Понятие и сущность перевода в уголовном судопроизводстве

Как указывал М.А. Джафаркулиев, перевод - это единственное средство, с помощью которого лицо, производящее дознание, следователь, судья и другие участники процесса получают возможность непосредственно в ходе допроса получить информацию от лиц, не владеющих или недостаточно владеющих языком судопроизводства, воспринять и понять эту информацию, а также заявления и ходатайства названных лиц и т.п.^[28]

Однако, до настоящего времени понятие перевода в уголовном процессе в рамках юриспруденции не разработано.

Ст. 5 УПК РФ «Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе» не содержит толкования понятия «перевод». Тем не менее, термин «перевод» упоминается, например, в п.1 ст. 59 УПК РФ («Переводчик - лицо, привлекаемое к участию в уголовном судопроизводстве в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, свободно владеющее языком, знание которого необходимо для перевода»), в п.3 ст. 59 УПК РФ («Переводчик вправе: ... 2) знакомиться с протоколом следственного действия, в котором он участвовал, а также с протоколом судебного заседания и делать замечания по поводу правильности записи перевода, подлежащие занесению в протокол»), в п.4 ст. 59 УПК РФ («Переводчик не вправе: 1) осуществлять заведомо неправильный перевод»), в п.5 ст. 59 УПК РФ («За заведомо неправильный перевод и разглашение данных предварительного расследования переводчик несет ответственность в соответствии со статьями 307 и 310 Уголовного кодекса Российской Федерации»), в п.6 ст. 220 УПК РФ («После подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору. В случаях, предусмотренных статьей 18 настоящего Кодекса, следователь обеспечивает перевод обвинительного заключения»).

В большинстве случаев, понятие «перевода» также по сути опосредованно подразумевается при использовании понятия «участие переводчика» (например, ст.169 УПК РФ - «1.

Для того, чтобы определить понятие перевода в уголовном судопроизводстве, выделить его сущностные характеристики, прежде всего, следует рассмотреть как определяется «перевод» в лингвистической науке.

Перевод - это умение «выразить верно и полно средствами одного языка то, что уже

29

выражено ранее средствами другого языка» .

«Перевод призван обеспечить такую опосредованную двуязычную коммуникацию, которая по своим возможностям максимально приближалась бы к обычной, одноязычной

30

коммуникации» .

«Перевод - это передача текста письменной или устной речи средствами другого языка»^{[29] [30] [31] [32] [33] [34] [35]}.

«Перевод - это специфическая устная или письменная деятельность, направленная на пересоздание существующего на одном языке устного или письменного текста на другом языке, при сохранении инвариантности содержания и качества оригинала, а также авторской

32

аутентичности» .

«Перевод - вид речевой деятельности, удваивающий компоненты коммуникации, целью которого является передача сообщения в тех случаях, когда коды, которыми

33

пользуются источник и получатель, не совпадают» .

«Перевод - это акт межъязыковой коммуникации. При переводе имеет место не

34

только контакт двух языков, но и соприкосновение двух культур» .

Приведенные определения подчеркивают только одну сторону перевода: процесс перекодирования сообщения на одном языке средствами другого языка. В то же время, как пишет Л.С. Бархударов, слово «перевод» может иметь два значения :

1) «Перевод как результат определенного процесса», то есть обозначение самого переведенного текста (напр., в предложении: «Он читал этого автора в переводе»);

2) «Перевод как сам процесс», то есть, как действие от глагола «переводить», в результате которого появляется текст перевода в первом значении.

Таким образом, перевод - это понятие, включающее в себя как процесс, так и результат этого процесса. Конечным итогом процесса перевода является «продукт» перевода - текст перевода. Возникновение «продукта» перевода обусловлено выполнением переводчиком некоей последовательности действий.

Двойственность понятия перевода обусловило существование двух подходов к изучению предмета перевода.

Так, например, Л.С. Бархударов пишет, что термин «процесс» применительно к переводу понимается в чисто лингвистическом смысле, то есть, как определенного вида межъязыковое преобразование или трансформация текста на одном языке в текст на другом

36

языке .

По мнению В.Н. Комиссарова, «... вряд ли правомерно противопоставлять процесс перевода его результату. Именно результат перевода представляет собой ту наблюдаемую реальность, на основании которой можно косвенно судить и о том, как протекает процесс перевода, недоступный непосредственному наблюдению»^{[36] [37] [38]}.

Перевод как процесс подразделяется на следующие виды:

- письменно-письменный перевод;

- устно-устный перевод;

- письменно-устный перевод;

- устно-письменный перевод .

В уголовном судопроизводстве присутствуют первые три из указанных видов перевода.

Письменно-письменный перевод предусмотрен, например, п.3. ст. 18, п. 6 ст. 220 УПК РФ, когда обвинительное заключение, имеющее письменную форму, в случае если обвиняемый не владеет языком судопроизводства, должно быть вручено обвиняемому в переводе на язык, которым он владеет.

Устно-устный перевод предусмотрен, например, п.2 ст. 18 УПК РФ, согласно которому, каждому участнику уголовного процесса, не владеющему или недостаточно владеющему языком судопроизводства, обеспечивается его право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым он владеет.

Письменно-устный перевод предусмотрен п.2 ст. 310 УПК РФ. Точнее говоря, данный пункт ст. 310 УПК РФ предусматривает как устно-устный перевод, так и письменно устный, поскольку законодатель определил две процедуры перевода провозглашаемого приговора: «если приговор изложен на языке, которым подсудимый не владеет, то переводчик переводит приговор вслух на язык, которым владеет подсудимый, синхронно с провозглашением приговора, или после его провозглашения». В случае синхронного перевода провозглашаемого приговора перевод является устно-устным, в случае перевода приговора после его провозглашения форма перевода является письменно-устной.

Форма устно-письменного перевода процессуальным законодательством не предусмотрена. Это следует из положений п.3 ст. 59 УПК РФ, согласно которым переводчик вправе делать замечания по поводу правильности записи перевода, подлежащие занесению в протокол. Кроме этого ни права, ни обязанности переводчика не предусматривают возможности для переводчика письменной фиксации осуществляемого им устного перевода.

Наиболее распространенным видом перевода в уголовном судопроизводстве является устно-устный.

Традиционно использование синхронного перевода в уголовном судопроизводстве рассматривается как нецелесообразное, поскольку при таком виде перевода затрудняется непосредственное восприятие участниками процесса речи выступающего. Как известно, большая часть информации при коммуникации (до 75%) передается невербальными средствами общения. Для выявления отношения говорящего к тому, что им произносится, необходимо оценивать, в том числе, и просодические невербальные компоненты, такие как интонация, темп речи, сила голоса, его высота, тембр, паузы, добор дыхания^[40]. В связи с тем, что при синхронном переводе переводчик и лицо, речь которого переводится, говорят одновременно, присутствующим одинаково сложно воспринимать как речь переводчика, так и отслеживать невербальные компоненты речи лица, слова которого переводят.

На практике в условиях уголовного судопроизводства чаще используется последовательный перевод. Такой вид перевода позволяет участникам процесса переключать внимание с лица, использующего язык, отличный от языка судопроизводства, на переводчика, т.е. воспринимать их последовательно. Кроме этого, в условиях последовательного перевода у переводчика в отличие от синхронного перевода появляется дополнительная временная возможность по обдумыванию перевода.

В зависимости от степени соответствия передачи мысли, порожденной на одном языке, средствами другого языка в теории перевода выделяют эквивалентный (адекватный), буквальный и вольный перевод.

Перевод, необходимый и достаточный для передачи всей информации, имеющейся в тексте подлинника, при условии соблюдения всех грамматических, лексических и стилистико-прагматических норм переводящего языка называется эквивалентным или адекватным. Как пишет А.В. Федоров, адекватность перевода - это исчерпывающая передача смыслового содержания подлинника и полное функционально-стилистическое соответствие ему^{[41] [42]}. По мнению С.П. Щербы, эквивалентный (адекватный) перевод - это такой перевод, «который исполнен на уровне, необходимом и достаточном для максимальной передачи содержания оригинала текста документа на языке судопроизводства при соблюдении

42

литературной нормы и стиля языка перевода» .

Перевод, осуществляемый на более низком уровне, чем тот, который необходим для передачи неизменного плана содержания при соблюдении норм переводящего языка, называется буквальным. Как вытекает из определения, при такого вида переводе возможно либо искажение содержащейся в исходном тексте информация, либо нарушение норм переводящего языка, либо одновременно происходит и то, и другое. Поэтому случаи буквального перевода в теории перевода рассматриваются как ошибка переводчика.

Перевод, осуществленный на уровне более высоком, чем тот, который достаточен для передачи неизменного плана содержания при соблюдении норм переводящего языка, называется вольным. Недостатком вольного перевода является то, что при вольном переводе значение исходного текста передается не вполне точно — происходит слишком большая потеря информации, поскольку исходный текст подвергается слишком глубоким преобразованиям^[43].

Как следует из приведенных определений в уголовном судопроизводстве буквальный и вольный перевод недопустимы, т.к. при вольном и буквальном переводе искажается информация, содержащаяся в исходном тексте.

По мнению Я.М. Ишмухаметова, перевод в уголовном судопроизводстве должен отвечать требованиям: точности, полноценности, правдивости и объективности.

Точность перевода предполагает сохранение показаний в виде, который соответствует их действительному содержанию, без внесения в них каких бы то ни было дополнений или искажений со стороны переводчика.

Полноценность перевода - это выполнение перевода таким образом, что он не вызывает сомнений в его правильности, исключает умалчивание переводчиком информации о том, что он не обладает достаточной компетенцией, в связи с чем, испытывает затруднения по переводу того или иного слова, той или иной фразы.

Правдивость перевода подразумевает соответствие информации, полученной от дающего показания лица, ее содержанию. Правдивость перевода - это отсутствие возможных домыслов или вымыслов при его выполнении, т.е. правильность перевода - это соответствие данных лицом показаний их переводу.

Объективность предполагает, что переводчик осуществляет перевод беспристрастно, не смотря на то, что в ходе участия в уголовном судопроизводстве у него могут возникнуть определенные неприязненные отношения к лицу, которому он оказывает языковую помощь, либо к другому участнику уголовного процесса^{[44] [45]}.

Однако, уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предъявляет только одно требование к переводу. По смыслу п.1 ч.4 ст.59 перевод не может быть неправильным («переводчик не вправе осуществлять заведомо неправильный перевод»), в соответствии с ч.5 ст. 59 УПК РФ за заведомо неправильный перевод переводчик несет уголовную ответственность (ст. 307 УК РФ).

Заведомо неправильный перевод заключается в ложном переводе представленных материалов. Ложность предполагает умышленное умолчание переводимой информации либо искажение перевода с целью ввести участников судопроизводства (прежде всего суд или следователя) в заблуждение. Неправильный перевод может повлечь различные последствия: необоснованное привлечение лица к уголовной ответственности, осуждение невиновного,

45

смягчение или ужесточение наказания .

Так, при рассмотрении уголовного дела № 1-13/2014 в отношении А., судебный переводчик Н., сравнив тексты обвинительных заключений на русском и узбекском языках, имеющихся в материалах уголовного дела, пояснила, что описание инкриминируемых подсудимому преступлений, тексты которых указанных на русском и узбекском языках, не соответствуют друг другу. Совокупность изложенного свидетельствует о том, что при составлении обвинительного заключения, а именно при описании предъявленного подсудимому обвинения, были допущены существенные нарушения уголовнопроцессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, и является основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения выявленных

-46

нарушений .

Как отмечает В.Сверчков, «за неправильный перевод ответственность наступает лишь в том случае, если умысел на его осуществление возник до или в процессе перевода. Иными словами, если переводчик произвел заведомо неполный или неточный перевод текста, искажающий действительное содержание переданной устно, письменно или конклюдентно информации, имеющей существенное значения для разрешения дела»^{[46] [47] [48].}

В случае отсутствия умысла переводчика на осуществление заведомо неправильного перевода следует ставить вопрос не о привлечении переводчика к уголовной ответственности, а о его некомпетентности.

В соответствии с примечанием к ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации переводчик освобождается от уголовной ответственности, если он добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения решения или приговора суда заявит о данном им заведомо ложном переводе. Установление такого основания освобождения от уголовной ответственности преследует цель стимулировать субъекты данного преступления на предотвращение общественно опасных последствий совершенного преступления .

Таким, образом, под переводом следует понимать вид языковой деятельности, представляющий собой процесс адекватной и полноценной передачи мыслей, порожденных на одном языке, средствами другого языка, а также продукт этого процесса. Адекватный и полноценный перевод обусловливает правильную, точную и полную передачу особенностей и содержания подлинника и его языковой формы с учетом всех особенностей структуры, стиля, лексики и грамматики в сочетании с безукоризненной правильностью языка, на который делается перевод.

С точки зрения функциональной и коммуникативной направленности различают три вида перевода: художественный, общественно-политический и специальный^[49]. К специальному переводу относятся: военный, медицинский, экономический, научный, технический, юридический и другие переводы.

Для целей нашего исследования представляет интерес юридический перевод, объектом которого является передача средствами другого языка разнообразных устных и письменных юридических текстов.

По мнению В.В. Алимова^[50], особенностями устной и письменной речи на юридические темы являются:

1. Значительное содержание в юридических материалах юридической лексики, большая часть которых - это юридические термины;

2. Большое количество особых идиоматических выражений и фразеологических сочетаний в устной и письменной речи на юридические темы, редко употребляемых или практически не употребляемых в общелитературном языке;

3. Присутствие ряда стилистических отклонений от норм общелитературного языка, иногда довольно значительных (особые формы составления документов, наличие оборотов официально-канцелярского стиля, наличие специальной терминологии);

4. Применение латинских слов и выражений в юридических текстах;

5. Использование сокращений, причем подобные сокращения используются только в юридических текстах и документах.

Кроме этого, специфической чертой юридических текстов, которая в дальнейшем может затруднить перевод, является различие типов речевых юридических актов, определяемых особенностями судебного производства конкретных стран и, соответственного, используемого языка судопроизводства^[51]. По мнению Г.Р. де Гротте, при переводе юридических текстов необходимо нечто большее, чем просто мастерство лингвиста. Переводчик должен уметь сопоставлять юридическое содержание терминов другой юридической системы, другого юридического языка. Таким образом, основой перевода юридических текстов выступает сравнительное право. Поэтому степень трудности перевода обусловлена не лингвистическими различиями, но степенью различия правовых систем. Родственность языков будет являться вторичным фактором .

Кроме этого, как указывает М.А. Джафаркулиев, при производстве по уголовным делам часто встречаются речевые произведения, использующие лексические средства, лежащие за пределами норм литературного языка, малоупотребляемые и малоизвестные большинству населения. Использование представителями преступного мира подобных

53

жаргонных слов и выражении ставит трудную задачу перед переводчиком .

Юридический перевод, выполняемый в связи с производством по делу и осуществляемый в процессуальной форме, мы предлагаем называть судебным переводом.

Помимо общих черт юридического перевода судебный перевод характеризуется следующим.

Судебный перевод происходит в условиях отличных от условий осуществления других видов перевода.

Перевод по уголовным делам протекает в напряженной официальной обстановке, поскольку присутствующие лица заинтересованы в исходе дела и нередко оказывают противодействие следствию или судебному разбирательству.

Переводчик работает с людьми, которые находятся в непривычном для них состоянии дискомфорта, что неизбежно сказывается на их поведении.

У переводчика нет возможности выбрать исходный текст для его перевода. Он выполняет перевод либо того текста, который ему предоставляют следователь или суд, либо он переводит речь участника уголовного судопроизводства.

Время переводчика при производстве по уголовным делам ограничено. В случае устного перевода переводчик осуществляет перевод последовательно или синхронно с речью участника судопроизводства. В случае письменного перевода переводчик должен выполнить перевод в указанный ему срок, поскольку субъект правоприменительной деятельности

54

ограничен процессуальными сроками .

Какие еще характерные черты имеет судебный перевод? Для решения этого вопроса, на наш взгляд, следует обратиться к теории судебной экспертизы. Как известно, судебная экспертиза назначается в случаях, когда при расследовании или рассмотрении уголовных дел возникает необходимость в применении специальных знаний в области науки, искусства, ^{[52] [53] [54] техники или ремесла. Поскольку осуществление перевода с одного языка на другой требует специальных знаний в области языкознания, логично предположить, что судебный перевод будет иметь общие черты с судебной экспертизой.}

По мнению Ю.К. Орлова^[55], основными признаками судебной экспертизы являются:

1. Использование в процессе экспертного исследования специальных познаний.

2. Проведение исследований, имеющих своей целью установление обстоятельств, имеющих значение для дела.

3. Наличие специального субъекта.

4. Осуществление экспертизы в определенной процессуальной форме.

5. Процедура экспертного исследования и полученные результаты оформляются специальным процессуальным документом - заключением эксперта. Данный документ является самостоятельным видом судебных доказательств, предусмотренных законом.

В какой степени указанные признаки могут быть соотнесены с судебным переводом?

1. Как мы уже сказали ранее, в случаях, когда при осуществлении следственных и судебных действий необходимо применение специальных знаний в области практического языкознания: для выполнения перевода с одного языка на другой, осуществляется судебный перевод. Казалось бы, при таком определении можно было бы поставить знак равенства между судебным переводом и судебной экспертизой. Однако, это не так, поскольку судебный перевод - это, прежде всего, процессуальное действие, направленное на обеспечение права участников судопроизводства, круг которых определен уголовнопроцессуальным кодексом Российской Федерации, на использование родного языка. Нарушение права подсудимого пользоваться языком, которым он владеет, является основанием отмены или изменения судебного решения (ст. 381 УПК РФ). В то же время, участники судопроизводства, имеющие право на использование родного языка, не имеют права назначения судебной экспертизы, они могут только ходатайствовать о ее назначении. Право назначения судебной экспертизы согласно процессуальному законодательству имеют только субъекты правоприменительной деятельности (следователь или суд). В случае изъявления желания использовать родной язык участниками судопроизводства, круг которых определен УПК РФ, такое право им должно быть обеспечено в безусловной форме. В случае же заявления участниками судопроизводства ходатайства о назначении судебной экспертизы, данное ходатайство может быть следователем или судом отклонено. Однако, не зависимо от желания участников судопроизводства, экспертиза должна быть обязательно назначена и проведена для установления обстоятельств, предусмотренных ст. 196 УПК РФ (причина смерти, характер и степень вреда причиненного здоровью, психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, возраст подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего).

2. Характерной чертой, судебной экспертизы, отличающей ее от других форм специальных знаний, является проведение исследований. Согласно «Толковому словарю русского языка» под редакцией Д.Н. Ушакова «исследование» - это «1. действие по глаголу исследовать... 2. Научное сочинение, в котором исследуется какой-нибудь вопрос ...». Глагол «исследовать» - «^.Подвергнуть (подвергать) научному изучению ....» На первый взгляд может сложиться мнение, что при переводе (особенно устном) переводчик никаких исследований не проводит. На самом деле, это не так. Научные исследования всегда осуществляются на основе исторически выработанных методов^[56]. При осуществлении перевода переводчик использует как всеобщие законы диалектики (например, сравнение, анализ, синтез и т.д.), так и специальные методы, выработанные языкознанием. Что касается перевода, то в теории перевода выделяют несколько десятков методов по адекватной передаче текста средствами другого языка. Главным отличием устного перевода будет то, что исследование проводится в предельно короткие временные интервалы.

3. Так же как и судебная экспертиза, судебный перевод характеризуется наличием специального субъекта. Уголовно-процессуальным кодексом в качестве основного требования для признания лица переводчиком определено «свободное владение языком, знание которого необходимо для перевода» (ст.59 УПК РФ). Кроме этого, к переводчику предъявляются требования незаинтересованности в деле и компетентности (ст.ст. 61, 69 УПК РФ). Переводчик наделен процессуальными правами и несет процессуальные обязанности.

4. Как мы уже говорили, судебный перевод осуществляется в связи с производством по делу и проводится в процессуальной форме. Однако, сама форма судебного перевода законодательно не определена. Законом регламентируется только порядок привлечения переводчика к участию в уголовном судопроизводстве для перевода (ст.ст. 59, 169, 263 УПК РФ) и права и обязанности переводчика (ст.59 УПК РФ).

5. Специальный документ для фиксации перевода уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрен. На наш взгляд, это связано с тем, что судебный перевод в отличие от заключения эксперта законодателем не отнесен к числу допустимых доказательств (в соответствии со ст. 73 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля).

Подводя итог данному параграфу можно сделать следующий вывод. Судебный перевод - это юридический перевод, выполняемый в связи с производством по делу, осуществляемый в процессуальной форме. Характерными особенностями судебного перевода являются наличие специального субъекта (переводчика), процессуальная форма функционирования переводчика, проведение лингвистических исследований по адекватной передаче текста средствами другого языка в предельно сжатые сроки.

1.3