Слова, не принимающие выделительных акцентов
напомним сначала о существовании фразового ударения (ФУ), отличие которого от выделительного акцента (ВА) эксплицитно введено в отечественную фонологию Т М. николаевой [николаева 1982].
ФУ означает полную степень реализацию словесного ударения (при отсутствии ВА), прочие слова, входящие в данную синтаксическую группу, имеют ту или иную степень ослабления ударения. Перейдем теперь к перечислению просодических типов слов, которые могут нести ФУ, но не способны принимать ВА.а) К этому просодическому классу относятся прежде всего словоформы существительных прежней парадигмы С (вода, дом, земля, вечер и проч.), которые не принимают выделительный (а тем более контрастивный) акцент и допускают только фразовое ударение (знак «‘»). например:
(1) — Беги ‘домой — ‘воду дали!
Ср. сходное по семантико-синтаксической структуре предложение, в котором используются слова других акцентных классов:
(2) — Скажи *Ване — *водку дают! Здесь подчеркнуты гласные, несущие выдели
тельные акценты.
Характерным показателем акцентной слабости слов парадигмы С является невозможность паузального разрыва между ними и соседями:
(3а) — Ты знаешь, ‘воду только ‘вечером дадут. (3б) — Ты слышал, ‘вечером ‘воду дадут.
Ср. акцентно-паузальную структуру предложений со словами иных классов:
(4а) — Ты знаешь — *зарплату (|) только *завтра давать будут.
(4б) — Ты слышал, *завтра (|) *зарплату будут давать.
Здесь обозначение (|) указывает на возможный интонационно-паузальный разрыв между словами, несущими выделительные акценты.
Уместно указать здесь на специфическую семантическую особенность существительных парадигмы С, которая обычно не обсуждается: объекты, обозначаемые словами этого класса, обычно являются ситуативно или ингерентно определенными.
б) Только фразовое ударение (но не выделительный акцент) способны принимать слова, произносимые с сужением полостей речевого тракта (глотки, рта), а тем самым — с подавлением величины воздушного потока.
Прежде мы уже указывали на ослабление акцентного потенциала слов, произносимых с сужением глоточного резонатора: это слова, содержащие семантический компонент «свой», «присущий» (см. [Кодзасов 1995а]). Сравним следующие пары (релевантные для обсуждения слова подчеркнуты):(5а) — Ему не поверят. Он же твой ‘родственник. (5б) — Как ты можешь ему доверять? Он же *иностранец.
(6а) — Он уже *побывал в *Петербурге. А вот в ‘Москве не ‘был. (6б) — В ‘Москве он уже ‘побывал. А вот в *Петербѵрге | не *бывал.
Поясним, что Москва имеет встроенную огласовку типа «свой», а Петербург — типа «чужой».
Общее сужение ротовой полости (а отсюда менее полная артикуляция и ослабление акцентного потенциала) характерно для слов с семантикой девиативности или малой степени воплощения полезного признака (пустой, нелепый, простак). Напротив, более полная артикуляция и повышение акцентного потенциала характерно для слов с семантикой полноценности и высокой степени воплощения полезного признака (полный, ловкий, хитрый). Примеры:
(7а) — Зачем ты мне дал эту бутылку? Она же ‘пустая.
(7б) — Зачем ты ее выбросил? Она же *полная!
(8а) — Какой он ‘нелепый!
(8б) — Какой он *хитрый!
Возможности паузального разрыва прямо соответствуют артикуляционной полноте слов:
(9а) — Твой ‘братец ‘простак.
(9б) — Твой *братец — *хитрец!
Обратим внимание на то, что в примере (9б) слово братец получает выделительный акцент, гармонирующий с акцентом слова хитрец.
2.