Система универсальной юрисдикции

предполагает использование государствами внутренних механизмов для судебного преследования преступников в соответствии с их законодательством (но не требует какого-либо конкретного наказания) или выдачу их другому государству для судебного преследования.

Выдачу определяют как процесс, основанный на договоре, взаимности, международной вежливости или национальном праве, при котором государство передает другому государству лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления против законов просящего о выдаче государства или против международного уголовного права для суда или наказания в запрашивающем государстве за преступление, указанное в просьбе о выдаче'. Такое определение выгодно отличается тем,

1 Гроций Г. Указ. соч. С.508.

Грабарь В.Э. Материалы к истории международного права в России (1647-1917). М.: АН СССР, 1958. С.458.

3 1п1егпаГюпа1 Сптша! Ьаш. Уо1.Н. РгосесЬге. Ы.У., 1986. Р.405. См. также об институте выдачи: Беляев С.С. Юридическая регламентация института экстрадиции // Государство и право. 1998. № 1. С.96—99.

178

что учитывает внутригосударственный аспект выдачи: в процессе выдачи применяются нормы не только международного, но и национального права.

В договорах о выдаче обязательство выдавать не является абсолютным, а обусловливается ограничениями, содержащимися в законодательстве и судебной практике государства, к которому обращаются с просьбой о выдаче. Это можно проследить, в частности, на примере договоров, заключаемых Республикой Беларусь. Соответствующие ограничения обычно включают невыдачу собственных граждан, невыдачу государствам, где за соответствующее преступление может быть назначен смертный приговор, невыдачу за политические преступления. Кроме этого обязательным условием является двойное вменение, т.е.

Система универсальной юрисдикции почти исключительно основывается на законах и практике выдачи преступников, которые существуют в заинтересованных государствах. И "хотя предполагается, что выдача преступников является главной формой взаимного сотрудничества в деле судебного преследования обвиняемых.., эта громоздкая процедура парадоксальным образом стала средством, с помощью которого такое судебное преследование срывается"5. Как следствие, происходит придание юрисдикции крупных государств экстерриториального характера и использование для этого таких средств, как незаконный захват лиц на иностранной территории, произвольное

См., например' статьи 67 и 68 Договора между Республикой Беларусь и Республикой Польша о правовой помощи и правовых О1 ношениях по гражданским, семейным, трудовым и уголовным делам от 26 октября 1994 г.; статью 64 Договора между Республикой Беларусь и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 20 октября 1992 г.

2 См.: статью 77 Договора с Польшей, статью 68 (1) Договора с Литвой.

3 Бассиуни М.Ш. Борьба с международным терроризмом: некоторые предло жения // Междунар. обзор уг. политики 1987. № 37 С.112.

179

применение иммиграционных законов. Очевидно, что более разумным было бы не поощрять нарушение процедуры выдачи преступников, а сделать ее более эффективной.

В качестве возможных решений проблем, связанных с выдачей, называются отказ от невыдачи за политические преступления; установление порядка приоритетности требований о выдаче с целью определения наиболее заинтересованного государства. Однако они подразумевают выработку четких критериев политического характера преступлений, наибольшей заинтересованности государства, что вряд ли осуществимо.

Немаловажную роль в эффективном действии выдачи играет четкость формулировок международных договоров, определяющих преступления. Это наглядно проявилось в случае с Вильгельмом II, германским императором, после первой мировой войны. Ему было предъявлено обвинение в таком неопределенном преступлении, как "высшее оскорбление международной морали". Отказ Нидерландов по такой просьбе о выдаче можно было предвидеть1.

Помимо определенности формулировок необходимо иметь механизм разрешения споров по их толкованию. Многие конвенции его содержат: они предусматривают передачу подобных споров на рассмотрение Международного Суда. Но далеко не все государства — участники конвенций признают этот механизм. Соответствующие положения часто становятся объектом оговорок. До обретения независимости такой практике следовала и Республика Беларусь в русле общей советской политики недоверия к Международному Суду.

Такой подход заслуживает пристального внимания со стороны других участников конвенций, так как он ставит под сомнение желание на практике выполнять эти международные договоры. Снятие оговорок в отношении юрисдикции Международного Суда могло бы сыграть положительную роль, в том числе в деле повышения эффективности механизма выдачи.

Полянский Н.Н. Международное правосудие и преступники войны.

С.39. ._ ._...„

180

Вместе с тем для Республики Беларусь решение вопроса о снятии оговорок к многосторонним конвенциям связано с вопросом об общем изменении отношения к Международному Суду, возможному заявлению о признании обязательной юрисдикции в соответствии с пунктом 2 статьи 36 Статута. При отсутствии сколько-нибудь значимых правовых или политических препятствий к такому шагу сегодня сдерживающим фактором выступает опасение возникновения финансовых затрат в связи с возможным разбирательством в Суде с участием Беларуси, которые, стоит признать, являются весьма значительными.

Для того чтобы обеспечить эффективность выдачи в случае международных преступлений, прибегают к разделению выдачи на два различных института: выдачу за общеуголовные преступления и выдачу за международные преступления.

Как представляется, такая позиция заслуживает того, чтобы быть закрепленной в Кодексе преступлений против мира и безопасности, разработанном Комиссией международного права. Но сегодня она не имеет оснований в действующем международном праве.

Единственное, что можно признать, это то, что к международным преступлениям неприменима оговорка о невыдаче политических преступников. Эта тенденция нашла отражение в Европейской конвенции о борьбе с терроризмом 1977 г. Довольно широкий круг государств вообще не признает концепцию невыдачи за политические преступления. В их число входит и Республика Беларусь. Государства, признающие такую концепцию, в последнее время начинают отказываться от нее в связи с преступлениями, совершенными с применением насилия.

В любом случае традиционный институт выдачи преступников одним государством другому не может считаться оптималь-

Галенская Л.Н. Основные направления сотрудничества в борьбе с преступностью: Автореф. дис.... д-ра юрид. наук. Л.: Лен. гос. ун-т, 1979. С.27.

181

ным вариантом механизма преследования за международные преступления. Судебная практика различных государств остается чрезвычайно разнообразной в силу различий в национальном материальном и процессуальном законодательстве. Попытки придать ей единообразие, создать возможность для пересмотра необъективных решений приводят к нарушению принципа поп Ыз т Ыет. В статье 12 проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, разработанного Комиссией международного права, прямо предусмотрен ряд исключений, позволяющих национальным судам повторно привлекать к ответственности лиц за совершение преступлений против мира и безопасности человечества государству места совершения преступления и государству, которое является основной жертвой преступления, если лицо было осуждено или оправдано судом другого государства.