ФОНЕМАТИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ОРФОГРАММЫ
В общем виде орфографическая задача формулируется так: даны слова с мягкими парными согласными, например [н7], [р7], [с7]; в первой группе слов после них мягкий знак ставится «(коньки, серьги, восьми), во второй — нет (бантик, спорщик, кости).
Сосед справа («правый контекст») у наших звуков качественно однородный — это тоже мягкий звук. Почему же в таком случае буква ь вовлекается в отношения свободного распределения, а не пишется во всех словах принудительно?Интерпретация. В позиции перед другим мягким согласным мягкость звука слева может быть различна по самой природе — либо фонемной, «собственной», не зависящей от позиции звука, либо благоприобретенной, позиционной, «чужой» (ассимилятивной). В такой ситуации принудительное использование буквы ь как сигнального средства после любого мягкого согласного не позволяет дифференцировать разную природу мягкости. Поэтому накладываются ограничения на ее употребление: она ставится, если мягкость согласного фонемна, и не ставится, если возникает она всего лишь вследствие контакта с мягким соседом справа.
Такая орфографическая задача решается способом лингвистического эксперимента. Привлекаются формы слова или родственные слова с твердым вторым согласным звуком, чтобы нейтрализовать влияние процесса уподобления звуков по мягкости: конькам, восьмой, серьга. Мягкий знак в них необходим как графический смыслоразличитель, но и в формах коньки, восьми, серьги мы его тоже сохраняем, чтобы указать фонемную мягкость и не нарушить буквенного облика морфемы, обычно корневой. Иное решение принимается для слов бантик (ср.: бант), кости (ср.: косточки), гордиться (ср.: гордый), поскольку удается экспериментально доказать, что мягкость согласных [н7], [р7], [с7] в них позиционная, «чужая», ведь в корнях контрольных слов соотносительны с ними уже твердые согласные. Если же и после таких парных мягких писать букву ь, то это опять-таки нарушит единство буквенного облика одной и той же морфемы, чего русское правописание стремится по возможности избегать.
На такой экспериментальной основе удается сформулировать орфографическое правило: «Между буквами для двух мягких согласных мягкий знак следует писать только тогда, когда первый согласный не чередуется с парным твердым в составе той же морфемы».Используется, как видимо, правило фономорфемного типа: мы учитываем положение мягкого согласного в составе морфемы и, понимая, что перед другим мягким он оказывается в слабой позиции, апеллируем к позиции сильной, подбирая слово с той же морфемой, но такой, где наш согласный звук контактирует уже с твердым согласным; буква ь графически указывает на тот согласный звук, который перед новым соседом остается мягким («не чередуется с твердым»), Ср.: возьми (как возьму) — возни (как привозной), в письме (как письмо) —в песне (как песнопение) и т. п. Решая свои собственные задачи, письмо одновременно добивается буквенного тождества морфов одной и той же морфемы без учета реального звучания, вызванного влиянием позиции. Этим данная орфограмма сближается с орфограммами первого типологического класса, содержание которых — выбор графем для звуков в слабых позициях.
Вот как проясняет М. В. Панов фонематическую природу орфограммы: «Рассмотрим такую пару: бросьте — о росте. В обоих словах сочетание [с'т'], позиция для [сА] — слабая: перед мягким [т']. Сл'абой позиции не верим. Найдем сильную: бросьте -*■ брось! На конце слова произносится [с']. Сильной позиции верим: здесь фонема . Поэтому фонему