§ 2. Исторический и зарубежный опыт реализации избирательных прав граждан

Согласно ст. 64 Конституции РСФСР 1918 года активным избирательным правом в Республике наделялись все лица, добывающие средства к жизни производительным и общественно полезным трудом, а также лица, занятые домашним хозяйством, обеспечивающим для первых возможность производительного труда; потерявшие трудоспособность; солдаты советской армии и флота.

В ст. 68 Конституции РСФСР 1925 года в дополнение к предыдущему тексту указано лишь, что правом избирать и быть избранными в советы пользуются, независимо от пола, вероисповедания, расы, национальности, оседлости и т. п. совершеннолетние граждане.

Ст. 135 Конституции СССР 1936 года исключила необходимость занятия трудовой деятельностью и наделила всех граждан СССР активным избирательным правом вне зависимости от расовой и национальной принадлежности, пола, вероисповедания, образовательного ценза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности, за исключением лиц, признанных в установленном законом порядке умалишенными.

В ст. 139 Конституции РСФСР 1937 года впервые закреплялось ограничение, лишающее активного избирательного права наравне с умалишенными и лиц, осуждённых судом с лишением избирательных прав.

Конституция СССР 1977 года, в отличие от предыдущих редакций, сделала большой шаг в области ограничения активного избирательного права лиц, находящихся в пенитенциарных учреждениях. В ст. 96 было указано: «В выборах не участвуют психически больные граждане, признанные судом недееспособными, лица, содержащиеся по приговору суда в местах лишения свободы. В голосовании не принимают участия лица, в отношении которых в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, избрана мера пресечения - содержание под стражей».

П. 5 ст. 92 Конституции РФ 1978 исключил категорию лиц, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу из числа граждан, лишенных активного избирательного права и провозгласил: «В выборах не участвуют душевнобольные граждане, признанные судом недееспособными, и лица, отбывающие наказание в местах лишения свободы по приговору суда».

Как видно из текстов отечественных Конституций прошлых лет, критерии определения категорий лиц, обладающих активным избирательным правом, постоянно изменялись. Первое упоминание об осуждённых (в рассматриваемом аспекте) встречается в Конституции РСФСР 1937 года. Следует обратить внимание, что согласно ней не все осуждённые лишались избирательного права, а лишь осуждённые судом с лишением избирательных прав, причем не устанавливалось, отбывают ли данные лица наказание, связанное с лишением свободы, либо без такового. Конституция СССР 1977 года говорит уже о лишении таковых прав всех осуждённых, а также лиц, содержащихся под стражей. Конституция РСФСР 1978 года наиболее тесно согласовывается с современной Конституцией 1993 года в данном вопросе и устанавливает ограничение в отношении умалишенных и осуждённых, отбывающих наказание в местах лишения свободы по приговору суда.

Причины такого динамичного изменения законодательства, безусловно, касаются историко-политических событий того времени. Но, необходимо отметить, что подобные ограничения статуса российских граждан происходят уже, в основном, на современном этапе, а не в начале XX века, что весьма странно, т.к. именно сегодня мы говорим о гуманизации, во всеуслышание заявляем о соблюдении прав и свобод человека и гражданина.

Анализ Конституций зарубежных стран показывает следующее.

Из 55-ти проанализированных Конституций (основных законов) зарубежных стран, в 13-ти (23,6%) упоминается о запрете активного избирательного права в связи с совершением лицом преступления[13] [14] [15]; из них лишь в 5 (9,1%) говорится о необходимости отбывания лицом наказания в

Л о

местах лишения свободы , в основном это страны бывшего Советского Союза (4 (7,3%) из 5-ти). В 31 Конституции (56,4%) признак уголовной ответственности отсутствует[16], но 9 из них (16,4%), по вопросу права лиц участия в выборах дополнительно отсылают к нижестоящим нормативноправовым актам[17], в частности, к Закону о выборах. 11 (20,0%) из числа исследованных Конституций, не содержат норм, закрепляющих требования к избирателям вовсе[18].

Примечательно, что среди тех Конституций, что предусматривают признак уголовной ответственности, также указываются различные его особенности, такие, как:

■ Не подлежащее отмене уголовное наказание за некоторые виды преступлений (ч. 3 ст. 51 Конституция Греции);

■ окончательный уголовный приговор (ст. 48 Конституции Италии);

■ лишение права голоса по приговору суда за мелкие правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 53 Конституции Люксембурга), там же в части 3 указано, что право голосования может быть восстановлено путём помилования лиц, утративших его вследствие уголовного осуждения;

■ срок осуждения должен быть не менее одного года и одновременно при этом необходимо лишение избирательных прав (пункт «а» части 2 статьи 54 Конституции Нидерландов);

■ также интересно, что согласно части 1 статьи 29 Конституции Дании, закон устанавливает, в каких случаях уголовное наказание может служить законным основанием для лишения избирательных прав;

■ арест или привлечение к ответственности за преступление, совершение которого влечёт за собой тяжкое телесное наказание (вероятно, аналог совершения тяжкого преступления по Российскому законодательству) (ч. 2 ст. 34 Конституции Никарагуа).

Целесообразным является ограничение избирательных прав за совершение лицом противоправных деяний, при проведении выборов, а также направленных против безопасности государства, его политической целостности, Конституционного строя, за совершение преступлений против мира и безопасности человечества. К таким деяниям относятся:

■ выступление с оружием в руках против Республики или оказание содействия в заговоре против нее (ст. 11 Конституции Доминиканской Республики);

■ выполнение на территории государства служебных обязанностей для иностранного государства без надлежащего на то разрешения; совершение на выборах насильственных действий, принуждения, подкупа или обмана, а также агитация за воздержание от голосования или открытое одобрение такого воздержания; предоставление помощи другому государству или иностранцу в ущерб своего государства в случае дипломатического требования или перед каким-либо международным судом (части 6, 7, 9 статьи 34 Конституции Никарагуа);

■ виновность в покупке голосов, продаже собственного голоса или в подаче голоса более чем в одном избирательном собрании (пункт «d» § 53 Конституции Норвегии).

Интересен также подход некоторых государств по ограничению активного избирательного права, вызванного поражением в правах. Так, согласно ч. 3 ст. 132 Конституции Бразилии, в списки избирателей не могут быть внесены те, кто временно или постоянно лишен политических прав; окончательным приговором суда, которым предусмотрено поражение в политических правах (ч. 2 ст. 26 Конституции Гондураса); лица, лишенные политических прав по закону (статья 34 КНР); лица, окончательным судебным решением осуждённые к лишению избирательных прав.

К сожалению, в российских нормативно-правовых актах подобные ограничения не нашли своего отражения, хотя, очевидно, именно они отражают объективную необходимость рационального ограничения лиц в реализации их избирательного права. Подобное ограничение не должно устанавливаться безосновательно, оно должно преследовать цель недопущения участия в политической сфере жизни общества, лиц, изначально выступающих против данных правоотношений. Уголовный кодекс РФ предусматривает достаточно большое количество составов преступлений (16 глав из 19), посягающих на иные общественные отношения, вовсе не связанные с политической сферой, и ограничение избирательного права лиц, совершивших подобные преступления, представляется нецелесообразным.

Страны бывшего СССР и Россия обладают общей направленностью по решению данной проблемы, что, вероятно, обусловлено их общими историческими корнями и традициями. Но, кроме данных Конституций, лишь только в Конституции Турции есть упоминание об осуждённых, «отбывающих наказание в местах лишения свободы», остальные 49 из изученных нами Конституций такого не предусматривают.