глава Дактилоскопия и ее достижения.—Дактилоскопический метод и его применение в целях регистрации преступников для опознания личности совершителей преступлений по пальцезым отпечаткам.—Дактилоскопирование трупов.—Доказательстве бесспорности фактов, устанавливаемых при помощи дактилоскопического исследования.

і

Дактилоскопический метод исследования имеет двоякое значение. С одной стороны, при помощи этого метода производится регистрация задерживаемых преступников; с другой — при помощи ело может быть устанавливаемо тождество личности совершителя преступления с .лицом,- заподозренным в совершении этого преступления.

В России дактилоскопирование преступников, в целях регистрации их, было введено впервые® 1908 г. Первый же случай раскрытия преступления по отпечатку пальцев имел место в 1912 г.

Дактилоскопия — слово греческое и означает в переводе «рассмотрение пальцев»; таким образом, под дактилоскопическим методом понимается способ опознавания личности по пальцевым отпечаткам.

Основанием для признания дактилоскопического метода как точного, верного и научно-обоснованного способа исследования в области криминалистики, послужили следующие данные. ,

Целым рядом специальных научных исследований установлено: 1) что пальцевые узоры, которые в форме петель, дуг, кругов, овалов и других форм наблюдаются на внутренних концах пальцев рук человека (на «подушечках» первых фаланг пальцев)—индивидуальны у каждого человека, т. е. рисунок этих узоров у каждого человека отличается своими мелкими деталями от рисунков узоров всех других людей, живущих на всем земном шаре, 2) что эти бесконечно разнообразные пальцевые узоры, которые встречаются у людей, все можно подразделить, в соответствии с теми или другими особенностями, на отдельные группы, и таким образом при помощи особых условных обозначений и вычислений классифицировать их.

Эти основные положения нетрудно понять и усвоить даже человеку, незнакомому хорошо ни со строением человеческого тела, ни с техникой исследования кожных покровов человека. *

При рассмотрении поверхностного слоя кожи на внутренней поверхности рук, как и на ступнях ног, всякий может видеть, что кожа покрыта мелкими, едва заметными для простого глаза, бороздками, над которыми возвышаются ребрышки кожи, которые носят название папиллярных или сосочковых линий. Это название они получили потому, что под ними в слое кожи лежат особые сосочки. Поверх этих папиллярных линий в микроскоп можно рассмотреть отверстия или поры потовых канальчиков, идущих от потовых кожных железок. Изучение папиллярных линий показало, что узоры их зависят от расположения лежащих под ними сосочков, которые в свою очередь заключают в себе кровеносные, лимфатические и нервные ответвления, имеющие у каждого отдельного человека определенное направление и расположение.

Исходя из установленного наукой биологического закона, что в природе не может быть двух организмов, которые были бы тождественны по форме во всех своих мельчайших подробностях, точно так же, как нельзя встретить на всем земном шаре двух лиц, из которых одно, как две капли воды, было бы похоже на другое по внешнему виду, по об’єму, по весу, по внутреннему строению тела, по отдельным штрихам и линиям всех наружных частей тела и т. д.. был сделан вывод, что папиллярные линии у каждого человека носят индивидуальный характер, сохраняющийся в течение всей его жизни.

Путем наблюдения целым рядом ученых, работавших в области дактилоскопии, было выяснено, что папиллярные линии, наблюдаемые у ребенка. уже на шестом месяце утробной жизни, имеют известное индивидуальное расположение и остаются неизменными до конца жизни. И даже после смерти эти линии сохраняются на коже тела умершего до того времени, когда труп начинает подвергаться разложению.

То обстоятельство, что в связи с физическим ростом человека, с его возрастом, индивидуальное строение рисунка папиллярных линий, свойственное только ему одному среди всего населения земного шара, не изме няется в течение всей жизни (естественно изменяясь только в размерах и длине линий), было доказано целым рядом примеров.

Кроме того установлено, что рисунок узоров папиллярных линий не изменяется даже после поранения, ожогов и др. повреждений тела, сопровождавшихся разрушением верхнего слоя кожи — эпидермиса: на месте прежнего рисунка по заживлении кожи восстанавливаются пальцевые узоры того же рисунка. Только при глубоких ранениях кожи—срезах ее с образованием рубцов на месте ранений — утрачивается рисунок папиллярных линий." который вновь не возрождается.

На основании изучения различных узоров пальцевых бтпечатков представилась возможность разбить их на отдельные группы или типьг и классифицировать их так, что при помощи условных цифровых обозначений отдельных групп можно составить числовую формулу для каждого отдельного человека по отпечаткам всех десяти пальцев его обеих рук. Существует несколько различных систем классификации (Бертильона, Гальтона Генри, Рошера и др.). У нас в СССР для регистрации преступников принята основная классификация пальцевых отпечатков по комбинированной системе Гальтона Генри и Рошера. Окончательная цифровая формула, выведенная на основании рассмотрения кожных узоров регистрируемого суб’єкта по отпечаткам его пальцев, выражается дробью, которая отмечается нз регистоационной карте дактилоскопированного.

. Регистрационные карты в дактилоскопических бюро обычно распределяются по группам в таком порядке, что всегда легко можно определить

место, в которое должна быть положена регистрационная карта на новое лицо, а также установить, не было ли лицо, на которое составлена новая карточка, уже ранее зарегистрировано.

В дактилоскопических бюро СССР с задержанных преступников, в целях регистрации их, по определенному способу делаются дактилоскопические отпечатки, которые помещаются на регистрационную карту с обозначением на ней по бланку: фамилии, имени и отчества лица регистрируемого, сведений о его личности, приметах, преступлении, за которое он задержан, и т.

Мы не будем описывать самого процесса и техники дактилоскопирования, так как это не входит в задачи нашей книги. Об этом можно найти подробные сведения в имеющихся у нас руководствах, где изложены как способы дактилоскопирования, так й необходимые для этого приборы, приспособления и материалы (Семеновский, Макаренко, Трегубов, Рейсс, Роберт Гейндль). Здесь необходимо лишь отметить то значение, которое имеет дактилоскопическое исследование в области борьбы с преступлениями. '

2

В процессе расследования преступлений нередко обнаруживаются следы, оставленные преступником на тех или других предметах на месте совершения преступления в виде отпечатков пальцев руки. Восстановление этих отпечатков дактилоскопическим методом дает возможность произвести сравнение их с пальцевыми отпечатками задержанного впоследствии лица, заподозренного в этом преступлении, и таким образом, как принято говорить, происходит «опознавание», путем установления тождества или «идентификации личности» совершителя преступления.

Помимо этого бывают случаи, когда задержанный преступник, уже ранее задерживавшийся и зарегистрированный, скрывает свою настоящую фамилию или называется ложным именем. В таких случаях сравнение его пальцевых отпечатков с имеющимися в местном или центральном дактилоскопическом бюро оттисками (на карточках) всегда бывает возможно установить его личность, а следовательно и его преступное прошлое. Совладение деталей узоров в тех и других отпечатках дает возможность точного и безошибочного, как мы видели, заключения о том, что задержанный под чужим именем и ранее зарегистрированный преступник — одно и то же лицо.

Дактилоскопия иногда оказывает услуги делу розыска преступников и в других случаях. В последние годы установлен порядок дактилоскопирования трупов. В практике расследования могут быть такие случаи. Найден убитым человек, личность которого неизвестна. Делаются снимки с пальцевых отпечатков убитого и посылаются в дактилоскопическое бюро, которое устанавливает, что убитый был уже зарегистрирован: из его регистрационной карты выясняется, кто он, откуда родом, где он жил раньше, какое совершил преступление, когда содержался под стражей и т.

чае он был убит из мести или из каких-либо других расчетов своими же сотоварищами по преступному промыслу.

Словом, польза и значение дактилоскопии в деле раскрытия преступлений не подлежат никакому сомнению. Вместе с тем те достижения, которые указала наука в области дактилоскопии, все более и более подтверждают мысль о том, насколько важно бывает органам расследования уделять внимание при расследовании преступлений следам, оставленным преступниками на месте преступления, и в частности пальцевым отпечаткам совершителя преступления.

Кисти рук преступника и его пальцы являются главными действующими орудиями при совершении преступления. Преступник касается своей жертвы и трогает руками окружающие предметы. Поэтому на всевозможных предметах могут остаться следы пальцев совершителя преступления: на теле трупа, на некоторых частях одежды, на ручках дверей, на стенах, на мебели, на посуде. Однако не везде эти следы можно заметить или различить: в одних случаях они ясно видимы простым глазом, в других — слабо различаются или остаются невидимыми.

Следы неокрашенных пальцевых отпечатков остаются на предметах благодаря выделению потовых желез, которые при соприкосновении с предметами оставляют на них рисунок пальцевых узоров. На шершавых, пористых и шероховатых поверхностях, естественно, пальцевых узоров не- получается. Наиболее полные и четкие бесцветные отпечатки получаются на гладких и полированных поверхностях, как, например, на стекле, на металлических стальных пластинках, на лакированной коже, на отполированной деревянной меоели и т. п., точно также на поверхностях, покрытых густым слоем пыли. При этом следы пальцевых узоров обычно бывают слабо видимы, и находить их и наблюдать лучше всего при косом освещении, т.

Ввиду указанных свойств и особенностей пальцевых отпечатков при осмотре места преступления, с целью обнаружения таких отпечатков, необходимо обращать внимание на такие предметы, на которых вообще пальцы человека могут оставлять следы, которые хотя и неясно видимы простым глазом, но которые могут быть проявлены и зафиксированы. Такие следы могут быть на кожаном ремне, на сапогах трупа, на пыльном подоконнике, на стеклах оконной рамы, на бумаге, на гладких обоях, на различных предметах домашнего обихода: на графине, на стакане, на электрических лампочках, на фарфоровых тарелках, на чашках, на металлической обивке сундука, на полированных поверхностях шкатулки, на замках, на ручках дверей и т. п.

3

Возможность нахождения пальцевых отпечатков преступника на месте преступления еще не говорит за то, что в случае нахождения таких отпечатков у производящего расследование уже имеются шансы на установление крепких доказательств в деле, хотя бы по этому делу имелись заподозренные в данном преступлении лица.

Обнаруженные на предметах пальцевые узоры необходимо уметь зафиксировать, т. е. проявить невидимый на предмете рисунок, чтобы сделать с него потом фотографический снимок.

В условиях работы наших органов расследования, когда осмотр места преступления или подлежащего дактилоскопическому исследованию об'єкта часто производится далеко от места нахождения научно-технических кабинетов (отделений НТ ГУРКМ), и когда для участия в этой работе по дальности расстояния невозможно пригласить научно-технического эксперта,— операция с отделением пальцевых отпечаток или закреплением их для дальнейшего исследования представляется часто трудной задачей.

.Производящему расследование агенту или следователю необходимо самому произвести указанную предварительную работу немедленно по обнаружении таких отпечатков.

При обнаружении ясно видимых и окрашенных, напр., прикосновением окровавленных пальцев, отпечатков, при отсутствии возможности сфотографировать их на месте, следует из’ять путем вырезывания или выпиливания куска поверхности, на которой находятся эти отпечатки. Для снятия со стены крепко приставшего к стене куска обоев с таким отпечатком рекомендуется следующий довольно простой способ. Кусок обоев с отпечатком пальцев покрывается мелкой сеткой (напр. ют сита), приделанной поверх стенок небольшого ящика без дна, а к сетке прикрепляется кусок пропускной бумаги, пропитанной теплой водой; через несколько минут, когда обои сделаются влажными в этом месте, нужный кусок с отпечатком легко может быть отделен от стены (Трегубов).

Труднее выявить на месте неясно видимые отпечатки. Для этого существует несколько способов, из которых наиболее доступным для неспециалистов является способ окрашивания отпечатков путем присыпания их мелким порошком: графита, жженой магнезии или свинцовых белил. Графитом посыпаются отпечатки, если они находятся на светлых поверхностях, а белилами или магнезией — если на темных. Отпечаток пальцев посыпают легким слоем порошка; порошок при этом покрывает рисунок, оседает на нем и пристает к жировым и потным отложениям папиллярных линий, после чего излишек порошка осторожно сдувается с поверхности рисунка при помощи пульверизатора или мягкой кисти. Таким образом рисунок отпечатка становится ясно видимым.

В случае обнаружения пальцевых отпечатков предметы, на которых эти отпечатки находятся, или отделенные путем вырезания части предметов должны быть сохранены от возможных повреждений отпечатков и надлежащим образом упакованы для отсылки или передачи их для дальнейшего исследования и фотографирования.

Для этого рекомендуется такой способ. К изолированной или вырезаь- ной дощечке, бумаге или пластинке, на которой находится пальцевый узор, с двух сторон приклеиваются ши прибиваются полоски из дерева или картона и на них сверху накладывается тонкая плотная дощечка, покрывающая таким образом рисунок пальцевого отпечатка и в то же время^не прикасающаяся к нему вплотную. В таком виде рисунок, укрепленный между двумя плотными поверхностями, может быть упакован в соответствующей величины ящичек и приготовлен к отсылке для исследования. Вообще всякого рода предметы со следами пальцевых отпечатков, в том числе и имеющие неровную или изогнутую поверхность, должны быть упакованы так, чтобы отпечатки не могли войти в соприкосновение с противолежащими охраняющими их стенками упаковки.

При этом лицам, производящим расследование, нужно иметь в виду, что при обнаружении пальцевых отпечатков на поверхностях предметов не следует касаться при осмотре этих поверхностей своими пальцами, чтобы не наслоить на них отпечатков своих пальцев. В этих случаях рекомендуется осторожно брать такие предметы руками в перчатках, или при изоляции предметов и при их укупорке осторожно поднимать и перемещать их, касаясь руками тех частей, на которых не может быть обнаружено пальцевых отпечатков: например, бутылку держать за донышко и придерживать сверху вложенным в ее горлышко пальцем, а стакан брать, опираясь пальцами на внутренние поверхности его стенок и т. п. -

При отыскании пальцевых отпечаток на предметах, у производящих расследование могут возникнуть следующие вызывающие сомнения вопросы :

1) если при дактилоскопическом исследовании для идентификации личности требуется сравнение отпечатков всех пяти пар пальцев обеих рук, то может ли иметь значение нахождение отпечатков только отдельных, а не всех пальцев, и 2) имеет ли смысл брать для исследования обнаруженные при осмотре неполные отпечатки какого-либо пальца, размерами всего в несколько квадратных миллиметров, не дающие в своем рисунке необходимого для сравнения числа «совпадающих особенностей» пальцевых узоров.

На эти вопросы дактилоскопия дает определенные ответы.

Наличность отпечатков отдельных пальцев, при нескольких неизвестных пальцевых отпечатках, все-таки дает возможность определить дактилоскопическую классификацию и установить личность преступника; ранее зарегистрированного (Семеновский).

В отношении значения обнаруживаемых незначительных участков пальцевых отпечатков нужно сказать следующее. При помощи лороскопии, заниімающейся изучением выходных отверстий потовых -каналов (поры), выносящих к поверхности кожи потовые отделения, установлено, что эти отверстия остаются у каждого человека постоянными, т. е. число этих пор для каждой данной папиллярной линии — их взаимное расположение и положение -относительно длины папилляра — не изменяются у человека в течение всей его жизни. Поэтому, ввиду неизменяемости и большого разнообразия пор, среди которых имеются основные характерные формы, они представляют собою, если ясно выражены, ценное средство для идентификации личности, и в таких случаях «пороскопия является единственным возможным методом идентификации- незначительных по размеру участков пальцевых оттисков» (Матвеев).

Таким -образом ясно, что обнаружение на месте -преступления или на отдельных предметах и орудиях, которые являются вещественными доказательствами, пальцевых отпечатков хотя -бы -одного или- нескольких пальцев, а равно даже незначительных частей таких отпечатков, может иметь исключительно важное значение в уголовном деле и дать бесспорный уликовый материал в отношении того или другого заподозренного в совершении данного преступления лица.

Первый случай изобличения виновников преступления на основании дактилоскопического исследования в России имел место, как мы уже сказали, в 1912 году. В Петербурге (Ленинград) ночью было совершено в аптеке убийство ассистента, причем убийцы проникли в аптеку через окна. На оконном стекле были найдены отпечатки пальцев. ’Подозрение в совершении этого преступления пало на ночного сторожа Х'ункса и его приятеля Алфеева. По сличении отпечатков пальцев этих лиц с обнаруженными отпечатками на оконном стекле аптеки эксперт установил тождество этих отпечатков. Оба обвиняемые отрицали свою виновность, сославшись на четырех свидетелей, которые утверждали, будто обвиняемые в ночь, когда было совершено убийство, никуда из своей комнаты не отлучались. Несмотря однако на эти показания свидетелей, суд на основании указанных данных дактилоскопического исследования признал Хункса и Алфеева виновными в убийстве. Суд, очевидно, не допустил в данном случае ошибки, гак как через две недели после суда Алфеев сознался в совершении этого преступления (Гейндль).

Весьма интересным представляется случай, имевший место в практике Смоленского суда в 1925 году. Этот случай блестяще подтверждает изложенное выше относительно значения дактилоскопического исследования при расследовании уголовных дел.

В ночь на 23 мая из помещения Заднепровского отделения страхкассы в г. Смоленске была совершена кража несгораемого железного ящика, весом около 60—70 кг, с находившимися в нем деньгами в сумме около 400 рублей. Кража обнаружена была утром 23 мая только по явке сотрудников учреждения на работу. При производстве осмотра места взлома в то же утро агентом уголрозыска было установлено, что кража ящика с деньгами была совершена необнаруженными похитителями при помощи взлома окна, причем на осколках вырезанного, η олифимому, алмазом оконного стекла были обнаружены следы пальцевых отпечатков. По снятии с «их дактилоскопических снимков оказалось, что эти отпечатки являются следами больших пальцев левой и правой руки. В дальнейшем, однако, дактилоскопическое исследование в отношении данного дела не было доведено до конца, так как в ближайшие же дни не было произведено сличения найденных на стекле пальцевых отпечатков с дактилоскопическими картами преступников, зарегистрированных в Смоленском уголрозыеке. Дознание и следствие пошли по линии установления доказательств иного характера. Возникло предположение, что кража могла быть совершена при участии кого-либо из служащих страхкассы, ввиду чего расследование занялось выяснением, путем допросов свидетелей, времяпрепровождения и местопроизводстве расследования по другому делу, о краже в г. Смоленске, по своим поведением. Однако следствием было установлено алиби этого подозреваемого, и дело было прекращено.

Только через два месяца после этого, во второй половине июля, при производстве расследования по другому делу о краже в г. Смоленске, по которому было задержано несколько подозреваемых, и в том числе некий гр. Иванов, инспектором уголрозыска было произведено сличение пальцевых отпечатков Иванова с отпечатками пальцев на стекле по делу кражи из страхкассы. Сличением этих отпечатков на основании пяти характерных

совпадающих особенностей было установлено тождество сличавшихся пальцевых узоров. При этом в уголрозыске имелись сведения, что означенный Иванов в декабре 1924 года, т. е. еще за пять месяцев до кражи из страхкассы, уже был дважды зарегистрирован при задержании по подозрению в кражах, и на нею уже имелась дактилоскопическая карта по снимку от 5 декабря.

Иванов был привлечен к следствию в качестве обвиняемого, и при полном отсутствии других улик, на основании лишь данных указанного дактилоскопического исследования, Смоленским губсудом был признан виновным по делу о краже из страхкассы и осужден.

В то же время увлечение агента расследования проверкой слухов и разговоров по этому делу и недостаточное внимание к вещественным доказательствам, в виде имевшихся при деле дактилоскопических снимков, следствием чего явилось запоздалое сличение пальцевых отпечатков на стекле с дактилоскопическими картами зарегистрированных рецидивистов, привело к тому, что дело было раскрыто только наполовину, так как не могли уже быть найдены похищенные деньги и не были розысканы другие соучастники кражи: данными следствия устанавливалось, что не один Иванов принимал участие в этой краже, так как вытащить через окно из страхкассы сундук, весом в 60 — 70 кг и скрыться с ним один человек в данном случае не мог.

За истечением же времени органам расследования уже было трудно проверить об’яснение задержанного случайно по другому делу обвиняемого Иванова и выявить его местонахождение в ночь кражи, а равно и круг его знакомых или близких к нему в то время товарищей, возможных соучастников преступления...

Случаи установления личности виновников совершения преступлений исключительно при помощи дактилоскопического метода вообще многочисленны. О двух таких случаях из практики работ Одесского кабинета научно-судебной экспертизы рассказывает эксперт С. Н. Матвеев.

В 1915 году в Новочеркасске была совершена кража разных вещей из квартиры. По обнаружении кражи было установлено, что вор проник в квартиру через разбитое окно: на осколках оконного стекла были обнаружены пальцевые отпечатки, а на одном из них кроме того оказались пятна крови. По подозрению в совершении этой кражи был задержан рецидивист вор-взломщик Ф., у которого обнаружен был порез на пальце правой руки. Сличением пальцевых /отпечатков на стекле с отпечатками пальцев Ф. было установлено тождество пальцевых узоров на основании найденных 20 совпадений особенностей рисунка сличавшихся пальцевых отпечатков.

Другой случай имел место в 1917 году в г. Одессе. Из архива окружного суда была совершена кража вещественных доказательств, при чем воры также проникли в помещение архива через взломанное и разбитое окно. На осколках оконных стекол были найдены пальцевые отпечатки. В краже были заподозрены трое из канцелярских служащих суда, с пальцев которых были сняты дактилоскопические снимки. 'При сличении их пальцевых отпечатков с пальцевыми узорами на осколках стекла оказалось, что средний палец одного из них Вячеслава С., совпадает с отпечатком на стекле: найдено было 19 совпадающих особенностей. «При этом интересно отметить,—говорит автор, сообщая об этом случае,—что лишь

з

Уголовная техника

33

только у Вячеслава С. были взяты пальцевые отпечатки, он, нН .чало не медля, скрылся». .

Относительно значения и успехов дактилоскопирования неопознанных при нахождении трупов убитых говорить много не приходится. Когда обнаруживается труп неизвестного убитого, прежде всего, конечно, представляется необходимым, в целях раскрытия убийства, установить личность убитого. Только после установления этого момента можно наметить дальнейший план расследования и определить пути, по которым надо йтти органам милиции, чтобы выяснить обстоятельства, при которых могло быть совершено преступление. Установив личность убитого, легко разрешить и первые существенные вопросы по делу: где он живет, как мог он попасть в то место, где найден убитым, каков круг его знакомств или близких к нему людей, когда его видели последний раз живым; куда, к кому или-зачем он ушел из дома и т. д.

В августе месяце 1929 года в районе Новосибирского округа, в лесу около Ельцовского раз’езда Томской ж. д., было найдено три трупа убитых женщин. Дактилоскопические карты на этих женщин были посланы в Москве в Научно-технический подотдел, и Центральное регистрационное бюро по телеграфу могло ответить отделу уголрозыска Новосибирского окружного исполкома, что личность одной из убитых установлена. По дактилоскопической формуле, выведенной на эту убитую, которая оказывается была уже зарегистрирована раньше, было установлено, что эта женщина — гр. г. Ленинграда Верстакова* Елена Николаевна, род. в 1900 г.; судилась 3 раза за кражи у выслана в 1924 г. из Ленинграда по приговору нарсуда, а позднее была зарегистрирована еще в г. Ярославле при задержании за кражу.

Другой случай. 5 мая_1926 г. в Псковской губ. в сосновом лесу, верстах в 2 ют станции Псков-пассажирский, был обнаружен труп неизвестного молодого человека лет 20—22, лежащий на остатках горящего костра со следами ожогов на теле. При судебно-медицинском вскрытии этого трупа

Рис. 2. Труп женщины, найденной в лесу близ ж.-д. раз'езда в Новосибирском округе. Личность трупа была установлена дактилоскопическим бюро Научно-техническою подотдела ОУР НКВД РСФСР.

было найдено раздробление черепа в затылочной его. части. 9 мая в том же лесу в 200 метрах от места обнаружения трупа был найден другой труп, также лежащий на костре, совершенно раздетый, при чем на костре сохранился пепел сожженной одежды. Верхняя часть тела от головы и до пояса, как и левая рука трупа, совершенно обуглились, и лицо трупа поэтому нельзя было распознать. При вскрытии этого трупа было обнаружено также раздробление черепа в височной кости. Как около первого, так и около второго трупа были обнаружены окровавленные камни, которые, очевидно, послужили орудием убийства. Трупы были сфотографированы и с'пальцев рук были сняты дактилоскопические отпечатки.

Рис. 3. Труп женщины, найденной в лесу близ гор. Вятки с обеденными зверями лицом и др. частями тела. Личность трупа была установлена дактилоскопированием.

Карты дактилоскопированных трупов были посланы в Москву в Научно-технический подотдел, на предмет установления возможной идентификации с лицами, зарегистрированными в ЦРБ.

Центральным регистрационным бюро было установлено, что один из убитых уроженец сельца Горки, Гдозского уезда, Ленинградск. губ., Николай Никитич Тульский, род. в 1903 г. и зарегистрированный в 1925 г. при задержании за кражу совместно с другими лицами — своими соучастниками: Розой Б., Анной Васильевной К. и Василием Григорьевичем Г. Что касается другого трупа, то личность его осталась в ЦРБ неопознанной, так как, очевидно, это лицо дактилоскопической регистрации не .подвергалось.

Еще случай. 20 апреля 1926 года в 4 километрах от г. Вятки в лесистой местности был обнаружен труп неизвестной женщины с признаками насильственной смерти. Опознать этот труп даже лицу, хорошо знающему эту женщину, не представлялось бы возможным, так как кожа на лице и лицевые части тела, а равно покровы живота и ног отсутствовали: очевидно, труп был из’еден какими-либо лесными хищниками. Труп не был растерзан и лежал в спокойной позе, но лишь с об’еденными описанными выше частями тела (рис. 3). ,,

По снятии с трупа дактилоскопических отпечатков дактилограмгма была послана Вятским уголрозыском в Москву в дактилоскопическое бюро, и здесь по дактилограмме была выведена дактилоскопическая формула, а по ней была найдена в бюро карта с той же формулой. Таким образом, в Москве через несколько дней после нахождения трупа неизвестной женщины, оказавшейся убитой близ г. Вятки, личность ее была установлена: она оказалась гр. Марией Терентьевной Красноперовой, уже ранее в 1923 г., задерживавшейся по делу' об убийстве-в Халтуринске, Вятской губ.