно считать скорее принципами соответствующих отраслей права).
Общее число деклараций в законодательстве заметно сократилось. Если большинство кодексов, принятых в советский период, имели преамбулы (Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 г., Жилищный кодекс РСФСР 1983 г.) или содержали декларативные НПП в первых статьях (Кодекс законов о труде РСФСР 1971 г., ст.1; Кодекс РСФСР об административных правонарушениях 1984 г., ст.1; Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г., ст.2; Уголовный кодекс РСФСР 1960 г., ст.1), то многие аналогичные кодексы последних лет преамбул не включают вообще
(Гражданский кодекс РФ 1994 г.; Семейный кодекс РФ 1996 г.; Уголовный кодекс РФ 1996 г.).
3) Декларации новых законов гораздо богаче по содержанию, что повышает и их нормативное значение. Так, преамбула Конституции (Основного закона) РСФСР 1978 г.
на 2/3 представляла собой исторический экскурс, описывая успехи Советского государства в период с 1917 по 1978 гг. Заключительная часть преамбулы фактически содержит 4 положения правового значения:государственное единство советского народа;
соответствие Конституции идеям научного коммунизма;
преемственность идей и принципов Конституций РСФСР
1918, 1925, 1937 годов;
- соответствие Конституции (Основному закону) СССР.
Преамбула Конституции РФ 1993 г. отличается краткостью: она состоит всего из одного предложения, которое, тем не менее, включает около 13 принципиальных положений. 6 из них имеют непосредственно правовое значение и закрепляются в статьях Конституции РФ в качестве правовых принципов:
«утверждая права и свободы человека» — ст. 2;
«сохраняя государственное единство» — ч. 3 ст. 5;
«исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов» — ст. 5;
«возрождая суверенную государственность России» — ст. 4;
«утверждая незыблемость демократической основы» — ч. 1 ст. 1, ст. 3;
- «сознавая себя частью мирового сообщества» — ч. 4 ст. 15. Данная тенденция свидетельствует, скорее всего, о де-
идеологизацииотечественного права, а точнее, об освобождении от заидеологизированности, присущей советскому праву.