Поземельные тяжбы
Споры и столкновения, касающиеся прав сельских обшеств и частных лиц на владение или пользование различной недвижимой собственностью, составляли примерно 37% исков, поступивших в окружные и Дагестанский народный суды за 1860-1917 гг.
(подсчитано по материалам «Годовых отчетов начальников округов Дагестанской области»: ЦГА РД, ф. 21, оп. 3, д. 50-106). Дела этого рода делятся на три группы: 1) поземельные тяжбы между членами сельских обшеств; 2) споры между джамаатами; 3) иски между обшинами, с одной стороны, и частными землевладельцами — с другой.Поземельные споры зарегистрированы во всех районах области. Наряду с кровной местью они стали настоящим бедствием для пореформенного Дагестана, и ослабить его не смогли ни проведение судебной реформы 1860-1868 гг., ни работа сословно-поземельных комиссий, одна из которых работала в 1860-1869 гг. в Засулакской Кумыкии и еше две в 1869-1876 гг. — в Южном Дагестане и Зака- тальском округе Елизаветпольской губернии (Адаты Дагестанской области и Закатальского округа: 1899, 39^Ю). Уже после завершения работы комиссий, в 1896-1915 гг. в окружные и Дагестанский народный суды было подано 89 тыс. поземельных исков и жалоб. B Центр кавказского военно-народного управления в Тифлисе из разных округов Дагестанской области было отправлено 72 делегации по поземельным спорам Щаниядов: 1970, 220; История советского крестьянстваДагестана: 1986, т. 1, 19, 27, 29).
K поземельным спорам и столкновениям приводил земельный голод, в пореформенное время значительно усилившийся в Нагорном Дагестане. Дело в том, что у целого ряда джамаатов, активно участвовавших в движении Шамиля и восстании 1877 r., были конфискованы в казну их прежние общинные угодья. Туда же перешли бывшие частные владения беков и ханов, захваченные в период существования имамата и до 1859 г. находившиеся в составе государственной собственности последнего (байт ал-мал).
Всего в годы Кавказской войны казна получила 16 212,21 десятины (Кавказское хозяйство: 1918, № 19-24, 14-15). K поземельным спорам вели также частые смены владельцев и пользователей земель, начавшиеся в период Кавказской войны.Ho главной причиной непрекрашавшихся поземельных конфликтов в пореформенном Дагестане оставались запутанность и сложность системы местного обшинно-частного землевладения. Фактически формы собственности на землю и соответствующие нормы обычного права так и не были реформированы в дореволюционное время. Сословнопоземельные комиссии ограничивались установлением четких границ и определением владельцев и пользователей спорных участков. K тому же в ходе реформ 60-х годов, с одной стороны, в горах и предгорьях законодательно было усилено обшинное землевладение джамаатов; с другой стороны, на равнине укреплялись позиции крупного частного землевладения бывших ханов и беков, влившихся в российскую администрацию области.
B пореформенном Дагестане существовали следующие виды землевладения и земельных держаний. Обрабатываемые земли — пашни и сады, также дома, а в некоторых районах и леса находились в частной собственности семей обшинников-узпеней, бывших рабов, беков и ханов как мульки. B 1917 г. к этой категории земель относилось 445 011 десятин, или около 30% всех сельскохозяйственных угодий области (Кавказское хозяйство: 1918, № 19-24, 14-15). 67% пашни было сосредоточено на равнине (Османов: 1965, 21). Правила пользования и передачи этих земель в целом определялись шафиитским толком фикха. Однако целый ряд особенностей частносемейного землевладения определялся адатом. У членов сельских обществ эти земли не были полностью отчуждаемыми. По адату было запрешено продавать, дарить, жертвовать или передавать в приданое мульки не членам джамаата. Вот характерное постановление:
«Жители селения (ахл ал-карйа) пришли к соглашению ежедневно взыскивать по котлу с того, кто продаст кому-либо не из их числа свою землю, будь то пашня (мазра'а) или сенокос (мардж), находящуюся за холмом Хунуб (авар.
ХІунуб), начиная от дороги в Гинух (авар. Гьинуб) и реки Тлярада (авар. Лъарада), до тех пор, пока он не вернет ее. За тем, кто отдал свое имение (‘акара-ху) в аренду (a'apa) кому-либо, не принадлежащему к селению, — котел» Щафтар Мача- да//РФ ИИАЭ, ф. 5, оп. 1, д. 1658, л. 10; пер. с араб. мой. — В.Б.).Часть мульков была передана в вакф сельским мечетям. Это означало, что их держатели согласно воле учредителей вакфов должны были отдавать часть урожая в джамаатную кассу на нужды мечети. Вакфные земли по предназначению получаемых с них доходов делились на три категории: обеспечивающие освешение мечети (авар. чирахъ [чиракх]), проведение мусульманских праздников (авар, къурбан [курбан]), удовлетворение прочих мечетных нужд (собственно вакф). Управлялись вакфы на основе норм шариата и регулярно перераспределялись между жителями селейия. Всего в Дагестанской области накануне революции 1917 г. было 13 702 десятины вакфов (Кавказское хозяйство: 1918, № 19-24, 14-15). Российские власти сохранили и упорядочили эту практику. По округам были составлены списки вакфов, которые перерегистрировались раз в три года. Последний раз такие списки составляли в марте 1915 г. (см., например: Хаза байан ал-мазари‘ ал-маукуфат ли-масджид джами‘ хушдал: 1915 // Мечетная библиотека с. Хуштада).
Частые в горах оползни и селевые потоки нередко меняли границы мульковых и вакуфных участков, как правило отмеченные природными преградами и низкими каменными стенками. Bo время полевых работ горцы порой сами передвигали межевые камни, немного увеличивая свои участки за счет владений соседей. Это издавна вызывало бесчисленные поземельные споры между членами одного или нескольких соседних джамаатов. B пореформенном Дагестане такие споры хорошо документированы благодаря архивам сельских словесных и окружных народных судов, сохранившимся в частных и центральных государственных собраниях. Конфликты такого рода разрешались в сельских судах при посредничестве соседей и сельского старосты, хорошо знавших границы внугри своего джамаата.
Недовольные решением суда нередко подавали апелляции в окружные суды (см., например: архивы М.Магомедгаджиева СГлондода) и Р.Рама- занова (Шиназ); ЦГА РД, ф. р-37, оп. 21, д. 9, л. 13—61).Ha почве передела вакфов и передачи мульков в соседние селения возникали серьезные конфликты. Ho чаше всего тяжбы касались пользования пастбищами, большая часть которых находилась в общинной собственности джамаатов, как харим, и управлялась по нормам местного адата (мечетные библиотеки селений Хуштада, Тлондода; архив Р.Рамазанова (Шиназ). Эти земли составляли V5 сельскохозяйственных угодий Дагестанской области. Большая их часть (74%), как и мульков, приходилась на равнинные районы (Османов: 1965, 21). Наибольшее число поземельных споров касалось пастбищ, находившихся в руках сразу нескольких владельцев. B области нередко случалось,
Копия постановления народного суда Андийского округа по земельному спору между селениями Хуштада и Тлондода
что владелец земли — джамаат, бек или хан — отдавал ее в аренду разным обществам на разные сроки. Последние, в свою очередь, сдавали свою долю в субаренду другим джамаатам (ЦГА РЛ, ф. 104, оп. 3, д. 42, 50; Лело Лагестанского народного суда № 109 // ЦГИА РГ, ф. 416, оп. 4, д. 35, л. 9).
Логовор об аренде или субаренде мог оформляться как вакфное пожалование. Так зачастую поступали представители местной мусульманской знати, издавна сдававшие пастбища страдавшим от малоземелья горным джамаатам. Например, в 1839 г. УммкулсумЧэике из рода казикумухских ханов передала в вакф обшине Кумуха горное пастбише Мурхирдахалу (лак. Мурхьирдахалу). Копия вакфной грамоты сохранилась в Рукописном фбнде Института истории, археологии и этнографии в Махачкале (РФ ИИАЭ, ф. 1, оп. 1, д. 289, л. 113-114).
Поземельные споры и столкновения нередко случались между сельскими обществами, оспаривавшими друг у друга право владения или пользования (аренды) пастбишами, лесами и водными ресурсами.
Типичным примером таких конфликтов была тяжба джамаатов Тлондода и Хуштада, каждый из которых претендовал на преимущественное использование летних пастбищ на склонах «пастбишных гор» Бугада (авар. Бугьада), Тархуб, Цагуни (авар. Шагуни) и Чанди, находившихся в совладении селений Кудияб-росо, Тадмагитль и Изани. Лело разбиралось народным судом Андийского округа в 1883 г. При посредничестве семи знатоков адата из нейтральных обществ суд примирил тяжущихся, удовлетворив иск тлондодинцев и хуштадин- цев. Однако из-за нечеткости установленных границ эта тяжба вновь слушалась в окружном суде в 1910 и 1912-1913 гг. (архивы М.Пахрудинова СГлондода) и Б.Мухаммада (Кизилюрт); полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1996 г. в Цумадинском и Ахвахском районах РЛ; Бобровников: 1996,13).Ha рубеже XIX-XX вв. подобные тяжбы за пастбиша отмечены между селениями Карата и Тад-Магитль, Гагатль и Телетль, Кумух и Магарамкент и многими другими. Участки леса и пашни, скотопрогонные трассы по нескольку раз оспаривались друг у друга селениями Анди и Гагатль; Ахты, Хуля и Хкем; Калук и Хрюг; Худжи и Сурсаба- ки; Урари и Баршамай; Альбурикент и Кяхулай-Торкали; Xpax и Ялджуг и др. (ЦГА РЛ, ф. 2, оп. 5, д. 96; ф. 148, оп. 3, д. 6; архивы М.-С.Газиева Р(уштада), М.Пахрудинова СГлондода) и Р.Рамазанова (Шиназ); Умаханов: 1993, 23).
Память о пореформенных столкновениях за леса и пастбиша закреплена в топонимах и связанных с ними устных преданиях. Среди последних можно выделить повсеместно встречающийся фольклорный сюжет о том, как горцы обманули своих соседей, насыпав в сапоги земли из своего селения и поклявшись землей, на которой стояли,
Спорный лесной участок Элюгун в окрестностях с. Тлонлола
что она всегда принадлежала им (архивы М.Нурмагомедова (Махачкала), М.-С.Абакарова Р