§ 1. История разработки международно-правовых нормоб охране культурных ценностей во время войны
Проблема охраны произведений искусства, прежде всего религиозных святынь от разрушений, уничтожения и разграбления во время военных действий возникла еще в древности. Греческий летописец Полибий писал: "Я надеюсь, что будущие завоеватели научатся не разорять покоряемые ими города, что они будут воздерживаться от украшений своих стран за счет бед и несчастий других народов" <1>.
--------------------------------
<1> Цит.
по: Курьер ЮНЕСКО. 1978. Авг. С. 6 - 7.Хотя в античном мире покоренные римлянами города сравнивались с землей, тем не менее первые голоса протеста против разрушений и грабежа культурных ценностей во время войны прозвучали именно в Древнем Риме в речах Цицерона <1>.
--------------------------------
<1> См.: О предметах искусства. Речь против Гая Верреса (вторая сессия, кн. IV). Цицерон. Речи в двух томах / Отв. ред. М.Е. Грабарь-Пассек. М., 1962 (М., 1993). Т. I; Milles M. Ciceron's Prosecution of Galius Verres: A Roman View of the Ethics of Acquisition of Art // Int. J. of Cultural Property. 2002. Vol. 11. N 1. P. 28 - 49.
В Средние века, когда оправдывались любые военные действия, культурные ценности рассматривались в качестве законных трофеев победителя. Первым в своем труде о праве войны вопросы охраны культурных ценностей во время военных действий затронул Альберико Джентили (1552 - 1608). Правда, он при этом оправдывал существовавшую практику права войны. Иначе подошел к этому вопросу другой известный юрист - Эмерих де Ваттель (1714 - 1767). Ваттель выразил свое мнение следующим образом: "По какой бы причине ни разорялась страна, на ее территории должны быть сохранены строения, которые делают честь человечеству и не прибавляют ничего к мощи врага, а именно храмы, могилы, общественные строения и сооружения выдающейся красоты". И далее: "Намеренное, произвольное разрушение общественных памятников, храмов, могил, статуй, картин художников и т.д.
абсолютно запрещено добровольным правом народов как такое действие, которое всегда бесполезно для достижения законной цели войны" <1>.--------------------------------
<1> Ваттель Э. де. Право народов. М., 1960. С. 523.
Идеи охраны культурных ценностей во время войны выдвигались еще Гуго Гроцием в его третьей книге - знаменитом труде о праве войны и мира <1>.
--------------------------------
<1> См.: Гроций Г. О праве войны и мира / Пер. с лат. А.Л. Саккетти; под общ. ред. С.Б. Крылова. М., 1956. С. 718.
Известный русский юрист-международник Ф.Ф. Мартенс подчеркивал, что всякий захват или умышленное уничтожение учебных, художественных и научных учреждений должны быть преследуемы военной властью <1>.
--------------------------------
<1> См.: Мартенс Ф.Ф. Современное международное право цивилизованных народов. СПб., 1896. Т. II. С. 542 - 543.
Однако соответствующие правовые нормы появились и во внутреннем законодательстве, и в международных соглашениях только во второй половине XIX в. В так называемом Кодексе Либера (по имени Франца Либера), обычно именуемом Инструкцией североамериканских штатов для армии 1863 г., содержались правила, запрещающие захват объектов, находящихся в школах, университетах, академиях, обсерваториях, музеях, и даже предусматривалась обязанность охраны классических произведений искусства, библиотек, научных коллекций высокоточных инструментов или дорогого оборудования, такого как астрономические телескопы <1>.
--------------------------------
<1> Подробнее об этом см.: Стоянов А.Н. Очерки истории и догматики международного права. Харьков, 1875. С. 649 - 650; Williams S.A. The International and National Protection of Movable Cultural Property. P. 16; Marryman J.H. Two Ways of Thinking about Cultural Property // Am. J. of Int. Law. 1986. Vol. 80. N 4. P. 831 - 834.
Отдельные правила, направленные на сохранение памятников культуры, закреплены в Брюссельской декларации о законах и обычаях войны, принятой на конференции, созванной по инициативе России в 1874 г.
Подготовленный Ф.Ф. Мартенсом проект конвенции о законах и обычаях сухопутной войны принят не был, поскольку большинство участников конференции еще не были готовы принять саму идею ограничения войны международными правилами. В ст. 28 Декларации о законах и обычаях войны 1874 г. предусматривалось, что "всякий захват, а также умышленное разрушение или повреждение подобных учреждений (имелись в виду, в частности, учебные, научные и художественные учреждения. - М.Б.), памятников, художественных и научных произведений преследуются подлежащею властью" <1>.--------------------------------
<1> Текст Декларации см.: Право и мир в международных отношениях. М., 1899. С. 527; Мартенс Ф.Ф. Война и закон // Право и мир в международных отношениях. М., 1899. С. 308; Он же. Брюссельская международная конференция 1874 г. // Сборник государственных знаний. СПб., 1874. Т. 1. С. 223 - 224.
Впервые в международно-правовой практике предусматривалась возможность ответственности за причинение вреда культурным ценностям (ст. VIII). Хотя документ и не вступил в силу, его принятие сыграло определенную роль в выработке международных норм о законах и обычаях войны.
В 1899 г. состоялась так называемая первая Гаагская конференция мира, созванная также по инициативе России. На этой конференции ставший уже всемирно известным профессор международного права Петербургского университета Ф.Ф. Мартенс был избран председателем комиссии по подготовке Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны (II Конвенция). Конвенция была подписана 24 государствами.
Особое значение, как показала последующая международная практика, имело принятие на этой конференции предложения Ф.Ф. Мартенса о включении в преамбулу Конвенции положения, получившего название "оговорка Мартенса" <1>. Приведем ее текст. "Впредь до того времени, когда представится возможность издать более полный свод законов войны, Высокие Договаривающиеся Стороны считают уместным засвидетельствовать, что в случаях, не предусмотренных принятыми ими постановлениями, население и воюющие стороны остаются под охраной и действием начал международного права, поскольку они вытекают из установившихся между образованными народами обычаев, из законов человечности и требований общественного сознания".
--------------------------------
<1> См.: Пустогаров В.В.
Оговорка Мартенса - история и юридическое содержание // Право и политика. 2000. N 3. С. 141 - 148; см. также: Пикте Ж. Развитие и принципы международного гуманитарного права. Пер. с фр. М., 1994. С. 78; Бюньон Ф. Становление правовой защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта // Международный журнал Красного Креста. 2004. N 854. С. 5 - 17; Miyazaki S. The Martens Clause and International Humanitarian Law // Studies and Essays in Honor of J. Pictet. Geneva, 1984. P. 433 - 444; Тайхерст Р. Оговорка Мартенса и право вооруженных конфликтов // Международный журнал Красного Креста. 1977. N 15. С. 149 - 154; Fiedler W. als Kriegsbeute? Heidelberg, 1995. S. 19 - 20, 30 - 31; Zorn P. Die beiden Haager Friedenskonferezen von 1899 und 1907 // Handbuch des . 1915. Bd. 5. S. 22ff.В 1907 г. состоялась вторая Гаагская конференция мира. На этой конференции были приняты Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны (IV Конвенция) и Положение о законах и обычаях сухопутной войны. Эти акты подписало 41 государство, 25 из которых их ратифицировали.
Специальные правила, касающиеся культурных ценностей, установлены в ст. ст. 27 и 56 Положения. В ст. 27 предусматривалось, что "при осадах и бомбардировках должны быть приняты все необходимые меры к тому, чтобы щадить, насколько возможно, храмы, здания, служащие целям науки, искусств и благотворительности, исторические памятники... под условием, что таковые здания и места не служили одновременно военным целям". Осаждаемые обязаны обозначить эти здания особыми видимыми знаками, о которых осаждающие должны быть заранее поставлены в известность.
Статья 56 Положения установила следующее: "Собственность общин, учреждений, церковных, благотворительных и образовательных, художественных и научных, хотя бы принадлежащих государству, приравнивается к частной собственности. Всякий преднамеренный захват, истребление или повреждение подобных учреждений, исторических памятников, произведений художественных и научных воспрещаются и должны подлежать преследованию".
Печальный опыт Первой мировой войны показал необходимость дальнейшей разработки международно-правовых норм о защите культурных ценностей во время вооруженных конфликтов, несовершенство и недостаточность положений Гаагских конвенций о законах и обычаях войны.
Под эгидой Лиги Наций после Первой мировой войны осуществлялась подготовка конвенций в этой области.
С целью разработки конвенции Международная комиссия по интеллектуальному сотрудничеству создала комитет экспертов под руководством выдающегося бельгийского юриста Шарля де Вишера. Активное участие в ее работе приняли юристы-международники Лапрадель и Политис. Проект конвенции, подготовленный на основе доклада Ш. де Вишера, был представлен Совету и Ассамблее Лиги Наций осенью 1938 г., однако рассмотрен он не был. Второй проект был разработан в 1939 г., но война помешала его принятию. Таким образом, Лига Наций не смогла довести дело до конца. Предложение о заключении договора об охране культурных ценностей постигла судьба и многих других благих начинаний, первоначально поддержанных этой международной организацией.Единственным договором, заключенным в этот период, был региональный Договор об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников 1935 г., подписанный американскими странами. Он вошел в историю под названием "Пакт Рериха" по имени известного русского художника Николая Рериха, поскольку в его основу был положен предложенный им проект Конвенции о защите памятников культуры <1>.
--------------------------------
<1> Текст проекта Пакта Рериха см.: Le Pact Roerich de paix. P., 1931. N 1. P. 7 - 10; The Roerich Pact and the Banner of Peace. N.Y., 1947. P. 33 - 35. В 30-х гг. XX в. Пакту было посвящено 275 публикаций на различных языках (см.: Flamma. 1939. N 6; The Roerich Pact, Bibliography и др.). Отметим работы правового характера: Chklaver G. Le Pacte Roerich et la Societe des nations // Revue de droit international. 1930. N 4; Idem. Le mouvement en faveur du Pacte Roerich // Revue de droit international. 1933. N 1; De Lapradelle G. Le Pacte Roerich // Nouvelles litteraires. 1937. Juni. В нашей литературе см.: Беликов П.Ф. Пакт Рериха // Памятники Отечества. Кн. 3. М., 1977. С. 140 - 146; Богуславский М.М. Пакт Рериха и защита культурных ценностей // Советское государство и право. 1974. N 10. С. 111 - 115; Он же. Пакт Рериха // Наука и жизнь.
1975. N 6. C. 88 - 91; Дубаев М.Л. Рерих. М., 2003. С. 332 - 339.Идея Н. Рериха о заключении такого договора вызвала в начале 1930-х гг. широкое общественное движение в защиту памятников культуры <1>.
--------------------------------
<1> См. об этом: Богуславский М.М. Международная охрана культурных ценностей. С. 86 - 93; Bogouslavski M. L'union Sovietique et la protection internationale des biens culturels. M., 1983. P. 129 - 138.
15 апреля 1935 г. в Вашингтоне в присутствии Президента США Ф. Рузвельта 20 стран Латинской Америки и США подписали Договор об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников <1>. Выступив по радио в связи с подписанием Договора, Рузвельт сказал: "Предлагая этот Пакт для подписания всеми странами мира, мы стремимся к тому, чтобы его всемирное признание сделалось насущным принципом для сохранения современной цивилизации. Этот договор имеет более глубокое значение, чем текст самого документа" <2>. Пакт ратифицировали 11 государств. В 1947 г. после Второй мировой войны, принесшей неисчислимые бедствия всему человечеству, Н. Рерих в своем дневнике писал: "Так оно и есть. События, потрясшие весь мир за последние годы, лишь подтвердили правильность слов покойного президента. Он понимал, что Пакт заключается в общественной охране культуры" <3>.
--------------------------------
<1> Treaty of 15 April 1935 on the Protection of Artistic and Scientific Institutions and Historic Monuments (Roerich Pact). 167. LNTS 289.
<2> См.: Am. J. of Int. Law. 1936. N 30. Suppl. P. 195 - 197.
<3> Рерих Н.К. Листы дневника. Дозор // Рерих Н. Зажигайте сердца! М., 1975. С. 176.
В Пакте Рериха содержатся общие принципиальные положения об охране культурных ценностей (устанавливается их специальная защита, вводится регистрация и помещение на памятниках особого отличительного знака, предложенного художником, и др.). Хотя Пакт Рериха был в основном посвящен недвижимым культурным ценностям, отдельные его принципы носили общий характер и подлежали применению и к движимым ценностям. Так, в ст. 1 говорилось об охране и уважении в отношении коллекций художественных и научных учреждений, а в ст. 2 предусматривалось обязательство для сторон закрепить в законодательстве меры защиты указанных объектов, как национальных, так и иностранных. Пакт исходит, таким образом, из того, что иностранные культурные ценности должны охраняться каждым государством наряду с отечественными. Это положение получило развитие в современном международном культурном сотрудничестве, когда происходит широкий обмен выставками, музейными экспонатами.