Новые аспекты просодических исследований
Если обратиться к естественно-языковым номинациям голоса в русском языке, то мы обнаружим их огромное разнообразие (см. [Кузнецов 1979; Крейдлин 2000; Кодзасов 2000]). Голос может быть назван по собственно фонетическим характеристикам (тональным, громкостным, темповым, фонационным, артикуляционным), по мотивирующим факторам (индивидуальные произносительные характеристики, особенности речевого взаимодействия, физиологические и эмоциональные состояния говорящих) и т.
д. Эти номинации чаще всего отражают интегральные произносительные установки речевого тракта: тип речевого дыхания, фонационные состояния гортани, объемы и формы глотки и рта, напряженность стенок резонаторов и прочее. Все эти характеристики имеют просодическую природу: они характеризуют не отдельные звуки, а слова, фразы или большие фрагменты речи. Говорящие постоянно используют многие из этих возможностей в обычной речи, по крайней мере как паралингвистические средства. В некоторых языках известно использование таких признаков в качестве смыслоразличительных. Вместе с тем их строгое фонетическое описание до сих пор отсутствует. В отечественной фонетике их исследование ограничивается обычно классическими просодическими параметрами тона, громкости и длительности [Потапова 1997].В зарубежной фонетике просодическим признакам такого рода уже давно уделяется внимание. Особенно это характерно для последователей лондонской просодической школы — И. Кэтфорда, Дж. Лейвера и других. Кэтфорд был пионером лингвистического изучения фонационных качеств голоса [Catford 1977]. Сейчас фонационные признаки: придыхательный голос (breathy voice), скрипучий голос (creaky voice), расслабленный голос (lax voice), напряженный голос (tense voice) — стали общепринятым объектом анализа в мировой фонетике, в отечественную фонетику они введены в работе [Кодзасов, Кривнова 1977]. К сожалению, для многих отечественных фонетистов они остаются «скрытыми» до сих пор, несмотря на их чрезвычайную употребительность в реальной речи.
Позовые установки речевого тракта исследовались позднее Дж. Лейвером [Laver 1980], сейчас появляются работы, целью которых является инструментальное исследование артикуляций, стоящих за дескриптивными ярлыками, которые были им предложены [Nolan, Kuehnert 1995].
Интерес к нефонационным голосовым установкам связан в основном с их смыслоразличительным функционированием в «экзотических» языках и всеобщим использованием в качестве экспрессивного средства. Однако иногда они рассматриваются как потенциальные компоненты звуковых противопоставлений, известных в европейских языках. П. Ладефогед и И. Мэддисон сообщают о попытках исследования различия английских гласных по напряженности с точки зрения возможного участия механизма верхнеглоточного сужения/расширения, который используется как просодический контраст в ряде языков Африки [Ladefoged, Maddieson 1996]. Этот контраст, по нашему мнению, играет существенную роль в русской фонетике (см. ниже).
За последнее десятилетие исследования в области «голосовых качеств» резко активизировались. Возникла потребность в стандартной системе обозначений для компонентов этого слоя звучащей речи, и было предпринято две попытки создать такого рода транскрипционную систему в качестве дополнения к стандартной таблице МФА (см. [Ball, Esling, Dickson 1995; Roach et al. 1998]). Чтобы читатель мог понять, о какого рода признаках идет речь, приведем фрагменты тех инвентарей, которые предлагаются в первой из указанных работ. Фонационные типы: модальный (нейтральный) голос, шепот, придыхательный голос, хриплый голос, фальцет, скрипучий голос, придыхательный скрип, вентрикулярная (ложносвязочная) фонация и др. Супраглоттальные установки: поднятая гортань / опущенная гортань, дентализованный / палатализованный / веляризованный / увуляризованный голос (имеется ввиду разная ориентация позового положения языка), фарингализован- ный голос, фаринго-ларингализованный голос, назализованный голос, опущенная / поднятая нижняя челюсть, продвинутая вперед нижняя челюсть.
Приведем для сравнения неполные перечни русских просодических признаков, предлагавшиеся нами [Кодзасов 1996в]. Фонация и регистр (фразовая или словесная просодия): напряженный / расслабленный / скрипучий / придыхательный / пла- чущий/хриплый голос, фальцетный регистр, сверхнизкий регистр. Резонаторные установки (словесная просодия): раствор — зависит от вертикального положения нижней челюсти (узкий / нейтральный / широкий), степень полноты гласных: редуцированный (узкая глотка) / полный (нейтральная глотка) / гиперполный (широкая глотка), поза гортани: поднятая / нейтральная / опущенная, поза языка: передняя / нейтральная / задняя.
Сходство этих двух списков очевидно, хотя они составлялись совершенно независимо. Оно отражает, с одной стороны, общность просодических возможностей человека как вида, а с другой, потенциальное использование в речевой деятельности значительной части существующих произносительных возможностей.
При общности направления поиска и тождестве основных результатов наш подход к исследованию голосовых установок и просодии в целом в ряде отношений отличается от западного. Прежде всего, мы считаем необходимым учитывать не только конфигурации резонаторов, но и состояния их стенок (расслабленность/ напряженность). Кроме того, существует класс признаков, описывающих просодическую динамику речи: характеристики «атаки» гласного (аналог музыкального понятия) и скорости его завершения (аналог признака «примыкание»), а также различия в числе вокалических мор.
Далее, представляется недостаточным господствующий пока на Западе чисто фонетический подход к созданию новой номенклатуры просодий — следует тщательно исследовать также их функции. Упрек в малом внимании к функциям голосовых установок можно адресовать и тем нашим работам, которые критиковал А. В. Венцов. За последние годы произошла эволюция в нашем понимании функций просодических средств и особенностей их использования. Дадим краткую характеристику наших нынешних представлений.
не вызывает сомнения, что фразовые просодические средства имеют символическую (и отчасти иконическую) природу [Кодзасов 2002]. В частности, направление тона маркирует фазовые характеристики речевого действия или ментального процесса, каузируемого высказыванием, длительности маркируют разнообразные пространственные отношения, фонации кодируют модальные установки говорящего.
Гораздо сложнее обстоит дело с просодическими тембрами, отражающими позовые состояния речевого тракта. наши попытки изучать функции таких просодий обнаруживают большую абстрактность связанных с ними семантических категорий, как это будет видно на примере признаков, рассматриваемых ниже. Просодические тембры выступают здесь скорее как лишенные иконичности кон- нотативные признаки, сопровождающие некоторые смыслы, причем во многих случаях лексического употребления их мотивированность утрачена. Отдельную область исследования составляют врожденные экспрессивные средства выражения эмоций — они нами не рассматриваются.
2.