РАЗЛИЧНЫЕ ВИДЫ СУБЪЕКТА

Соотношение активных и пассивных предложений будет рас­смотрено ниже (ср. § 8.3.3). Здесь же можно отметить, что многие лингвисты проводят разграничение между «грамматическим» и «логическим» субъектом пассивных предложений; говорят, что в Bill was killed by John ‘Билл был убит Джоном’ «грамматическим» субъектом является Bill, а «логическим» (или глубинным) субъек­том — John, тогда как в соответствующем активном предложении John killed Bill существительное John выступает и как «грамма­тический», и как «логический» субъект (a Bill является объектом).

Терминологическое различение «грамматического» и «логиче­ского» субъекта было недавно принято и Хомским. Затем он вы­двинул следующее предположение: «Противопоставление «называ­ния» и «толкования» — это основное грамматическое отношение в поверхностной структуре, соответствующее (приблизительно) фундаментальному отношению Субъект — Предикат в глубинной структуре. Таким образом, мы могли бы определить «называние» в предложении как самую левую группу NP, над которой непо­средственно доминирует S в поверхностной структуре, а «толко­вание» в предложении — как остальную часть цепочки». Это пред­положение представляется отчасти правдоподобным. Но «назы­вание» нельзя отождествлять просто с поверхностным, «грамма­тическим» субъектом. Следуя предложению Хомского, мы должны будем (с полным основанием) признать группу this book «называ­нием» как в активном предложении This book millions of people have read ‘Эту книгу прочитали миллионы людей’, так и в пас­сивном предложении This book has been read by millions of people ‘Эта книга прочитана миллионами людей’; однако «грамматическим» субъектом эта группа является лишь в пассивном предложении. Более того, встает вопрос, стоит ли ограничивать понятие «назы­вания» лишь именными выражениями (если только мы заранее не ограничиваем понятие «называния» ссылкой на разграничение субстанции и акциденций).

Рассмотрение примеров, приведенных в настоящем разделе, показывает, что круг релевантных различий гораздо шире, чем множество тех противопоставлений, которые укладываются в про­стую дихотомию «грамматических» и «логических» субъектов. Даже трехчленное разграничение «психологического» субъекта («назы­вание»), «грамматического» субъекта (в поверхностной структуре) и «логического» субъекта (в глубинной структуре) недостаточно для того, чтобы охватить все разграничения, которые в разное время ассоциировались с понятием «субъекта» в грамматической и логи­ческой теории.

Главная задача данного раздела заключалась в том, чтобы по­казать, что разграничение между субъектом и предикатом обладает ясной универсальной применимостью лишь для предложений, ядро которых состоит из одного именного выражения с непереход­ным предикатом; и в таких предложениях определение субъекта зависит в конечном счете от тех же критериев, которые служат для определения существительного в общей синтаксической теории. Как мы видели, в случае пассивных предложений и предложе­ний с более чем одним именем в составе ядра, традиционные критерии, будучи применены к материалу различных языков, обычно противоречат друг другу. Стоит, однако, отметить, что большинство более строгих «формальных» критериев, которые упоминались в связи с выделением субъекта, оперируют такими «поверхностными» явлениями, как падеж, согласование и сочи­нение. В следующем разделе мы рассмотрим разграничение между субъектом и объектом предложения с несколько иной точки зрения. Но сначала мы должны кратко рассмотреть понятие «обстоятель­ства» (adjunct).

8.1.8.