<<
>>

Если в данном случае требования, критерии эффективности закона просто перечислены, то предлагаемая нами

Если в данном случае требования, критерии эффективности закона просто перечислены, то предлагаемая нами классификация позволяет, кроме всего прочего, продемонстрировать механизм совершенствования системы законодательства, обосновать необходимость выполнения тех или иных требований, правил законодательной техники с точки зрения того значения, которое они будут иметь для улучшения ее работы, связать особенности законодательного оформления права с той ролью, которую каждый из видов НПП играет в обеспечении функционирования всей системы.

Сформировать же такое представление, как и сформулировать конкретные правила законодательной техники, можно только основываясь на изучении НПП как основной формы выражения замысла законодателя.

И в этом, прежде всего, состоит огромное практическое значение глубокого теоретического исследования категории НПП, их основных видов, признаков, функций, роли в правовом регулировании.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

О значении категории нормативного предписания

Итак, государственно-властное веление и его текстуальное выражение в виде знаков письменной речи 220 неразрывны и представляют собой единое целое — НПП. Поэтому данная категория воплощает собой связь ПН со статьей нормативного акта и, следовательно, связь содержания и формы в праве. Это концептуальное положение имеет большое теоретическое и практическое значение.

1. Прежде всего оно позволяет решить многие проблемы, возникающие в рамках традиционного понимания ПН:

а) Решается проблема несоответствия ПН и ее структуры реальному правовому тексту, статьям законодательства. Ведь если в нормативном акте излагаются не ПН, а НПП, то и сама проблема несоответствия теряет свою актуальность. Ее сменяет проблема соотношения ПН и НПП. Последнее было определено нами, с одной стороны, как соотношение целого (ПН) и части (НПП), а с другой, — содержания (ПН) и формы (НПП). Такой взгляд позволяет по-новому осветить многие вопросы, связанные не только с НПП, но и с ПН, определить ее значение в теории и практике.

В первую очередь нужно отметить методологическую роль, которую играет понятие ПН.

Изучая систему права, необходимо четко усвоить ее первичные связи, рассмотреть механизм действия права на «микроуровне». Именно этот механизм демонстрирует трехчленная структура ПН.

Умение выявить ее важно и для субъекта, осуществляющего реализацию права, так как он должен получить информацию не только о самом правиле поведения, но и об условиях, при которых оно действует, о последствиях его нарушения, то есть должен использовать все НПП, входящие в данную ПН.

Но основное практическое значение ПН связано с процессом правотворчества. Именно ПН обусловливают логическую стройность, последовательность изложения НПП, предопределяют связь между ними, способствуют полному, беспробельному, четкому урегулированию тех или иных общественных отношений (или их элементов)221.

б) Концепция НПП дает возможность обосновать деление по функциональной роли (на регулятивные и охранительные) с точки зрения структуры НПП. В результате мы можем связать теоретические положения о ПН и НПП с фактическими особенностями формулирования текста нормативного акта и выявить механизм взаимодействия НПП, их роль в обеспечении целостности всей системы законодательства.

Положение о том, что НПП непосредственно выражается в тексте закона, имеети практическое значение, так как исследование этой категории связывается с вопросами законодательной техники, с проблемой выбора методов и способов изложения в тексте нормативного акта того реального правового содержания, которое в науке понимается под ПН.

<< | >>
Источник: Давыдова М.Л.. Давыдова М.Л. Нормативно-правовые предписания в Российском законодательстве: Учебное пособие. — Волгоград: Издательство Волгоградского государственного университета,2001. — 92 с.. 2001

Еще по теме Если в данном случае требования, критерии эффективности закона просто перечислены, то предлагаемая нами:

  1. Е.Ф. Борисов. Хрестоматия по экономической теории / Сост. Е.Ф. Борисов. - М.: Юристъ, 2000. - 536 с., 2000