Контрастивная гипотеза
Для нее характерна лингвистическая основа обучения: процесс овладения ИЯ находится под непосредственным влиянием первого (родного) языка. Центральные категории этой гипотезы: интерференция и перенос.
В основу понимания сущности процесса овладения языком положена идея о том, что языковые явления, одинаковые в обоих языках, могут быть легко и безошибочно усвоены, в то время как отличающиеся друг от друга явления вызывают трудности и ошибки. Поэтому необходимы тщательный анализ и сравнение 2-х языков с целью выявления сходных и отличных явлений, что позволяет прогнозировать трудности.Контрастивная гипотеза была взята на вооружение пред-, ставителями бихевиористской теории обучения, в рамках которой процесс овладения языком понимается как процесс механической имитации и тренировки с целью выработки правильных (безошибочных с языковой точки зрения) навыков. Поэтому обучающие действия учителя основываются на сравнении лин-гвистических систем двух языков (фонетики, лексики, грамматики) и направлены на организацию многократного повторения (имитации) учащимися речевого образца до его автоматизации и на положительное подкрепление правильного ответа. Учитель играет активную и центральную роль в учебном процессе, а ученик — роль «накопителя» знаний: он обязан воспринимать, запоминать и безошибочно воспроизводить все, что ему предлагается. При этом отношение к ошибкам, которые ученики допускают в речи, отрицательное, поскольку все усилия методистов, составителей программ и учебных пособий должны быть направлены на то, чтобы ученик мог избежать ошибок.
Следует заметить, что именно использование этой теории, разделяющей идею об имитативном овладении обучаемым иностранным языком, привело к неудовлетворительным результатам раннего обучения в 60-70-е годах (см. «Основные этапы раннего обучения ИЯ в России» — первый этап). Как свидетельствовали наблюдения за процессом овладения детьми неродным языком, они легко запоминали слова, заучивали стихи, песни, ответы на стандартные вопросы, но стоило чуть изменить вопрос или подставить в речевой образец другие лексические единицы, как следовал все тот же заученный и никак не связанный со смыслом вопроса ответ. Это значит, что дети не научились (да и не могли научиться) пользоваться ИЯ как средством общения.
К сожалению, приходится констатировать, что большинство современных учебников по ИЯ для начальной школы (как отечественных, так и зарубежных) построено на основе данной гипотезы/теории.
И это несмотря на то, что, уже начиная с 60-х годов, контрастивная гипотеза подвергается резкой критике из- за преувеличения лингвистических факторов, отказа от учета личностных качеств учащихся (их мотивации, социокультурно-го опыта) и условий обучения. Действительно, различия в обла-сти лингвистических систем родного и иностранного языков не обязательно приводят к трудностям и ошибкам в их усвоении. Напротив, учащиеся испытывают большую трудность в овладении одинаковыми или схожими (но не совсем) языковыми явлениями, в то время как несхожие усваиваются легко и быстро.Но самой острой критике эта гипотеза подверглась в связи с тем, что процесс обучения ИЯ рассматривается в ее рамках с позиций бихевиоризма, сторонники которого необоснованно переносили закономерности выработки привычек у животных на процессы вербального поведения человека и в связи с этим считали, что речевое поведение последнего строится по системе взаимодействия «стимул-реакция». Действительно, запрограммировать или предсказать реакцию человека в естественном общении крайне сложно. Даже в процессе овладения ребенком родной речью нет чистой имитации (Е. И. Негневицкая, канд. дис.). Ребенок, познавая мир, не столько имитирует, сколько расчленяет и обобщает все, что слышит, и выводит правила, по которым действует. Он творит речь, которая с точки зрения взрослого человека является нередко неверной, и продуцирует (создает) предложения, которые ранее никогда не слышал. Это как раз и свидетельствует о понимании маленьким ребенком «креативного» аспекта языка и стремление реализовать его.